Чудо-Лагерь

На небе, где уже месяц не было видно солнца, висели только серые тучи. Нельзя было сказать, что завтрак уже закончился и наступило время обеда — из-за мрачной погоды время суток угадывалось с трудом. По дороге, покрытой небольшими лужицами после недавнего дождя и усеянной трещинами от старого, давно не ремонтированного асфальта, двигалась белая, компактная, но удобная машина. Внутри, покачиваясь на ухабах, сидели четыре человека. Спереди, за рулём, находился мужчина лет 40–43. Рядом, на пассажирском сиденье, сидела девочка 14–15 лет. В наушниках она слушала музыку, полностью погружаясь в свой собственный мир. Сзади же расположились трое: женщина лет 38, которая, убаюканная плавным движением машины, то засыпала, то просыпалась — не то от резких толчков на кочках, не то от шума детей рядом с ней. Два маленьких карапуза, обе девочки, только-только проснулись после сна и теперь весело играли. Хотя им было 3–4 года, казалось, что они ещё младше — говорить толком не умели. Их детский язык был забавным: например, «дай» они произносили как «а», а поднять что-то с пола называли «опа». Когда они устали от игр, то начали требовать телефон — гаджет, который спасал родителей этих маленьких ангелочков хотя бы на час. Но, к сожалению, в этом месте не было интернета, и из-за этого девочки начали капризничать. Мать, уже готовая прикрикнуть на них, вдруг вздрогнула. Машина резко остановилась. Все четверо пассажиров посмотрели на водителя, и девочка на переднем сиденье — старшая дочь — спросила с надеждой в голосе: — Мы приехали? Она ждала ответа, надеясь услышать: «Нет, мы всё отменяем, возвращаемся домой». Эту девочку звали Мадина. Она была самой старшей среди детей в семье, где жило семеро человек: четверо детей и трое взрослых. Из-за особенностей воспитания она была неразговорчивой и часто витала в своих мыслях. Больше всего она общалась с младшим братом, но, к сожалению, он находился в санатории. Каждый год ему приходилось там лежать по семь и более дней из-за врождённых проблем со здоровьем. Мадина была невысокой и худощавой . У неё были чёрные волосы средней длины, собранные в небрежный хвост. Она с нетерпением ждала ответа от отца. Тот в ответ лишь молчал. Несколько минут тянулись для Мадины как вечность. Она повторял одна и то же «Мы приехали?» Наконец отец глубоко вздохнул и, пытаясь говорить спокойно, но с явной усталостью и раздражением в голосе, ответил: — Да, мы приехали!!. Неудивительно, что он устал — ведь они уже больше часа были в пути.