Favorite stalker

Тёплая вода стекала по коже, смывая усталость прошедшего дня. Сыль Ги провела ладонями по лицу, задержала дыхание, а затем выдохнула, встречаясь взглядом со своим отражением. Тусклый свет лампы в ванной делал её лицо бледнее, чем оно было на самом деле. Глаза – тёмные, уставшие, слишком взрослые для её возраста. Из кухни доносились голоса её родителей, их ссора была уже привычным фоном в её жизни. — Ты что, с ума сошел? Как ты мог так поступить?! — раздался голос её матери, Мё Чи, громкий и резкий, словно она кричала в лицо. — Всё, хватит! Я тебе что, маленький ребёнок, чтобы ты мне указывала, как жить? — ответил отец, и в его голосе звучало раздражение, смешанное с отчаянием. — Ты даже не понимаешь, что она делает! Всё это ради неё, ради неё, а ты ничего не замечаешь! — снова вскричала Мё Чи, её голос дрожал от ярости. — Она даже не родная мне! Зачем она вообще тут живёт?! Минуты тянулись бесконечно, прежде чем она, наконец, подняла взгляд. Медленно, словно каждая клетка её тела сопротивлялась, Сыль Ги приподнялась, осторожно ступая ногами по мокрому полу. Скользнув одной рукой по стене, она вышла из ванны, ощущая, как холодный воздух противится её коже, проникая под мокрые пряди волос. С замирающим сердцем она направилась к крючку, на котором висел её халат. Тёмно-синий, с простыми золотыми полосками по краям, он был чуть больше её размера, но в тот момент ощущался как последний островок уюта. Слышно, как ткань шуршит, когда она берёт халат и медленно, словно в замедленной съёмке, надевает его, чувствуя, как мягкая ткань одеяла её тело, закрывая почти голую кожу. Влажные волосы прилипли к шее, но она не обращала на это внимания. И вот, в этот момент, как тень, промелькнуло воспоминание — холодный осенний вечер, когда её жизнь изменилась.

***

Осенний вечер наполнил улицы прохладой, и ветер, слегка приподнимающий золотистые листья, приносил с собой аромат сырой земли и дождя. Тёмное небо затягивалось облаками, и тусклый свет уличных фонарей не мог рассеять полумрак. Сыль Ги шла по тротуару, ступая осторожно, её шаги эхом отдавались в пустоте. В этом мире, где осень уже почти захватила всё вокруг, она ощущала себя частью этого однообразного, холодного пейзажа — холодного, как её сердце. Прохлада ощущалась сквозь одежду, но её тело было в напряжении, словно она шла по тонкому льду. Внезапно она остановилась, взглянув на знакомый дом, где раньше царила тёплая атмосфера. Но теперь этот дом, словно чуждое место, вызывал лишь страх. В её кармане вибрировал телефон, и она инстинктивно вытащила его, быстро пробежав взглядом по экрану. Сообщение от отца: «Беги, не возвращайся в дом. Не заходи внутрь». Эти слова казались одновременно знакомыми и чуждыми. Она ещё не успела всё осознать, как услышала приближающиеся шаги и голоса — они звучали всё громче. Голоса полицейских. Сыль Ги замерла, её дыхание стало поверхностным, а сердце сжалось. Это было слишком близко. Не раздумывая, она развернулась и побежала. Каждое движение было отчаянным, как если бы сама ночь пыталась её поймать. Листья под ногтями шуршали, и, несмотря на холод, внутри всё горело. Она стиснула зубы, пробегая по тротуару, пытаясь не смотреть назад. Но голосов становилось всё больше, они эхом разносились по пустой улице, как приглушённый хриплый звук шагов, отражённый в стенах. «Они близко», — пронеслось в её голове, но мысль сразу же исчезала, когда она поворачивала за угол и ускоряла шаг. Дыхание сбивалось, в груди горело, но она продолжала бежать, словно её тело уже не слушалось её разума. Вокруг было так тихо, что каждый звук шагов в ответ на её собственные казался невыносимо громким. Голоса преследовали её, проникая в темные закоулки её мыслей, но она не могла останавливаться. Сирены всё ближе, и, даже скрываясь в тени, она знала: нужно бежать ещё быстрее. Под ногтями ощущались обломки сухих листьев, каждое прикосновение земли казалось ударом, но она лишь сильнее сжимала кулаки и продолжала свой бег. В темноте ей казалось, что она вот-вот потеряет силы, но ещё один поворот, ещё один шаг — и она была уверена, что что-то её удерживает. Голоса становились громче, и теперь они не были просто эхом — они были рядом. Сыль Ги резко завернула за угол, чувствуя, как её ноги едва успевают следовать за её мыслями. Она не знала, куда бежит, лишь бы быть подальше от тех шагов, которые преследовали её с такой настойчивостью. Но внезапно из темноты, словно из ниоткуда, появились руки. Жёсткие, уверенные, женские руки, которые хватали её за плечи и резко притягивали к себе. Она пыталась вырваться, но сильное движение вывело её из равновесия, и всё тело словно провалилось в темноту. Звуки окружающего мира смолкли, заменившись давящим гулом в ушах. Она отчаянно пыталась сопротивляться, но чьи-то руки сжимали её так крепко, что любое движение становилось бесполезным. Она ощутила, как её тело поднимают, и её буквально вталкивают в тёмное помещение. Стены сжались вокруг, запах сырости и старой пыли ударил в нос. В воздухе ощущалась угроза. Резкий удар по лицу — и мир снова стал чёрным. Тело ослабло, она не успела понять, что случилось, прежде чем потеряла сознание.

