Jaewonn-i

За окном тьма, вечер наступил, а корейский мегаполис просыпается, вливаясь в свою ночную жизнь. Экран монитора неприятно бьёт по глазам, заставляя щурится. Канхёк сидит за отчётами этой недели и приятно удивлён. На этой неделе у Джэвона было аж три самостоятельных операций. И все они успешные. Пациенты восстанавливаются в своих палатах и с отчётом операций всё просто замечательно. А на лицо Канхёка лезет довольная и гордая улыбка. Он всё же смог чему-то научить этого зелёного травмо-проктолога. Да и в последние дни он всё больше даёт отпор и спорит с другими людьми на повышенных тонах. Возможно одна восьмая его схожести с Канхёком наступает чуток раньше нужного времени. Сердце забилось стоило Канхёку вспомнить каким он был за обедом. За щёки уминал еду, что они взяли. Периодически нервно поглядывал в телефон. Словно вот-вот звонок с травматологии поступит и им срочно нужно будет бежать. Тогда Пэк забрал телефон парня, отложив его к себе в карман. — Не могу смотреть на то, как ты нервничаешь, поешь нормально. — жуя еду произносит Пэк, указывая палочками на чужую тарелку. Пробормотав тихое «Хорошо, Доктор Пэк», он принялся кушать. Даже включился в разговор, а точнее в спор между Чанми и Кёнвоном. Тот спустя какое-то время стал есть с ними, оставив свою шайку «элиты» анестезиологов. Джэвон смотрел на них и улыбался, а иногда хихикал в кулак, пытаясь не подавится. Этот Доктор Ян чертовски милый. Канхёк с улыбкой вздыхает, откидываясь на своём кресле. Он смотрит в потолок размышляя о том, чем сейчас может быть занят Джэвон. Наверняка, он в который раз обходит пациентов с лёгкими травмами, которые лежат в общих койках, а позже протирая свои очки идёт к пациентам с более тяжёлыми травмами и к тем, кто после тяжёлых операций до сих пор не очнулись. До сих пор не очнулись…Госпожа Ли Минджу. Она до сих пор не очнулась. Нахмурившись, Канхёк поддался вперёд, вновь беря в руку компьютерную мышь. Он водит ей по коврику, кликая на файлы, которые находились, на рабочем столе его компьютера. Открыв отчёт о её показателях на сегодня, Канхёк стал присматриваться. Внутричерепное давление в норме, глюкоза в крови пришла в обычное состояние, артериальное давление прослеживается в районе нормы, температура тела, неврологический статус, частота дыхание и пульс всё в хороших показателях и каких-либо незапланированных движков и скачков не было. Надо будет завтра навестить её и попытается позвать. Возможно ей нужен голос, чтобы проснутся. Интересно Джэвон тоже обеспокоен её состоянием, но он доверяет Канхёку потому не бьёт тревогу и не идёт искать ответы, почему пациентка не проснулась? — Всё возможно. — бурчит себе под нос Канхёк, закрывая отчёт за неделю. С ним покончено и теперь стоит, поискать Джэвона. Где он там? Канхёк поднимает голову на часы, что стояли у него на столе. «22:45» Стоит его поискать. А то негоже пугливым щеночкам бегать по коридорам одним. Усмехнувшись себе под нос, Канхёк собирался выключить компьютер, однако на почту приходит сообщение от администрации. — Чёрт, что там? — бухтит Пэк, открывая почту. «Дорогой Доктор Пэк из центра травматологии, это администрация Больницы Хангкукского Национального Университета, хотим известить вас о подачи заявления на работу, в ваш центр. Приходите на собеседование в понедельник в 9:00 утра. Сердечно просим вас не опаздывать. К тому же в понедельник утром придёт повторное письмо с напоминанием! Просим вас не забывать и не опаздывать! Всего хорошего, Администрация.» — Кто-то подал заявления? — вскидывает брови в удивление Пэк. — Интересно. — хмыкает он, ещё раз перечитав письмо. — Однако Джэвонн-и в данный момент для меня интереснее. — усмехается он и всё таки выключает компьютер, устало потирая свои глаза. Канхёк потягивается на своём месте, зевая. Его взгляд приковывает ночной Сеул, в котором яркие баннеры пестрят ярче звёзд, а людей не сосчитать. Пятница, многие после работы наверняка пошли пить, чтобы отпустить ещё одну трудную, нудную и тяжелую рабочую неделю. Канхёк понимает, чтобы подобраться в сердце Джэвона поближе ему нужно сводить его куда-нибудь. Негоже ухаживать и даже не выводить никуда, даже если они травматологи. Однако в груди стойкое чувство, что ситуация повторится. Когда они выбрались в китайский ресторан, а по итогу не успели спасти пациента, которого сбили. Однако об этом он хочет подумать, чуть позже. Не сейчас, когда внутренности скручивает от ожидания встречи с Джэвоном. Вообще в последнее время Канхёк поражается своему организму всё больше и больше. Раньше ему удавалось сдерживать или как-либо контролировать свою внутреннюю систему. Однако, как только Ян Джэвон повстречался на пути, Канхёк потихоньку стал терять силу и контроль над своей реакцией и милых взаимодействий. Когда от любви хочется укусить. И Пэк клянётся когда-нибудь он точно от переизбытка укусит парнишку. — Господи, что со мной? — Пэк закрыв лицо ладонью тихо смеётся. — Я определённо влюблён. — бормочет он. — Либо потихоньку сходите с ума. — доносится голос около двери. Канхёк с тихим матом, откатывается от своего стола, в его кабинете выключен основной свет, включён лишь дополнительный с лампой. А потому узнать по лицу кого-то было бы сложно, однако он знает голос этого человека. Он ему знаком. — Доктор Пак? Почему вы не спите? — спрашивает Канхёк, вставая со своего места. — Да вот, только что от Доктора Яна. — он улыбается держа в другой руке две упаковки бананового молока. Канхёк тихо усмехнувшись приглашает его войти, однако позади него появляется некто другой. И этим некто была медсестра Чон, что решила не отставать ни от одной серии этой, как она выразилось сногсшибательной и смешной, дорамы. Поэтому сейчас Пэк уже даже не возражает. Кёнвон пропускает сначала Чанми, за что получает смущённую улыбку от медсестры, а позже входит сам, плотно закрывая дверь. Медсестра садится на диванчик около стола, Кёнвон же взял себе стул. Протянув Канхёку банановое молоко, Кёнвон, начал свой рассказ. — Он так и сказал? — возмущённо вопрошает Канхёк в который раз обрывая анестезиолога. — Так и сказал. — кивает Кёнвон, чем вызывает ещё больше недовольств и стуков головой об стол. — А ещё он считает ваше поведение странным и я думаю неприемлемым если учесть то, что он думает о вашем романе с медсестрой Чанми.