Хочу твою фамилию

Чонхо и Ёсан не так давно отпраздновали деревянную годовщину: на протяжении пяти лет они вместе прошли через множество испытаний, но оставались верны браку и продолжали безмерно любить друг друга. За всё время проживания вместе их циклы течки и гона подстроились друг под друга. И теперь каждые три месяца проходили одинаково... Проснувшись рано утром и не обнаружив рядом с собой своего мужа, Кан расстроился – с начала дня ему не хватало знакомого тепла и аромата. Ёсан встал на холодный пол босыми ногами и прошёл в ванную, чтобы принять освежающий душ и привести себя в порядок после сна. Выйдя из комнаты, он прошёл к гардеробной, раздумывая, какую одежду нацепить на работу. Но по пути Ёсан почувствовал прилив жара в своём теле и сразу понял в чём дело: течка подобралась слишком незаметно и неожиданно. Он схватил телефон, чтобы написать боссу о своём незапланированном отсутствии, не вдаваясь в детали, и забрался в кровать, укрываясь одеялом. Обоняние обострилось, когда он невольно вдохнул мускусный аромат альфы, засевшего в постельном белье. Его начало кидать в пот, а по телу прошлись неприятные муражки и вибрация. Словно почувствовав приближение Чхве, Ёсан начал гнездоваться – обложил вокруг себя небольшую крепость из пропахшей Чонхо одежды, подушками и одеялом. – Ёсан, – приглушённый голос дошёл до него, но он не осмелился даже взглянуть из-под сооружения на своего мужа. Чхве покинул работу раньше обычного, больше не смог сконцентрироваться на поставленных задачах из-за внезапного прилива гона. Было забавно каждый цикл наблюдать эту картинку: прячущийся в мягкой конструкции омега и хаосный беспорядок в спальне в виде разбросанных вещей по полу. – Милый... Можно к тебе, пожалуйста? Кан застрясся от нарастающего желания и умоляющего тона Чонхо. Он просунул руку из-под одеяла, мгновенно почувствовав как горячие пальцы сжали его фаланги. – Пожалуйста, Ёсан, – тихо прошептал тот, и он быстро сдался, вылезая из сооружения. И мгновенно был заключён в крепкие объятия. На шее Чхве принялся оставлять жаркие следы от поцелуев и лёгких укусов. – Чонхо... Я не могу, я хочу тебя... – нуждающе проскулил Кан, лаская под рубашкой то спину, то грудь мужа, чувствуя напряжение в мышцах торса. Одежда сразу же слетела с их тел, оставляя их полностью оголёнными. Имея ещё каплю разумного мышления, Чонхо потянулся за презервативом в ящике прикроватной тумбочки. – Давай без, – Ёсан остановил его, схватив за запястье. Умоляющий взгляд щенячих глаз почти убедили альфу не пользоваться защитой, но рассудок всё ещё заставлял его держаться от подобных действий. Несмотря на уговоры, Чхве всё же нашёл пачку и с трудом натянул презерватив на свою эрекцию. Кан повилял бёдрами от ожидания, прогибаясь в спине. Альфе невероятно нравился вид своего мужа сзади, поэтому не сдержался от сильного шлепка, наблюдая как анальное кольцо охотно расширилось и уже от возбуждения сочилось натуральной смазкой. Он протолкнул покрасневшую головку, оценивая, как дырочка желанно зажала кончик. Не медля ни секунды больше, Чонхо схватился за его талию крепко, проталкивая всю длину внутрь. Низкий стон с губ Кана слетел мгновенно, дрожащие пальцы сжали простыню под собой, а предэякулят пачкал постельное бельё под ним. Чхве пытался не ускоряться слишком рано, поэтому мучительно продливал приятный процесс. Полностью вводил всю длину и медленно выходил, заставляя дырочку сжать лишь кончик. – Чонхо, прошу... – Ёсан начал жалобно скулить, вновь повиляв бёдрами, пытаясь всадить в себя весь член обратно. Закатив назад глаза, Чхве резко вошёл внутрь опять и бешено выскользнул, лишь для того, чтобы вдариться грубо в него опять. Он сохранял быстрый ритм, прислушиваясь к громким хныканьям и шлёпающимся звукам их тел. Ягодицы Ёсана покраснели от безудержных шлепков руки по коже. Образовавшийся пот на лбу скатился к приоткрытым губам, язык жадно облизал соленоватость. Чонхо издал хриплый рёв от тесноты ануса Ёсана. То, как он сжимал желанный член своими стенками сводило его с ума. Альфа был готов кончить лишь от одного этого незабываемого ощущения. От мощных неустанных движений ноги начали трястись. Половой орган выскользнул из анала, и Кан не удержался. Он потянулся рукой за кончик и с трудом стянул с него презерватив и насадил себя на его член обратно, сладко простанывая и снова прогибая поясницу. – Ёсан, ты что... – запыхавшийся Чхве не до конца сообразил коварный план Ёсана. Но поддался ему и продолжил двигаться навстречу, ускоряясь. – Я так хочу от тебя мальчика... Кончи в меня, папочка, – Кан начал бормотать, возбуждая мужа и подстёгивая его на безвозрастные последствия своими грязными словами. Он сжал свой половой орган, пытаясь интенсивной мастурбацией достичь оргазма. – Я хочу, чтобы ты кончил внутрь... Я хочу почувствовать, какого это... Какого иметь в себе тебя. – Боже, Ёсан, замолчи... – В ответ прорычал Чонхо, сжимая его ягодичную плоть сильнее. Изображения беременного омеги заполонили и так затуманенный похотью разум. Он желал, чтобы Кан носил под сердцем их совместного ребёнка, хоть и от части боялся неизвестности и ответственности. Но было невозможно сдержаться от того, как об этом умолял Ёсан. Последний толчок, и Чонхо глубоко зарылся внутри, заполняя его своим заветным семенем. Навалившись на него сверху, он пытался отдышаться, лаская покрытую потом спину Кана. – Можно? – Чхве шепнул, и тот сразу же кивнул. Его головка опухла, а сфинктер Ёсана охотно сжался крепче. – Так приятно... – Тихо ответил Кан, пытаясь не нарушить установленную тишину в спальне. Они аккуратно легли в комфортную позу на боку. Рука Чонхо потянулась погладить плоский животик Кана, представляя, как в дальнейшем с каждым месяцем он будет больше и больше. Он был наслышан о поведении омег во время беременности, но, кажется, морально уже был готов столкнуться с трудностями. – Почему я чувствую себя хорошо только от одной мысли, что ты будешь носить нашего ребёнка и мою фамилию? – Чонхо посмеялся, и Ёсан подхватил его игривое настроение. – Кто сказал, что я возьму твою фамилию? – Он притворно сдерзнул. И за это получил очередной шлепок по чувствительной заднице. – Ладно-ладно! Ты такой серьёзный... – Потому что мне это важно, – надув губы, Чонхо пробормотал, прижимаясь к омеге. – Чхве Ёсан, – проговорил Кан, положив свою руку поверх альфы. – Мне нравится, как это звучит... – Звучит, как что-то моё, – Чонхо хихикнул, целуя его в родимое пятно около глаза и виска. – Я уже твой, глупыш, – мягкая улыбка расплылась по краснеющему лицу. Он взглянул на своего мужа, и сердце забилось быстрее. Сколько бы лет не прошло, Чонхо продолжал возбуждать в нём нежные любовные чувства. – Я тебя очень люблю. – И я тебя люблю. Безумно люблю...