На твоём сленге

Очередная ночь заканчивается стонами какой-то пьяной шлюхи. Коля не может уехать после концерта без трофея, а его награда – фанаты, что готовы скинуть тормоз, подставляя себя для удовлетворения. Отказаться, ведь так не правильно? Какая правильность, когда одно слово и одежда сама летит на пол, а голые тела раздвигают ноги? Алкоголь и секс вызывают интерес, на мятых простынях умирает чья-то надежда, а Лида о эти надежды вытирает сперму с рук. Он может взять одну, двух, трёх да сколько угодно. Сколько угодно он может использовать, пока подстилки думают, что после этой ночи они станут единственными в его жизни — Нахуй иди, закончилось пати — говорит каждому, кто попался в капкан плотских мечтаний. Ночь заканчивается холодом. Не хочешь уходить? Думаешь, нашёлся ты особенный? Готовься покинуть номер отеля выкидом за дверь. Ромадов берёт грубо за волосы, так, что почти готов вырвать с корнем. Он получил желаемое, что там дальше, мало интересует музыканта. Выкинув очередную за дверь, Коля вспоминает, что всё же приличный человек, поэтому взяв все её шмотки кидает прямо в лицо. Дверь в заветный номер закрывается навсегда. Теперь Ромадов хочет отдохнуть, налив стакан виски, опрокидывает в себя полностью. Тело спазмирует спирт, горло обжигает, становится как обычно похуй. Под горячей водой утекает грязь после всего, Коля знает, что не смоет всё из собственных мыслей. Но, попробовать смыть прикосновения, которые казались ужасно липкими, он может. Ему говорили: “Наслаждайся своей работой. Бери от своих возможностей всё„. Кто же знал, что Лида решит брать и фанатов в придачу? Хотя, для девчонок секс с ним сравнимо празднику. Иногда, и симпатичным мальчикам перепадал кусочек, поэтому Ромадов был уверен, что все счастливы. Один он только чувствует себя как говно на стенах Лувра, вроде можно сказать произведение искусства, а вроде, воняет и выбивается из общей массы поистине прекрасного Образ жизни становится привычкой. Это как первая сигарета, сначала получаешь удовольствие и тело обмякает от никатина, но спустя несколько лет удовольствия уже нет, а бросить невозможно. Ты зависим. Вот и тут так же, Лида устал от постоянного пользования, но закончить не может. Пьяный разум, что скачет на волнах адреналина не может отказаться от новых раздвинутых ног перед ним. Воздух спирает, он расскаляется до предела. В очередной раз после будет мерзко, уши перекрываются шумом сердцебиения. Зависимость – порочный круг, который не получается разорвать, сколько бы ты не пытался. Шлепки бëдер о бедра, рваные стоны и попытки любовных поцелуев. Одноразовое удовольствие снова решило, что у них любовь до гроба жизни. Одно условия на этой сделке дьявола: "Я тебя могу трогать, ты меня нет". Они знают на что идут и все равно хотят казаться особенными. Словно не было ещё тысячи таких на его члене, как-будто Ромадов не видит этот потухший огонь надежды в глазах, когда за навязчивое касание пассии на ночь она получает пощечину. Никто и никогда не станет для него особенным, чем-то новым. Он скурил все виды сигарет, айкосов, вейпов и электронок – внешний вид меняется, а суть остается неизменной. Всё это в конечном результате убьёт легкие к хуям стратосферы. Каждое новое тело под ним.. В них нет красоты, в этом обструктивном кадре не будет высшего духовного наслаждения. На смятых простынях ломается чья-то личность, утопая в белёсых разводах на теле. Есть потребность, которую надо утолить, в случае Лиды всё очень просто. Если ты попал в его постель, то ты больше никто. Объект для удовлетворения, значит нет нужды в нежных прикосновениях или долгих поцелуях. Ваша обязанность не наслаждаться, а терпеть И вот новый концерт. Сердце замирает, кровь циркулирует в двойном экстазе. Лида даёт возможность себе воскреснуть и скинуть проблемы в яму. На сцене он живой, на данный диапазон временного пространства душу одолевает безудержная радость. Коля видит огонь и счастье зала, видит, что труды его замкнутого круга разрываются в слэме. По обыкновению, Ромадов не видит ничего и никого, прибывая в личном трипе