— на этих словах, девушка сидящая на диване давится молоком, которое вот-вот побежит через нос. — Вот к чему приводят недомолвки, Доктор Пэк! — вытерев рот салфеткой, что любезно была подана Доктором Паком, начала Чон. — Надо было ещё тогда ему всё рассказать, Доктор Пэк. — продолжает свои возмущения она. — Почему его мозг соображает совершенно не в ту сторону? — откинувшись на своём кресле, бормочет под нос Канхёк. — Возможно потому что вы неоднозначная личность, Доктор Пэк. — улыбается Пак наблюдая с каким явным недовольством на него смотрит Канхёк. — Неоднозначная? Кто же знал, что в вашей больницы уже и честных и добросовестных враче не осталось. — хмыкает Пэк и драматично взмахивает руками. — И человечных. — добавляет Пак. — Хах,— Чанми улыбается, и прокашлявшись в кулак, встала со своего места опираясь о кресло. — Я по натуре своей бесчеловечный. — она пытается спародировать голос Канхёка. Кёнвон улыбается. Замечая ещё более возмущённое лицо Пэка. — С вами и врагов не надо. — бухтит тот. — В любом случае мне надо к Номеру Один. — он встаёт со своего места и уже было потянулся к ручке двери, как его телефон завибрировал. — Какой чертила звонит? — начинает злится Пэк, доставая телефон. Чанми с Кёнвоном напряглись. Срочный вызов? — Алло? — раздражённым голосом произносит Пэк, прикладывая телефон к уху. Звонок пришёл от неизвестного. — «Здравствуйте, я по поводу работы.» — звучит по ту сторону трубки пьяный голос. Канхёк отнимает телефон от уха и смотрит на номер контакта. Выгнув бровь, он вновь прислушался к голосу, который что-то там себе бормотал. — Эй! Идиот, ты время видел?! Нахрена звонит в пятницу ночью? — он кричит прямо в микрофон и сбрасывает вызов. От злости его дыхание участилось. Захотелось заорать матом на всё отделение, чтобы все слышали. Однако нельзя, сегодня дежурит Джэвон и пациентов ночью беспокоить нельзя. Набрав в лёгкие воздуха, Канхёк представил, как Ян улыбается ему, протирая свои очки. Или за обедом. Как после очередной операции он смотрел на него с восхищением. Становится легче, да и злость отступает. Да, отступила. — Доктор Пэк, всё хорошо? — интересуется медсестра Чон. — Относительно. Всё мне надо к Джэвону, предчувствие плохое. — произнёс Пэк, слыша, как на их телефоны пришли сообщения. Это был общий чат травматологического центра. Он был создан с тех пор как они наняли побольше сотрудников и новых хирургов-ординаторов, которые помогали ассистировать. Их было около пятнадцати. У каждого была смена, пока они не достигли того уровня, чтобы выносить ежедневные смены. И почему-то назначать их им Канхёк не спешит. Наверное, потому что он хочет побыть рядом с Джэвоном. Хочет, чтобы тот подольше оставался в подле него. Да. Сообщение в чате лишь добавило тревоги. Это был Джэвон. «Встретил в коридоре у операционных помещений, неизвестного в чёрной маске и с рюкзаком в руках. Будьте осторожнее.» Встретил? Сам он где? Он остановит его? Почему он не зовёт подмогу? Охрану? Или уже вызвали? Канхёк поднимает голову смотря на настороженные лица Чанми и Кёнвона. Они тоже чувствуют, что-то неладное. Не только он. Готовясь выйти, Канхёк чувствует, как кто-то открывает дверь по ту сторону. Открывшись, Пэк тяжело вздыхает, желая прибить нежданного ночного гостя. Это был глава отдела педиатрии. В последнее время он с Канхёком в серьёзном конфликте, из-за того, что Пэк не дал рекомендации забрать ребёнка из больницы. А оставил его у себя в отделение, для дальнейших наблюдений. Над ребёнком измывались родители, доведя его до такого состояния. Он прибыл со сломанной рукой, стопой и рёбрами, с лёгким сотрясением мозга и с пневмотораксом. Однако родители были людьми из Ассоциации по Защите детей и друзьями главы отдела педиатрии. Он хотел закрыть глаза и отдать им ребёнка. Канхёк с Джэвоном донесли всё до полиции. Родителей арестовали, выперли из Ассоциации и вынесли приговор. Они лишены свободы, а ребёнок распределён в одни из самых престижных детских домов. Хоть родители и измывались над ним, однако для чужих детей они сделали многое, и лишь благодаря этому о маленьком мальчике не забыли и позаботились о нём. И, казалось бы, ситуация закрыта. Однако глава отдела до сих пор не может отпустить того, что какой-то сопляк хирург не дал добро. Явно намекая на Джэвона. Он с такой ненавистью по сей день смотрит на парня, когда замечает его где-нибудь. Канхёку он в первое время ничего не говорил, стараясь не конфликтовать с самим протеже Министра Здравоохранения. То и дело вставляя свои редкие и едкие комментарии в сторону Джэвона. Однако Джэвон протеже Канхёка, поэтому тот это дело так просто не оставил. Потому их конфликт сильно затянулся, словно не затянувшаяся рана, каждый раз калеча их. — Доктор