Твои рисунки на моей коже

Чисто гипотетически.. Нет, правда, чисто гипотетически, без всякой поднаготной, представьте: вы ведёте двойную жизнь. Не такую красивую, как представляют себе супергероев, айдолов и прочую медийную шелуху.. Вы, вот скажем, веб-камщик. Не самый популярный, но и не девочка-первокурсница, познавшая жестокость столицы, жизнь, так сказать, не вынуждала. И в один из самых обычных дней вы провели стрим, по воле божьей согласились на тет-а-тет с каким-то странным, но богатеньким придурком, но в момент поняли, что это хуйня не лезет. Без шуток, вот вообще, хоть очко порви! А клиент неугомонный, он же, мать его, просил "полностью".. И тогда он начинает угрожать, что найдёт вас и вставит этот сраный фалос в вас сам, но до конца. Качественно, так сказать, что не прикопаться! Представили? А Чуе и представлять не нужно. И лично его вердикт таков: никогда не сбрасывайте трубку, если уж оказались в такой ситуации. Потому что сперва у его дома стали ошиваться люди в чёрном, прямо как из фильмов, потом чёрные машины, которые он бы при всём желании себе позволить не мог, а уж бабульки с первого этажа - тем более. А потом тебя те самые дяди в модном чёрном прикиде будят ночью и устраивают добровольно-принудительное путешествие в багажнике автомобиля, купание под шлангом, и оставляют на ночь со скованными руками в.. Что ж, это место явно не сильно лучше его квартиры. Рыжий садится на голый матрас, который предоставлен в его пользование вместе с подушкой, и осматривает апартаменты. Закос явно был под подвал, вон, даже четвёртую стену на решётки заменили, но, где они мышей ловили, он котов ебал, потому мог составлять целый список жалоб на временных хозяев жилья по части содержания заложников: тут тепло, явно недавно меняли вентиляцию, потому что не воняло плесенью, а, кроме крови, грязи на полу вообще нет, даже туалет стоит и какая-то маленькая раковина. Ещё бы горячий ужин ему принесли и бокальчик вина, нет, ну и люди! Стоит ему об этом подумать, как дверь в той самой отсутствующей стене, которая состояла из решёток, открылась, явив перед ним человека в ослепительном чёрном костюме и туфлях, где рыжий мог видеть своё отражение. О боги, что у него с волосами? Изверги, могли хотя бы расчёску дать.. - не тошнило в дороге? Голубые глаза сужаются до точек, а по телу словно разряд тока прошёл. Если тогда его не тошнило, то вот сейчас начало, и принесённая тарелка горячей лапши должного эффекта больше не производила. Боже, нет! Он молился, чтобы это снова были его старые знакомые из даркнета, но только не этот ночной кошмар.. - я думал, ты придёшь ко мне, а не наоборот.. Не очень-то гостеприимно, Дазай, ты не оставил мне даже одеяло. Будучи притворно спокойным, он чувствует, как в глубине души его съедает какой-то противный липкий страх.. Нужно держать себя в руках и не давать телу дрожать, а очень хочется, потому что желудок внутри уже свернулся в оригами. Против воли он начинает чаще дышать, что без внимания не остаётся. - о, я бы с радостью сделал это, но, к сожалению, я не выхожу из этого здания. Но я распорядился, чтобы ты прибыл сюда в машине класса премиум люкс. - он улыбается, бросая свой пиджак на пол и садясь на него, давая таким образом Чуе рассмотреть себя во всех подробностях. - ага, только в багажнике было темно и воняло трупами, такси тебе не открыть. - рыжий закатил глаза.- столько шума из-за какой-то резиновой игрушки, ты со своими марионетками можешь людей наизнанку выворачивать, а занимаешься такой хернёй.. Можешь сворачивать свой акт милосердия и нести ту штуковину сюда, я не работаю после обеда. Дазай улыбается, придвигаясь ближе, и рыжий почти перестаёт дышать. Руки, отчего-то скованные в бинты, тянутся к его предплечью, и страх теперь отражается уже на лице. - э-эй.. - голос против воли дрогнул, и Чуя пытается откашляться, при этом двигаясь ближе к стене, а шатен движется одним торсом за ним.. - ты знаешь первое правило веб-кама? «Смотреть можно - трогать нельзя», я тебе не шлюха какая-то.. Шатен, не стесняясь, ржёт с него.. Да, именно не смеётся, а ржёт, или же Чуе так кажется, потому что даже просто находиться