эндорфинов. Происходит выстрел ровно в голову, которого Лида не ожидал. Глаза цепляются в парня, который с искренней радостью орёт его песни впервых рядах. Быстрый анализ ситуации не спасает. Из десятков тысяч людей, что так же счастливы моменту, голову пронзили мысли только о этом парне. Коля понял, что это новая жертва на ночь и чего бы то не стоило, он его получит. Долго отвлекаться работа не позволяет, где-то на подкорке тонких сплетений нейроннов остается фотографический отпечаток. Ромадову не свойственно кого-то хотеть, а главное хотеть получить. Все без того, карточным домиком падают ему в руки. Всё плавно перетекает к завершению концерта. Митки, фотки, недолгие разговоры с фанатами, автографы – отвлекающие манёвры на пути к цели на сегодняшнюю ночь Аперитив в предвкушении – текила и сигарета. Осилив залпом пару стопок с бара, Коля выходит, чтобы перекурить. Стоит поднести никотин ко рту, как планы меняют своё направление. Тот самый парень с первых рядов. Зрачки расширяются, он ему нужен. Лида не может дать логический ответ на то, что с ним происходит. Да и, честно говоря, сейчас ему не до ответов на тайны личных извилин. Всё обаяние включается за секунду, Ромадов намерен действовать — Извини, не будет зажигалки? Свою посеял, когда в гримерке вещи собирали, а возвращаться не варик — Коля делает невинный вид, мол "Ну, я дебил, извините" — А, да, без проблем, чувак — Парень отвечает спокойно, видимо, есть мозг, что не обязательно орать о том, что с ним заговорил артист. Похлопав по карманам, он вытаскивает зажигалку и тянет её — Благодарю душевно — Ромадов склоняется в небольшом поклоне, зажигалка чиркает, а в легкие пробирается никотин — Поздно уже, друзей ждёшь? — приличия ради интересуется он — Да нет, артистов красивых поджидаю, а то вдруг у них зажигалки не окажется — намёк понят, ситуация никак обычно, не дебил попался. Лида даже рад тому факту, что его заинтересовал этот парень — Оу, вот оно что, а знаешь, чем такие ожидания порой оборачиваются? — после новой затяжки ухмылка тянется по губам, а расстояния сокращается — Мм, чем же? Никаких представлений по этому поводу — ответный огонёк интереса встречается с глазами артиста — Мама тебя не учила не ходить на русский рейв. Как зовут то? — Как-то проеб в этом плане. Максим — Стинт тянет руку, чтобы пожать её в знак знакомства. Но, его тянут прижимая к себе. Сигарета отправляется на асфальт — Максик, значит. Не хочешь провести увлекательную ночь, м? — немного наклонившись к уху, Коля шепчет — Я, ты, отель. Обещаю, не пожалеешь, красавчик — Поверю на слово, надеюсь на практике не подведёшь, золотце — Шабанов натура смелая, азартная, ну и моментами тупая. Совместив в себе все эти качества, он просто не в сила отказаться от предложения Ромадова Стинт себя шлюхой не считает, он профессионально пользуется возможностью повеселиться. Чувство собственного достоинства у Максима тоже большое количество, поэтому эгоизм Коли обломился не успев начаться. Шабанов персона требовательная и поцелуи, и нежные прикосновения, а после объятия душевные – всё это ему надо. Ромадова сразу же осадили в попытках доминирования, нет, Макс не был активом, но и рот на замке держать не его стезя. Коля уже в такси понял, что на ночь выбрал не просто красивого мальчика, а, откровенно говоря, последнюю суку, которая потом и мозг в добавок трахнет, если что-то будет не так. На сленге Макса любовь – это эскорт. Он такой же пользователь всего ныне доступного, Ромадов нашёл свою копию. Такой же сумашедший любитель бродить по замкнутому кругу, использовать людей, а главное, любитель быть зависимым. Провокации со стороны Шабанова долго не ждали, они начались за секунду уже в такси, весь невыносимый путь до номера он измывался над Лидой. Терпение было не резиновое, возбуждение уверенно давило как на голову, так и на ширинку. Слава чему-то там, Коля додумался нацепить длинный худак, который не позволял остальным видеть его решительную готовность. А, Стинт прекрасно знал, как играть на нотках сознания, исполняя вроде бы невинные жесты из разряда положить