Пэк Канхёк. — звучит мерзкий для ушей хирурга голос. Мужчина пятидесяти лет, с сединой на висках в белом халате стоял перед Канхёком. И его лицо говорило о настрое продолжить их утренний конфликт. Во время обхода пациентов, Ян случайно наткнулся на главу педиатрии, и тот высказался по поводу невоспитанности парня за то, что тот не поклонился должным образом ему. Канхёк, который выходил вслед за парнем терпеть этого не стал. Он высказал всё что думает о нём, и мог бы сказать больше, если бы не рука Джэвона, которая сжала его предплечья, в попытке остановить своего наставника. Утром его остановил Джэвон, сейчас его вряд-ли кто-то останавливать будет. — Гангстер, Кёнвон, прошу вас пойти и найти Доктора Яна, мне пока нужно закончить дела здесь. — язвительном тоном произнёс Пэк, отвернувшись от мужчины. Доктора Пак вместе с медсестрой Чанми кивнув вышли за дверь, понимая, что не один и не второй их слушать не станут. — Что вам надо от меня в столь поздний час? — хмыкает Канхёк. Врач проходит в глубь кабинета, его настрой не обещает Канхёку хорошего настроения. Потому уже состроив недовольное лицо Пэк, стал выслушивать очередные наставления о том, как стоит давать знания ученикам-ординаторам. Но Пэк Канхёк, не Пэк Канхёк если не скажет чего-нибудь колкого в ответ. — Так хорошо «воспитываете», — врач делает кавычки пальцами, усмехаясь. — что у вас за последнее время было много неправильных диагнозов, а ваши ординаторы полный атас, ужас и хаос с дерьмом. — он замечает как лицо врача скривилось. Наверняка он надеялся, что, побеседовав с ним, сможет чего-то добиться. Однако Канхёк стоит на своём и лишь больше убеждается в своей позиции. — Мой протеже, Ян Джэвон, я уверен в педиатрии поразмыслить побольше ваших ординаторов, которых вы не учите ни чему, буквально. — он хлопает в ладоши, гадко ухмыляясь. Ему порой доставляет удовольствие, хвастаться Джэвоном и его достижениями. Его достижения, какие-то успехи, кажутся Канхёку, его собственными. Ян такой молодец, что схватывает да не с первого раза, но со второго так точно. Просто ему нужна поддержка, его маяк. И Канхёк обязательно им, для него, станет. Маяком, что будет освещать ему путь в этой не просветной тьме из травм и злых, завистливых врачей. Однако пока он вновь отвлёкся на свои мысли о Джэвоне, глава отдела о чём-то пиздел себе под нос. По-другому Канхёк это назвать не может. — Дедуля съеби по хорошему, я не в хорошем расположение духа. И от бешенной псины, меня отделяет то, что та в наморднике, а я нет. — он с оскалом это произносит и для большего устрашения клацает зубами разок. Реакция не заставила себя ждать. Глава отдела подрывается со своего места, матеря всех вокруг и Канхёка сверху, что-то говорил про министра, но дальше Пэк вслушиваться не стал, так как по коридору послышались какие-то крики. Нахмурившись, Канхёк выходит в коридор, где слышит ещё крики. В чужих голосах, таких далёких и негромких, он чётко слышит голос Джэвона. И тут в голове всплывает сообщение. Неужели кто-то встретился незнакомцу? Или полицейские парни, что стоят и караулят палату пациентки, госпожи, Ли Минджу сцепились с ним? Хлопнув дверью кабинета, Канхёк бежит в сторону коридоров, сжимая в руках мобильный телефон. Его бег с каждым шагом ускоряется. Пациентам грозит жизнь! Спускаясь с лестницы, он слышит ругань. Там точно Джэвон. Динамики над головой Канхёка затрещали, и оглушили его резким голосом диспетчера. —«Внимание! Травматологический центр, код жёлтый! Повторяю! Травматологический центр, код жёлтый!» Голос диспетчера заставили его двинутся быстрее, в сторону коридоров ведущие в операционные. С каждым шагом сердце звучит всё громче, всё быстрее. Не хорошее предчувствие не отпускает его. На пути в нужный коридор он встречает Кёнвона и Чанми. Те обеспокоенные говорят об отсутствие сотрудников полиции рядом с пациенткой. — Джэвон! — что есть силы кричит Канхёк, замечая как над Джэвоном повис незнакомый парень в чёрном костюме и замахивается ножом. Он бил без разбора, но завидев их воткнул нож в плечо Джэвона. Один раз, а затем вынув нож, незнакомец замахнулся для повторного ранения, и нанеся его в страхе убежал. — Ян Джэвон! — кричит Канхёк заметив как из плеча парня торчит нож, а под его лопатками собирается кровь. — Носилки быстрее! — кричит Пэк заметив подоспевший персонал больницы. Они погружают Джэвона на каталку, однако с объявлением операции, Канхёк почему-то медлит. Он хотел бы сейчас же погнаться за неизвестным и оторвать ему руки за такое, и избить его не помешало бы. — Доктор Пэк! Пульс учащается! Почему он отключился? Его где-то ещё ранили? — под боком кричит обеспокоенная Чанми, то и дело дёргая Канхёка за плечо. — Доктор Пэк! И сжав зубы, Канхёк мысленно отпускает того придурка. — В операционную бегом! Чего стоим? — кричит Канхёк, начиная тянуть каталку в сторону тех самых операционных. — И позвоните кто-нибудь в полицию! — кричит он людям из регистрационного стола. Те кивнув уходят за телефоном, а им стоит сосредоточится на спасение руки Джэвона. В операционной их ждали другие медсестра и Кёнвон, который готовил анестезию. Канхёк должен помочь Джэвону. Наблюдая за тем, как рану вокруг обрабатывают, Канхёк агрессивно чистил свои руки щёткой. Всё должно пройти хорошо. Он же не смертельно ранен? Ну, так почему тогда руки Канхёка изредка подрагивают. Пэк с удивлением стал присматриваться к своим рукам и прислушиваться к своему дыханию. От чего-то ему дурно до ужаса. Но он должен вытащить этот нож и сохранить Джэвону руку.

