Кексы, Зелья и Лосось

Городок Люминия... Прекрасный вид на океан, пастельные дома разных форм, разноцветные и разной формы жители. Именно так можно описать этот чудесный город — город романтики и сладостей. Именно здесь, вдоль улицы с видом на океан, стоит небольшой магазинчик пастельно-розового цвета. На его стенах цветут яркие цветы, а вход украшен лампочками, что вечером светят мягким жёлтым светом. Магазинчик "Кексики Лилит" восхитителен и внутри. Одна из стен полностью занята большим окном с видом на море, вдоль которого расположены столики и стулья для посетителей. На стенах развешаны разные картинки, объединённые розовой и милой эстетикой — котики, кексики, цветы или просто нежные фигуры. Прилавок уставлен свежей выпечкой: кексами, тортами, карамельками и конфетами. Всем этим добром управляет юная девушка, столь же очаровательная, как её магазин. Лилит. Добрая и милая, с нежно-розовыми волосами, собранными в два хвостика. С детства она любила печь, а когда ей исполнилось двадцать, осуществила мечту и открыла собственную кондитерскую. Покупатели нашлись сразу — многие приходили каждый день, чтобы снова попробовать её чудесные кексы. Некоторые пытались выведать секретный рецепт, но Лилит лишь молча улыбалась и благодарила за комплимент. Ведь её кексы получались такими вкусными благодаря одному особому ингредиенту. Магии. Дело в том, что Лилит — ведьма. Она умеет варить зелья из трав, что растут в её маленьком саду. Иногда покупатели приходят не только за сладостями, но и за чем-то посерьёзнее. Так было и в тот день, когда в магазин заскочил... лосось. Он был большим, с мягкими перламутровыми чешуйками, которые слегка сияли в свете витрины. Его изящные, почти полупрозрачные плавники напоминали лёгкую ткань, а большие круглые глаза выглядели немного грустными — как у мультяшного принца, которому не дали спасти свою принцессу. Лосось смешно подпрыгивал по полу, стараясь сохранить достоинство, ведь в душе он был настоящим романтиком. Но не просто романтиком — героем старомодного любовного романа. Драматичным, эмоциональным, немного наивным. Когда он заговорил, его голос оказался низким, чуть хрипловатым, с нотками трагической страсти. Казалось, что он не просто говорит, а декламирует стихи. — Ах, Лилит, ты не представляешь, каково это — влюбиться и осознавать свою рыбную сущность! — вздохнул он, театрально всплеснув плавниками. — О, сколько волн я преодолел, сквозь бездну солёных течений! В пучине мрак и тишина, но сердце — в жажде вдохновений! Я плыл, я мчался к берегам, влекомый светом глаз любимой. И вот, уставший, пред тобой — герой, но рыбьей шкурой скован! Лилит удивлённо наклонила голову, слегка приоткрыв рот. Несколько секунд она просто моргала, осмысливая услышанное. Затем, сдерживая смешок, осторожно спросила: — Ты часто сочиняешь поэмы о собственных путешествиях? Её губы дрогнули, но она постаралась сохранить серьёзность. Всё же перед ней стоял страдающий романтик-лосось, а не обычный покупатель. — Ты ведьма? Та самая, что делает зелья? — продолжил он, глядя на неё с выражением глубокой скорби. — Ну, да, — осторожно кивнула она. — Но в основном я пеку кексы. — Мне нужно зелье! — воскликнул лосось, подпрыгнув на прилавке. Лилит внимательно посмотрела на него. Обычный говорящий лосось. Обычный для Люминии, конечно. — Какое именно? — поинтересовалась она. — Я хочу стать человеком. Хотя бы на один вечер! — заявил лосось, его голос прозвучал особенно трагично. Лилит приподняла бровь, но не удивилась. — И зачем тебе это? Лосось вздохнул так тяжело, будто нёс на своих жабрах груз всех несчастных любовников мира. — Я.. влюбился. В человека. Я хочу позвать её, самую прекрасную девушку что я когда-либо видел на свидание! О, сколько солнц взошло с тех пор, как я впервые увидел