Любовь приходит внезапно

Зима. Улицы покрыла снежная перина. Крошечными хлопьями на сырую траву падал снег. Всё вокруг: деревья, кусты, дома, было окутано густой белой пеленой. На заснеженную землю падали солнечные блики. Они игриво скользили по запорошенным тропинкам, лесам, полям, внося капельки своего света в этот мрачный, тусклый, казалось бы, давно уже потерянный дистрикт. Китнисс брела по узким улочкам. День её выдался совершенно обычным: с недавних пор вся её жизнь состояла лишь из того, чтобы бродить с луком и стрелами по лесной чаще, выискивая добычу. Лес был единственным местом на этой земле, где она могла найти хоть малейший покой, на время оставить все проблемы позади, забыть о ночных кошмарах, об играх, и целиком погрузиться в бездну умиротворения. В общем и целом, с тех пор, как она одержала победу в играх, в её жизни не изменилось практически ничего. Она всё так же не спала по ночам, всё так же беспокоилась за семью. По правде говоря, её состояние даже во многом ухудшилось: в своих многочисленных воспоминаниях она, как и прежде, видела безжизненную Руту, лежащую в траве, видела копьё, насквозь пронзающее её тело. Всё это было лишь частью того, что девушка успела повидать за то время, что она провела на играх. И, казалось бы, всё это давно уже в прошлом, всё позади. Но тем не менее судьба сложилась так, что в этом году ей прийдётся принять должность ментора, ощутить этот страх вновь, но только теперь там, на арене, погибнет не она. Погибнут ни в чём не повинные юноша и девушка, а возможно - мальчик и девочка, которые будут отправлены на арену исключительно волей судьбы. Они погибнут, а она не сможет сделать ровным счётом ничего, чтобы помочь им. Она не была ментором, она не знает, что и как нужно делать, как сохранить жизнь трибутов. Всю оставшуюся жизнь она будет винить себя за их смерть. Но всё это будет потом, уже через несколько недель. А пока ей предстоит отправиться в Тур Победителей, посетить все дистрикты Панема и в каждом из них произнести речь перед их жителями. Сама того и не заметя, Китнисс добралась до Деревни Победителей. С недавних пор в этом забытом всеми местечке поселились трое: Хеймитч, Пит и Китнисс. Всего лишь трое проживали среди этих бесконечных улиц пустующих домов. Китнисс шла по заснеженным тропинкам, пробираясь к дому Хеймитча. Именно там вскоре должна была состояться съёмка. Китнисс знала одно: наверняка хозяин дома сейчас лежит где-нибудь пьяный и даже не задумывается об этом. Без её помощи точно не обойтись. Добравшись до его дома, она остановилась у входной двери. - Хеймитч, открой! - она с силой постучала в дверь, но, как и обычно, никто не отозвался. Тогда, вспомнив, что Хеймитч часто забывал запирать входную дверь на замок, так как воровать у него особо было нечего, та повернула ручку. Дверь с лёгкостью распахнулась, и Китнисс вошла в узкий тёмный коридор. Как и обычно, здесь повсюду был беспорядок, а из комнат доносился запах алкоголя. Нет, так дело оставлять нельзя! Надо срочно узнать, в каком он состоянии! Пройдя по коридору, Китнисс очутилась в кухне. Повсюду был разбросан хлам, на столе стояли несколько полупустых бутылок, а за столом в полулежачем положении сидел, как и ожидалось, в стельку пьяный Хеймитч. Похоже, ожидания Китнисс были оправданы. Увидя данную картину, девушка мигом подбежала к раковине, набрала полный стакан воды, а затем выплеснула его на ментора. В тот же миг, Хеймитч вскочил со стула, отпрянул назад и принялся истошно вопить. - Ты что творишь! - тот ударился головой о стену, слегка пошатнулся, а затем направился прямиком к девушке. Он с силой попытался прижать Китнисс к стене, но та вовремя остановила его, схватив