***

— Так какого чёрта этих сопляков там не было?! — крик Канхёка отскакивает от стен кабинете главного врача. Там сидел глава отделения полиции который расследовали это дело и чьи сосунки должны были охранять госпожу Минджу. — Вы понимаете, что врач из моего центра пострадал? Мой ближний помощник и… — Канхёк запинается. — друг! Протеже и ученик! Какого чёрта их там не было? Эта ваша работа защищать и расследовать, наша же спасать людей от ран! Лечить их! Однако вы! Именно вы не справились со своей задачей! Так какого спрашивается хрена я должен закрывать на это глаза?! А?! — глава полиции уже которую минуту и не даёт ему ответа на вопросы что он ему задал, тем самым ещё больше раздражая. — Он защищал пациентку, которую обязались защищать вы! И вы свою миссию с треском провалили, подвергнув опасности не только их двоих, но и других пациентов, что лежат в общих палатах! Мы не знаем, что за псих тот сукин сын! Вы были бы готовы нести ответственность за чью-то смерть? Конечно же, блять, нет. Однако вы понесёте ответственность за то, что мой…протеже Ян Джэвон пострадал. — закончив свою тираду, Канхёк с тяжелым вздохом валится на диванчик позади себя. В данный момент их шефом является другой специалист. Однако это не доктор Но из нейрохирургии или Хан Юрим, нет! Поставили какого-то простачка, который не может и слова вставить. Куда уж ему до таких дел. — Я хочу посмотреть на этого ублюдка. — требует Канхёк и затем следует тяжелый вздох, который напрягает Пэка. Глава полиции мнётся, освобождая свой галстук. Он заикается слегка, но связанных слов выдать не может. — Доктор Пэк, понимаете… — он облизывает свои губы. — дело в том, что мы…не подумайте! Мы действительно старались. — он запинается тем начинает злить Канхёка по-новому, девятому кругу, последнему кругу. И если сейчас он не даст нормальный и структурированный ответ, Пэк выкинет его в окно. — Блять, ближе к делу! — его кулак опускается на журнальный столик, где стояли три чашки, уже остывшего кофе. — Мы его не поймали. — в этот момент в голове Канхёка, что-то щёлкает. Он начинает смеяться, зарываясь пальцами в свои волосы. Не поймали? У Пэка слуховые галлюцинации? Скажите, что да. — Как блять не поймали? Тогда почему вы ещё здесь?! — Пэк вскакивает со своего места, как дверь в кабинет открывается. — Доктор Пэк! — в проёме двери стоит Кёнвон. — Джэвон пришёл в себя. — этого хватило, чтобы злость в мгновение ока отпустила Пэка. Тот схватив свой халат, выбегает за Паком, что в какой-то момент переходит на бег. А Канхёк не прочь ускорится. Он хочет увидеть парня, услышать его голос. Посмотреть в его глаза, сквозь линзы очков, потрепать его волосы, как он сделал это однажды. Когда Джэвон спал после смены на верхней полки их кровати, а его волосы упали ему на глаза, Канхёк не удержался и убрал их, зарывшись в них. Около палаты Джэвона собралось достаточно много людей, и пациенты странно озирались на них. Но сейчас Канхёку так похрен на всех них с высокой колокольни, что сам диву даётся этому. — Доктор Пэк, Доктор Ян очнулся. — слышит от Чанми, Канхёк. Он замечает, как в уголках её глаз собралась влага. Он хотел бы опустить какую-нибудь колкость, но понимает, что не хочет и не может. Единственное, что ему хочется это увидеть Джэвона. И с этой мыслью, он отодвигает дверь и шторы, которые скрывали пациента. Джэвон в это время сидел уже с зафиксированной рукой и со свежим бинтом, на лице уже были очки, а рядом с кроватью стояли конверты записок и небольшой букетик цветов. Видимо он, Канхёк последний кто заходит к нему. Заметив нахмуренное лицо Канхёка, Джэвон перестаёт улыбаться. Его уголки губ опускаются вниз, а сам он приобретает вид побитого щеночка. — Доктор Пэк. — одними губами произносит Джэвон. — Простите. — уже громче говорит Ян. Его голос хриплый, с виноватым тоном словно нашкодивший ребёнок. Или же тот самый Ян Джэвон который извиняется за свои ошибки и решения. Как тогда с пациентом у которого была труба в животе или тогда, после того как Канхёк очнулся после своей операции. Он также виновато извинялся и громко дышал, сглатывая комок своего волнения. Он постоянно извиняется. Но чаще просто ни за что. Он извиняется по пустякам, которые не стоят внимания, однако его очень эмпатичное сердце принимает всё близко к себе. — Простите? — вопрошает Канхёк и усмехнувшись. Он быстрыми двумя шагам сокращает между ними расстояние и стянув очки