rainy day

Шторы плотно закрывали вид из окна, но если прислушаться, можно было понять, как сильно за окном лил дождь. Это была середина лета, и, в отличие от Вэй Усяня, который успешно закрыл сессию и теперь спокойно проводил прохладные летние вечера в компании с самим собой, Лань Чжаню приходилось усердно работать удаленно. Он уже почти закрыл все свои задачи на день, но его предательски клонило в сон, и на самом деле, все, чего он хотел – прохладный душ, зеленый чай и крепкий долгий сон. Капли дождя продолжают барабанить по крыше, кот, которого они с Вэй Ином взяли к себе домой совсем недавно, забрался на рабочий стол и стал активно играться с каким-то проводом. Лань Чжань устало закатывает глаза и снимает очки. Третья чашка кофе уже не справлялась со своей задачей, и, кажется, парень со своими рабочими задачами на день – тоже. Все вокруг указывало на то, что Лань Ванцзи уже пора отвлечься от работы. Кофе закончился, ноутбук разрядился, и его экран уже потух, дождь не заканчивался, и как назло начал сопровождаться грозой. Он тяжело вздыхает, откидывается на спинку стульчика и прикрывает уставшие глаза. В его привычку входило делать зарядку для глаз, когда долго сидишь за экраном, но сейчас работы так много, а времени так мало, что он попросту не успевал это делать. Лань Чжань уже почти окунулся в мир сна настолько, что не услышал, как входная дверь открылась, а привычные громкие шагали проносились по направлению к его кабинету. Они с Вэй Ином жили в большом доме с двумя этажами, поэтому Ванцзи мог позволить себе отдельный кабинет, к тому же если он работал удаленно, это было самым лучшим решением. Плюсом, обычно его никто здесь не беспокоил. Обычно. - А-Чжааань, - раздается радостный, как у ребенка, звонкий голос. - М?- Лань Ванцзи даже не открывает глаза, наполовину оставаясь в мире снов, а на другую половину пытаясь ответить Вэй Усяню. Все-таки второе берет верх, поэтому Лань Чжань приоткрывает глаза и на его лице промелькивает легкая улыбка. Вэй Ин – растрепанный, с разрумянившимися щеками, весь мокрый после дождя и перепачканный в чем-то непонятном. - Ты не взял с собой зонтик? – взгляд Ванцзи переходит в строгий, но любви в нем было не меньше. Парень действительно переживал за возлюбленного, а зная его, он прекрасно понимал, что тот мог вытворить что угодно, и ты никогда не догадаешься, что именно. - Нет… Но это и неважно! Смотри! – его улыбка доходила чуть ли не до самых ушей, поэтому Лань Чжань просто не мог наставить на своем. В своих руках Усянь держал подвеску, которую Ванцзи подарил ему месяц назад, а Вэй Ин благополучно её потерял. Лань Чжань несколько раз говорил, что купит ему новую и это не проблема, но Вэй Ин его и слушать не хотел, аргументируя тем, что он обязательно ее найдет. Теперь-то она вновь была в руках у Вэй Усяня, и какой ценой! - А-Сянь… - Лань Ванцзи улыбается, но улыбка сошла с его лица так же быстро, как и появилась, - Пойдем, я отведу тебя в ванну. Вэй Ин, конечно, славился сильным иммунитетом, но как бы то ни было, Лань Чжань предпочитал ухаживать за своим парнем больше, чем мог бы. А уж тем более за его здоровьем, ведь сам Усянь никогда бы о своем самочувствии и не вспомнил. Ванцзи включает теплую воду и набирает ванну, чтобы Вэй Ин согрелся после холодного дождя и смысл с себя грязь, в которой успел извозиться. Однако у самого Вэй Усяня планы были другие. - Вэй Ин, почему ты стоишь? – Лань Чжань вопросительно выгибает бровь, ожидая, пока Вэй Ин сядет в воду. Но