в этот момент рядом было жутко, сам вид этих пальцев - длинных и, вроде, красивых, но с какими-то синяками и заломами, не свойственных аристократичным личностям, - заставлял его опасаться за горло. Чуя был готов к пыткам, он и ехал-то сюда с ожиданием обыкновенных "игр" старого знакомого, который пытается заманить его к себе под сердобольное дьявольское крылышко.. Но тут всё хуже, ведь он не знает, чего ждать! И рыжий задыхается, дрожащим горлом сглатывая слюну, когда чужая рука с долей нежности касается щеки. Она такая холодная.. - конечно не шлюха, я бы не позволил кому-то ещё портить твоё ангельское личико. - когда пальцы сжимают челюсть, Чуя непроизвольно вскрикивает, замирая в оцепенении. Да что за чёрт..- теперь ты точно будешь лишь моим, не хочу делить тебя с остальными даже визуально. Даже, когда ты просто идёшь в магазин, разве теперь это будет нужно? Я могу достать всё, что тебе нужно.. Накахара дёргается, хватаясь обеими скованными руками за чужую идеально выглаженную рубашку. Его клетка открыта - дверь на распашку.. Просто выходи - не хочу, и его тормозит только этот сумасшедший. Он не выглядит особенно сильным, если подумать.. - что, хочешь сбежать? Там стоит охрана с шокерами. Постарайся не думать об этом, ты разве не проголодался? Я приготовил это сам.. Лицо голубоглазого мигом перекосило.. Сам рассказывает о живом сердечном приступе, что стоит за дверьми, а потом просит не думать об этом.. Ну конечно, это ведь так просто! Но тут к его рту подталкивают палочки с лапшой, что выглядит и пахнет вполне съедобно и, не желая, чтобы Дазай помогал ему открывать рот и жевать, как подобает делать с настоящими куклами, юноша послушно втягивает щёки, поедая макаронины. *** - хороший мальчик.. - Дазай почти утробно рычит, когда тот втягивает щёки, пропуская член ещё глубже, почти до горла.. Чуя устал. Ему бы передышку, хоть один вздох.. Но рука, плотно прижимающая его за рыжую макушку к чужому паху, явно не намекала на простое окончание. Он смаргивает слёзы и пытается больше расслабить горло, задерживая дыхание. Его предательски спазмирует, и нечто похожее на утробные стоны в нём вибрирует, заставляя Осаму закатывать глаза в удовольствии. Наконец, тот смиловался. Лёгкие обжигает огнём, когда юноша отстраняется, делая как можно больше глубоких вдохов за те жалкие секунды, что ему дали на передышку.. Губы и подбородок блестят от слюны и смазки.. Если бы не темп, Чуя бы сказал, что ему даже нравится, потому что шатен, видимо, хорошо следил за гигиеной: ни от его бинтов, ни от гениталий не пахло чем-то отвратительным, что можно сравнить разве что с трупным духом и рыбными отходами, пролежавшими неделю. Единственное, что сразу бросалось в нос, так это запах крови и свежего кофе. Наверное, выпивает по чашечке за пытками.. Дазай улыбнулся. Картина что надо.. Рыжий смотрит на него снизу вверх, не сопротивляясь члену, прижатому к щеке, и голубые глаза так красиво затуманены.. Он бы утонул в них, если бы не тот факт, что слёз там пока не достаточно, чтобы захлебнуться.. Наслаждаясь мыслью, что его слёзы, должно быть, очень приятные на вкус, он уже собирался продолжить, но Накахара делает это сам. Тяжело вздыхает перед этим, что заставляет его тихо усмехнуться, хотя он и предпочитает не мешать. Если Чуя что-то задумал, он с удовольствием посмотрит.. Может, даже поучаствует. Тот раскрывает рот, старательно посасывая головку и вбирая член постепенно, проделывая языком такое, что любая эскортница попросит оставить подробную инструкцию.. Сперва немного помогает руками, насколько это возможно в силу их скованности, потом прекращает - берёт в рот глубже, а руками переходит на внутреннюю сторону бедра. На него не смотрит, кажется, будто он очень увлечен, Осаму невольно даже прикусывает губу. Он знает, что сейчас будет, и от этого ещё приятнее.. Скованные руки касаются кармана, где лежат ключи (то, что эти ключи нужные - ложное предположение, но ведь забавно, да?), и тут же рыжего ударяют по лицу. Дазай резко заламывает их, продолжая держать одной рукой и направлять голову другой. Этот маленький цирк не отменяет того, что он хочет поскорее кончить, да и продлился он ничтожно мало. Чуя вскрикивает, но возможности к подготовке, как в прошлый раз, не получает, и продолжает сидеть в таком положении, продавливая коленями матрас, пока ему в горло и на лицо не кончают, заставляя всё проглотить и вычистить член, потому что это они только начали.. - Чуя такой непослушный..  - он наступает носком ботинка на чужое бедро. - снова хочет от меня сбежать. Глупый маленький Чу.. - когда тот шепчет это с долей умиления в голосе, губы рыжего начинают предательски дрожать.. Ему и так не легче после неслабой пощёчины, но с моральной составляющей это несравнимо. Словно Дазай хочет, чтобы он благодарил его за нахождение в плену.. - знаю! Чтобы ты точно не забыл, я оставлю тебе шпаргалку. Накахара, явно не обрадованный такой новостью, как и тем, что его уткнули носом в матрас, начинает брыкаться и издавать нечто похожее на ругательства, пока по коже не ползёт остриё чего-то маленького и холодного, и слова уже приобретают вид более культурных просьб прекратить. - вот, держи. Ему пододвигают подушку, чтобы закусить между зубов, и голубые глаза смотрят на ткань перед собой, думая, как в такой отвратительной ситуации спасаться.. Он не хотел остаться уродом на всю жизнь, а Дазай ведь явно сумасшедший! Такому ничего не стоит и руки с ногами отрезать, чтобы не сбежал.. - если г-говоришь, чт-то любишь.. - он переводит дыхание, сглатывая скопившуюся с кровью от прикушенного языка слюну, и его тело крупно вздрагивает, когда скальпель, чуть надавливая, вырезает на коже сердечко. - то не делай мне б-больно! С-сукин сын.. - глупый.. Ведь я это делаю только потому, что люблю тебя. Знаешь, что сделали мои родители, когда я пролил суп? Написали на коже "элегантный". Дазай надавливает на скальпель сильнее, выводя первую букву своей фамилии, и рыжий так сладко навзрыд кричит, сжимая ткань между зубами. - и, ты знаешь, это работает. Я был глупым ребёнком, и слов понадобилось слишком много.. Но ты ведь не повторишь моих ошибок? Оскорбление тонет в болезненном всхлипе, и подушка намокает от слёз, а комната наполняется настоящим воем отчаяния и агонии, Осаму нежно гладит рыжие волосы, ведь осталось всего две буквы.. Самое сложное позади. Чуя кричит, впивается в матрас руками, грозясь сломать ногти в кровь, но это будет меньшая из проблем, а шатен тем временем слизывает капельку крови со своего произведения искусства, любуясь слегка кривыми буквами, кожа вокруг которых белела и краснела, а, стоит только рыжему повернуть лицо.. Он не удерживается. Поцелуй с привкусом собственной крови заполняет всё нутро Накахары, смешиваясь со слезами, и ему ничего не остаётся, кроме как безвольно висеть, ожидая, пока с ним наиграются для этого момента. Но, не сегодня. Потому что идеальные чёрные штаны, пошитые точно на заказ из дорогой фирмы, снова стягивает возбуждённый член. - ты же будешь всё равно возмущаться, так что.. - Осаму вздыхает так, словно это он тут жертва, и снимает с крючка простенький круглый кляп. - Дазай нет! - он дёргается, пытаясь отползти назад, но свежие раны на спине заставляют упасть обратно. - Дазай, пожалуйста, я не буду..! Юноша почти взмолился, но всё тщетно, и скоро маленький красный шарик зажимается зубами, оставляя Накахару без возможности что-либо сказать, а сказать бы он хотел очень много! Рыжий сглатывает слёзы, не понимая, к чему ему сейчас морально готовиться, и всё же решает обернуться.. Наверное, зря. То, где Дазай достал этот сраный дилдо в виде щупальца, не так важно, важно лишь то, что он и при должной подготовке не влез, а тут ни смазки, ни возможности себя растянуть.. Только вот что-то подсказывало, что Осаму на это плевать хотел, потому, вооружившись плёткой для большей убедительности, начал вставлять тентаклю. Чую едва не током прошибает, и он рад бы выкрикнуть, но выходит лишь пронзительное мычание-стон и жалкая попытка отползти назад или хотя бы свести ноги, за что плеть больно ударяет по спине, прямо по свеженанесённым ранам, и кляп заглушает уже более пронзительный вскрик. Он дёргает скованными руками, игнорируя предупреждение о том, что ему легко наступят на них, сломав пальцы, и тщетно