***

Сыль Ги медленно пришла в себя, ощущая лёгкое головокружение. Она сидела на полу в ванной, почти без сил, но её мысли были ясны. Единственное, что она точно запомнила из того происшествия, — это браслет на правой руке. Он был простым, кожаным, но на нём было вырезано имя. «Кажется, имя...», — промелькнула мысль в голове. Но чьё именно — она не могла вспомнить. В её памяти осталось лишь его лёгкое покачивание на запястье человека, который её схватил, но лицо, к сожалению, ускользало. С тяжелым вздохом она встала, опираясь на стену, и вышла из ванной. Туманное освещение и полумрак квартиры почти не изменились с тех пор, как она сюда вернулась. Шаги звучали глухо в пустом коридоре, но её взгляд остановился на фигуре, направлявшейся к её комнате. Мачеха, заметив её, пробежала взглядом по девушке, как будто не видела её вообще. С холодной ухмылкой на губах она прошептала: «Ну ты и ходячая проблема, прямо с ума сойти». Голос был полон презрения и раздражения. Она не потратила время на разговор, прошла мимо, даже не сделав попытки остановиться или взглянуть в её сторону. Быстрым шагом направилась в свою комнату, оставив после себя запах чего-то кислого и едкого. Девушка открыла дверь и вошла. Комната встретила её пустотой и холодом новой квартиры. Здесь не было того уюта, к которому она привыкла, лишь холодные, почти стерильные стены и минимум мебели. Кровать стояла в углу, с простым белым покрывалом, без лишних деталей. На столе не было никаких личных вещей, только несколько пустых чашек и ноутбук, стоящий в углу. Свет от неяркой лампы в углу придавал комнате немного теплоты, но всё равно чувствовалась отчуждённость, словно это не её пространство. Всё было чуждое, словно она ещё не успела вписаться в это новое место. Сыль Ги закрыла глаза, погружаясь в тишину комнаты, но её мысли, как всегда, уводили её в тот день. Образы, как мозаика, складывались в голове, и каждый фрагмент невыносимо болел.

***

Сколько времени прошло — Сыль Ги не могла сказать. Ощущение времени исчезло, будто она провалилась в пустоту. Когда она пришла в себя, её тело ощущалось тяжёлым и болезненным, а сознание было затуманено. Постепенно тьма отступала, и она почувствовала мягкие подушки под собой. Когда глаза привыкли к свету, девушка медленно приподнялась, осматривая помещение. Это была маленькая подсобная комната с тусклым светом, который едва освещал пространство. На полу в углу стояли коробки, а рядом на столе лежали несколько пустых бутылок. Она обвела взглядом комнату, и её внимание привлекла пара ключей, лежащих рядом с дверью, а рядом с ними была записка. Сильно сомневаясь, она взяла бумагу и медленно прочла: "Ключи от заднего выхода кафе. Они ушли, не волнуйся." Текст был написан чётко, но её сердце сжалось от недоверия. Кто этот аноним? Зачем помогать ей? Смыслом записки она не могла понять сразу. Но что-то в её сердце подсказывало, что этот момент уже не был первым. Сколько раз она получала подобные сообщения? Письма анонимов, которые приходили ей в самые неожиданные моменты, всегда оставались без подписи, всегда с короткими и ясными словами. Иногда они были предупреждениями, иногда подсказками, которые либо помогали, либо напротив, ставили её в ещё большее смятение. Когда-то такие письма её пугали. Они возникали без всяких следов, без известий о том, кто мог быть за ними. Кто-то, кто всегда знал, что с ней происходило, но оставался в тени. Чужие глаза, которые следили, и неизвестность, которая заполняла её дни. Это чувство подкрадывалось к ней, но она всегда пыталась игнорировать его. Кто бы это ни был, она не могла понять, а может, и не хотела. Но теперь, с этим новым посланием, её внутреннее беспокойство вернулось с удвоенной силой.

***

Сыль Ги перевернулась на живот, уставившись в старую, потрёпанную подушку, пытаясь не думать ни о чём. В голове было слишком много мыслей, но сил бороться с ними не оставалось. Тело её было измотано, и каждое движение давалось с трудом. Чувство беспокойства, которое не покидало её с момента того таинственного письма, не отпускало, но внутреннее истощение было сильнее. Сколько она могла держаться? Сколько ещё можно быть настороже? Она сжалась в клубок, как бы пытаясь спрятаться от этого мира, и, не в силах больше сопротивляться, её веки опустились. В воздухе висела тишина, которую нарушал только звук её спокойного дыхания. Спустя несколько мгновений, когда сознание стало ускользать, Сыль Ги уснула, погружаясь в безмятежный сон, от которого ей, возможно, нужно было больше всего.