его руку и оттолкнув от себя назад. - Хочешь нежности, проси у Пита. - ответила Китнисс весьма агрессивным тоном. Такое поведение не было для Хеймитча чем-то особенным, но тем не менее её это весьма раздражало. - Через час здесь будут камеры. - Разбудить, не заразив воспалением лёгких. - тот слегка покашлял, а затем продолжил - Ты ужасно неприятная личность! Тут, в кухню вошёл Пит. Он нёс в руках две буханки хлеба. Наверняка он пришёл сюда с той же целью, что и Китнисс. Увидя девушку, он тотчас направился к ней. - Будешь есть? - он протянул ей буханку свежего хлеба. - Нет, спасибо. Я уже поела в городе. - слова, сказанные ей, являлись правдой. За время прогулки она успела отлично подкрепиться. - Не за что. - тот положил выпечку на стол, а сам уселся рядом с Хеймитчем. - Вам обоим к туру много льда надо растопить. - произнёс Хеймитч с привычной ему иронией, открывая очередную бутылку. - Он через час, кстати. - Китнисс направилась к выходу, решив, что дальше ментор справится и без неё. - Помойся, Хеймитч. - выпалила она на ходу. - Я уже. - ментор тяжело вздохнул, бросая взгляд в сторону уходящей девушки. *** - Мисс Эвердин, к вам гости! Переступив порог дома, войдя в прихожую, Китнисс обнаружила для себя следующую картину: посередине комнаты стояли два высоких парня, одетые в чёрные кожаные костюмы. Выглядели они так, как обычно выглядят охранники или телохранители особо богатых людей. Интересно, кому за час до тура понадобится вламываться в её дом, да ещё и тащить с собой охрану, будто бы здесь ему или ей что-то угрожает? Наверняка это какая-нибудь очень важная персона. Но вот только что эта личность хочет от неё? - Проходите за нами. - они не стали ждать реакции Китнисс и направились в коридор. Та послушно последовала за ними, так как не было у неё другого выбора. Пройдя небольшое расстояние, охранники остановились посередине коридора. Один из них указал пальцем на одну из дверей. В доме Китнисс было много пустующих комнат, и похоже, это была комната именно из этого разряда. Молча кивнув головой, не став долго ждать, девушка повернула ручку и плавно открыла дверь... - Мисс Эвердин! - из комнаты послышался голос Президента Сноу - Рад вас видеть! Войдя в комнату, Китнисс не могла поверить своим глазам. За столом в конце комнаты действительно сидел Президент Сноу. Китнисс на секунду замерла. Неужели сам Президент Панема решил посетить её дом? Что же привело его сюда? - Присаживайтесь. - он указал рукой на место напротив себя. Китнисс подошла ближе и села за стол. Справа от неё стояла миска, наполненная чем-то навроде печенья, которое обычно готовил ей Пит, а слева горел небольшой экран. На нём мелькали отрывки из финала прошлых игр, как раз те самые кадры, где Китнисс и Пит готовятся съесть ягоды. Интересно, зачем это всё? - Президент Сноу, какая честь. - Китнисс попыталась не терять самообладание и наигранно улыбнулась. - Моя дорогая. - тот вдруг принял весьма серьёзное выражение лица. - Давайте сразу договоримся не лгать друг другу. Китнисс лишь молча кивнула в ответ. - Есть одна проблема. Она началась с того момента, как вы достали ягоды на семьдесят четвёртых играх. Улыбка вмиг сползла с лица Китнисс. Она отчётливо помнила тот день. Помнила то, как её безжалостно обманули, направили на ложный путь, когда сначала ввели новое правило, объявили, что теперь победителей может быть двое, а затем в финале объявили уже обратное, тем самым нанеся ей огромный удар. У неё не было другого выхода. Она не могла потерять Пита навсегда. В тот момент она чувствовала, что просто не может обойтись без него. То же самое чувствовал и он. Что им оставалось делать? Как быть? Неужели это так разозлило