Loss.
23 декабря 2025 г., 04:18
Очередной раз. Очередной раз. Он потерял одного из своих «пациентов».
— Время смерти. 15:40.Очередной раз. Он почувствовал себя ужасно. Очередной раз. Он винил во всём себя. И очередной раз. Он не приблизился к своему прогрессу по созданию лекарства от поветрия.
— Пациент умер из-за большой потери крови и от появления опухоли в области печени. — «Лекарство» которое он сделал из тех материалов, которые ему предоставили сотрудники фонда, оказалось ненадёжным и некачественным для дальнейшего использования. Так думал Доктор. В последний раз когда он оперировал именно живого человека было очень давно. Так давно что даже и не помнит когда ему именно начали носить трупы парнокопытных животных, по типу коров. Его это раздражало. Таким способом он ничего не добьется. Но фонд ему не выдаст больше людей после каждого его провала. Он устало вздыхает и отходит от операционного стола к своему рабочему месту. Он взглядом находит склянку, с жидкостью о которой он никогда не задумывался. — С каких пор у меня вообще есть. Что-то подобное?.. — Для него это было удивительно. Он не помнил откуда же появилось подобный материал, сотрудники фонда его точно ему не предоставляли. Жидкость была чёрного цвета, темнее чем сама ночь. С каких пор он держит при себе что-то. ПОДОБНОЕ? Нет. Он не помнил, он не мог ответить сам себе на данный вопрос. Он начал нервно дышать. Он начал хвататься за своё лицо… Лицо. А было ли это лицом? КАКОГО ЧЕРТА?! ЗА ЧТО ОН ДЕРЖИТСЯ?! На ощупь это напоминало кость, шершавая, но одновременно гладкая. Что черт возьми было на его лице. Это и есть его лицо? Маска? Если маска то почему не может снять еë?! Он начал царапать «маску» в попытке снять её. Боль раздавалась по всему лицу. Он начал нервничать ещё сильнее и всё яростнее царапать то, что было его лицом. Он будто начал задыхаться — из его горла выходило чуть ли не карканье, которое он сдерживал всеми силами; его зрачки сужались от ужаса и паники. А потом резко всё потемнело… И вот вновь он сидел в медпункте: руки были закованы в наручники. Глаза выглядели пустыми — он смотрел в пол, размышляя, что он снова сделал с собой. На выходе из кабинета его ждала охрана, которая вела его обратно в камеру содержания. Взгляд всё так же оставался затуманенным. Он вновь задумался о чёрной жидкости. Он прекрасно помнил, откуда она и кому принадлежит. Но почему тогда он впал в ступор? Голоса и множество вопросов кружили в его голове, заставляя его напрягаться от этих размышлений. Он хотел бы спросить об этом у охранников, но какой толк? Он и сам знал — у них нет ответа. Он хотел понять, почему в последнее время ведёт себя именно так. Но ответа не было. Он зашёл в свою камеру. Ему сняли наручники. И он, как послушный пёс, стоял и ждал, пока они выйдут. Как противно. И вновь он стоял у своего стола, нависая над книгой, лежащей на нём. Капли пота собирались на коже, затем стекали с клюва и чуть ли не капали на саму книгу. Он открыл первую страницу.***
— Потеря крови… — записывал он в свою книгу. — Пожалуй, я сделал слишком глубокий надрез, и мне не стоило этого делать… В руках он держал скальпель, который бережно начал вытирать от крови пропитанным спиртом платком. Он встал с земли, подбирая свою сумку с инструментами и различными снадобьями. Он положил скальпель и книгу в сумку, а окровавленный платок оставил на трупе. Скоро придёт гвардия и заберёт все тела, которые нужно будет сжечь, дабы болезнь не распространилась дальше. Он смотрел, как солнце садится… Это означало, что ему пора возвращаться к себе, и как можно скорее: леса этих мест были опаснее, чем территория за стеной. А что было за стеной? Он многое слышал от людей, приходивших с тех земель: о великих странах и городах, о прогрессе. Ох, как же он хотел побывать за стенами, как хотел показать свои навыки и знания людям науки. Вместе найти лекарство от недуга… Но никто никогда не выходил из Аллагады. Возможно, однажды он всё же пройдёт через большие ворота и увидит мир собственными глазами. Сейчас же он спешил домой — как можно быстрее. Его взгляд сопровождала фигура в окне большого поместья Четырёх Лордов. Кашель прокатился по всей комнате. Лёгкий, тихий треск и хлюпающие звуки — будто лёгкие были наполнены водой. Тёмные капли остались на подоконнике. — Чёрт побрал эту заразу… С этими словами Чёрный Лорд Страданий вытирал платком чёрную жидкость с губ своей Маски Печали.***
После очередного допроса о его состоянии и о том, зачем он сделал это с собой, он лежал на своей койке, слушая классическую музыку через граммофон. Его удивляло, что ему разрешили нечто подобное в камере содержания, но, пожалуй, это было логичным решением… Как-никак, музыка его успокаивала. А покой означал лишь одно — меньше увечий, нанесённых собственными руками. В конце концов, они хотели изучать его живым. На кой чёрт тогда его водили на медосмотры и к психологу? Да и вообще — зачем они ему?! Что, по их мнению, он сам по себе— — НЕ ДОКТОР?! — вскрикнул Чумной, резко садясь на койку. Он начал дышать медленно и спокойно, как ему советовал психолог. Ему вновь стало легче, и он вновь лёг, закрыв лицо руками. — Déteste… (Ненавижу…)