Усянь молчит, и все, за чем может наблюдать Ванцзи – как на его лице появляется хитрая улыбка, которая предвещала либо что-то хорошее, либо что-то плохое. Почему-то Лань Ванцзи предполагал, что хочет получить Вэй Ин. - А-Чжань, у меня так замерзли руки, не мог бы ты сам раздеть меня? - Что…? – Ванцзи молчит еще минуту, прежде чем до него доходит посыл сказанного, - Вэй Ин, у меня еще много работы, мне не до твоих игр. Давай ты согреешься, а вечером мы… - Тогда не полезу в ванну! Вот еще! Дверь распахивается, и Усянь с хитрым смехом выбегает из ванной комнаты. Лань Чжаню приходится лишь тяжело вздохнуть и молча проследовать за объектом своей любви, пока тот не наиграется в догонялки. - А-Чжань, ты такой зануда! А-Чжань, догони меня! А-Чжань, не вредничай! – то и дело раздается из уст Вэй Усяня, пока тот носится по всему дому, сопровождая все это озорным смехом. Ванцзи уже привык к такому, поэтому все еще остается спокойным, несмотря на всю свою усталость. - Ну так что? Ты разденешь меня? – Лань Чжаню наконец-то удалось поймать Вэй Ина в одной из комнат, и сейчас они стояли друг напротив друга. - Вэй Ин, мне кажется, ты уже достаточно согрелся, побегав по всему нашему дому, - Ванцзи делает шаг вперед. - Вовсе нет! Мне очень-очень холодно… - Усянь показательно дрожит и обнимает себя руками. Лань Чжань тяжело вздыхает, трет переносицу и долго думает. - Хорошо, иди сюда. Вэй Ин даже удивляется такому раскладу событий. Ему не послышалось? Лань Чжань, конечно, частенько соглашался на то, о чем попросит Усянь, но почему-то именно сейчас он не ожидал этого. Тем не менее, он делает шаг вперед, а навстречу ему еще один шаг делает Ванцзи. Теперь они стояли так близко друг к другу, что слышали, как бьются их сердца. У Вэй Ина бешено колотило в груди, Лань Чжань как всегда оставался спокоен. Тонкие холодные пальцы прикасаются к промокшей рубашке. Она чуть ли не прилипла к телу Усяня, поэтому подчеркивала всю его фигуру. Да что уж там, она едва ли скрывала его тело. - А-Чжань…- шепчет Вэй Ин в нерешительности. Зато теперь этой самой решительности у Ванцзи позарез. Первая пуговица расстегивается так, будто ее и вовсе не было, а за ней так же легко вторая, третья, четвертая, пока не доходит до самой последней. Но пальцы тянутся не к концу изделия, чтобы снять его, а к самому телу. Ванцзи медленно проводит пальцами по торсу Усяня, очерчивая слегка выступающие кубики пресса, а затем поднимаются выше – к самой груди, достигая сосков. Он слышит, как дыхание Вэй Ина учащается, сердце его бьется быстрее, чем когда бы то ни было, а щеки пылают ярче алых роз. Но Лань Чжаню это нравится. Он едва ли хмыкает, подходя к Вэй Ину вплотную. - Так теплее? – разгоряченные губы Ванцзи касаются холодной шеи Усяня. Он чувствует легкий неуверенный кивок и продолжает оставлять поцелуи на коже. Спустя еще пятнадцать секунд уверенные поцелуи переходят в укусы, еще позже – в бордовые отметины. - А-Чжань… - вырывается из уст Вэй Ина, а Ванцзи воспринимает этот вздох за просьбу продолжать. Наконец, мокрая рубашка оказывается на полу и не мешает больше Лань Чжаню любоваться тем, что принадлежит ему. Его язык исследует то, что исследовал уже миллионы раз. Каждый миллиметр, каждую родинку, каждую впадинку он уже знал наизусть, но никогда не переставал любить и обожать. Пальцы продолжают работать и спускаться ниже – теперь они переходят к льняным штанам бежевого цвета. Ванцзи сам их дарил Вэй Ину на один из праздников, поэтому помнил их. Но они, в