с Джэвона целует его. Поцелуем это назвать сложно, лишь простое касание губ, однако оно говорит больше слов, больше эмоций. Но ради Яна, Пэк готов всё сказать словами. Если не сейчас, то никогда. Он наконец понял, что готов. Однако какой ценой он это понял. — Доктор Пэк? — после того как Канхёк слегка отстранился, Джэвон растеряно его зовёт, словно слепой котёнок. Краснощёкий слепой котёнок. — Да, Джэвонн-и? — отвечает ему Канхёк, уткнувшись в его волосы. Он вдыхал запах больничного шампуня, что находился в общих душевых. Запах и шампунь такой же, как и у него самого, однако от Джэвона они пахнут особенно, особенно приятно. — Что вы делаете? — осторожно интересуется парень, не двигаясь, даже не дышит. — Радуюсь твоему возвращению. Кажется, нам стоит поговорить, ты так не думаешь? — сев на край кровати, улыбается Канхёк, поправляя спутанный им же вихрь, на голове Яна. — У в-вас температура? — Джэвон тянет свою тыльную сторону ладони ко лбу Канхёка, заикаясь. Однако Пэк перехватывает ладонь Яна и поцеловав её, направляет в сторону своей груди, а именно к сердцу. — У меня скоро начнётся тахикардия. — по доброму усмехается Канхёк, чувствуя как дёргается ладонь Яна, в его собственных руках. Джэвон всё же вырывает свою руку, прикладывая те к покрасневшим щекам. Взгляд он опустил на свои, закрытые простынёй колени. — Ян Джэвон, ты мне нравишься. — признаётся Канхёк, однако парень, схватившись за сердце здоровой рукой ахает. Его ладонь опускается на кнопку вызова медперсонала. Спустя секунду заходит Чанми, та замечает по уши довольного и смотрящего влюблёнными глазами на Джэвона, Канхёка. Он подходит к кровати парня, глазами интересуясь всё ли с ним в порядке. — Пожалуйста уведите его. — не смотря на Канхёка просит Джэвон. — Вот засранец и маленький кретин. — усмехается Канхёк. — Хочешь всё обдумать? Хорошо, но потом, мы обязательно поговорим. — после этих слов, Пэк за подбородок притягивает к себе парня и целует его при Чанми. Однако Джэвон не подозревал, что у окна ведущей в его палату стояли Кёнвон, Хан Юрим и Чеён. Сам же Канхёк довольный реакцией на свои действия, встаёт и сытым котом уходит, оставляя Джэвона гореть и загораться от своих щёк.

***

— Надеюсь этого засранца осудят как надо. — хмыкает Канхёк, смотря новости по телевизору, в кабинете директора больницы. Тот неизвестный был пойман, а пару дней назад очнулась госпожа Минджу. Её страху не было предела, она сильно боялась, что за ней вновь придут. Канхёк попытался заверить её, что волноваться не о чем. Теперь не о чем. Позже её отвели к Джэвону в палату, для того чтобы он сам на своём примере доказал, что всё хорошо. — Слушай, ну вкус у тебя на парней весьма странный. — сказал тогда Ян. На это девушка рассмеялась и согласилась с ним. Рассказав о своей истории с депрессией и борьбой с навязчивыми мыслями. Её оптимизм очень понравился Джэвону и он пожелал ей удачи на восстановление. Кихён кстати был зачислен в армию, а потому не смог быть рядом в такой момент. Однако ему пошли на уступки. И как только девушка очнулась, ему дали увольнительную и пришёл в больницу с огромным букетом цветов и медведем. Он долго обнимал свою возлюбленную, когда прощался. Ему не хотелось оставлять её вновь одну, на произвол судьбы. Вдруг ситуация вновь повторится? Ведь полиция изъяла дома у девушки кучу жучков, прослушивающих устройств и скрытых камер. Даже в её телефоне было отслеживающее устройство. Потому страх рецидива был велик. Но парню пора было возвращаться и обняв свою возлюбленную он со слезами ушёл. — Да, я тоже на это надеюсь. — кивает мужчина. — Как там Доктор Ян? — он отпив со своей кружки чая, интересуется у рядом сидящего Канхёка. — Восстанавливается. — коротко отвечает Канхёк не вдаваясь в подробности. Ведь если вдаться в подробности можно получить массу ругани и злых взглядов. Повязка и бандаж, наложенные на его плечо, слишком сильно раздражали Джэвона, что тот пару раз пытался стянуть его. Это Канхёк умалчивает о том, что он задерживает Джэвона в палате дольше положенного, убеждая самого себя в том, что так будет лучше для него. Что так он будет под присмотром и не будет работать, а значит не будет перенапрягаться и увеличивать шансы на плохое восстановление. Однако самому Яну это не сильно нравится, и он понимает, что его как минимум уже можно выписывать и отправлять домой. Однако Канхёк его даже из палаты через не могу выпускает.