пытается хоть как-то высвободиться, но удар плети по рукам явно прозрачно намекает замереть. Это ведь.. Невозможно. Он просто физически не идёт в сухое узкое тело! Но, когда Дазай это понимает, спина и ягодицы Накахары уже исполосованны настолько, что кожа в некоторых местах лопнула.. Игрушка временно ликвидирована, вместо этого шатен пристраивается сам. Ему, словно, вообще не жаль свой костюм, ровно как и Чую, потому, сжав его ягодицы и повалив на матрас головой, он начинает двигаться сразу в большом темпе, вообще не пытаясь доставить удовольствие партнёру. Рыжий только тихо плачет, жалея о том, что был столь самоуверенным для пирсинга, потому что сейчас колечки на сосках создавали ужасный дискомфорт, цепляясь за нитки на открытом матрасе. Помимо уже перманентной боли в заднице он ещё вынужден думать о том, не порвёт ли себе грудь, и всё от какого-то чёкнутого фанатика, которому стало не достаточно просто смотреть.. Дазай кончает, заставляя его расслабленно выдохнуть, как только сзади окажется пусто, но радость продлилась недолго. Это всё было лишь планом по небольшому увлажнению его задницы кровью и спермой, так что теперь Осаму с новым усилием разрывал стенки рыжего этим щупальцем, но, как и в первый раз, основания он не достигал. Всё же размер большеват для такого миниатюрного существа. Вскрикивая, Чуя в отчаянной попытке закрывает голову руками насколько позволяли наручники, и пытается углубить дыхание. Больно.. Сука, как же больно! Из него вышибало весь воздух с новыми толчками, хотелось совсем перестать дышать, чтобы это чувство наконец оставило его. И тут вдруг Дазай поднимается, заставляя его едва ли не подпрыгнуть! - как же с тобой сложно.. Нужно немного расслабить, чтобы начал по-человечески работать? Ну потом не жалуйся.. Накахара бы очень хотел спросить, как он может жаловаться с кляпом во рту, находясь в самой настоящей пыточной, но, к сожалению, не сумел даже настучать это азбукой Морзе, потому что к нему вернулись уже с новыми игрушками: вибро-кольцом для члена и затычкой для уретры. Возбудить, но не дать кончить? Креативнее и не придумаешь.. Подняться немного на четвереньки выходит с трудом, но он не сопротивляется новому виду издевательств, потому что сил на это уже просто нет. Член зудит без возможности к нему прикоснуться, потому что Осаму больше занят тем, что наступает на щупальце ногой, наблюдая, как оно погружается до конца, и отпускает, давая ей немного "всплыть". Боль уже не резкая, а тихая и тупая, от смешанных ощущений во рту скапливается слюна, а, из-за кляпа, который мешает глотать, вытекает с краёв губ на подушку, которая уже вся насквозь в его поте и слезах. Когда же ему надоедает, он с громким хлюпом вытаскивает игрушку, расстёгивая кляп и наручники, Чую освобождают ото всех приблуд, переворачивая снова на спину, отчего свежие раны немного жжёт, но тот уже не обращает внимания. Голубые глаза затуманены лёгкой пеленой безумия и полны солёных слёз, как лучшее море! Облизав его щёку, Дазай накрывает чужие влажные губы своими, завлекая его в поцелуй, и остаётся тупо подчиняться, а сам пока вновь пристраивается, толкаясь в уже влажную и растянутую до предела задницу, двигаясь в не медленном, но весьма приятном темпе, даже касаясь простаты. Чуя тихо скулит, обвивая руками и ногами его тело, и прижимается совсем близко, держась так, пока они оба не сойдутся одновременно в оргазме.. Таком отвратительно солёном и в привкусом металла на языке. Осаму бережно выходит, снимая со стены последнюю на сегодня вещь, которой оказывается маленькая пробка с красным камушком на ручке. - это настоящий рубин, он очень подходит тебе.. Я хочу, чтобы ничего не вылилось до тех пор, как я приду завтра. - с особенной нежностью шепчет он, вставляя её и целует рыжего крайний раз. Дверь так и остаётся на распашку. Свет выключается, охрана снаружи уходит вместе со своим "хозяином".. Чуя притягивает ноги к себе, сворачиваясь в клубок, и тихо всхлипывает. Нет сил уже даже плакать.. Это парадокс запуганной собаки: из камеры смерти есть выход, но она сидит на месте. Наверное потому, что эти надписи на коже и правда имеют какую-то ценность?