Ultra Fiesta
8 марта 2025 г., 03:30
Об этом злопамятном типе можно было забыть на долгие сутки. До чертовой субботы. Утром не хотелось не то что в универ идти, не хотелось вообще вылезать из-под одеяла. Но нужно было. Ведь Константин Хуянович ждёт. Со сделанной домашкой ждёт, о которой парень совсем не позаботился.
И, как обычно, опоздал. Десять минут от звонка, он снова стоит в дверях, снова говорит своё обтёсанное "Sorry" и снова ставит энергетик на парту. На этот раз ультра фиеста. Голубой.
Константин Романович, пробежавшись по новоприбывшему усталым взглядом решил, что сколько тот опоздал, столько и отработает.
- Price, what can you tell us about Hegel's biography? - дождавшись, когда кое-кто сядет на своё место и достанет учебные принадлежности, спросил преподаватель домашнее задание на сегодняшний день.
Жестяная банка не осталась незамеченной. Услышав стук о поверхность стола, Костя посмотрел на звук и усмехнулся, но только мысленно
– Oh my gosh, – тихо прошипел пацан и хотел было провернуть ту же схему, что и в прошлый раз, но осознал смысл вопроса. А Гегель был его любимым философом. И тут началось...
Он болтал без умолку пять минут о нём самом, об основе его учений и том, как к нему относились современники, как относится и нынешнее поколение, потом добавил отсебятины по поводу влияния на современную философию. И все это беглым американским английским.
Внимательно выслушав весь поток мыслей, преподаватель назвал 2-3 ошибки в сокращениях и продолжил опрашивать остальных.
Время близилось к концу занятия, весь материал достаточно быстро разобрали, и Костя отпустил группу пораньше.
Быстро сбежать вместе с одногруппниками? Мысль была, но парень помедлил. Как он мог оставить этого беднягу одного отдыхать тут? Он же заставил в начале пары отвечать, вот пусть сам теперь болтает, никаких ему спокойных перерывов. Блондин остался один в кабинете с преподом и, конечно же, спросил про то, что он сам думает насчёт философии Гегеля. В ответ получил разочарованный взгляд, но и поспешное предложение пройтись до автомата, пока шатен расскажет о своём мнении насчёт философии Гегеля этому любопытному студенту.
А Джо и не против. Слушал внимательно, изучал взглядом, ушами и даже позволил себе ударить своей банкой о банку препода, но без слов о здоровье. Свою-то фиесту он не смог открыть на паре, его б этот Кедр съел за такое.
О Гегеле, как и о любом другом философе, можно говорить очень долго. Но когда студент чокнулся с ним банками энергосов, Костя от неожиданности замолк на пару секунд, отглотнул из своей синей банки, чтобы скрыть растерянность. Всё-таки перерыв почти закончился, а допить он не успеет, если и дальше будет разглагольствовать.
Реакция преподавателя малому, конечно же, понравилась. Раз на то пошло, то можно обратить внимание на вкус. Стоп, снова? Пора сменить тему с Гегеля на более философские вопросы.
- Ultra blue again? Is it your personal style? - поднял он одну бровь.
Джоель улыбнулся и прищурил глазки. Он снова играл с этим бесячим Константином. Ну а как еще развлекаться юному американцу помимо милых светских бесед за чашкой чая? Очевидно, провокационные вопросы за банкой энергетика.
Костя сделал ещё один глоток, раздумывая над ответом. Хотелось поставить наглого студента на место. На своё место.
- This one is my favourite, - с улыбкой, не выражающей ничего кроме дружелюбия, ответил преподаватель и посмотрел на банку в руках студента. - Birds of a feather flock together, - глаза чуть-чуть прищурились, и улыбка стала немного шире.
Любимый вкус говоришь? Парень хмыкнул, делая жадный глоток. Вкусно. Наверное и этому оболтусу вкусно. Но поговорка заставила его замереть на секунду. Его только что опять переиграли?
– Мы разные. Видно невооружённым глазом, – медленно и четко произнес парень и приподнял банку на уровень глаз, как бы говоря о сравнении оттенков.
"Его это так сильно задевает? Почему он вообще что-то мне доказывает? Друзей у него что ли нет? Странный." - подумал Костя, делая вид, что сравнивает лицо Джоеля с банкой.
- По-моему, некоторые сходства определённо имеются, - с серьёзным видом заявил Константин Романович, переводя взгляд то на студента, то на банку на уровне его лица.