***

— Доктор Пэк! Я уже могу выписываться. — кричит вслед уходящему Канхёку, Джэвон. Он встаёт со своей кровати, и пытается догнать Канхёка, как на пол пути был остановлен медсестрой Чон, с рядом стоящим Кёнвоном. — Доктор Ян вам стоит вернутся в постель. — просит Чанми, беря парня за свободную и здоровую правую руку. — Медсестра Чон, стойте же!—парень позволяет себя увести, потому что сопротивляться себе дороже. А пока она заводит его обратно в палату, за ними дверь закрывает зашедший Кёнвон. Джэвон тяжело вздыхает. Его из реанимационной палаты перевели в какую чересчур дорогую. С телевизором на стене, рядом с панорамными окнами расположились диванчики со столиком. Понятное дело, что это благодаря Доктору Пэку, однако Джэвон не сильно то и уютно здесь. Он хочет обратно в дежурную комнату. — Доктор Ян прилягте. — подводя к постели проговаривает Чон. Однако Джэвон мотает головой. Он порядком устал находится в этой палате двадцать четыре часа в сутки, уже вторую неделю. Он почти перестал ходить не своих двоих, а когда ему надо на рентген для проверки плеча, его везут в кресле. Он порой даже поесть сам не может. Ему на помощь зовут медсестер. Хотя он повредил плечо и были проблемы с его сухожилиями, это действительно могло обернутся чем-то серьёзным в лице паралича руки, частых кровотечений и так далее. Однако, он восстанавливается. И довольно таки быстро. Но Пэк Канхёка всё никак не отпускает приступ «заботливой курочки». Он не может из палаты выйти, а о пациентах речи вообще не идёт. — Не могу и не хочу. Медсестра Чон, когда меня выписывать будут? — раздраженно проговаривает Джэвон, начиная ходить вокруг палаты. Чанми растеряно захлопав глазами, посмотрела на Кёнвона, тот же тяжело вздохнув пожал плечами. Его руки находились в кармане халата, периодически что-то там нащупывая. — Я не говорю про операциях или упаси боже о полёте на вертолете, но не могу ли я проведать пациентов? Хотя бы поговорить с ними, с госпожой Ли Минджу. Я устал! — в конце его голос срывается на крик. Он садится на кровать с другой стороны и ложится. Его очки съехали набок и уже грозятся упасть, как Чанми, цепляет тонкую оправу и убирает её на тумбу, рядом с постелью. — Доктор Ян, мы ничего не можем поделать против Доктора Пэка. Я медсестра, а Доктор Пак анестезиолог. — она указывает пальцем сначала на себе, а позже на позади стоящего Кёнвона. — Я бы сказал, что сейчас мало кто может сказать что-то поперёк мнению Доктора Пэка. Если только не Министр. — мотает головой Кёнвон, понимая, что ему уже жаль Джэвона. Ян тяжко вздыхает на эти слова, ведь это правда. Сейчас в больнице можно на пальцах сосчитать врачей, которые открыто не любят Доктора Пэка. Однако просить их о помощи весьма глупо, ведь они не любят весь травматологический центр. Поджав губы Джэвон понимает, что ему хочется кричать. Что буквально через секунду он и делает. Он кричит в потолок, что есть силы, матеря всех вокруг, как тогда в вентиляции. Джэвон не умеет ругаться, но сейчас он выплёскивает всё, что накопилось в душе. Доктор Пэк намеренно избегает какого-либо контакта с ним. К нему приходят все ординаторы их отделения, младшие врачи, медсестра, даже Кёнвон, но не сам Доктор Пэк. Он сделал это лишь единожды, сегодня и сразу же ретировался. — Скотина и кретин. — сквозь зубы проговаривает Джэвон. — Просто выпустите меня. Я уже лежу дольше положенного. У меня средняя тяжесть травмы, а потому меня должны были выписать ещё неделю назад, но в худшем случае пару дней назад. Однако я до сих пор тут. И подсказывает мне моё чутьё, застрял я здесь надолго. — голос сквозит досадой и это немного да трогает нотки души Чанми, которая хотела предложить Джэвону прогуляться. Однако Кёнвон видимо поняв за ранее, что сейчас собирается предложить медсестра Чон, лишь отговаривает её. — Не стоит, может попробуем поговорить с ним? По-человечески. — попытался пошутить Кёнвон и у него получилось. Чанми не сдержавшись засмеялась, пряча белый ряд зубов, за ладонью. Да и на губах Джэвона появилась лёгкая, еле заметная улыбка. — Но если серьёзно, с ним стоит поговорить. Однако Доктор Ян будет заперт здесь, как принцесса в башне. — вмиг посерьёзнел Пак, предлагая Чанми сделать это прямо сейчас. Та, решительно кивнув, собиралась уйти. Однако, на пол пути развернувшись подбежала к кровати Джэвона и обняла. — Мы вас любим Доктор Ян и порыв Доктора Пэка нам более чем понятен, но помните о том, что он не со зла. — её губы тянутся в улыбке и Джэвон непроизвольно улыбается сам. И после этого, она уходит, точнее просто убегает оставив Доктора Пака в палате. Тот улыбнувшись, предлагает Джэвону поспать. — Хороший сон это то, чего вы лишены в травматологическом центре, потому отоспитесь, пока есть такая возможность. — Джэвон с улыбкой на губах кивает и Кёнвон уходит. Джэвон принимает совет Кёнвона слишком буквально, а потому ложится по удобнее да так чтобы не тревожить больное плечо. Прикрывая глаза, он представляет, как возвращается в свою обычную рутину, что состоит из операций, стресса, полёта на вертолете, проверки показателей и беготни в большом количестве. Ведь казалось, стоит им остановится, то с ними вместе остановится и чьё-то сердце. Однако глаза закрываются, утаскивая врача в спокойный сон.