Президента, что теперь им обоим прийдётся понести наказание? - Если бы у распорядителя была бы хоть капля мозгов, он бы уничтожил вас на ровном месте. - продолжал Сноу - Но вы здесь, а где он, вы, я думаю, и сами можете догадаться. Китнисс прекрасно помнила о казни Сенеки Крейна. Он погиб как раз в тот день, когда проходила её церемония награждения. Его много раз предупреждали, что если что-нибудь на играх пойдёт не по плану, он тут же поплатится за это. И все эти годы всё шло прекрасно, пока не наступил финал семьдесят четвёртых. Китнисс часто ловила себя на мысли, будто бы она сама виновата в произошедшем. Она прекрасно понимала, что этот человек пролил крови многих людей, ведь он собственными руками создавал переродков, которые в свою очередь губили множество трибутов. Тем не менее, в глубине души Китнисс было искренне жаль, что дело дошло до его казни. И сейчас фраза Президента звучала так, будто он лично обвиняет её в том, что произошло с ним. - После его фиаско нам ничего не оставалось делать, кроме того, как позволить вам играть по собственным правилам. - по прежнему продолжал Сноу - И вы были хороши: эдакая наивная влюблённая школьница. Вы хорошо справились с тем, чтобы убедить Капитолий. К сожалению, в дистриктах поверили не все. От сказанных Президентом слов Китнисс была поражена. Он действительно считает, что всё то, что они с Питом пережили вместе, было лишь игрой на камеру? На каких основаниях он может так думать? Почему в дистриктах им не верят? В конце концов, что плохого в том, что они просто любят друг друга? - Вы не знаете, но в некоторых дистриктах ваши действия были восприняты как акт неповиновения. Посудите сами: если шестнадцатилетняя девчонка посмела бросить вызов Капитолию, что помешает им сделать то же самое? Скажем так, начать восстание, или даже революцию. Такими темпами может рухнуть и вся система. - Какая шаткая система, если её способны разрушить пара ядовитых ягод. - Да, действительно. Но всё совершенно не так, как вы себе это представляете. - Что я должна представить? Президент Сноу насмешливо улыбнулся. - Представьте: тысячи и тысячи людей гибнут. Ваш город будет стёрт с лица земли. Радиоактивный, утонувший в грязи. Будто бы его и не было как дистрикта тринадцать. Слова Президента повергли Китнисс в ужас. Нет, только не это! Нет, она не хочет видеть смерти всех своих друзей, близких. И вправду, лучше было умереть на арене, чем видеть страдания людей здесь и сейчас. - Вы были хороши на играх, Мисс Эвердин, но это были лишь игры. Хотите развязать настоящую войну? - Нет! - Вот и молодец! Сноу улыбнулся, а затем взял печенье из миски. - Ваша мама испекла? - Пит. Президент задумчиво уставился на миску. - Пит... Хороший мальчик. Интересно, когда он осознает всю глубину вашего... безразличия. - Он мне не безразличен! - Не лгать! - воскликнул Сноу, заставя Китнисс вздрогнуть. - Вы обещали. - Может проще сразу меня убить. Президент вновь ухмыльнулся. - Убить? О нет, что вы! Мне незачем вас убивать. Мы должны быть друзьями. Или если не друзьями, то хотя бы союзниками. - Что я должна делать? - Вы с Питом поедете в тур. Вы должны улыбаться, произносить речи. Вы довольная, благодарная, но прежде всего - до безумия, очертя голову влюблённая. Как думаете, вы справитесь? - Да. - Что значит "Да"? - Я справлюсь. - Вот и славно. - Президент встал из-за стола, протянул Китнисс маленькую белую розу и направился к двери. - Подарок, Мисс Эвердин. Китнисс молча уставилась на белоснежную розу. Этот цветок всегда был символом Президента Сноу. Что бы это могло означать? Мысли её прервал звук закрывающейся двери. Уходя, Президент добавил: - Вы уж убедите меня. Ради ваших близких.