– Ах, благодарю! – саркастично произнёс тот, прокартавив, и тут же поджал губы. Если до этого он старался "р" выговаривать, то сейчас поспешил, и вышло ну очень заметно.
Свой дефект парень не любил с самого начала. Так уж вышло, что в детстве, когда его помимо английского окружал и русский язык, "р" ему не поставили, а позже и не считали нужным, ведь почти все свое детство он провел между Америкой и Великобританией. Но каждый раз, когда мальчик общался с родственниками, те умилялись его мягкой "r" вместо привычной русской "р". И это не могло не раздражать, ведь бедного не воспринимали всерьёз.
Невольно взгляд преподавателя опустился на поджатые губы, он посчитал, что студент забавно стесняется своей картавости. Константин в юности как-то раз был во Франции с родителями. Они любили путешествовать по Европе, и Франция на тот момент пятнадцатилетнему Косте запомнилась больше всего. С этой страной у него связаны исключительно тёплые воспоминания. Ему очень понравилось то, как звучит французский язык. Преподаватель никогда не понимал, почему люди стесняются картавости. Это же так мило и забавно звучит.
Но звонок на следующую пару вырвал его из ностальгических воспоминаний. Смущенный студент злился на себя за оплошность, но только до звонка, который заставил парня побежать на следующую пару. Не попрощавшись, обойдется.
***
Понедельник день тяжёлый. Но не у всех. У кого-то расписание позволяет спать в понедельник до двенадцати. У Константина Романовича сегодня лекция и семинар четвертой и пятой парой. Причем первая из них прошла как-то незаметно. Вроде бы материала предостаточно, а время летит незаметно. Оно и к лучшему. Ещё один семинар - и можно будет заскочить в продуктовый. За батончиками РотФронт. Никто не любит понедельники. Никто не любит вставать к первой паре. Никто не любит вставать к первой паре в понедельник после четырёх часов сна из-за написания чертового реферата. Который нужно защищать. На первой паре. В понедельник. Зато на третьей и четвёртой окно. Правда после этих окон до семинара добирается дай бог половина группы, но Прайс почему-то хотел снова увидеть синюю банку энергетика в руке или на учительском столе. Он зашёл в аудиторию, как только её открыли и снова вырубился, упершись лбом в парту Двадцать восемь лет - это, возможно, много, но не слишком для любви к фанфикам. К тому же, фанфики разные бывают. Некоторые из них даже становятся полноценными книгами. После четвертой пары перерыв полчаса, и чтение - вполне хороший вариант времяпрепровождения. Со звонком почти все тринадцать присутствовавших от группы в двадцать восемь человек отодрали лица от парт. Какие все уставшие... Особенно тот самый любознательный студент, который продолжил лежать лицом на парте. Но это никак не отменяет того факта, что первым Костя спросит именно его. В русской школе звонок был для учителя. Но когда это было! Сейчас Джо пропускает звонок не специально. Он просто очень уверенно отвечает у доски тот самый реферат. А потом медленно, но верно переходит к философии своего любимого Гегеля. Но вдруг с ним начинает спорить этот навязчивый шатен. Ещё и энергетик нахально отпивает. И ничего не кажется студенту странным: что он уже рассказал реферат и получил заслуженную 4, что предмет был вовсе не тот, да и пара давно не первая, но ещё не пятая. Да и одет этот Кедровский был странно: только рубашка, без галстука, почему-то чёрная, да и первые пуговицы расстегнуты. Он медленно подходит ближе, проводя рукой по волосам и зовёт Джо по имени. Почему по имени? Приятно слышать. Парень резко просыпается и поднимает голову. Растрепанная чёлка падает на глаза. Кажется, спрашивают дз. Все смотрят на него. Его спросили? Вскоре он понял, что происходит, но совсем не вовремя встретился взглядом с преподавателем. На лице появился предательский румянец. Что это только было? О Боже, только не вспоминать этот сон. Даже не нужно, перед глазами все ещё эта картина. Константин Романович снова попросил ответить домашнее задание, когда увидел, что Джоель поднял голову и начал растерянно озираться по сторонам. Он... покраснел? Преподаватель присмотрелся к лицу студента. Может, ему плохо? Он уже был готов спросить, всё ли в порядке и не нужно ли помочь дойти до медкабинета, но Прайс начал отвечать. Мозг старательно пытался сформулировать мысль, чтобы ответить задание, но после первого предложения Джоель сдался. – ... And... And I think... – парень