руку на бедро, но то, как делал он с Колей ещё никто так не поступал. Все обычно слушались без лишних вопросов, а тут не то, что слушать, в данной ситуации у Лиды вообще, видимо, не должно быть собственного мнения. Ну, видимо, Коля нашёл свой идеал, ибо в голове контакты искрятся от Шабанова. Ещё немного и Ромадов лужицей станет характер этого парня, повадки, жесты, речь.. Да, боже, Лида как-будто принял самую сильную виагру при чём вдвойной дозировке, теперь не только голова искрится, но и член Стоит перешагнуть порог номера отеля, как внутри Ромадова просыпается демон. В закрытом пространстве, где только они распущенность действий стремится к абсолюту. Холодная от ожидания и возбуждения рука тянет Шабанова за волосы к себе, другая крепкой хваткой сжимает талию. Максим первый проявляет инициативу, связывая их губы в сладком и мокром поцелуе. За один только поцелуй кажется пролетает вся жизнь, а руки успешно стремятся вниз по телу артиста, расстёгивая его ширинку. Поцелуй становится трудно назвать таковым, похоть затмевает здравый смысл и вся нежность превращается в игру «Кто больше собственник». Они начинают, практически, есть друг друга. Губы приобретают алый оттенок и металлический вкус, языки сплетаются, нагло исследуя полости рта друг друга. На секунду отстраняясь на пол летят их худи, губы касаются губ, смазано спускаясь к скулам, оставляя влажные следы продолжая путь к шее. В эти минуты Лида забыл все свои правила, которым обычно следует во время секса с фанатами. Прикосновения Максима ему нужны, настолько сильно, что если их не будет он задохнется. Инициатива скользит из рук в руки, Ромадова отправляют на кровать, вставая перед ним на колени. Руки до белых костяшек снимают простынь, картина перед глазами заставляет член дёрнутся натягивая ткань белья еще сильнее. Для удобства Стинт разводит его бёдра в стороны, проводит по члену рукой вверх-вниз, выбивая из груди Лиды сдавленный стон. Приспустив боксеры, он видит полную готовность во всей красе. Отпуская горячий язык на эрегированную плоть, он пробует на вкус всю длину, слизывая появившиеся капли преэякулята, издеваясь и наблюдая за реакцией. Облизывает головку круговыми движениями, оставляя на ней невинный чмок. Коля уже прибывает в прострации, хочется ещё прикосновений. Рука заплетается в блондинистых волосах, надавливает на затылок и заставляет оказаться рот Шабанова прямо на члене. Тот этому не сопротивляется, опираясь о бёдра, он подстраивается заданному такту Лиды. Язык обводит каждую венку на члене, тщательно его вылизывая и не забывая про яйца, разминая их рукой. Рука в волосах сжимается сильнее, оттягивая у корней и направляя, поддаваясь бедрами на встречу. Ромадов начинает откровенно трахать Максима в рот, Шабанов не возражает такому раскладу. Подходя к кульминации Коля озвучивает это, кончает в горячий рот задевая щёку. Лида тянется к Стинту и приподнимает его голову за подбородок, целует в губы чересчур жадно, будто эта последняя возможность надышаться, получая ответ с таким же желанием. Как только они отстраняются друг от друга, он тянет Максима к себе, чтобы тот расположился на бёдрах Губы снова касаются губ, подхватив бёдра Шабанова, их поза меняется. Теперь Лида нависает над Стинтом, стягивая с него последнюю одежду. Поцелуями осыпаются скулы постепенно переходя на шею, Коля уже не может держать себя, да и, в принципе, это уже не требуется, поэтому позволяет себе украсить кожу парочкой засосов, которые в ту же минуту наливаются бордовым цветом. Дорожкой поцелуев прокладывает себе путь от ключиц до сосков, что стали более розовыми от возбуждения. Слегка краснея от первой пробы Ромадова провести по ним языком, Шабанов издаёт стон. И это значит зелёный свет, он немного прикусывет, вбирает их губами и мнёт, дополнительно помогая себе рукой, чтобы уделить внимание сразу двум соскам, доставляя тем самым ещё больше приятных ощущений. Только от таких простых действий Макс уже теряет способность думать. Изучение желанного тела продолжается, ребра покрываются укусами в попытке их пересчитать — Блять, детка, ты