Доказательство

      Им сообщили, что до отбоя осталось два часа. Вновь открыли двери сбоку от ворот и показали, где расположены уборные. Некоторые люди были запачканы кровью. Такие пятна не смоет обычная вода. Хотя постепенно напряжение стало сходить на нет. Игроки всё чаще заводили разговоры — и уже не шёпотом — и разбивались на группы.       Лиён умылась и вернулась на кровать, которую успела занять возле Чон Бэ. Игроки уже давно перемешались. Пока все готовились ко сну, розовые комбинезоны разбирали кровати по краям. По сравнению с общим числом убрали не так уж много — меняше четверти, — но Лиён прошибал холодный пот от осознания: каждая кровать — человеческая жизнь. — Почему вы здесь оказались, госпожа?       Лиён подняла голову. Кровать над ней занимал игрок 001. Что ж, похоже, они все и правда объединились в команду и предпочли держаться рядом. Лиён пожала плечами. — Из-за близкого человека, — и это даже не ложь. — Он попал в беду. — Но правильно ли я услышал, что деньги вам не нужны?       Она прищурилась и поднялась на ноги. Первый игрок всё ещё смотрел на неё сверху вниз, но уже не с такой разницей. Лиён проговорила ровным голосом: — Это предназначалось не для ваших ушей, господин.       Как вообще он мог услышать её слова, если подошёл позже? Насколько же хорошим слухом нужно было обладать, чтобы провернуть этот трюк. Странный тип. Слишком не похож на простого обывателя. Или же в Лиён говорила паранойя.       Мужчина приподнял ладони в примирительном жесте и мягко улыбнулся. — Простите меня, госпожа. Я не собирался подслушивать. Что бы там ни было, надеюсь, всё решится. — Так или иначе.       Лиён слабо улыбнулась, а её собеседник вопросительно приподнял брови. Но от вопросов воздержался. Разве Лиён не права? В этом месте всё решается. Либо возможность, либо смерть. По крайней мере, с точки зрения игрока. Для организаторов этого ада на земле причины были иными.       Женский голос оповестил, что до отбоя пятнадцать минут. Люди — кто ещё не уснул — расходились по кроватям. Вернулись Ки Хун и Чон Бэ, рядом с последним тут же оказался молодой морпех. Парень о чём-то переговаривался со старшим товарищем, а потом запрыгнул на свою кровать. — Спокойной ночи нам всем, — весело пожелал он, чуть свесившись вниз. — Пускай она подарит нам возможность пережить следующий день. Господа. Госпожа.

