Я покажу тебе Хогманай

      Мягкий, пушистый снег ложился на Лондон, превращаясь на тротуарах в грязное месиво. Оксфорд-стрит была переполнена, люди бежали, не глядя под ноги; брызги разлетались на высоту до метра, пачкая все вокруг.       Стряхивая с куртки очередные капли смеси талого снега с солью и песком, Джонни шипел, мысленно ругая проклятую погоду, невнимательную толпу, гудящий транспорт, льющиеся из всех окрестных магазинов новогодние и рождественские песни. Все было не так, все было не то. Досталось даже витринам магазинов и уличным украшениям – недостаточно яркие, недостаточно разнообразные, недостаточно эстетичные. Чопорная, ритуальная Англия заставляла сейчас шотландскую кровь кипеть от злости еще больше обычного.       Толчок в спину – кто-то врезался в него, и Джонни обязательно сказал бы пару ласковых, если бы не услышал женский голос. Девчонка, лет пятнадцати на вид, поспешно извинилась перед ним, мило улыбаясь; после такого оставалось лишь махнуть рукой и позволить Саймону оттащить себя к одной из витрин очередного фешенебельного магазина.       - Ты злишься, - Саймон не спрашивал, Саймон утверждал.       - Да ну… - Джонни попытался сделать вид, что все в порядке, но под строгим уставшим взглядом сдался. – Это не канун Нового года, это какая-то жалкая пародия!       Саймон на мгновение закрыл глаза, стараясь сохранять душевное равновесие. Вот уже вторые сутки он только и слышал от обычно радостного, солнечного Джонни, что все вокруг – какая-то фикция, что все вокруг – не то, не так, не по-настоящему. Одни и те же истории про Хогманай, одни и те же воспоминания десятилетней и более давности о фейерверках, улице тартанов и факельных шествиях. Саймон мог пересказать часть из них чуть ли не слово в слово.       - Успокойся.       - Ты просто не понимаешь!       Саймон снова закрыл глаза. Это было еще не невыносимо, но уже достаточно тяжело.       - Ты не замерз?       Попытка смены темы едва не осталась незамеченной, но прежде, чем Джонни успел сказать хоть слово, он шумно чихнул и вынужден был полезть в карман за носовым платком. Сырость и серость, привычные для Лондона, были приправлены испарениями нового, экологически безопасного реагента. Джонни подозревал – на этот реагент у него аллергия ничуть не меньшая, чем на сам город.       - Согреться было бы неплохо, пожалуй.       - Глинтвейн?       - Хм? – не успел платок отправиться в карман куртки, как Джонни тут же чихнул еще раз. – Вообще можно. Только…       - Вон там.       Саймон кивнул в сторону небольшого деревянного домика, наспех выстроенного на Аргайлл-стрит незадолго до Рождества вместе с десятком точно таких же. С леденцами, с имбирными пряниками, с яблоками в карамели и с напитками, в том числе и алкогольными.       Дождавшись зеленого света, они быстро перешли на другую сторону улицы и нашли пустой стол, за которым можно было спокойно встать и насладиться напитком. Саймон привычно выбрал место так, чтобы видеть как можно больше вокруг себя, Джонни расположился напротив.       - Тебе алкогольный или без?       - Без.       В руках Саймона появился смартфон, перчатки отправились в карман. Кончики пальцев защипало, кожа начала краснеть на ветру, влажный холодный воздух пробирался через рукава под куртку, вызывая мурашки по телу.       - Я сейчас все принесу, ЭлТи.       Джонни дождался едва заметного кивка Саймона, кажется, больше сосредоточенного на своем смартфоне, чем на происходящем рядом с ним, и исчез где-то в хвосте очереди, ведущей к домику с напитками.       Спустя десять минут бумажные стаканчики с глинтвейном опустились на стол, тонкий слой снега вокруг них тут же стал таять. Джонни вдохнул поднимающийся от крышечек пар, наслаждаясь ароматом специй, и только потом заметил, что Саймон так и не сменил за это время позы – как стоял со смартфоном в руке, перенеся вес на одну ногу, так и стоит, сосредоточенно глядя в экран.       - ЭлТи, все в…       - У тебя документы с собой? – Саймон поднял взгляд от смартфона к глазам Джонни.       - Да, - тот придвинул к себе один из стаканов, оставляя дорожку подтаявшего снега на столешнице. – Почему ты спрашиваешь?       Ответа не последовало – Саймон снова уткнулся в экран, пальцы быстро скользили по клавиатуре. Джонни вытянул шею, пытаясь понять, что можно сейчас так сосредоточенно печатать, но тут же получил легкий щелчок по лбу.       - Не подсматривай, грейся.       Глинтвейн обжигал горло, растекался по телу, даря легкость и тепло рукам и ногам. Глоток за глотком Джонни опустошил свой стакан, глядя на медленно опускающиеся в свете уличного фонаря снежинки.       - Закончил? – едва дождавшись кивка, Саймон схватил Джонни под локоть и потянул за собой обратно на Оксфорд-стрит. – В темпе, в темпе, у нас всего час.       - Что? Куда мы?       - Увидишь.       Стакан Саймона так и остался стоять на столе, нетронутый.