её лик! Я мечтал о встрече с ней, услышать её голос. Но увы, чешуя — мой вечный оков, и только чудо позволит мне быть с ней рядом! Лосось поднял плавник к небу, словно взывал к самой судьбе, а затем снова тяжело вздохнул. Лилит задумчиво посмотрела на него, затем кивнула. — Хорошо, будет тебе зелье. Лосось замер, его большие круглые глаза расширились от восторга. Он вдруг подпрыгнул на месте и радостно всплеснул плавниками. — О, благородная Лилит! Ты подобна утренней заре, что рассеивает мрак моих страданий! — воскликнул он, сияя от счастья. — Я знал, что в этом мире ещё есть место чудесам! Не знаю, как бы мне оплатить тебе за эту щедрость! Он даже пустил довольную пузырьковую волну из жабр, выражая свою бесконечную благодарность. — Ну что ж, тогда у меня есть одно условие. — Какое?! — Ты расскажешь мне, как всё прошло, — улыбнулась Лилит. Лосось вновь вздохнул, но на этот раз с восхищением, оглядываясь вокруг, словно не веря своему счастью. Его плавники вздрогнули от волнения, а глаза засверкали надеждой. Он гордо поднял голову и торжественно произнёс: — Ах, если бы вода могла унести моё нетерпение так же легко, как несёт меня к неизведанным берегам! — воскликнул Лосось, подпрыгивая на месте. — О, Лилит, как же я жду это чудесное зелье! Я чувствую, как судьба вот-вот переменится! Лилит улыбнулась, закатала рукава и подошла к деревянному шкафу, наполненному баночками, сушёными травами и пузырьками с разноцветными жидкостями. Она достала маленький котелок и начала аккуратно добавлять в него ингредиенты. Вода в котле зашипела, когда в неё упала первая капля настоя лунного цветка. Затем Лилит добавила несколько лепестков алой розы, щепотку сверкающего порошка и каплю сиропа из магических ягод. Смесь заискрилась, заполняя комнату сладковатым ароматом. — Немного терпения, и ты получишь своё зелье, — сказала ведьмочка, помешивая варево серебряной ложечкой. — Главное — не спеши, магия любит аккуратность. Лосось замер, наблюдая за каждым её движением с благоговением, его глаза сияли в предвкушении. И через несколько минут, Лилит дала ей пузырёк зелья. Она была желтого цвета и, казалось бы, мерцало. Лососю не терпелось выпить зелье, ему хотелось побыстрее стать человеком и искать свою красавицу. Как только он выпил весь пузырёк, он начал трансформироваться. Это началась мгновенно. Лосось почувствовал, как его плавники начинают таять, превращаясь в пальцы, а чешуя дрожит, словно под порывом теплого бриза, и исчезает, оставляя после себя гладкую кожу. Его длинное, гибкое тело вытянулось, позвонки захрустели, перестраиваясь, и через мгновение он уже стоял на двух ногах, покачиваясь, словно ещё не привык к земле под собой. Серебристые волосы рассыпались по его плечам мягкими волнами, отражая свет лампочек над прилавком. Его большие, чуть выпуклые глаза остались прежними — глубокими, полными эмоций, но теперь в них появилось нечто новое: удивление, восторг, а, может быть, лёгкое замешательство. Он поднял руки, медленно разглядывая их, сжимая и разжимая пальцы, словно не веря, что теперь у него есть ладони. Лилит наблюдала за ним, склонив голову набок, и хмыкнула. — Ну что, как ощущения? Не слишком… сушёные? Лосось моргнул, глядя на свои новые руки, затем осторожно потрогал своё лицо, провёл пальцами по щекам, волосам и даже слегка потянул себя за ухо, будто проверяя, настоящее ли оно. Затем он глубоко вдохнул — воздух наполнил его лёгкие иначе, чем вода наполняла жабры, и это ощущение было одновременно странным и восхитительным. — О, Лилит… — выдохнул он, голосом, теперь ещё более бархатистым, но всё таким же драматичным. — Я… я чувствую! Я ощущаю ветер на коже, тепло свечей, даже аромат твоих кексов… Боги! Я никогда не знал, что сладкое пахнет так… волшебно! Он сделал шаг вперёд и тут