***

      Новое утро началрсь с той же навязчивой музыки и довольно скромного завтрака. Лиён слышала, как ворчали многие игроки, и гадала, чем обусловлен выбор еды. Даже ей с её не слишком большой комплекцией этого будет недостаточно, что уж говорить про взрослых мужчин, не привыкших к правильному образу жизни.       До дрожи надоедливый голос предупредил, что вот-вот начнётся новая игра. Эти слова мигом вернули людей в реальность. Через несколько часов их количество снова уменьшится. И оказаться в числе погибших никому не хотелось.       Они вновь шли нелепо разукрашенными коридорами. Лесенки, башенки, мостики. Камеры. На этот раз Лиён сконцентрироваласьна деле. Она насчитала девять статичных камер, расставленных по углам коридоров. Одна — на дверь из жилого зала, она не охватывала поворот к женскому туалету. Вторая — сразу же за поворотом в следующий коридор. Остальные крепились над дверными проёмами, и пока что слепая зона была одна.       Путь игроков закончился в зале, но другом, не вчерашнем без крыши. Этот был выкрашен в голубой цвет, стены украшали рисунки облаков. На полу — два круга, похожих на беговые дорожки в парке. — В прошлый раз было так же? — услышала Лиён голос Чон Бэ.       Он всё ещё надеялся, что играть предстояло в дольгону. Сама Лиён таких иллюзий не питала. И надоедливая женщина лишь уверила её в том, что сегодня им сахарного печенья не видать. — Пожалуйста, разделитесь на команды по пять человек. У вас есть десять минут. — О! — воскликнул молодой морпех. — Нас как раз пятеро, и искать никого не нужно. — Это знак, что всё будет хорошо, — с энтузиазмом согласился Чон Бэ. — В команде больше шансов выжить? — тихо спросила Лиён, обращаясь только к Ки Хуну. Тот тоже ответил ей шёпотом: — Только если команда выиграет. Вся.       Лиён поёжилась. Её жизнь зависела от незнакомых людей так же, как их жизни зависели от неё. Игра могла быть любой: от пряток до игры в кальмара. Фантазия организаторов едва ли была чем-то ограничена. Лиён глубоко вдохнула носом и медленно выдохнула через рот. В академии её учили принимать ситуацию такой, какая она есть. Без излишних эмоций. Сейчас нужно было вспомнить эти уроки.       Когда все игроки разделились на команды, им принялись объяснять суть сегодняшней игры. Вернее, игр. Вряд ли кто-то предполагал нечто похожее. Командам предстояло пройти по круговым дорожкам, сыграв в привычные из детства мини-игры: ттакчи, бисокчиги, конгинори, пхенги и джегичаги. Каждому игроку — по игре. На прохождение давалось пять минут. — Прошу вас заранее определить порядок игроков.       Удивлённые морпехи неуверенно повернулись к своим товарищам по команде. Инициативу на себя ожидаемо взял Ки Хун. — Предлагаю каждому выбрать то, в чём он более хорош. Госпожа, — он взглянул на Лиён, — выбирайте первой. — Ттакчи, — проговорила Лиён, быстро глянув на собеседника. Тот без колебаний кивнул.       Во дворах Сеула — да и всей Кореи в целом — такджи не считалась игрой для девочек. А Лиён только в неё и хотела играть. И делала это с успехом. Оставалось лишь надеяться, что удача не отвернётся от неё сейчас.       Остальные игры мужчины команды распределили между собой. Чон Бэ выбрал бисокчиги, его молодой товарищ — конгинори. Первый игрок забрал себе пхенги, а Ки Хуну досталась джегичаги. И все они надеялись пережить сегодняшний день.

