Сумасшедший я или люди, которые вокруг меня?
17 февраля 2025 г., 22:38
Ночь...точно ли сейчас ночь? Все тело ломит, а в голове тысячи мыслей, что пожирают, заставляя видеть сны основанные на этих мыслях. Работа, нет..не хочу идти на работу. Опять надоедливый наставник и шеф, который постоянно что-то бубнит про мою девушку, точно ли он к ней ничего не чувствует? Бесит. Бесит. Бесит. Юн Джон-у открыл глаза. До сих пор эхом произносились его мысли по всему пространству комнаты, такой...маленькой и противной. Стены были испачканные, а грибку одно удовольствие развиваться. И как тут ещё не бегают толпы тараканов? Лёжа словно по стойке, Юн поднялся с кровати, облокотившись на свои локти, тусклый, но все же свет все равно заставил жмуриться. Откинув свои беруши на стол, он уселся на кровать, что скрипела и уткнулся лицом в ладони, пока перед ним вновь мелькали воспоминания с армии, тот парень сослуживец почему именно он? Идиот какой-то, пфф... Задумавшись, парень схватил свое полотенце и вышел из комнаты, проверив пару раз точно ли он закрыл дверь. И ведь не просто так... Общежитие Эдем — это зловещее здание, утопающее в тенях и легендах. Его фасад, обложенный серыми кирпичами, с обшарпанной штукатуркой, словно хранит в себе тайны прошлых обитателей. Ветхий вход, украшенный ржавыми метами, скрипит под ногами, а в коридорах витает ощущение заброшенности и забвения.Каждый этаж обитает в полумраке, где свет лампочек светит тускло, словно боится осветить что-то ужасное. Шумы из общих кухонь и душевых временами прерываются зловещим эхом, как будто сами стены перешептываются о том, что здесь происходило. Множество дверей, каждая с собственной историей, начинают открываться и закрываться, создавая звуки, которые возвращают в мир мрачных историй, сплетений и предательств.Обживатели этого места рассказывают о странных ночных видениях и необъяснимых звуках, которые доносятся из душных комнат. Легенды о силуэтах, бродящих по коридорам, становятся частью быта, вливаются в разговоры, как дым из горящих свечей, создавая атмосферу неведомого и жуткого.Снаружи общежитие окружено высокими деревьями, которые словно стремятся скрыть его от любопытных глаз. Их кроны плотно переплетаются, создавая мрачный балдахин над крышей, где порой слышится завывание ветра, а иногда кажется, будто сам лес охраняет эту тёмную крепость. Общежитие Эдем— это не просто место проживания, это мифическая арена, на которой разыгрываются драмы, это театральная сцена, где страх и тайна сплетаются в неразрывный узор жутких повествований. Тут было слишком тихо... Настолько тихо, что это приводило в ужас. Любой шорох может быть замечен сожителями, а с ними лучше вообще не встречаться взглядами. Правда... Один из них уже "съехал" и пропал без вести, хотя и искать его никто не рвется. В общежитии осталась тетушка Ум Бук Сун, гребанный и повернутый извращенец в очках и свихнутый мужчина, который заикается и постоянно смеётся, боже... Сколько от них мороки. Они все тут сумасшедшие, все до единого... Сказал парень, заходя в душ. Дверь душа, облезлая и скрипучая, приоткрывалась, словно пытаясь скрыть свои тайны. Внутри, под тусклым освещением, стены покрыты плесенью и трещинами, а холодный пол был залит остатками воды, сливаясь с запустением.Капли воды, упавшие с ржавых труб, звенели, как целая симфония одиночества. Душевые кабины, однако внутри них притаилась тьма, хлопающих дверцей об стену, скрывая за собой множество забытых историй.Запах сырости и затхлости наполнял воздух, усиливая ощущение заброшенности. Лужи, отражающие мутный свет, создавали призрачные образы, как будто прошлые обитатели пытались вырваться на свободу, но так и остались заточенными в этом мрачном пространстве.Каждый шаг по скользкому полу вызывал дрожь: здесь кто-то оставил свои следы, перемешанные с душевными переживаниями тех, кто когда-то искал уединение за этой дверью. Но теперь душ, ставший символом забвения, продолжал жить. Странные звуки доносились из темных углов, и казалось, что стены шептали, напоминая о людях, которые пришли и ушли, оставив после себя лишь призраки воспоминаний. Все это сводило с ума, не давало забыть о тревоге ни на минуту.