Не на той стороне

- Обними меня за шею, - Титан взял одно из тонких запястий со своей груди и завёл себе за голову. Запоздало понял, насколько решительно действует, в такой смущающей ситуации. Но ему нужно убедится, что Луна не травмировался и будет странно в этой ситуации начать краснеть. Он же просто хочет помочь, так как сивый пока ещё недостаточно здоров, чтоб стоять без костылей. Спокойно! Надо просто аккуратно обнять Серова за талию. Почему он вздрогнул? Ему щекотно? Почему тут везде рёбра? Сивый, что приведение? Ну, это вроде бок. Как-то его немного этого бока. Это скорее край талии чем бок. Хотя бока по сути и есть края талии. Точнее торса. А у парней тоже есть талия? На плакате в поликлинике она вроде упоминалась для обоих полов. Значит есть. Так! Не отвлекаемся! Надо просто аккуратно отвести его до кровати. Точнее койки. Блин, койка плохое слово. С ним слишком много плохих присказок и шуток. Но вроде кровати в палатах больницы называют именно койками. Рыжик пообещал себе прогулить это позже. А сейчас надо просто помочь Луне дойти. Чего, любитель котиков так вяло двигается. Было бы проще просто на руки его взять. Ещё в библиотеке же выяснилось, что он чертовски лёгкий. Но это как-то не по-дружески будет выглядеть. Так что нельзя. Надо всё-таки поговорить об ориентации. Хотя после этого может стать ещё сложнее! Соколов, наконец, усадил любимого на край кровати. Потом вернулся и поднял упавший костыль, чтоб поставить его у стеночки возле кровати. - Спасибо, Титан, - тонкие губы изгибались в благодарной улыбке, но само худое лицо казалось ещё более бледным чем обычно. - Куда ты шёл? Давай я провожу, - почувствовав себя более уверенно в диалоге, предложил рыжик. - Я уже пришёл, - смущённо пошутил сивый. – Просто хотел проверить как ты там, так как я кажется, ну… обидел тебя? Точнее тебе было некомфортно из-за меня. Прости. - Ты не виноват. Просто… у нас в семье, ну, - Титан пододвинул стул для посетителей к койке, - не принято у нас о таком говорить. Мама спрашивала меня на счёт того голосования родителей о необходимости урока просвещения… ну… о половой жизни в общем. Уточняла, хочу ли я услышать об этом от незнакомого человека в школе или же поговорить с отцом. А я как бы уже как лет пять всё прекрасно знаю. И… это было очень неловко, - признался рыжик, снова успевший чуть покраснеть. - Оу… То есть тебе мама даже о мастурбации не рассказывала? – с удивлением и сочувствием уточнил Луна. - О чём? – озадачился Титан. Кажется, он читал в какой-то брошюре о вреде чего-то подобного, но снова же забыл погуглить смысл слова. - Ну, это ещё иногда онанизмом называют, - осторожно уточнил Серов. - Онанизмом? Это значит быть анонимным? Как те хакеры из фильмов? - Нет. Хотя уединение и отсутствие камер в целом тоже важно. Мне не нравится это слово, но от Ганимеда ты, вероятно слышал именно его. Мастурбация это более приемлемое название дрочки, - судя по кислому выражению бледного лица, заступать на территорию просторечных выражений Луна не любил. – Ты в порядке? – Соколов от стыда закрыл лицо руками. – Прости! Я могу не говорить о таком, если тебе так плохо от этого. - Мне не плохо! Просто... как ты можешь рассуждать об этом так спокойно? - Моя мама работает в организации занимающейся секс-просветом. Я собственно так нервничал, когда рассказывал вам ту тему по биологии, потому что не знал, кого пришлют в наш класс для урока полового просвещения. Ганимед и так постоянно шутил про то, что моя мама… ну, - пришло время сивого заикаться и отводить глаза, - неправильная женщина. Я боялся, что вспылю, если он попробует сказать что-то плохое ей лично. А любые мои проявления не согласия очень плохо заканчивались для меня. Но я очень люблю маму и нервно реагирую, когда кто-то пытается её обидеть. Это моё слабое место.