Розы

Лева нервно расхаживал по гостиной, крепко сжимая телефон в руке и что-то бормоча себе под нос. Последний час его била тревога, и с каждой секундой, казалось, она только усиливалась, в голове проносились десятки сценариев самых разных вариантов событий. А причина была одна — куда-то подевался Шура. Лева уже трижды пытался позвонить, но безуспешно. Ответа не было, в трубке только гудки, сообщения отмечались двумя непрочитанными серыми галочками. — Где он может быть? — пробормотал Лева, бросая взгляд на часы. Он потер виски, затем схватил пальто, решив, что больше ждать не может. Но стоило ему дотянуться до дверной ручки, как дверь распахнулась, и на пороге появился Шура с виноватой улыбкой и огромным букетом в руках. Лева застыл, наполовину влезший в пальто. Его тревога мгновенно сменилась раздражением: — Где ты был?! Я уже собирался тебя искать! — воскликнул он, в голосе смешались облегчение и злость. Шура поднял букет, словно это был ответ на все вопросы: — Это для тебя, — сказал он, подходя ближе и протягивая Леве розы. Лева посмотрел сначала на цветы, потом на Шуру: — Розы? Ты пропал на час, не отвечал на звонки… ради цветов? — его голос дрогнул. — Я хотел сделать тебе сюрприз. Кстати, это было непросто — найти хороший букет в такое время, — с гордостью ответил Шура, улыбаясь шире. Лева тяжело вздохнул, чувствуя, как раздражение постепенно растворяется несмотря на то, что сердце продолжало биться чересчур часто. Розы и правда были прекрасны — ярко-красные, идеально сложенные, — и жест нельзя было не оценить. Он положил букет на стол и пристально посмотрел на Шуру. — Ты мог хотя бы предупредить! Я уже чуть с ума не сошёл! — проворчал он, но в голосе уже слышалась мягкость. Шура подошёл ближе и обнял его: — Извини, Левчик. Я просто хотел напомнить тебе, как сильно я тебя люблю, — прошептал он, целуя мужчину в висок. Лева снова вздохнул, но на этот раз мягче, и позволил себе прижаться к нему. — Напомнил, — тихо ответил он, уголки губ чуть дрогнули в улыбке. Чуть отстранился, положив руки Шуре на грудь, и посмотрел на него сверху вниз. От раздражения не осталось и следа — только тёплая нежность. Букет роз лежал на столе, его ярко-красные лепестки сияли в мягком свете гостиной. — Спасибо, Шурочка, — негромко сказал Лева, пытаясь скрыть свой очевидный восторг. Шура улыбнулся ещё теплее: — За что? — с лукавой ноткой спросил он. Лева закатил глаза, но тоже улыбнулся: — За то, что всегда находишь способ заставить меня волноваться. Шура пожал плечами, но в глазах мелькнул довольный блеск. — Это взаимно, — мягко ответил он. Лева приподнялся и нежно поцеловал. Неторопливо, вдумчиво. В нём не было ни поспешности, ни требовательности, только благодарность. Любовь. Когда они разомкнули губы, Лева прижался лбом к Шуре. — Я тебя очень люблю, — прошептал он. — И я тебя, Левушка, — Шура прошептал, крепко его обняв. Они просто стояли так, обнявшись, наслаждаясь моментом тишины и покоя. Наконец Лева тихонько рассмеялся и отстранился. — Ладно, я тебя прощаю. Но в следующий раз, если соберёшься пропасть на час, хотя бы напиши! — Договорились, — ухмыльнулся Шура.