такой ахуенный. Сука, с какой порнухи ты вылез? — Твою мать, Коля. Фурри групповуху видел? Я там в главной роли. Всё, давай, больше дела меньше слов, у меня щас хуй сведет от тебя — Бля, а тебе принципиально с презиком? — Ромадов отстраняется на пару мгновений, снимает с себя остаток одежды, прихватив из кармана смазку и презервативы — Не принципиально, я и так СПИДозный — усмехается Шабанов. Естественно, с ним всё было хорошо, хуй стоит и никакого волшебного узора на нем нет, а сперма у него чище слезы ангела — Понял, я тоже — ухмыляется Коля, кидая презерватив куда подальше Щелчок пластмассовой крышки и лубрикант оказывается на пальцах, подтянув Шабанова ближе, в него начал входить первый палец. Сильного дискомфорта на лице не отобразилось, он добавил второй. Горячие стенки тела сжимали пальцы внутри себя, с губ слетел недовольный стон, Макс хотел больше, его не особо волновало, если будет больно. Но, Коля был упертый, поэтому добавил третий палец и начал движение ими вперёд назад, переходя в движение напоминающее ножницы. Когда Макс выгнулся в спине с немым стоном, это значило что, заветный комочек нервов найден. Через некоторое время Стинт сам начал насаживаться на пальцы. Выйдя из кольца мышц, Коля вновь тянется за лубрикантом и распределяет его уже по длине члена. Устроившись по-удобнее между ног, начинает медленно входить, придерживая парня за талию, войдя полностью он заметил на лице Максима дискомфорт. Ромадов не тратит время зря, чтобы отвлечь от не приятных ощущений начинает осыпать шею и грудь поцелуями. Так спустя десять минут Ромадов делает первые медленные толчки, чувствуя как ноги Макса обвивают его талию, притягивая тем самым ближе. Постепенно темп увеличивается, заставляя стоны удовольствия вырываться из груди. Шабанов начинает терять себя в множестве чувств, когда дискомфорт сменяется наслаждением, сердце уже готово оставаться, в голове происходит самый жесткий трип, остатки мыслей совокупляются в одну точку: «Бляя, как же ахуенно». Горло срывается в новых стонах, так же как Коля срывается в своём темпе. Небольшие слезинки выступили на глазах, это не от боли, просто сейчас в первый раз, когда Максиму, действительно, настолько хорошо во время секса. Лида возвращает своё внимание к лицу Стинта оставляя многочисленные поцелуи. Пробуя уже другую тактику своего темпа то замедляясь, то чуть ли не вытрахивая душу из Макса. Резкие смены доводят до оргазма, цепляясь короткими ногтями за плечи Коли ведёт красные отметины, выгибаясь в спине заполняя комнату громким стоном, пачкает белым семенем свой живот и живот артиста. Кольцо мышц сжимает внутри, заставляя и того дойти до пика, он делает ещё пару толчков в разгорячённое тело, кончая внутрь. Стинт чувствует как наполняется семенем, какой-то особый кайф прошибает тело. Конечности мелко дрожат от оргазма, а сознание окончательно погружается в после оргазменную дымку Коля устало ложится радом, сгребая Максима в объятия. Это первый раз после секса с кем либо, когда он проявляет подобную нежность — Останешься? — интересуется музыкант, когда к нему льнут в ответ, располагая голову на груди — Останусь. Но, в следующий раз учти, без цветов и хорошего ресторана сам себе дрочить будешь — Ты какой-то слишком наглый, не? — начиная перебирать волосы Шабанова усмехается Коля — Погоди, это я еще не узнал пароль от твоего сбера. Но, ничего, все впереди — Может я тебя утром отправлю на выход с этой пати, не думал? — Не ври самому себе, Коленька, я вижу, что тебе понравилась ночка со мной — Эх, придется деньги на тебя тратить получается, мда, лучше бы не знакомился с тобой — Ромадову прилетает шлепок по бедру, но возмущение держится не долго, Стинта утягивают в поцелуй, а он охотно отвечает Лида не знает, что сегодня произошло ночью, но склоняется к чуду. В этом кругу зависимости он нашёл способ вырваться, единственное, Коля еще не догадался, чем он заменил многочисленные сигареты. А, заменой стал один косячок в лице Максима Шабанова. Который без лишних усилий попал и в голову, и в сердце, и идеально приземлился на члене