Очаровательный студент-историк

Безоблачные небеса равнодушно возвышались над переплетёнными переулками, наполненные смрадом и грязью, создающими вместе район для нищих. Четыре фигуры в чистой и выглаженной униформе полиции привлекали внимание, измождённые лица с запавшими глазами смотрели на них оценивающе и опасающе. Один из инспекторов мазнул взглядом по пространству между домами, где пьяница справлял нужду на уже пожелтевшую стену, и с отвращением отвернулся. Крайне недовольно он толкнул стоящего рядом. — Эй, разве нужно нам идти втроём? Это всего лишь навещение жертвы… — Леонард, — ответил ему мужчина лет сорока перед ним, в отличие от зажимающих носы коллег, он был очень сдержан. — Мы идём не к жертве, а за дневником. Названный разочарованно поджал губы и сосредоточился на том, чтобы смотреть прямо перед собой, пока они не дойдут до нужного здания. Если они столкнуться с дневником семьи Антигонов, нужно будет действовать с ним, как с одним из запечатанных артефактов за вратами Чанис, для чего нужно было двое или трое Ночных Ястребов. Поэтому стараясь открыто не показывать отвращения, Леонард был рад, когда они дошли до нужного места. Оно было таким же ветхим, как и остальные здания в этом районе, но здесь не пахло помоями и было вполне прилично. Поднявшись по скрипучей лестнице, ведомые одним из полицейских они проверили нужную им дверь и Битч Маунтбеттен постучал. Повисла тишина. Леонард скучающе окидывал деревянные стены и пол взглядом, надеясь поскорее вернуть артефакт в церковь и закончить с этим делом. Наблюдающий за ним Кенли мог лишь повторить за ним, также утомлённый долгой дорогой и нелицеприятными видами. Наконец жилец квартиры осторожно спросил: — Кто это? «Очень молод, — мысленно отметил Леонард. — Судя по времени, это может быть только свободный студент, Клейн Моретти». — Это я, Маунтбеттен, Битч Маунтбеттен, — он помолчал на мгновение. — Полиция. После пары секунд тишины, прозвучал крик: — Хорошо, я сейчас подойду. Звукоизоляция была настолько ужасна, что их ушей легко коснулось волнение по ту сторону двери, но это не казалось обычным. Даже высокопоставленные люди суетятся, когда перед их дверями появляются полицейские, а люди из бедного района, крайне незащищённые или нечистые на душу, впадают в панику. Скучающий Леонард размышлял о том, что голос студента был довольно мягок и приятен, это можно было понять и через дверь, он мог бы подойти для декларации некоторых поэм с уклоном в драматизм… Тогда дверь распахнулась, это было так внезапно, что Полуночный Поэт часто заморгал и перевёл взгляд на жильца. — Простите, просто я спал. Очаровательный, — первое, что промелькнуло в голове Леонарда, очень не поэтичное, но подходящее описание внешности молодого человека перед ним. Немного измождённое лицо, но в нём всё ещё была живость и свежесть юности. Взволнованные карие глаза по очереди осматривали полицейских перед ним и выглядел он всё несчастнее с каждым насчитанным человеком. Пусть он и говорил, что только встал, его одежда была лишь немного смята, ткань была дешёвой и изношенной, но было видно, что хозяин за ней следил. Спелый плод персика посреди гнилых фруктов, свежий глоток воздуха в этом районе, где не было ничего эстетичного и прекрасного. Он внимательно слушал задаваемые Данном вопросы и бросал краткие взгляды на молодого человека, в карих глазах была растерянность и некий расчёт. Это было так интригующе, что сердце Полуночного Поэта невольно забилось чаще. Пока мягкий и чарующий голос студента, последовательно излагающего свои мысли, лился в его уши, два инспектора осматривали комнату. Стоило разговору дойти до покончивших собой мистера Уэлча и мисс Найи, капитан отправил Леонарду сигнал, и тот нехотя переключил внимание с узкой и ровной спины Клейна Моретти на обыск. Его пальцы провели по столу, на котором высились стопки из различных записей. Что-то в этой картине тронуло в его сердце… Мало какой человек из трущоб будет стараться учиться и при этом действительно сможет поступить в университет Кхой, это напоминало Полуночному Поэту о своих стараниях в приюте при церкви Вечной Ночи. Его глаза нежно скользнули по тетрадкам и с лёгкостью нашли записную книжку. Почерк был красивым и ровным, а ещё очень маленьким, чтобы вместить больше информации. Он прищурился, чтобы прочитать текст, и понял, что это был личный дневник. — Эй! — крикнули за его