The silent darkness

Чхве Сохи вернулась на свою квартиру и, едва переступив порог, упала на диван. Она уставилась в потолок, ощущая, как усталость накрывает её с головой. К трем часам она должна была получить разрешение на доступ к видеозаписям, но до этого момента оставалось ещё несколько часов. Вскоре её веки тяжело опустились, и она мгновенно заснула, не осознавая, как сильно нуждалась в отдыхе. Когда Чхве Сохи проснулась, на часах уже показывало два. Она ровно села, потёрла глаза и открыла ноутбук, чтобы заняться поиском информации о здании "Забвение". Однако данные были скудными: лишь упоминания о том, что это здание было построено несколько десятилетий назад и в нём находилась только адвокатская контора. Никакой полезной информации, никакого намёка на то, что может скрываться за фасадом. К трем часам она уже была в участке, держа в руках заветное разрешение. Проходя мимо кабинета следователя, Чон Ин Су окликнул её. Она остановилась, чувствуя, как его взгляд проникает в саму суть её. — Почему ты почти не появляешься на рабочем месте? — его голос был твёрдым и строгим. — Я сначала опрашивала свидетеля, который часто упоминается в делах об убийствах, а потом отправилась за видеозаписями, — ответила она, стараясь сохранить спокойствие. — А я давал на это указания? — недовольство в его голосе нарастало, как штормовые облака, готовые разразиться. — Но это может помочь следствию, — настаивала она, хотя понимала, что его гнев уже накалился. — Довольно! Твоя самодеятельность мне совсем не нравится. Ты не в своем участке, здесь ты слушаешь меня и мои указания. Так что с завтрашнего дня ты будешь в участке, чтобы обсудить одну важную вещь. Поняла? — его глаза сверкнули гневом. Девушка хотела возразить, но, взвесив все за и против, решила не нарываться на конфликт. Она не привыкла, когда ей указывали, но сейчас не время для противостояния. Когда она вернулась в район, подойдя к "Забвению", её охватило странное предчувствие. Внутри неё затаилась дрожь, но она всё же вошла в заведение. Поднявшись на второй этаж, она постучала в кабинет. За дверью послышался невнятный голос: "Войдите". Чхве Сохи медленно открыла дверь и вошла, встретившись взглядом с мужчиной в костюме. Он снял свои очки и посмотрел на неё с лёгким недовольством. — Снова вы? — произнёс он, поднимая бровь. — В прошлый раз я просил вас звонить заранее. Вы сделали вид, что забыли? — Теперь у меня есть разрешение, так что будьте добры, покажите мне видеозаписи, — произнесла она, выдвигая документ. Чон МинГи быстро нажал несколько кнопок на клавиатуре, затем указал ей жестом подойти ближе. Когда она посмотрела на экран, её сердце упало: диск оказался пустым. — Почему ничего нет? — спросила она, не веря своим глазам. — Это вы удалили записи? — Вы меня сейчас обвиняете? — его голос стал холодным, как ледяной ветер. — Вы в первый день не хотели мне их показывать, а сейчас их даже нет, — настаивала она, чувствуя, как её гнев нарастает. — Потому что эта видеокамера не сохраняет записей, — произнёс он, сдерживая усмешку. — Она просто для вида, от всяких хулиганов. Чхве Сохи задумалась. Это означало, что преступник знал об этом. Он оставил тело именно в том месте, где не было видеокамер. Одна единственная камера, и та не сохраняла записи. Она сделала шаг назад, осознавая, что попала в ловушку. Минги встал с кресла и начал приближаться к ней, его взгляд становился всё более настойчивым. — Сколько раз вы ещё будете тревожить меня? Меня не волнует вся эта чертовщина, что творится в этом районе. Не надо меня приписывать к этому делу, — произнёс он, приближаясь. Чхве Сохи отступала, пока не уперлась спиной в дверь. Она почувствовала, как его тень нависает над ней, а он, прижав одну руку к стене, смотрел ей в глаза. — Попробуйте только докопаться до правды или связать меня с этим делом. Я устрою вам шикарное увольнение, — произнёс он, его голос стал угрожающим. — Не волнуйтесь, если вы действительно как-то связаны с этим, я доберусь до истины. Ваши угрозы меня не пугают, — произнесла она, стараясь сохранить уверенность. Внезапно он рассмеялся, но его улыбка исчезла так же быстро, как и появилась. Его глаза стали пустыми, словно бездонная яма, и Чхве Сохи почувствовала, как ком подступает к горлу. Напряжение в комнате нарастало, как натянутая струна. Девушка дернула ручку двери и выбежала из кабинета, как будто спасаясь от пожара. На улице она остановилась и глубоко вздохнула, стараясь успокоить биение своего сердца. Что это было? Записей нет, единственный свидетель угрожает, и на её глазах всё это превратилось в один большой клубок лжи. Она понимала, что здесь явно что-то не так. Все эти люди знают правду, но скрывают её. Чхве Сохи решила, что не остановится, пока не доберётся до сути. В ней горело желание раскрыть правду, и она знала, что только она может это сделать.