Спортивный интерес

Порой Гарри казалось, что даже погода в волшебном мире не подчиняется никаким законам. Еще вчера ветер выл так, словно мучался под самым жестоким Круцио, а снежные хлопья «нападали» на учеников, забиваясь за шиворот и лезя в глаза, будто соревнуясь, кто сегодня истребит больше магов. Досталось и Снеггу, который сегодня явился на завтрак с подбитым глазом. Все студенты, завидев эту картинку, проснули со смеху — мрачный, всегда серьезный Снегг с огромным, иссиня черным синяком. Но одного взгляда профессора хватило, чтобы все носы тут же уткнулись в тарелки. Больше эту тему никто не поднимал, а уже на первом уроке синяка и след простыл. Чудеса больничного крыла. Но какая бы буря не бушевала за окном, в замке всегда было тепло, а постукивание снежных комочков о стекло окна лишь прибавляло антуража. Хогвартс казался удивительно надеждым домом, коего Гарри никогда не имел. И он был благодарен за это. Конспекты, которыми их заваливали в преддверии каникул, отмена тренировок по квиддичу и даже стычки с Малфоем… черт, Малфой. Нет, вот это было действительно отягощающим обстоятельством. Со дня, когда профессор Макгонагалл объявила парням «приговор» Гарри не раз всерьез задумывался сфабриковать собственные похороны. Он всей душой обожал квиддич, свою команду и соревнования, и пару раз действительно планировал предложить свою кандидатуру на роль организатора матчей, но уж точно не с таким.. напарником! — Ты просто не представляешь, как меня это бесит! — Рон стукнул вилкой по тарелке и откинулся назад, — дать бы ему разок-другой в морду, чтобы свести эту злорадную улыбочку со слизеринского лица! — Рональд! — Ну что?! Гарри болезненно ухмыльнулся, глядя на перепалку Гермионы и Рона. Его всегда забавляло, с каким видом подруга усмиряла Уизли. При чем всех. Несколько дней назад Фред и Джордж загорелись новой идеей — поджечь жабу Невилла. Не просто поджечь, а заставить извергать пламя. Гарри даже узнал, что им удалось самостоятельно изготовить отвар, что было поразительным подвигом для близнецов, учитывая их более чем неудовлетворительную успеваемость на зельеварении. Стоит ли уточнять, что когда об этой выходке прознала Грейнджер, Тревор остался жив и невредим, а зелье почти оказалось за шиворотом у Фреда? Эта сцена здорово позабавила Гарри. Он каждый раз непроизвольно улыбался, когда вспоминал об этой величайшей битве». Фред бежал от Гермионы до самой… библиотеки. Мерлин. Библиотека. Злощасное место, с которого начались его мучения. Чисто теоретически, дуэль произошла случайно. Ну, как случайно… просто Поттер терпеть не мог вечную самодовольные улыбки на лицах слизеринцев. Профессор Флитвик отправился в больничное крыло, а потому наказал студентам на время урока отправиться в библиотеку и написать конспект на любую понравившуюся тему из учебника. — Дай угадаю, Поттер, ты снова забыл, как пишется «контрзаклятие»? — О, Забини, ты следишь за моими эссе? Как это трогательно. — Ох, нет, это прерогатива твоей подружки-грязнокров… Вспышка ярко-оранжевого света. Чей-то испуганный визг. «Смерч» из книг и перьев, летающих по библиотеке. Чьи-то крепкие руки, оттаскивающие Гарри с места бойни. Самое смешное, что Поттер даже не помнил, как отправил заклинание в Блейза, какое оно было и откуда он вообще достал палочку. Но что уж он точно знал — никто не смеет трогать его друзей. Никто и никогда. Надо отдать должное Рону, который оперативно схватил Гермиону и выволок её из библиотеки до того, как она смогла бы узреть картину схватки. Его примеру, правда, немного менее храбро, последовала Пэнси, которая с криком выбежала из зала, по пути опрокинув тумбу и споткнувшись о стеллаж. Видимо, именно её крик «ПОТТЕР ЕГО СЕЙЧАС УБЬЕТ!!!» привлек ораву профессоров, в числе которых были Дамблдор, Макгонагалл, Снегг и даже Люпин, который, вбежав в зал (вернее в то, что он него осталось) тихо взвизгнул и сразу же бросился разнимать молодых людей. Первое, что увидел Гарри, было лицо профессора Макгонагалл. Он в первый раз видел её такой — не разъяренной, не угрожающей, а смертельно вымотанной. — Я даже не буду спрашивать, — устало сказала профессор, вперивая в Поттера прожигающий взгляд. Почему-то никто не поверил, что причиной гнева Поттера стал Блейз, ведь обнаружили Гарри в «объятиях» с Малфоем, когда они катались по полу, заряжая друг другу отнюдь не дружеские оплеухи. Ну а Забини, позорно скрывшись с места битвы, отрицал любую причастность к этому мероприятию утверждая, что он, сидя в гостиной Слизерина и мирно читая учебник по Заклинаниям и не подозревал о событиях в библиотеке. Что еще поразительнее — Малфой свою вину признал. Мерлин его знает, что у этих слизеринцев в голове. Для себя Гарри сделал вывод, что даже здесь хорек отыскал собственную выгоду, вот и начал «геройствовать».

