flower with thorns

Драко постепенно начинал беспокоиться. Уже минимум две недели его жена молчит о беременности! Она старалась делать вид, что ничего не происходит, но Драко заметил, что Гермиона начала чаще молчать. Вот только в молчанку они еще не играли! — Драко, с тобой всё в порядке? — Драко услышал тревожный голос жены, которая успела подойти к нему и положить свою руку ему на плечо, вырывая его из пучины мыслей, — Ты завис и смотришь в одну точку. Драко прикрыл глаза и выдохнул. Он обещал, что не будет у неё ничего спрашивать, но как же это было сложно! — Всё в порядке, дорогая. Драко снял с себя рубашку и увидел смущенный, но в тоже время голодный взгляд жены на своей груди. Как маленькая! Мужчина притянул её к себе, и Гермиона начала чертить на голом участке тела только ей понятные узоры. Она была такой красивой в своём домашнем халате. А когда снимала его то, становилась ещё более прекрасной, хотя казалось бы, как она может быть ещё прекрасней. Салазар, даже после стольких лет эта женщина вызывает в нём такую бурю реакций: возбуждение, обожание, восхищение. — Милая, как думаешь мальчик или девочка? Драко захотелось стукнуть себя по лбу. Он не контролировал, что говорил, приехали! Казалось, он просто не мог уже играть в эти кошки мышки. — Ты же знаешь, что мальчик, — Драко забыл, как дышать, и он отодвинул жену от себя, всматриваясь в её глаза с неверием, — Теодор скоро будет так сильно кричать, что у него сын, что узнает весь белый свет. Драко прикрыл глаза, сдерживая себя. Ну конечно! Тео, черт его подери! А то, что он сам скоро станет отцом, она не хочет рассказать, да? — Да, точно, ты права, милая. Отцы всегда готовы кричать на весь мир, что у них будет ребёнок. Драко поцеловал жену в висок и скрылся в уборной. Ему срочно нужно успокоиться и умыться холодной водой! Как только мужчина скрылся в другой комнате, Гермиона устало опустилась на кровати. Мерлин, её муж даже не может запомнить пол младенца лучшего друга, что тут говорить о четвёртом ребенке в их семье? Гермиона закрыла лицо руками, как же тяжело было хранить такой огромный секрет! В голову Гермионы пришла гениальная идея, как она сообщит о беременности мужу. Уже завтра она признаётся ему, просто не прямым текстом, а намёком. Но он обязательно поймет и, возможно, разозлиться. Хотя Драко никогда не злился на Гермиону и детей, но кто знал, как на него повлияет информация о еще одном ребенке? Это же очередной переворот в их жизни. Гермиона легла в кровать и, когда почувствовали, через какое-то время на своей талии руки мужа, смогла успокоиться. Даже спустя столько лет их замужество, Гермиона всегда расслаблялась и возбуждалась в его руках. Наверное, это и есть самая настоящая любовь. Такая тёплая, домашняя и только их двоих.

