Танец греха

Алостор любил развлечения. Он любил их во всех формах — от нелепых спектаклей до самых изысканных игр, в которых ставки могли быть выше, чем душа. Но сегодня перед ним была игра иного рода. Опасная, сладостная, с намеком на роковую ошибку, которую так и тянуло совершить. — Алостор, ты ведь понимаешь, что ходишь по тонкому льду? — голос Люцифера был ровным, но с характерной хищной ленцой. Он лениво водил пальцами по краю бокала, полный уверенности, присущей только королю Ада. Радиодемон усмехнулся, качнувшись вперед. Его улыбка была шире обычного — игривая, но не лишенная осторожности. — О, я всегда это понимаю! — весело протянул он. — Разве не в этом вся прелесть? Люцифер взглянул на него из-под темных ресниц, и в этот момент в воздухе повисло напряжение. Ни один из них не отводил глаз, словно оба выжидали момента, кто первым нарушит границы. — Ты слишком много себе позволяешь, — продолжил Люцифер, поднося бокал к губам. — А ты слишком мало, — в тон ему ответил Алостор. Его голос проскользнул по пространству, словно бархатная лента, опутывая Люцифера, притягивая, провоцируя. И тут король Ада усмехнулся. — Думаешь, я не знаю, что ты хочешь, Алостор? Радиодемон наклонился ближе, так, что между ними оставались считанные миллиметры. В его глазах плясали искры, полные темных обещаний. — Если знаешь, то почему еще не взял? Люцифер резко схватил его за подбородок, крепко, но не слишком грубо. Их взгляды встретились, и на одно мгновение мир словно сжался, оставив их двоих в этом невидимом поединке. — Потому что я люблю, когда охотятся за мной, — прошептал Люцифер, его голос был тих, но полон скрытой угрозы. Алостор усмехнулся, чувствуя, как кровь в жилах закипает. — А я люблю, когда охотятся на меня. И прежде чем Люцифер успел что-то ответить, Радиодемон исчез в вихре теней и смеха. Игра началась.