***

      Вокзал был затейливо украшен к праздникам; здесь было еще более людно, чем на улицах города. Продираясь сквозь толпу туристов, фотографирующихся в центральном зале на фоне огромной ели, и местных, спешащих к своим семьям, Саймон уверенно вел Джонни на перрон, не отпуская все это время его руку. Он замешкался лишь один раз, чтобы бросить взгляд на информационное табло.       Джонни молчал – уже догадался, куда и зачем они идут, но боялся позволить себе поверить в это, боялся сказать это вслух, боялся спугнуть свою удачу. Словно ребенок, он покорно шел за Саймоном, все крепче и крепче сжимая его ладонь.       Покинув центральный зал, они нырнули в предбанник, где Саймон резко потащил Джонни в сторону, вышли на улицу, под крышу, прошли немного, свернули между знаками 9 и 10, снова продираясь через толпу туристов. Мотор стоящего на 9 платформе экспресса издавал гулкий звук, вибрация от него пронизывала тело все еще боящегося поверить в происходящего Джонни.       Только заняв свои места в вагоне – эконом класс, спиной по ходу движения, почти в самом хвосте, но чудо, что места вообще нашлись – Джонни рискнул спросить:       - Куда?..       - Эдинбург, - Саймон поправил спинку своего кресла. – Будем там около одиннадцати. Хочу посмотреть на твой Хогманай.       - Но, ЭлТи, я же говорил – там вход по билетам, их разобрали еще в октябре…       - У меня есть почти пять часов, чтобы что-то придумать. Будь внимателен, нас ждет пересадка в Ньюкастле, возможно, придется бежать.       Джонни смотрел на Саймона ошарашено, все еще не веря в происходящее.       - Тогда хорошо, что мы налегке, да, ЭлТи?