***

На следующее утро, Гермиона встала пораньше, и пока её муж спал, отправилась в магазин. Женщина купила детскую соску и бутылочку, намереваясь таким способом сообщить мужу о беременности. Ну кто тут не догодается, когда тебе буквально будут сувать предметы с надписью «Ты будешь папой»? Пока она ходила по магазину для младенцев, в её памяти всплыли воспоминания. Много лет назад, она вместе со Скорпом и Драко также ходила по отделам. Они выбирали одежду ещё не родившимся двойняшкам, и эти воспоминания занимали отдельное место в её сердце. Когда Скорпиус узнал о том, что у него будет брат и сестра, его восторгу не было предела. Правда, был один случай, который Гермиона наоборот хотела бы забыть. Момент в котором её сердце чуть не разорвалось. «Беременная Гермиона шла к сыну, чтобы прочитать сказку на ночь, но ей пришлось резко остановиться у двери комнаты мальчика. Девушка прислушались и услышала тихие всхлипы. Сердце Гермионы пропустило удар, и она сразу же зашла, нет, почти влетела к сыну. Скорпиус сидел и тихо плакал, такой маленький и беззащитный, с игрушкой в руках. Увидев Гермиону, он сразу же вытер свои слезы и улыбнулся. Как же Гермиона хотела, чтобы он не брал привычку от Драко скрывать свои настоящие чувства. — Милый, что случилось? — Гермиона села рядом со Скорпом и продвинула его в свои объятья. — Миона, а ты будешь любить меня, когда родятся двойняшки? Да, тогда Скорпиус ещё не привык называть её мамой, ведь ему это все было ново, но Гермиона была уверена, что когда-нибудь он окончательно поймет, что она его настоящая мама, которая любит его больше всего на свете и никогда не бросит. — Скор, ну ты чего? Я тебя люблю и никогда не перестану любить. Ты мой любимый сынок, моя гордость, моë сокровище. Разве могу я перестать тебя любить? Скорпиус крепко обнимал её, цепляясь, как за спасательный круг — Миона, но ведь я тебе не родной, чужой. А они будут твои. А если вы с папой забудете про меня? Слово «чужой» было как ножь в спину женщины. Гермионе требовались все силы, чтобы слеза не покатилась по её щеке. Неужели, её маленький мальчик и правда думал, что может остаться один? Её маленький любимый сын. — Скор, послушай меня, пожалуйста. Ты мой, слышишь? Ты мой ребенок, мой сын и я тебя очень сильно люблю. Мы с папой тебя очень любим. А когда родятся твои братик с сестренкой, нашей любви станет только больше. Но ты никогда не останешься один, я тебе обещаю, сынок. Скорпиус чуть отодвинулся от Гермионы и опустил глаза вниз. — Миона, а можно. Можно я буду называть тебя мамой? Я не хочу быть лишним, когда брат с сестрой будут называть тебя «мамой». Гермиона не сдержалась, и почувствовала одинокую слезу, скатывавшуюся по её щеке. Она поцеловала мальчика в лоб, и тот наконец поднял на неё свой взгляд, в котором было сейчас столько боли и любви. — Скорп, я и так твоя мама, ты можешь не спрашивать об этом. Но я буду счастлива, если ты меня начнешь так называть всегда. Скорпиус улыбнулся, а дверь его комнаты открылась. Драко стоял оперевшись о стену. Хоть на его лице и красовалась добрая улыбка, но у него были грустные глаза. Гермиона сразу поняла, что он слышал их разговор. — Эй, мои любимые, вы чего тут раскисли. Пошлите, посмотрим мультфильм. Помнишь, Скорп, ты говорил, что вышел какой-то новый драконов. Скорпиус подбежал к отцу, и тот сразу же взял его на руки, улыбаясь жене. Вскоре их пока еще маленькая семья сидела на диване у камина, смотря телевизор. Ребёнок заснул на коленях отца, а женщина уснула рядом, сложа голову на плечо мужчины.»

***

Драко открыл глаза и, не обнаружив жены под боком, посмотрел на часы. Интересно, куда ей понадобилось в такую рань в выходной день? Драко принял утренний душ, а после отправился на пробежку, вокруг поместья. Мужчина бежал и представлял ещё один комочек счастья, который появится в их семье. После того, как Лира принесла ему тест на беременность, он всегда просыпался и засыпал с мыслью о их будущем малыше. Салазар, как же сильно он уже любил этого ребёнка. Той самой безграничной родительской любовью, которая отдавалась особым теплом в душе. Когда Драко вернулся с пробежки, Гермиона уже вернулась в мэнор. Малфой нашел жену на кухне, которая заметно нервничала. Это было понятно по её жестам. Вот она стоит и нервно складывает руки на груди, вот накручивает свои локоны на палец, а вот и слишком тяжело вздыхает. — Доброе утро, милая. Гермиона даже не вздрогнула, когда неожиданно почувствовала руки на своей талии и тёплое дыхание в районе шее. — Привет, — Гермиона нервно облизнула губы и повернулась лицом к мужу, — у меня кое-что есть для тебя. Драко наклонил голову к плечу и отошёл от любимой, облакачиваяст бедрами о стол. Гермиона сделала глубокий вдох и достала красиво упакованный набор с детской соской и бутылочкой. Сверху этого всего было открытка с красивой надписью "Ты будешь папой!". Женщина протянула этот набор мужу, а её глаза бегали по ему лицу, ожидая реакции. Драко не сдержал улыбки, которая теперь растянулась ну его лице. Наконец-то! Малфой уже хотел подхватить жену на руки и зацеловать, но сдержался, пытаясь сдержать рвущуиеся наружу эмоции. Если она не может даже смело сказать ему о беременности, так почему бы ему не пошутить над своей любимой супругой? Он так долго ждал того, что она расскажет ему, а она даже не осмеливается это сделать, пытаясь намекнуть. — Драко, это. — Я тебя так люблю, дорогая, — Драко все-таки притянул жену к себе и почувствовал, как она расслабилась, он проглотил смешок и гордал заявил, — Это прекрасный подарок для Теодора. Гермиона отошла от мужа, а её глаза непроизвольно расширились. Её муж идиот? Миссис Малфой зло фыркнула и вылетела из кухни. Когда за женщиной закрылась дверь, Драко не сдержался и засмеялся. Интересно, когда она ему намекнет или скажет прямо теперь?

