For my dear killer

Совершив ошибку однажды, она, возможно не отпустит никогда.

— Я промахнулся, попал в невинного, — с придыханием и дрожью в голосе лепечет Ли над телом с пулей в районе бедра. За его спиной стоит другой полицейский, изучая документы парня, что еле дышит. — Так он не такую уж и невинный, знаешь ли. Этого паренька, вроде, в розыск за убийства объявляли, но найти не могли. Считай, убийцу убил, молодец, — подбадривающе хлопает по плечу мужчина в синей форме.

***

Как и всё плохое ситуация со временем стирается в голове, оставляя неприятные кошмары и бессонные ночи позади. Вот уже Ли стоит на крыше какой-то многоэтажки, наблюдая за закатом после тяжёлого месяца поиска очередного преступника, на этот раз ещё более ужасающего, чем в прошлый. Вечерний город прекрасен своей тишиной и искренностью, что витает в воздухе, словно тысячи мелких частиц. Чужое дыхание опаляет шею, оставляя за собой неприятное ощущение. Слышиться биение сердца позади. По сердцебиению, близкому к шестидесяти ударам в минуту, можно понять, что человек позади не слишком то волнуется, скорее наоборот, он уверен в себе и своих действиях на все сто процентов. С каждым новым вздохом, ощущаемым на шее, ладони начинают потеть всё больше, всё сильнее ощущается подкожный страх, пронизывающий кожу и леденящий душу холод. —Чего ты хочешь? — дрожащим голосом произносит Ли отстраняясь, так как больше не в силах терпеть. — Милый, ты и так сам всё знаешь, — устрашающим, даже несколько мелодичным голосом на выдохе бросает Хёнджин, после вновь вдыхая аромат кожи второго. —Чертов Хван, опять ты, — явно недовольный таковым раскладом вздыхает Минхо. — Сколько можно. Я ведь даже не догадывался о том, что за моей спиной мог стоять никто иной, как ты. Долго ждал момента? — задаёт немой вопрос Ли. — Момента, когда я ослабну, прямо как сейчас. — За тобой было потешно наблюдать: вроде только вчера чуть не убил меня, а сегодня не хватает сил выйти из дома, — с насмешкой лепечет под нос брюнет, садясь на какой-то ящик позади. — А ты, смотрю, не умеешь отпускать старые обиды, — совершенно расслабленным голосом шепчет парень напротив, хмыкая под конец реплики. —Не волнуйся, тебя я не забуду. Ни, — на недолгой паузе парень достаёт пистолет. — Ко, — Минхо разворачивается к Хвану, со страхом замечая знакомый звук металла. — Гда, — Хёнджин склоняет голову набок и направляет пистолет не в голову, а в грудь, расплываясь в по-своему мерзкой улыбке, полной сумасшествия. — Ты чего? Больше пяти лет следил за каждым моим шагом лишь для того, чтобы когда я буду бессилен, ты смог убить меня? — Именно. Это, кстати, называется не слабак, — опережая Ли поправляет парня напротив. — Это называется расчётливость. — Как слабаком был, так и остался, только не надо оправдываться и врать хотя бы себе, — Минхо с грустью и осознанием происходящего опускает голову и вдруг раздаётся выстрел. Приторно-металлический привкус крови сразу же ощущается во рту. Был бы выстрел в сердце, Ли бы умер спустя мгновение. — Ты нарочно, правда? — на считанных секундах до потери сознания шипит Минхо, расплываясь в кровавой улыбке. — Даже скрывать не стану, — ухмыляется Хван во всю такую же безумную улыбку. Это последнее, что увидел Ли перед тем, как всё таки потерять доступ к своему сознанию. Тихое цоканье туфлей по плитке эхом раздаётся по комнате, танцующие на стенах тени больше походят на огромное пиршество, нежели на одиночество. Шаги составляют из себя мелодию. Мелодию, коя играет на балах. Медленный танец. Хёнджин в полумраке танцует с партнёром, кружась и завораживая своими движениями. Какая-то незамысловатая мелодия начинает доносится от Хвана, мычащего под нос и слишком погруженного в эту атмосферу. Лишь тень скрывает силуэт, стоящий у двери рядом со столиком с вазой, в коей стоит одинокий цветок, всё больше подчёркивающий те аристократизм и одиночество, которыми пропитана эта комната насквозь. — Ты думаешь, я тебя не заметил? — в такт мелодии, почти поющим голосом прошептывает Хван. — Ты сумасшедший, ты же понимаешь это? — доносится дрожащий голос парня, вышедшего из тени, наконец показавшего своё лицо. Громкий смех прерывается шипением: —Я не сумасшедший, я хочу быть счастливым. Как и все люди. — Ты безумец. Ты буквально танцуешь сейчас с моим полу-живым, или же уже мёртвым братом, оскверняя его тело, — после этих слов, еле сдерживая слёзы, Феликс направляет дуло пистолета на Хвана. — Видимо в семье Ли принято отыгрываться на мне, закрывая глаза на их собственные проступки. Придётся же объявить счёт два-один в мою пользу, Ли Феликс, — придерживая тело без пульса Хван одним движением достаёт пистолет из-за спины и стреляет в Ли младшего, а позже, после наступления желанной тишины, Хёнджин вновь начинает мычать под нос всё тут же мелодию, танцуя со своим "партнёром" в полумраке.