***

      Небо Эдинбурга оказалось ясным; несмотря на световое загрязнение, привычное для крупных городов, некоторые звезды все равно можно было разглядеть. Здесь также было холоднее, Джонни поначалу пожалел, что не носит плотную медицинскую маску, такую же, какая сейчас была на Саймоне. Впрочем, спустя пятнадцать минут, он забыл о холоде, словно родная земля согревала свое чадо волшебным образом.       Шумная толпа, привычный язык, «Auld Lang Syne», звучащая рано, словно бы несколько неуместно сейчас, но приятно щекочущая душу. Украшение улиц было более скудным, чем в Лондоне, но тщательно подобранным, не забивающим архитектуру, не стирающим облик города. Лазерные лучи с концертных площадок, разбросанных по городу, и набережной, разрезали небо на части, и даже они смотрелись отчего-то уместно.       Саймону было холодно, шумно и неуютно, но блеск в глазах Джонни явно стоил этих неудобств.       - Пойдем, - Джонни взял Саймона за руку, переплетая их пальцы для надежности. - Надо уйти от вокзала, здесь слишком много народу.       Слишком – это было мягко сказано. Стоило только отойти чуть дальше, как их буквально поглотила пестрая, шумная толпа. В глазах рябило от разноцветных тартанов, бенгальских свечей, неоновых палочек и блесток, рассеивающих их свет и свет уличных гирлянд. Саймон потер глаза, стараясь привыкнуть к этой пестроте, в то время как Джонни наконец-то чувствовал себя, как рыба в воде.       Он протащил их через толпу на широкую улицу, перекрытую специально для праздника, и осмотрелся. Давние воспоминания мешали сосредоточиться, Джонни шел маршрутом, который запомнил когда-то давно, и потому не сразу сообразил, что Саймон тянет его в противоположную сторону.       - ЭлТи, ты чего? – недоуменно спросил он, подходя как можно ближе, чтобы было лучше слышно в окружающем их шуме.       - Нам нужно взобраться на Калтон-хилл.       Саймон пытался перекричать толпу, но это было не так-то просто в окружающем шуме: помимо тысячи голосов было слышно флейту, волынку, даже праздничные язычки-дуделки. Издалека доносились басы – традиции здесь переплетались с современностью, на одной из крупных площадок выступал модный диджей.       - Куда? – не сразу расслышал Джонни.       - Калтон-хилл! Там толпа, но зато без билетов.       Джонни потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать происходящее и рассмеяться.       - ЭлТи, ты просто невозможен!..       Улыбка Джонни была столь искренней и яркой, а главное – предназначавшейся для него одного, что Саймон почувствовал, как его щеки покрываются румянцем, словно у мальчишки, и порадовался, что за маской этого не видно. Он крепче сжал ладонь Джонни и потянул его за собой в сторону холма.       Чем выше они поднимались, тем плотнее становилась толпа. Саймон боялся потерять Джонни, Джонни же не только умудрился не отпустить руку Саймона, но и сунуть в другую стакан с каким-то теплым напитком. Второй точно такое же стакан он взял сам.       - Что это?       - Эгг-ног, - Джонни сделал глоток прямо на ходу, ухмыляясь от понимания, что Саймон не может попробовать напиток прямо сейчас. - Тебе понравится.       Теперь пробираться через толпу стало сложнее. Саймон спешил, мысленно отсчитывая минуты до полуночи. Чувство времени у него было отлично развито, он понимал, что они успевают, но очень хотел найти место с лучшим обзором – иначе вся эта поездка имела гораздо меньше смысла.       Дорожка вела вверх кругами, и, как ни странно, чем выше они поднимались, тем более пустой она была – народ разбрелся по газонам, стоял группками, чтобы было теплее, у многих в руках были факелы. Полиция, то тут, то там мелькающая среди толпы, закрывала на это глаза, некоторые из них, будучи на дежурстве, украдкой прикладывались к фляжкам явно с чем-то горячительным. Несмотря на очевидное нарушение, Саймон не мог их винить.       Они добрались до памятника Дугалду Стюарту за девять минут до полуночи. Толпа здесь была плотнее, многие тоже искали местечко повыше и получше, кое-кто из молодежи рискнул забраться на сам монумент, но не высоко, чтобы не злить полицию. Это было молчаливое согласие между ними: одни не наглеют чрезмерно, вторые их не гоняют, поскольку все держится в относительных рамках порядка. В Лондоне такое было бы невозможно.       - Иди сюда.       Саймон потянул Джонни дальше и выше на холм, нашел удобное место с краю дорожки – за спиной было только металлическое ограждение – дернул Джонни на себя, одновременно разворачивая спиной и прижимая как можно ближе к своей груди. Свободная рука легла на талию, удерживая на месте. В такой толпе, даже если кому-то и было бы до них дело, скорее всего никто ничего и не смог бы рассмотреть и понять. Кое-как подцепив маску, Саймон сделал небольшой глоток на пробу и поморщился.       - Виски? Серьезно? – произнес он на ухо Джонни, вызывая у того, и без того ошарашенного внезапной близостью в толпе, мурашки. – В другой день и в другом месте я бы не стал это пить.       - Брось, ЭлТи, - голос Джонни звучал беззаботно, но Саймон все равно уловил легкую дрожь. – Ты бы все равно выпил. Для меня.       Вместо ответа Саймон лишь сильнее прижал Джонни к себе – возможно, даже лишком сильно, на доли секунды полностью выбивая воздух из его легких.       Толпа продолжала гудеть, стаканчики полностью опустели в считанные минуты, по телу снова разливалось приятное тепло. Отсутствие еды – в поезде они так и не рискнули ничего взять, а во время пересадки не было времени – сказалось, в голове у обоих чуть шумело, но оба были этому только рады.       Вторая рука тоже легла на талию, не давая возможности куда-либо деться. Саймон стоял настолько близко, что Джонни чувствовал его дыхание на затылке даже через маску, забывая обо всем на свете. Тепло чужого тела проникало через одежду, обжигало, раскрашивало щеки алым и заставляло сердце биться чаще. Осторожно, Джонни коснулся кончиками пальцев тонкой полоски кожи на запястье Саймона и, не встретив сопротивления, просунул руку в рукав его куртки.       - Слушай, ЭлТи, я…       Громкий залп салюта не дал Джонни закончить фразу. Вздрогнув, он перевел взгляд на город, над которым то тут, то там распускались огненные цветы – красные, оранжевые, розовые, перемежающиеся более редкими синими, зелеными и фиолетовыми, с мерцающими вспышками.       Толпа ревела, кричала, со всех сторон доносились поздравления, незнакомцы обнимались, кто-то даже целовался, а Джонни никак не мог оторвать взгляда от неба. Он словно проваливался в детство, в те редкие счастливые воспоминания, что у него были. Теперь только на них нарастали новые, еще лучше, включающие в себя его руки, его тепло и его голос, неожиданно прошептавший на ухо:       - С Новым годом, Джонни.       Момент, когда на талии осталась всего одна рука, Джонни пропустил.       Но пропустить мимолетное прикосновение горячих губ к своей щеке он уже не мог.       - С Новым годом, ЭлТи…

декабрь 2024

P.S. Фото с Калтон-хилл с видом на новогодние фейерверки можно посмотреть тут:

http://www.joegilhooley.co.uk/festival-fireworks-2016/