Скиталец

«Он знает», — мелькнула мысль, а подкуренная сигарета не принесла толком никакого облегчения. Рэй сел на пороге их трейлера и стал смотреть, как занимается рассвет, небо светлело на далёком востоке. Мужчина прислушался к звукам из трейлера. Джо ещё мирно спала в постели, и было очень тихо. Словно мир замер, а время остановилось. Он сделал очередную затяжку. Сигареты, к которым он привык совсем не так давно. Он вспоминает Ника и улыбается. Что стало с этим рабом? Тем, кто помог тебе бежать, и куда бежать теперь? В какой галактике теперь твой след затеряется, чтобы тебя не обнаружил бессмертный, тот самый, для которого ты был создан? «Который подарил тебе жизнь…» — мелькает мысль, но Рэй отбрасывает ее, от этой мысли веет холодом, ненастьем и болью, что сразу пробегает яркой волной по всему твоему телу. Словно руки умелой любовницы, и Рэй понимает, почему ощущает эту боль. Он слишком далеко от своего хозяина, и эта боль будет лишь нарастать, пока не сломает его окончательно. Пока он не приползет к ногам Родерика и не попросит унять ее самым омерзительным для него способом. Подчинение, наказание — вот название этой боли, известной лишь только таким же, как он, гомункулам. Подобиям и копиям людей, искусно сделанным фальшивкам, но лишенным прав. «Лучше смерть», — думает Рэй и выкидывает окурок в высокую траву возле трейлера. Он проходит вглубь их маленького убежища на колесах и решает сделать кофе. Он любит делать кофе для Джо. Джо, женщина, что стала ему дорога в последние несколько месяцев… Женщина, способная заменить Родерика, пусть и на время. И снова мысли о побеге занимают голову беглого раба. Рэй улыбается, вспоминая их первую встречу, первый раз, что был у него с Джо. Согласится ли она бежать с ним? К чужим звездам и планетам. В прицепе у трейлера покоится звездолет, починить его не составит труда. Он смог обучиться его управлению во время долгого перелета через почти всю галактику. Но научился не менять его форму, а когда встретил Джо и рассказал ей правду о себе, с надеждой и страхом. Боясь, что она отвергнет его или, хуже того, сдаст властям как забавного инопланетянина или сумасшедшего… Но Джо не поступила так. Она приняла его, каким он есть, и решила с ним остаться, обучила его языку землян и смогла даже стать заменой, пусть и неравноценной, но заменой Родерика, когда Рэю становилось очень хреново, как сегодня ночью, когда его железа опять дала о себе знать, требуя внимания и ласк хозяина. Кофемашина начинает шуметь, и это первые звуки, наполняющие их трейлер. Рассвет еще не успел заняться, а он кофе уже сделал. Он делает его две чашки, как принято у землян, если в одном доме проживают двое и если они могут считать себя «парой». А может ли он себя и Джо причислить к этому термину? Да, может, их маленькое убежище наполняется звуками первых проезжающих мимо парка машин. «Скорей всего, это полицейские, стражи порядка», — думает Рэй, отпивая кофе из чашки. Он горький, но Рэю нравится вкус горечи. Уж лучше это, чем сладость, которой его пичкали на Рай.       И снова мыслями он возвращается к далеким воспоминаниям и покоям, что он считал своими в гареме, хоть и делил их с Нилом. Странный человек, раб, купленный сестрой Родерика на невольничьем рынке. Родерик считал это низостью — спать с настоящими человеческими особями. Он предпочитал Рэя — искусственно созданного нуля им самим и имеющим железу, как наркотик, от которого раб будет зависеть всю свою жизнь… И снова мысли о побеге. Смог ли Родерик ощутить его здесь? Сквозь миллионы, если не миллиарды межсетевых, что разделяли Рай и Землю. И если да, то через сколько его ждать? Как много времени нужно, чтобы подготовить экспедицию на эту забытую богом планету? Допив кофе, Рэй прикинул, сколько дней у него осталось до очередного бессмысленного бегства и стоит ли пытаться сбежать снова. Или все же вернуться? Родерик любил подчинение. Он может и сжалится над Джо, если Рэй сам вернется к нему, когда тот прибудет на эту планету. На пороге появилась тонкая фигура, одетая в мужскую длинную футболку, скрывающую ягодицы и впалый животик женщины. Сквозь белую ткань он заметил два маленьких бугорка, выступающих на ткани слишком отчётливо. «От холода у нее встали соски», — думает он и прикрывает машинально дверь на улицу, выгоняя стужу раннего утра. Она наблюдала, как Рэй пьет кофе, и думала о том, что лучшего любовника она еще не встречала. И ей было не нужно слишком много. Просто надежный, сильный мужчина, способный понимать ее с полуслова. Такое сейчас редкость. И ей повезло встретить Рэя. Он был красив, пусть и странен. Но его странности были нормой, если учесть то, что он с другой планеты, и то, что он беглый раб, и что он «не человек» в первую очередь. Это слово женщина пыталась употреблять про себя, мысленно, и ни разу не произнесла вслух с момента их знакомства, хоть история мужчины, стоящего сейчас в паре метров от нее, самой очень поразила ее. Когда он впервые признался в том, кем он являлся на самом деле, они уже встречались, и это было их третье свидание. Ухаживать Рэй научился, просматривая человеческие фильмы, а еще у них был беглый кур с обучения различных ролей, если хозяин вдруг захочет развлечься и поиграть со своим рабом в различные сексуальные игры. Родерик никогда не играл с ним. Всегда предлагая лишь одну роль покорного раба. Но он одаривал подарками за послушание. Рэй помнил это, но сейчас его мысли были не об этом, а в том, что делать. Железа дала о себе знать спустя несколько лет молчания, словно давая понять самому мужчине, что где-то далеко находится его дом и там его ждут, пусть и не по его воле. — Доброе утро, — произнес он, протягивая ей кружку с кофе и продолжая готовить завтрак: тосты и яичница. Совсем неплохо для начала рабочего дня. Джо улыбнулась в ответ, и грустные мысли улетели прочь. Рэй мог часами любоваться улыбкой его подруги. Но сейчас, в лучах восходящего солнца (а их трейлер стоял окнами на восток), она выглядела как царица, не чета сестре его хозяина. Рэю еще сильней захотелось защитить ее.