спиной. Голос этого Клейна был таким возмущённым, в нём не было и капли страха перед инспектором, и Леонард не мог не отправить молодому человеку улыбки, которую показывал всем девушкам, чтобы вскружить им голову и те позволили ему заниматься расследованием. Но, увы, карие глаза лишь прищурились, когда Кенли рядом с ним предупредил: — Это необходимая процедура. В тишине Леонард сосредоточенно листал страницы дневника, особо не вникая в содержание. Сейчас больше личной жизни студента его интересовало нахождение дневника семьи Антигонов и причина смерти мистера Уэлча и мисс Найи. К концу записи стали размашистыми и беспокойными, словно хозяин боялся чего-то, незаметного и подкрадующего, а последняя страница заставила Леонарда замереть и распахнуть глаза. — Это ещё что? Что означает надпись «все умрут, включая меня»? Его взгляд скользнул по фигуре студента, который замялся. Было не так просто объяснить подобную запись. Пальцы Леонарда остановились на размашистых буквах, которые были оставлены с такой силой, что страница чуть не порвалась. Ему было немного жаль этого несчастного молодого человека с ясным умом, что столкнулся с чем-то непостижимым для него. Подобрав слова, немного неуверенно Клейн начал: — Понятия не имею… Проснувшись утром, я почувствовал, что что-то не так, будто забыл нечто важное. Особенно это касалось недавних событий. Я даже не знаю, по какой причине написал эту фразу. Он выглядел таким несчастным тем, что не мог вспомнить той части своей жизни, в которой хранился ответ на вопрос, почему ему угрожает опасность, и смущённым перед инспекторами из-за своих слов, что более подходили на отмашку. Леонард захлопнул книжку и мысленно предугадал действия капитана. «Скорее всего вызовут мадам Дейли и она решит, амнезия это или нет». Конечно, здесь был тот, кто считал иначе. — Это просто смешно! Вы думаете, мы идиоты? Полуночный Поэт удержался от того, чтобы закатить глаза. По красному лицу Битча Маунтбеттена было видно, что он посчитал Ночных Ястребов настолько нежными, что те могли оскорбиться. До безобразия смешно. Но Клейн не испугался. — Я говорю правду, — он звучал твёрдо, смотря прямо на поддельных инспекторов, на мгновение, но он пересёкся взглядом и с Леонардом. Ему понравился этот решительный взгляд. Как он и думал, вмешался Данн Смит, чтобы урегулировать ситуацию. — Возможно, так и было, — медленно проговорил он. — Через два дня Вас посетит эксперт, поверьте, он сможет помочь вернуть утраченные воспоминания. Поняв, что этим делом займётся мадам Дейли, Леонард полностью расслабился и позволил себе положить дневник с устрашающей надписью обратно. Вместо обыска комнаты, он принялся изучать полки, забитые книгами. Очень много корешков были связаны с 4 эпохой… Прочитав множество сложных названий, Полуночных Поэт нахмурился, это явно была не его область знаний. Поэтому этот стойкий молодой человек, что встретился со смертью лицом к лицу, был ещё более восхитителен в его глазах. Наконец, все официальные процедуры были окончены, и Ночные Ястребы вместе с Битче Мантбуттеном один за другим покидали тесную комнатку. Клейн стоял у выхода, провожая гостей, он был таким маленьким в окружении высоких инспекторов. С зачаровывающей девушек улыбкой, Леонард подошёл к молодому человеку и коснулся его плеча, слегка наклоняясь к уху. Он показал своё очаровательно-растерянное лицо, широко распахнув глаза уставившись на него. — Это просто отлично. Вам крупно повезло. Он был откровенен. Клейну Моретти крупно повезло выжить в ситуации, когда в деле участвует запечатанный артефакт, возможно, если мадам Дейли подтвердит, ценой всего пары воспоминаний. Именно поэтому ему не нужно больше беспокоиться, теперь находясь под наблюдением Ночных Ястребов. — Что? С растерянностью он смотрел на зеленоглазого инспектора, похоже, не понимая смысла сказанного. — Вообще, в подобных делах считается нормой, что погибают все вовлечённые. Мы очень рады застать вас живым. Мысленно отметив, что даже под одеждой плечи студента казались очень худощавыми, почти женскими, он прошёл мимо застывшей фигуры. Не смея заставлять капитана ждать, он обернулся к стоящему в дверях хозяину квартиры и вежливо закрыл за собой дверь. Его немного заинтересовал этот милый студент. Следуя процедурам Ночных Ястребов, как пострадавший от Потустороннего мира, он может устроиться работать в Чёрный Терновник, и они снова пересекутся…