***

В иной раз Гарри обязательно отметил бы уют в гостиной — камин гулко потрескивал, разбрасывая по стенам искры мягкого оранжевого света, а кресла, укрытые красно-золотыми пледами были воплощением комфорта и тепла. Но сегодня обстановку омрачала предстоящая встреча с «коллегой». — Я теперь обязан общаться с ним больше, чем со всеми вами вместе взятыми, — буркнул Гарри. — Если матч состоится, это будет чудо. Рон поморщился, явно не испытывая особой радости от поднятой темы. — Это не матч, Гарри. Это пытка! — вскрикнула Джинни и закрыла лицо руками, — тренироваться с этим утырком — худший рождественский подарок от капитана! — Джинни, ты же понимаешь, что я сам не в восторге?! Ваш «капитан» этого презента не просил! Гермиона же, меланхолично уставившись в витражное стекло окна, задумчиво начала: — Но, по сути.. это же шанс на перемирие, верно? — она повернулась к друзьям, — Вы оба хорошие игроки, оба, нужно признать, достаточно умны — если бы вы могли просто… вести себя как взрослые… не смотрите на меня так! — брюнетка, увидев недоуменные взгляды друзей, вздернула подбородок. — Я не предлагаю Гарри дружбу с хорьком! Я лишь хочу, чтобы они не убили друг друга за эти месяцы! — О, конечно, давай я просто забуду, что он Малфой, и мы будем вместе распивать сливочное пиво в Трёх мётлах, — фыркнул Гарри. — Ну, — мечтательно вставила Полумна, сидевшая на коврике у камина и теребившая помпон своей шапки, — было бы интересно посмотреть, к чему приведёт ваше сотрудничество. Такие союзы часто имеют неожиданные повороты. Гарри лишь скривился. — Только если неожиданный поворот — это моя смерть.

***

Утром, когда Гарри направлялся в душевую, его настиг неожиданный посетитель — Гойл. Он протянул Поттеру смятую записку, и, убедившись, что тот не собирается уничтожать её, поспешил скрыться. В послании значилось: Сегодня в 19:20, кабинет около часовой башни. Опоздаешь хоть на минуту — я выкину тебя в окно вместе со снитчем. Гарри невольно усмехнулся — Малфой так и будет общаться с ним через посредников? Интересная стратегия. Остается надеется, что в роли капитана он предпочитает иные пути решения проблем. Уроки в этот день казались пыткой. Не потому, что томительные минуты ожидания неумолимо приближали Гарри к роковой встрече. Это, пожалуй, была меньшая из проблем. Видимо, декан Гриффиндора не поленилась сообщить всем профессорам о планах на совместный «проект» Малфоя и Поттера, ведь каждым преподаватель не пренебрегал возможностью намекнуть (ну или прямо поиздеваться) над молодыми людьми. На защите от тёмных искусств профессор Люпин будто нарочно распределил их в пару и сделал вид, что не замечает, как Гарри и Драко, сидя за соседними партами, шипят друг на друга словно Василиски. — Я бы попросил вас сосредоточиться на уроке, но подозреваю, что ваши споры уже вошли в учебную программу, — прокомментировал он, мягко улыбаясь. На уроке зельеварения Снегг, проходя вдоль парт, остановился над котлом Гарри и Седрика, приблизил крючковатый нос к содержимому емкости и, сморщившись, процедил: — Мистер Поттер, вы, несомненно, известны своей любовью к драме, но я смею расчитывать, что на этом занятии ваша лабораторная работа будет содержать нечто помимо пафосных фраз. Пять очков Пуффендую за верно сделанный раствор. Минус пять очков Гриффиндору за неудачно добавленный корень имбиря и испорченное зелье. Потом был обед. После Гарри писал эссе по магловедению и играл с Роном в шахматы. С каждой минутой ворох скрипящего волнения в животе все нарастал. Парень чуть ли не каждые пять минут невольно бросал взгляд на большие настенные часы — заветное время неумолимо приближалось. Наконец, голос Гермионы вырвал Поттера из созерцания: — Гарри, пора! Юноша взглянул на часы: 19:07. Действительно — пора. — Знаешь… иногда командная работа превращает даже герложуев в самых заклятых друзей. Я сама не видела, но уверенна, что это неимоверно милая картина! — заверила Луна, сонно улыбнувшись. — Не сомневаюсь… спасибо, Полумна. Надеюсь, Малфой не из этих… ну, как ты сказала? — Герложуев? — Да, именно. — Он скорее из спиногрызов, — мрачно добавил Рон. Гарри нервно усмехнулся, поднялся с кресла и, отсалютовав друзьям, направился к двери.