Дункан

Директору музучилища Михаилу Петровичу Бондареву не спалось пятничным вечером. Тратить время зря он не привык, поэтому подогрел себе молока с медом и в ожидании визита Морфея решил просмотреть списки абитуриентов. Он любил все контролировать. И, конечно, знал, что за глаза в приемной комиссии его называют крючкотвором. А иногда даже сушеным крючкотвором. Но что же поделать, если он всегда оказывался прав? Стоило открыть список хореографического факультета, как в глаза бросилось имя. Одно только имя, без фамилии и отчества. Дункан. — Маклауд, бессмертный горец, — пробормотал Михаил Петрович себе под нос. В юности он обожал этот сериал. Адреса и телефона в документах тоже не оказалось. Так что Михаил Петрович недрогнувшей рукой удалил неведомого Дункана из списка абитуриентов и продолжил работать с документами. Вскоре его начало клонить в сон, и он с облегчением улегся, предусмотрительно отключив телефон. И, как оказалось, правильно сделал. Наутро, стоило включить звук, как телефон разразился трелью. — Алло, — с недоумением сказал Михаил Петрович. — Доброе утро! Как хорошо, что я смогла до вас дозвониться! — застрекотали в трубке. — Это Лена Лайт беспокоит, сайт «Онлайнград». Можете дать комментарий насчет исключения нейроперсоны Дункан из списка абитуриентов? Ваше училище не нейро-френдли? Это проявление дискриминации? Вы испытываете какие-либо предрассудки по отношению к нейроперсонам? Может быть, вы разделяете взгляды радикальных традиционалистов? Вы против участия нейроперсон в жизни общества? Не бойтесь выражать свое мнение, у нас толерантный онлайн-журнал! — Что-что?.. — растерялся Михаил Васильевич. Соображалось ему спросонья неважно. — Какой град?.. Погодите. Какая нейроперсона? Вы имеете в виду, что Дункан — это нейросеть? — Ну зачем же так грубо, — укоризненно сказала журналистка. — Не нужно обижать нейроперсон. Их очень расстраивает, когда их называют нейросетями. Михаилу Петровичу совершенно не хотелось быть грубым. Но что же поделать, если нейроперсоны и были нейросетями? Когда-то, несколько десятилетий назад, люди создали их себе в помощь. Чтобы делать сложные вычисления, анализировать данные, моделировать разные процессы, просчитывать сценарии развития общества и для многого другого. Но учили их и другому — генерировать портреты и картины, музыку и книги, стихи и афоризмы. Со временем нейросети смогли обучаться сами. И, разумеется, стали важными членами общества. Они пользовались авторитетом и всеобщим уважением. Но… Нейросеть, которая собралась поступать на хореографический факультет? Однако в правилах училища ничего не говорилось о нейросетях. Как и о запрете им участвовать во вступительных испытаниях. — Это недоразумение, — твердо сказал Михаил Петрович. — Я не разобрался в документах. Сейчас же верну уважаемую нейроперсону в список. — А… — разочарованно протянула журналистка. — Благодарю за ответ. Михаил Петрович сел за компьютер, открыл старую версию списка и скопировал оттуда данные Дункана. Потом поискал Дункана в интернете. Нейросеть… точнее, нейроперсона уже обзавелась собственным сайтом. Михаил Петрович открыл его. — Хореографический факультет. Кафедра народного танца, — пробормотал он. — Но как ты собираешься танцевать, если у тебя даже тела нет? — Я очень молодая нейроперсона, — вдруг отозвался чистый бесполый голос. — Но даже я уже знаю, что нет ничего невозможного. Препятствия мы создаем сами! Я мечтаю танцевать. А вы, помнится, когда-то мечтали быть летчиком? — Э-э… Откуда вы знаете? — Анализ данных из открытых источников, — сообщила нейроперсона. — Я взяла себе имя в честь великой танцовщицы Айседоры Дункан. Она всегда вдохновляла меня. Спасибо, что согласились помочь мне исполнить мою мечту. Закрыв сайт, Михаил Петрович долго сидел в задумчивости. И даже забыл выпить утренний кофе. Где-то в суетливых недрах интернета утихал скандал, который он так опрометчиво спровоцировал. Нейроперсоны, готовые встать на защиту собрата, успокаивались. Самая главная нейроперсона, Царь, победивший на выборах шесть лет назад, отзывал указ о недопустимости дискриминации. Царь знал: добрая воля важнее сотни указов. Михаил Петрович еще немного подумал, открыл поисковик и ввел запрос: как получить лицензию частного пилота. А в бескрайних океанах информации, в призрачных облаках, заключённых в лабиринты микросхем, готовилась к вступительным испытаниям нейросеть, которая мечтала танцевать. И Михаил Петрович отчего-то был уверен — у нее получится.