***

— Доктор Пэк! Давление падает! — кричит ординатор, на что Пэк закатывает глаза. В голове всплывает фраза Джэвона, на том собрание хирургов. — «Да ну их Доктор Пэк. Эти сосунки никого не спасут.» Возможно их придётся учить дольше, чем Яна. Тот схватывал если не на лету, то в лицо вполне себе. Возможно потому что ординаторов стало много, больше одного так точно. Единственный кто подаёт надежды это, как окрестил его Джэвон, Номер Два. Со Донджу. Он служил в Южном Судане будучи медиком. И жив, остался живым, это заслуживает похвалы. — Делаем интубацию! Живо! — кричит Канхёк. — Иглу срочно! — тянет руку Пэк, не смотря по сторонам. В этой суматохе, его взгляд сосредоточен на втором межреберье которое ему предстоит проколоть. В его руку вкладывают иглу, и он одним лёгким и чётким движением вводит ту в кожу. Вытащив клапан, воздух выходит из лёгкого. Постепенно давление стало приходит в норму, а пациент зашёлся в кашле. Откачали. — Я боялся, что это будет напряжённый пневмоторакс. — раздаётся голос сзади Канхёка. — Номер Один ты много боишься. — как ни в чём не бывало произносит Канхёк, отходя от пациента. — Стоп, Номер Один? — Пэк оборачивается и видит перед собой Джэвона, он ярко улыбается и поправляет свои очки. А за тем и спадающую повязку. — Ты что здесь делаешь? — Канхёк хмурится, пока пациента на каталке увозят в палату. — Я? Пришёл на перевязку. — с ухмылкой на лице произносит Джэвон. — Где Агнес? У неё получаются хорошие и тугие повязки. — он оборачивается, ища девушку глазами. — Почему ты здесь? — Канхёк хватает парня за локоть, не давая тому отойти дальше. — Говорю же на перевязку пришёл. — кривит губы парень, убирая руку доктора со своего локтя. — Ты не мог вызвать Агнес к себе в палату? — наседает на парня Канхёк, подходя ближе. Пока сам Джэвон пятился назад. Канхёк не рад его видеть, конечно, чего стоило ожидать. Ничего кроме этого. — Я устал там находится. — улыбка с лица Джэвона окончательно исчезает. — Устал, не хочу там быть. — Джэвон толкает рукой Канхёка в плечо. — Хочу обратн- — не успевает он и договорить как Канхёк закрывает глаза мотая головой. — Сейчас об этом и речи быть не может, Джэвон. — отрезает Пэк. — Не может, любое перенапряжение и всё. Сухожилия заново порвутся. — выводя парня из реанимации, произносит Канхёк. Он пытается успокоится. Пытается понять, как так произошло, что Джэвон удрал со своей палаты, его как минимум должны были остановить медсестра. Однако он тут. — Почему? Я не говорю о полетах на вертолете, или же выезд на вызов. Я говорю о простом обходе, заполнение карт и истории болезней. Хочу на дежурства. — жалобным голосом произносит Ян. — Заниматься с ординаторами. — еле слышным голосом добавляет Джэвон. — Ты им не ровня. Ты на пару ступеней выше от них ушёл, однако ты не настолько высоко чтобы преподавать им. — хмыкает Канхёк надеясь, что это убьёт запал Джэвона к работе. — Хах. — парень тихо смеётся и снимает очки. — Так уж и быть, уж лучше свалю с больницы пока мне не дают работать. Выпишите меня. — тяжко вздыхает Ян, отворачиваясь. — Нет. — тут же прилетает ему ответ в спины, словно нож. — Да почему? Работать мне не даёте, при этом я всё ещё здесь. Хотя мне уже можно было выписываться. Если вы не забыли я тоже врач и я знаю, как и при каких обстоятельствах можно разорвать себе сухожилия заново. Но вы в упор не понимаете… — схватив парня за здоровое плечо, Канхёк не стал выносить ссору из их отношений, на все общее обозрение. А потому он ведёт его в сторону дежурного кабинета. Джэвон видимо понял куда они направляются, а потому не сопротивлялся, понимая, что уж лучше они поругаются в дежурке. Дверь открывается и первым туда заходит Джэвон. Он осматривается и замечает чужие вещи, осознание не приятно бьёт под дых. Чужой халат и бейдж. «Со Донджу» Осадок от этого разговора уже пробирается под кожу к Джэвону, и он понимает, что само продолжение этого разговора выйдет отнюдь не из приятных. Ян поднимает свой взгляд на Канхёка, что замечает куда был устремлён взгляд парня до этого. — Донджу самый адекватный и подающий надежды ординатор, потому я пригласил его на дежурства. Да и он сам вызвался, когда узнал, что на тебя напали. — объясняет Канхёк, закрывая дверь на ключ, в случае незваных гостей. — Разве имя не нужно заслужить? — с ноткой иронии произносит Джэвон, понимая, что даже такая мелочь уже задевает его. — В общем, я хочу домой. Дайте мне отлежаться дома. Я не могу находится здесь в роли пациента, зная, что ничем и никому не помогу. — на одном выдохе произносит парень. — К тому же вы лежали недолго, хотя я резецировал треть вашей почки. Тогда почему я не могу выйти не то чтобы раньше, хотя бы в положенное время? Почему? — сняв очки, трясёт руками Джэвон, начиная наматывать круги по комнате. Канхёк, садится на диван размещая свои руки в замок. Его взгляд неотрывно