же пошатнулся, судорожно цепляясь за прилавок. — Ох, но земля… Земля предательски твёрдая! Как вообще люди двигаются на этих… этих палках?! Он покосился вниз, подозрительно оглядывая свои ноги, затем снова поднял взгляд на Лилит, его широкая (слишком широкая) улыбка сияла в восторге. — Но, о, что за чудесное проклятье! Какая великолепная мука быть человеком! Ах, как бы назвать себя… думаю, Салмон будет прекрасным решением! — Салмон? — удивилась Лилит, — разве это не слишком очевидно? Лосось поднял бровь (или попытался – у рыб с этим сложно) и гордо вздёрнул подбородок. — Напротив! Это имя несёт в себе всю мою суть, мою историю, моё предназначение! — с пафосом заявил он. — Я — Салмон, тот, кто бросил вызов судьбе! Лилит закатила глаза, но улыбнулась. — Ладно, Салмон, иди уже на своё свидание. И помни: не веди себя слишком... рыбно. — О, я буду само совершенство! — торжественно поклялся он, развернулся (чуть не потеряв равновесие) и направился прочь, гордо шагая по улице. Его волосы развевались на ветру, а в глазах светилась надежда. *** Прошла ночь, и вот, утром, когда Лилит уже расставляла свежеиспечённые кексы в витрине, дверь её кондитерской внезапно распахнулась. На пороге снова оказался лосось. Вновь рыба. Весь мокрый, с встрёпанными плавниками и глазами, полными ужаса. — Ах, Лилит… — простонал он, сваливаясь на прилавок. — Ты не представляешь, через что я прошёл… Ведьма наклонила голову, подавляя смешок. — О, я очень даже представляю, но лучше расскажи сам. Лосось вздохнул, его жабры подрагивали от волнения. — Всё было прекрасно! О, как красиво она улыбалась, как нежно касалась прядей своих волос… Её голос был как песня ангелов, а её смех — словно тихий прибой, ласкающий берег. Я шутил, рассказывал о красоте морских глубин, и она смеялась! Лилит, она смеялась! — Звучит неплохо, — кивнула ведьма, пряча ухмылку. — Так почему же ты выглядишь так, будто пережил кулинарный апокалипсис? Лосось вздрогнул и закрыл глаза, словно пытался изгнать ужасные воспоминания. — Она... — его голос дрогнул. — Она заказала… жареного лосося. Наступила тишина. Лилит моргнула. — Что? — Она заказала жареного лосося! — вскрикнул он, подпрыгнув. — Я смотрел, как официант подносил блюдо! Я видел, как оно блестело в свете свечей! Я почувствовал запах! О, Лилит, я видел его глаза! Его глаза смотрели прямо на меня! Он схватился за голову (ну, за что-то похожее на голову), его плавники дрожали. — Я понял, что если останусь ещё хоть на минуту, я закричу! Я вскочил, бросил салфетку на стол и… — И? — Лилит с трудом сдерживала хохот. — И сбежал. — Он закрыл лицо плавниками. — Через туалет. На этот раз ведьма не выдержала и расхохоталась. — Ты смыл себя в унитаз?! — Мне нужно было срочно в воду! — трагично воскликнул Лосось. — Я бежал, я метался! И вот… нашёл единственный путь домой! Лилит смеялась так, что едва держалась на ногах. — Ох, бедный, бедный Лосось… — выдохнула она, вытирая слёзы. — Значит, твоя любовь к ней умерла? — Она стала страхом! — заявил он. — Как я могу любить того, кто пожирает моих собратьев?! Лилит покачала головой, усмехаясь. — Ну что ж, думаю, это был ценный опыт. Лосось тяжело вздохнул. — Ужасный опыт… — Но смешной. Он сердито посмотрел на неё, но потом сам не выдержал и улыбнулся. — Ладно, возможно, со стороны это выглядит… забавно. — О, даже не сомневайся, — подмигнула Лилит. — Хочешь кекс? — Только если он не из рыбы. Лилит рассмеялась и поставила перед ним нежный ванильный кекс с клубничной глазурью. — Держи, герой романтики и туалетных побегов. Лосось принял кекс и задумчиво посмотрел на него. — Знаешь… Может, я попробую влюбиться в кого-то из океана. — Хороший план, — усмехнулась Лилит. — Только убедись, что она не любит суши. Лосось содрогнулся, и они оба расхохотались. Конец.