Stars We Let Go

Джейк сначала замирает, когда видит Хисына перед собой. В груди всё переворачивается — от неожиданности, от нахлынувших эмоций. Он пытается что-то сказать, но слова путаются в горле, дыхание сбивается. — Ты… — голос дрожит, он не знает, как закончить фразу. Хисын смотрит на него с тем же напряжением, что было в письме. В глазах страх, сожаление, но и что-то ещё… что-то, что Джейк не может понять. Его руки дрожат. Он всё ещё сжимает письмо, словно боится, что это сон и оно исчезнет вместе с Хисыном. — Почему?.. — Джейк не знает, что именно спрашивает. Почему ты пришёл? Почему молчал все эти годы? Почему именно сейчас? Но он не получает ответа. Хисын медлит, как будто не уверен, имеет ли он право находиться здесь. И в этот момент Джейк просто делает шаг вперёд. Сначала медленно, будто проверяя, действительно ли Хисын настоящий. А потом — быстрее, пока не оказывается перед ним вплотную. Он не думает. Просто берёт Хисына за запястье, чувствует знакомое тепло его кожи. — Ты здесь, — выдыхает он, и в этом простом утверждении скрыто всё: боль, тоска, надежда. Ещё секунда — и он притягивает Хисына к себе, крепко, как будто боится, что тот снова исчезнет. Его сердце бьётся быстро, дыхание сбивается, но в этот момент это неважно. Хисын не отстраняется. Он медленно поднимает руки и обнимает Джейка в ответ. Снег всё ещё падает за окном, но теперь он больше не кажется холодным.

***

Они сидят напротив друг друга,соприкасаясь ногами. Но никто не отдёргивается. Наоборот, кажется, что этот контакт даёт ощущение чего-то знакомого, забытого, но дорогого. Джейк смотрит на него, не двигаясь, не моргая. Воздух в комнате тяжёлый, наполненный чем-то необъяснимым, но таким знакомым. — Почему ты пришёл? Вопрос звучит просто, но Хисын чувствует, как он проникает внутрь, цепляет за что-то важное. — Потому что я должен был это сделать, — отвечает он, голос немного хриплый, будто от усталости или чего-то большего. Джейк ждёт. Он не торопит, не давит, но в глазах — напряжённое ожидание. — Я не знал о письмах, — наконец говорит Хисын, а его пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки. — Я думал… я думал, ты ушёл и решил, что так будет лучше. Я не знал, что ты всё это время… Он не договаривает, но Джейк понимает. — Я ждал, — спокойно отвечает тот. Хисын хмурится. — Зачем? Джейк вздыхает, убирая ладонь с колени. — А ты зачем пришёл? Его голос звучит не как обвинение, а как простой вопрос, но от этого становится только тяжелее. Хисын сглатывает. — Потому что я понял, что был не прав. Ещё одно молчание. — Ты не знал, но я действительно ждал, — повторяет Джейк чуть тише. — Каждый раз, когда я писал письмо, я думал, что, может быть, на этот раз ты ответишь. Хисын закрывает глаза. Он не может слушать это, потому что это слишком. — А потом я понял, что ты, наверное, даже не читаешь их. — Я не читал, — подтверждает Хисын, и в голосе столько боли, что сам Джейк замирает. Они сидят так, в паре шагов друг от друга, в комнате, где воздух кажется почти осязаемым. — Я пытался забыть тебя, — вдруг говорит Хисын. — Пытался жить, будто тебя никогда не было в моей жизни. — Получилось? Он не сразу отвечает. — Нет. Ответ настолько простой, что Джейк вздрагивает. Они снова молчат. — И что теперь? — наконец спрашивает Джейк. Хисын опускает голову, потом делает глубокий вдох. — Я хочу, чтобы мы попробовали снова, — говорит он, не поднимая глаз. — Снова? — Да. — Но ты ведь даже не знал, что я вернулся. Хисын слабо усмехается, больше для себя. — Но теперь знаю. Джейк качает головой, будто не веря во всё это. — И ты хочешь просто… вернуться, как будто ничего не было? Хисын наконец поднимает на него взгляд. — Нет. Я хочу, чтобы мы снова были друзьями. Чтобы мы могли говорить без оглядки на прошлое. Джейк не отвечает. — Чтобы это снова стало чем-то настоящим, — добавляет Хисын тише. Мгновение, два, три. Джейк изучает его, ищет в лице что-то, что могло бы сказать ему больше, чем слова. — Тогда давай попробуем, — наконец говорит он. И Хисын чувствует, как внутри что-то чуть-чуть оттаивает. Это ещё не конец, но уже начало

***

Комната наполнена мягким полумраком – ночник на прикроватной тумбе отбрасывает тёплый, рассеянный свет, создавая иллюзию уюта и спокойствия. За окном по-прежнему падает снег, но теперь он кажется не таким холодным, не таким отстранённым. Джейк сидит на кровати, спиной к стене, его плечи немного напряжены, но лицо кажется спокойным. Рядом, почти на расстоянии касания, сидит Хисын, опустив голову, слегка склонившись вперёд. Они оба молчат, но в этой тишине больше нет того отчуждения, что разделяло их раньше. Джейк вздыхает и проводит рукой по волосам. — Честно, я до сих пор не знаю, как реагировать на всё это, — говорит он, не глядя на Хисына. Тот слабо улыбается, глядя на сжатые в замок пальцы. — Я тоже. На секунду между ними снова повисает тишина, но на этот раз она не давит, а скорее даёт время привыкнуть. Хисын смотрит на постельное бельё, чувствуя, как ткань слегка мнётся под его ладонью. Джейк рядом – такой же близкий, как раньше, но одновременно незнакомый. — Ты в порядке? — тихо спрашивает Джейк, бросая на него быстрый взгляд. Хисын слегка пожимает плечами. — Пока не знаю. Джейк усмехается, но в его голосе нет насмешки. — Тогда… оставайся здесь. Хисын медленно поворачивает к нему голову. — Ты уверен? Джейк смотрит на него чуть дольше, чем обычно. — Да. Хисын не отвечает, но после короткой паузы медленно ложится, всё ещё чувствуя себя немного не в своей тарелке. Джейк, немного поколебавшись, делает то же самое, и теперь они лежат рядом, глядя в потолок. — Это странно, — тихо говорит Хисын. — Ага. Он поворачивает голову и встречается взглядом с Джейком. Свет от ночника делает его черты мягче, и в этот момент Хисын чувствует, как что-то внутри него наконец-то становится легче. — Но, наверное, это нормально. Джейк слегка улыбается. — Наверное. Они не говорят больше ни слова. Просто лежат, чувствуя, как между ними снова появляется что-то тёплое, что-то, что было потеряно, но теперь понемногу возвращается.