следит за каждым движением, вздохом и словом Доктора Яна, к которому он произвёл большое количество опеки. Которую сам от себя не ожидал. Негодование, разлад и непонимание друг друга это результат, того что Канхёк не слышал, что говорил Джэвон. Не то чтобы не слышал, он не хотел слышать, закрыв уши сидел в своём мире, где Ян валяется в палате. Тем временем как Джэвон сходил с ума. От своего бессилия. Он продолжал ходить по комнате, то и дело беря в руки какие-то вещи, распинаясь о чём-то, проговаривая себе под нос. Бывало останавливался перед Пэком, проговорив одну фразу уходил вновь. — Доктор Пэк.. — снова остановившись рядом с ним, начал было Джэвон, как голос Канхёка перебил его. — Канхёк. — смотря на колени парня произнёс Пэк. — Что? — недоумённо прозвучал парень, он проморгался пару раз не понимая, чего от него хотят. — Зови меня по имени. — просит Канхёк, поднимая наконец свой взгляд. — Позови меня по имени. — Что вы Доктор Пэк, я… — Тогда я обдумаю твоё предложение о выходе на работу. — Канхёк снова перебивает Яна, находя большую потребность, чтобы тот назвал его по имени. Джэвон замирает на месте, не понимая шутка это или бессовестная манипуляция. Он краснеет, вспоминая о событиях пару недельной давности. А ведь они так и не поговорили. Джэвон так и не сказал, ответное «Вы мне тоже нравитесь». — А как же медсестра Чон? — с некоторой долей сомнения произносит Ян. — А что не так с медсестрой Чон? — выгибает бровь Канхёк. — Вы разве не встречаетесь? — осторожно интересуется Джэвон, не представляя какая реакция может его ожидать. На это рот Пэка открывается в удивление. — То есть после того, что я тебе признался в симпатии и поцеловал при ней, буквально, ты всё ещё об этом думаешь? — усмехается Канхёк, вставая со своего места. Он вплотную подходит к парню, заглядывая в его глаза. Пэк пытается найти в них, отблески нелепой шутки и неудачного подкола, однако врезается в айсберг серьёзности, со всей дури. — Ох, Ян Джэвон ты мне нравишься и никакие другие люди не убедят меня в обратном. Даже ты. Ты Номер Один, Номер Один в моём сердце. Почему-то именно к тебе хочется прислушиваться, вглядываться, спрашивать твоего мнения. — Канхёк заключает парня в кольцо из объятий, продолжая шептать ему в макушку. — Я настолько влюблён в тебя, что доверил тебе свою жизнь. В ту ночь, я всецело доверился тебе, зная, что если я буду спасать всех, то спасти меня можешь только ты. — левая ладонь ложится на поясницу, слегка поглаживая ту. Их незначительные сантиметры в росте, вдруг стали так видны. Стали ощущаться в полной мере. Словно там был разрыв в двадцать сантиметрах. Однако жалкие два сантиметра стали такими реальными. Джэвон дышит чистой кожей Канхёка, который в пределах больницы никогда не наносил парфюма. В больнице он пах исключительно собой, своим естественным запахом. Неожиданно Ян вытягивает руки из кольца и Канхёк который испугался, что он решит уйти, обнял его крепче. Стискивая тело своего протеже, Канхёк совсем забыл о ране, вспомнил о ней, когда услышал чужие кряхтения. — Доктор Пэк, то есть, Канхёк, мне немного больновато — кряхтит, сквозь зубы Джэвон укладывая руки на чужие плечи. — Прости. — любовно и с упоением шепчет Пэк, немного ослабив хватку. — Давай ещё чуток так постоим, не могу отпустить тебя. — признаётся мужчина, оставляя лёгкий поцелуй на шее. Простояли они так до первого звонка на телефон Канхёка, однако тот трубку не готов был поднимать, поняв, что это не неотложка. Джэвон шепотом ругался, говоря о том, что там может быть что-нибудь важное. Канхёк же в ответ, таким же тихим шепотом отвечал, что раз это не неотложка то они подождут, хотя бы сейчас. Спустя пару секунд, когда звонок не прекратился и ему стали перезванивать, Канхёк тихо выругавшись, потянулся к своему мобильнику. Достав телефон, он увидел, номер Гангстера. — Гангстер, надеюсь это срочно, я сейчас весьма занят. — недовольным голосом произносит Пэк, смотря на смущённое лицо Джэвона. — «Док, Доктор Ян пропал!» — по ту сторону запыхавшийся голос. — «Мы с Кёнвоном обежали всю больницу, однако его нигде нет! Камеры нам не дают посмотреть! А дежурка закрыта.» — тараторит та, тяжело дыша. Канхёк тихо смеётся, смотря на удивлённое лицо Яна, что сжал губы в тонкую полоску. Он цепляет чужие очки и снимает их. — Гангстер, всё в порядке. Он со мной. Напомни, вас угостить ужином за ваш тяжёлый труд. — улыбается Канхёк, бросая трубку. — Ну, как с ними расплачиваться будешь? Гангстер тебя в покое не оставит. Да ещё и смотри как оперативно осмотрели больницу. — Пэк улыбается, цепляя зубами оправу очков. — Я-я…я не знаю.—смущённый Джэвон опускает голову, в смущение и в ужасе, представляя что за это может ему сделать медсестра. — Надеюсь Кёнвон будет её держать, а в-ты защитишь меня. — улыбка трогает губы парня и он оставляет лёгкий поцелуй на щеке мужчины.