отличие от рубашки, на пол улетают быстрее, а горячие поцелуи продолжают согревать тело Усяня. В комнате становится душнее, чем было до этого, хотя окно здесь было приоткрыто. Лань Чжань уже давно позабыл о работе, а Вэй Ин о том, что замерз. Теперь обоих интересовало не это, теперь оба интересовались только друг другом. Спустя пару минут Усянь оказывается полностью лишенным одежды, прижатым к дивану, пока Ванцзи нависает над ним сверху и бесконечно целует. Он был готов отдаваться ему полностью. С головой. Готов был целовать его тело всю жизнь, если не всю вечность, и даже не одну, а целых три. Ему так нравилась эта нежная белоснежная кожа, иногда даже похожая на вампирскую, так нравились эти запутавшиеся вьющийся волосы, завязанные красной лентой, и эти глаза, совмещающие в себе космос и всю бесконечность. Лань Чжань безумел от вида Вэй Усяня. В прямом и переносном значении. Он ловил каждый его вдох и каждый его выдох, каждый шепот им был услышан, каждое моргание им было увидено, каждая мысль, непроизнесенная вслух, была услышана. Губы уже опухли от бесконечных поцелуев, но обоих интересовало не это. Щеки Вэй Ина пылали, и оба знали, что им хочется большего. Ванцзи, наконец, тоже снимает с себя все мешавшееся и откидывает куда-то за диван. Им хочется наслаждаться друг другом полностью, отдаться с головой, окунуться в негу удовольствия и счастья, забыться рядом друг с другом навсегда так, будто в первый раз. Лань Чжань, все так же нависая над Вэй Ином, больше не медлил. Они оба любили прелюдия, но понимали, что каждый из них сейчас на пределе, поэтому оставили их позади. Усянь был подготовленным еще с прошлого раза, поэтому им не пришлось тратить время на подготовку, что облегчило им задачу. Ванцзи вновь прислоняется губами к шее Вэй Ина, прежде чем аккуратно войти в него головкой. В ту же секунд с уст Усяня раздался сладостный стон, дурманящий голову Лань Чжаню, поэтому тот, все так же осторожно и медленно продолжал входить в него, пока не достиг предела, а после уже не сдерживался никто из них. Их сердца, спокойное и тревожное, бились друг другу в унисон, дыхание перебивалось поцелуями, они задыхались в любви друг друга, но желали еще больше и больше. Их разгоряченные тела двигались навстречу друг другу, казалось, что во всей вселенной не было никого, кроме их двоих. Их пальцы переплетаются друг с другом и они соединяются в единое целое. Вэй Ин откидывает голову назад, его волосы прилипли к телу и лбу, но ему нравится. Он активно шевелит бедрами, подаваясь навстречу Лань Ванцзи, время от времени простанывает его имя и наслаждается близостью. Руки скользят по спине возлюбленного, слегка царапают, губы печет от слишком долгих поцелуев, но его это не волнует, он целует вновь, целует жадно, так, будто в первый и в последний раз, оттягивая нижнюю губу, и повторяет это раз за разом, пока они оба не доходят до предела. Ванцзи совмещает грубость с нежностью, оставляет укусы по всему телу, зализывает их, входит до упора и двигается быстро, а после сбавляет темп. Он прикрывает глаза, а после снова открывает, чтобы насладиться тем, как горячо и красиво выглядит Вэй Ин. Так красиво, что его завораживает. Последний выпущенный стон – и оба заканчивают. Оба вспотевшие, разрумянившиеся, пытающиеся восстановить дыхание и привести сердцебиение в норму; с последним тщетно, их сердца всегда будут биться так сильно рядом друг с другом. - Люблю тебя, - шепчет Лань Чжань, прежде чем коснуться губами губ Вэй Ина вновь.