***

— Мой муж — идиот! Гермиона ходила из стороны в сторону в одной из комнат дома семьи Поттеров. — Гермиона, пожалуйста, успокойся. Может все не так плохо? Джинни с Пэнси только и успевали переводить взгляды за мечущейся по гостиной подругой туда сюда. Гермиона не могла успокоиться уже несколько минут. Подруги уже и сами начали думать что Малфой дурак. Как можно не понять такого прямого текста? — Все не так плохо?! Да он даже мысли себе не допускает, что я могу быть беременна! — Гермиона с тяжелым вздохом опустилась на диван рядом с Пэнси и Джинни, — Я не знаю, что теперь делать. Нотт с Поттер быстро переглянулись. Гермиона вчера попыталась сообщить мужу о беременности и за это время уже успела накрутить себя. — Герм, может хватит? — Пэнси убрала прядь волос с лица Малфой заправляя за ухо, — Тебе нужно сказать прямо и всё. Ты не можешь молчать так долго. Извини, подруга, но ты и прошлой своей беременности лишила Драко. — Я знаю! — Гермиона застонала от бессилия и закрыла лицо руками, — Да, я трусиха! Да, я знаю, что Драко любит меня и наших детей, но все равно боюсь сказать об очередном пополнении! Да, мне просто страшно, что я буду плохой мамой для двойняшек и Скорпа, после рождения четвёртого! — Милая, успокойся, пожалуйста, — Джинни уже не просила, а умоляла. Гермиона и правда была уже без сил и лишь тяжело дышала, — почему ты боишься, что станешь плохой мамой? — Потому что я помню, как в первое время после рождения Лиры и Хоупа, Скорп переживал что станет ненужным. Я боюсь стать плохой мамой и даже не заметить этого! Вдруг я настолько погружусь в новорожденного ребенка, что стану меньше уделять внимания своим первокурсникам и выпускнику. Сейчас я им нужна как никогда. Пэнс стукнула себя по лбу. Мерлин, Гермиона при беременности становится слишком драматичной и нервной! — Гермиона, ты прекрасная мама, и ты это знаешь. Ты любишь всех своих детей одинаково, и никогда не уделяла Скорпу внимания меньше из-за двойняшек, хоть и было не легко. Для начала ты должна открыто поговорить с Драко, а потом уже думать об остальном. У тебя уже пятая неделя беременности, если ты забыла, а твой муж до сих пор не знает! О да, Гермиона не забыла, что у неё уже пятая неделя беременности. Вчера она хоть и была на взводе, после не получившегося признания Драко, но пошла в больницу. Там беременность, конечно, подтвердилась. Медики сказали записываться к ним для слежки беременности, чего девушка пока не сделала, надеясь все-таки собраться с духом и признаться Драко. — Спасибо вам, не знаю что делала бы без вас, — Гермиона крепко обняла подруг и твердо для себя решила, что поговорит с Драко.