***

      Обе первые команды расстреляли всем составом. Одна не смогла продвинуться дальше второго этапа — бисокчиги, — вторая не достигла последнего этапа.       После этого всё слилось в нескончаемый поток счёта, криков и выстрелов. Игроки сменялись на дистанциях, болели друг за друга и планировали свои "забеги". Тела убитых убирали, а вот кровавые лужу и разводы оставляли. Так зал постепенно наполнялся удушливым тяжёлым запахом крови. Но азарт делал своё дело, и многим людям обстановка совсем не мешала.       Наблюдая, как убывают люди в зале — кто-то своими ногами, а кто-то в гробах, — Лиён нервно теребила края кофты. Говорят, ожидание смерти хуже самой смерти. Она была готова с этим согласиться. Их команду всё не вызывали, а постепенно пустеющий зал казался всё больше и больше. В конце концов, осталось лишь десять игроков. — Мы справимся, — молодой морпех кивнул, не обращаясь ни к кому конкретно. Скорее всего, просто успокаивал самого себя.       Основная сложность игры заключалась в том, что игроки становились в шеренгу и их соприкасающиеся ноги сковывались вместе. На целую команду оставалось всего шесть ног. Они заранее договорились, как будут двигаться: синхронно, под счёт. Лиён оказалась в самом центре их многоножки, хотя её игра была первой. Ки Хун рассудил, что так ей не придётся гнаться за шагами мужчин, находясь с краю.       Команды заняли стартовые позиции. — Жалко, что зрителей не осталось, — растягивая губы в нервной улыбке, Чон Бэ нашёл взглядом вторую команду. — Удачи вам! Увидимся на финише, ребята! — Спасибо вам! Удачи! — донеслось со стороны второго круга.       И игра началась.       Раз-два, раз-два — командовал Ки Хун, и они переставляли ноги, бодро продвигаясь вперёд. Добравшись до первого испытания, Лиён действовала на автомате. Она схватила синий квадрат, замахнулась так, как учили мальчишки во дворе, и резко бросила вниз. Хлопнув, будто упаковка сока, красный квадрат подпрыгнул и перевернулся. Всё заняло меньше пятнадцати секунд.       Товарищи по команде оглушительно воскликнули от радости. Первый раунд — и сразу удачно. Но праздновать было рано: впереди ещё четыре игры. Они вновь собрались подхватив друг друга под руки.       И снова раз-два, раз-два.       Следующим был Чон Бэ и его меткий бросок. Камень удалось сбить с первой же попытки. В груди Лиён появилась надежда. Может быть, сегодня удача решила стать их спутницей?       Игра молодого морпеха казалась сложнее. Требовались координация и ловкость. Разноцветные пластмассовые камушки выглядели такими маленькими... Но игрок 388 с невероятной скоростью разыграл их все. Поймал один, два, три — Лиён едва успевала следить за ними. И вновь первая попытка — успех.       Оглушительный крик радости выразил эмоции их команды. Таймер ещё не дошёл до половины, а у них позади уже три игры. Они продолжали радоваться, как дети, приближаясь к четвёртому этапу — пхенги.       Радовались, уверовав в собственную удачливость. Первая попытка... Неудача. Пара секунд, потраченных на осознание, и надежда стала угасать. Чон Бэ прочистил горло. — Ничего, — делано бодрым тоном сказал он. — Время ещё есть. Просто нужно немного сосредоточиться. — Да-да, — первый игрок быстро закивал головой. Он выглядел ошарашенным.       Мужчина подобрал волчок с пола правой рукой и принялся торопливо наматывать верёвку. Со стороны это выглядело не слишком уверенно. Лиён даже успела подумать, что с мелкой моторикой у него проблемы. — В этот раз всё получится, — бубнил Чон Бэ.       Но и эта попытка провалилась. И следующая, и следующая, и следующая... Теперь все молчали, и никто не решался посмотреть на часы. Зачем знать, сколько секунд тебе осталось жить?       Первый игрок приготовился к очередному броску. Мужчина тяжело дышал от злости на самого себя, но изо всех сил старался подавить эмоции. На миг пальцы сжали злосчастный волчок. В правой руке. Лиён и сама не поняла, какой импульс заставил её схватить первого игрока за предплечье, останавливая. — Левой, — в ответ на недоумённый взгляд уверенно и тихо произнесла она. — Бросай левой.       Ещё одна секунда на осознание. Мужчина, глядя в её глаза, кивнул и переложил игрушку из одной ладони в другую. Резкий бросок — и волчок послушно сорвался с верёвки, закрутившись на полу.       Трое из пяти участников оглушительно завопили от радости. Первый игрок молчал и лишь слабо улыбался, а Лиён задумчиво смотрела на крутившийся волчок. "Совпадение? — думала она. — От стресса подвела рука?" — Вперёд, — скомандовал Ки Хун. — Ещё есть время.       И они снова зашагали. Раз-два, раз-два. Впереди их ждала последняя игра. До финиша — всего пара десятков метров. Но теперь время уже не было их союзником. Последняя остановка — джегичаги — игра, доставшаяся Ки Хуну, смысл которой заключался в том, чтобы ногой набить нужное количество ударов. В этот раз пять.       Ки Хун вполне ловко отбил воланчик с цветными бумажными лентами четыре раза, а на пятом траектория полёта чуть изменилась. Воланчик полетел сильно вперёд. Лиён не поняла, кто именно сделал рывок: Ки Хун или прикованный к нему игрок 001. Просто их сцепленные ноги потянулись вперёд, и воланчик ударился о кроссовок Ки Хуна чуть ли не у самой земли. Казалось, никто не дышал, пока работник не показал руками круг. Испытание пройдено.       Под бодрый, полный радости счёт, команда пересекла финишную черту. Вот теперь Лиён позволила себе полностью отдаться эмоциям. Её окатило тёплой волной облегчения и радости. Это схлынул адреналин. Но эйфория не успела захватить разум: выстрелы за спиной опустили Лиён на землю.       На финише они так и не увиделись...