вздохнул, – я не готов. Он опустил голову и вперил взгляд в сцепленные в замок руки. Неожиданно. - В таком случае, у вас появляется долг, - он перестал смотреть так пристально, как до осознания, что Джоелю просто стыдно за невыполненное домашнее задание. И начал спрашивать остальных о связи между научными деятелелями и искусством в эпоху ренессанса. Слово "долг" ударило прямо в голову и легло на плечи тяжёлым грузом. Пусть парень и казался не самым дисциплинированным студентом, он старался сдавать все во время или просто выкручиваться. А тут какая-то домашка, ещё и по английскому. Что за чушь?! Долг? Серьёзно? Казалось, что его унизили перед всей группой (хотя группой это и не назовешь), но ничего такого в этом не было. Все однажды не готовят домашку. Тем более по английскому. Что происходило ближайшие десять минут парень не уловил, его волновал этот бесячий и никому, ну правда никому, не нужный "долг". Он решил, что текст не самый сложный, да и пару статей в интернете можно почитать, пока на занятии делают глупые задания на грамматику. А ответит он сразу после пары. Никому. Этот. Долг. Не нужен. По окончании пары все студенты неспешно начали покидать кабинет. Все, кроме одного. Он же не собирается прямо сейчас долг сдавать? Костя подняв чёрную бровь, несколько удивлённо наблюдал за приближающимся к его столу светловолосым парнем. Преподаватель ожидал, что долг будет сдан через пару дней, ну или в крайнем случае завтра. Но чтобы сразу после пары? Ладно. В любом случае, больше пар не будет, и он может спокойно достать энергос из рюкзака. Он в последнее время зачастил энергетики пить и думал, что пора бы прекращать. В голове перемешивались мысли о том, чем бы их можно было заменить. Кофеин – страшная штука. Звонок. Последние 10 минут парень повторял текст, который составил на паре. Волновался. Ну а как не волноваться? Тем более ситуация такая глупая. Джоель не церемонился. Не стал спрашивать, удобно ли, последняя ли пара. Он просто что-то мяукнул про текст и уверенно начал спич. Причём садиться перед преподавателем он не хотел, просто остановился в проходе между первым и вторым рядом. Пока Прайс говорил, этот гений достал энергетик. Вот подлец. И снова синий, да как ему не надоедает? Костя не расслышал, что там в самом начале тихо сказал Джоель, но когда он начал рассказывать домашнее задание, то преподаватель решил повременить с энергетиком и просто держал его в руке. Когда студент закончил, Константин Романович одобрительно кивнул, открывая синюю банку. - Неплохо. Долг закрыт, - достал листочек, поставил плюсик в клеточке напротив фамилии Прайс и отпил энергетик. Оп! От долгов избавились, вот и отлично. Парень самодовольно улыбнулся, приподняв голову, со взглядом "ещё бы!". Нужно было уходить, но почему-то студент медлил. Джоель услышал характерный пшик, проследил взглядом за банкой, упёрся в препода, и губы парня вдруг стали тонкой линией. Пару долгих секунд он провёл в прострации, а потом спросил: – Разве не скучно? Он так хорош? – глазки с вопросом уже обратились к самому Константину Хуяновичу. Кто хорош? Костя посмотрел на Джоеля немного растеряно, проследил за его взглядом, который сначала был обращен к банке, а уже потом к преподу. Даже немного улыбнулся, поняв про что его спросили. Картавит, хех. - Сочетание черники и ежевики моё любимое. К тому же цвет банки успокаивающий, - снова глоток. Звучит вкусно, но об этом преподавателю знать не обязательно. Парень, витая в своих мыслях, захотел что-то сделать. Он потянулся к банке, но быстро поймал себя на этом и отдернул руку обратно. Он не хотел взять, скорее стукнуть? Щёлкнуть? Повернуть, рассмотреть... Но, черт, это тебе не друг или старшекурсник! Джо нахмурился и выдал: – А меня бесит. Развернулся и почапал к выходу, а закрыв дверь, рванул в гардероб. Он оставил Константина с этой бесполезной информацией наедине. Что он сам творит? Глупости какие. Цвет успокаивающий, ага! Движение руки на периферии зрения не прошло мимо. Почему-то появилось желание протянуть свою руку с банкой навстречу, чтобы... чтобы что? Дать попробовать? Дать рассмотреть банку поближе? Определиться в причине такого странного желания Костя не успел - из мыслей вырвала с непонятно откуда взявшейся злобой последняя фраза собеседника. "Ну вот и отлично," - хотел было сказать вслух, но дверь уже была закрыта. Косте тоже пора бы уже уходить. Батончики РотФронт сами себя не купят.