***

Драко сидел на кровати с ноутбуком, заполняя новый документ по работе. Гермиона была в ванной уже больше часа, и Драко уже подумывал зайти к ней. Ей давно пора дать расслабиться, в последнее время гормоны у неё совсем шалят. Мысли о том, как он прижмет свою мокрую жену к себе и доведёт до оргазма начали повышать настроение мужчины. Малфой уже ухмыльнулся своим мыслям и хотел пойти к жене под душ, когда та нерешительно вышла из ванной комнаты. Когда жена подняла на него свои шоколадные омуты, в которых плескался страх, его улыбка сразу же исчезла с лица и он встал, подходят к своей жене и обнимая за талию. — Милая, что случилось? Драко нежно провёл рукой по лицу Гермионы и та как обычно подалась навстречу. Она столько думала, как рассказать о беременности, что в её голове теперь была пустота, в которой она тонула. Малфой ненавидел, когда его жена грустила, а ещё сейчас ему стало самому страшно от тех эмоций, которые отражались на её лице. Назойливые мысли начали лезть в голову мужчины, пока он пытался отогнать их. Не могла же она сделать аборт.? — Драко, как думаешь, — голос его жены был нежным, но тихим от нерешительности, — мы хорошие родители? Драко нежно улыбнулся и со всей переполняющей его любовью поцеловал жену в кончик носа. — Мы очень хорошие родители, дорогая, а ты самая лучшая мама. На несколько мгновений в воздухе повисла звенящая тишина. Гермиона тяжело выдохнула и отошла от мужа, тот нехотя отпустил её и с улыбкой продолжал смотреть на неё. Женщина пробежала взглядом по его лицу, которое сейчас украшала нежная улыбка, и наконец сглотнула ком в горле. — Драко, я. — Гермиона здавлено застонала, прикрывая глаза, и громко проговорила, пока страх не поглотил её, — Я беременна! Гермиона опустила голову в пол и не смотря на мужа начала тараторить сама не осознавая до конца что. — Главное не реагируй слишком остро, я понимаю, что четвёртый ребенок это. Слишком! Поэтому нужно все обдумать, и я могу сделать або. Драко не дал договорить это ужасное слово своей жене, нежно прижимаясь к её холодным, но таким податливым и родным губам. Они целовались и мужчина чувствовал, как с каждой секундой его Гермиона все больше и больше расслабляется. Этот поцелуй был неторопливым, чувственным, полным нежности и самым желанным в жизни супругов. Малфой медленно оторвался от губ жены, соединяя их лбы, поглаживая руками её лицо и волосы: — Не смей даже думать о таком, слышишь? — Но, Драко, я беременна! Четвёртым! — Я знаю, милая. Гермиона моргнула пару раз, после чего отступила от Драко, впиваясь в него взглядом полного непонимания и плескавшейся возбужденности внутри, которая появилась после поцелуя. — Что значит знаешь, Малфой? — Я знаю, что ты беременна уже две недели, милая. Драко видел, как теперь непонимание понемногу исчезает и появляется не добрый огонь в глазах его вселенной. — Что значит ты знаешь уже две недели, Малфой! — Тихо, тихо, милая. Давай спокойно поговорим? Гермиона тяжело вздохнула, и Драко видел как плечи его жены расслабились. Они залезли на кровать. Гермиона, как всегда делала, села между ног мужчины и опустила тяжёлую голову ему на плечо. — Почему ты так долго молчала? — голос был хриплым, а Гермиона нервно закусила губу. Драко знал привычки своей любимой женщины наизусть. Она ужасно взволнованно, как и он сам, если признаться. Казалось, он уже привык к мысли об этом ребёнке, но от этого волнения не становилось меньше. Особенно, после того, как его жена начала говорить про аборт. Кажется, только недавно они сидели в другой стране друг напротив друга, и она боялась его, крича, что не откажется от двойняшек. Ощущение, что это было в другой жизни. Но теперь Гермиона сидела между его ног и поглаживала его руки, которые он сомкнул в замке на её талии. Драко поцеловал жену в плечо, после чего она наконец-то начала говорить. — Я боялась, что ты скажешь, что нам не нужен четвёртый ребенок. И я понимаю тебя, Драко, так что если все-таки. — Никаких все-таки, Грейнджер, — Драко бесцеремонно перебил её и крепко сжал руку жены, — я уже очень сильно люблю нашего будущего малыша, как ты вообще могла себя так загнать, решив что я буду против? — Драко увидел как в глазах Гермионы собираются слезы и сразу же притянул к себе её крепче, нежно целую в уголок губ, — я люблю тебя, спасибо тебе, что подаришь мне еще один лучик света. Гермиона не сдержалась и заплакала, цепляясь за мужские плечи. Драко продолжал её нежно поглаживать по рёбрам. Все у них будет хорошо. Они оба были уверены в этом. Супруги долго разговаривали, прерываясь на глубокие поцелуи. Конечно, Драко получил подушкой за свою шутку, когда сделал вид, что не знает о её беременности, но после этого он сразу же успокоил свою эмоциональную жену нежными ласками. Эту ночь они опять убеждались в крепости своей любви и семьи. Всю ночь Драко доказывал своей жене как сильно любит её. В конце концов они уставшие заснули в объятьях друг друга, ощущая лёгкость в сердце и на душе.