***

      Первое, что почувствовала Лиён, войдя в жилой зал, — неприязнь. В прохладном воздухе так и висели невысказанные вслух слова: " и эти тоже выжили". Вот последствия, когда награда за чужую жизнь — богатство.       Сегодня зал опустел на сто семь кроватей, а следовательно, мир — на сто семь жизней. В Лиён боролись два чувства: радость и отчаяние. Что ж, она пережила этот день и даже несного разузнала о камерах. Но пока что знание это совершенно бесполезно. Дамскую комнату нельзя было назвать по-настоящему слепой зоной: всё равно видно, кто заходит в этот коридор.       К тому же, голосование вновь завершилось победой "кружков". Игры продолжались.       Их команда сидела в своём привычном месте. На ужин им выдали коробку молока и булку. Лиён проглотила и не заметила. В постоянном стрессе организм не удержит много каллорий.       Через ряд кроватей от них тоже сидела группа игроков. Их было четверо. Пожилая женщина и единственный мужчина, скорее всего, — мать и сын. После первой игры Лиён слышала, как женщина гнала сына домой. Была ещё довольно высокая девушка, на её фоне многие игроки выглядели даже маленькими. Приглядевшись к последней участнице, совсем ещё девчонке, Лиён судорожно выдохнула: — Господи... — В чём дело? — поинтересовался игрок 001, сидевший к ней ближе всех. Лиён взглядом указала на девушку. — Она же беременная.       Мужчина округлил глаза и посмотрел в указанном направлении. Лиён могла ощутить, как он напрягся. Черты его лица заострились. Другие тоже повернулись. — Бедняжка, как её сюда занесло? — пробормотал Чон Бэ. Первый игрок взглянул на него. — Как и всех нас, полагаю, — его взгляд вернулся к Лиён.       Неожиданно для всех молодой морпех вскочил на ноги. — Я думаю, — обратился он ко всем, — нам всем стоит познакомиться. Мы уже столько пережили вместе, почему бы не узнать имена друг друга, — и приложил ладонь к груди. — Я могу начать с себя. Меня зовут Кан Дэ Хо. Как тигр.       Чон Бэ улыбнулся и хлопнул его по плечу. — Почему нет! Я Пак Чон Бэ. — Сон Ки Хун, — он позволил себе слабую улыбку. — А у меня легко запомнить, — отозвался игрок 001. — О, как ноль-один. О Ён Иль. — И правда легко! — воскликнул Дэ Хо, указывая на его номер. — Ноль-один.       Ён Иль тихо рассмеялся и кивнул. Затем повернулся к Лиён. — А вы, госпожа? Как ваше имя? — Чанми. Хан Чанми.       Эта ложь так легко сорвалась с губ. Так и есть, её настоящее имя никогда не прозвучит в этих стенах. Будет ли это считатбся кражей личности? Вляд ли большой мир узнает, что здесь "умерла" Хан Чанми. Зато для него будет заметна пропажа Хан Лиён.       Родители, уверенные, что их дочь уехала в пригород по работе; шеф, который отпускал её всего лишь в отпуск. Кто первым забьёт тревогу? — Очень красиво, — голос Ён Иля вырвал её из потока мыслей. — Как роза.       Лиён кивнула и слабо улыбнулась. Роза и лотос, да, родители хотели себе цветущий сад, а выросли две противоположности.

***

      Когда вновь объявили о приближающемся отбое, Ки Хун принялся стаскивать матрасы на пол и заталкивать их под кровати. Товарищи по команде неловко переглядывались между собой. В конце концов, Чон Бэ решился задать вопрос: — Брат, ты... что делаешь? — В прошлый раз игроки устроили бойню во время отбоя. И тогда выбыло ещё больше людей. — Но, Ки Хун... — начал было Ён Иль, — ты же не думаешь, что и сейчас...       Под тяжёлым взглядом бывшего победителя стушевались все. Лиён пожала плечами и положила на матрасы подушки. Может, никто на них и не нападёт этой ночью, но ставки возрастали с каждым выбывшим игроком. Почему бы не подумать о большей безопасности? — Будем дежурить по очереди, — предложил Ки Хун. — Я буду первым, а вы постарайтесь отдохнуть. — Тогда я возьму вторую очередь, — отозвалась Лиён. — Мне не сложно, а вам, господин, тоже нужен отдых. — Будем меняться, — согласился с ней Ён Иль. — Так и сделаем, — Ки Хун кивнул, усаживаясь на первую ступеньку.       До отбоя оставалось пятнадцать минут.