Шаг и мимо

***

Школа Октавия жила своей привычной жизнью: звонки, перемены, шёпот в коридорах и шум столовой. Для большинства учеников это был обычный день, но для Готье сегодняшний день значил гораздо больше. Он уже неделю носил в кармане письмо, которое собирался передать Оливии. Оливия – королева школы, первая красавица, звезда всех мероприятий. У неё было множество поклонников, но Готье всегда держался в стороне. Он не был особенным – обычный парень с тихим голосом и светлыми волосами, которые порой падали на глаза. Он не стремился быть в центре внимания, но сейчас его сердце билось чаще от мысли, что он, наконец, сделает шаг навстречу своей мечте. Волнение сжимало грудь, ладони были влажными, а мысли хаотично метались. "А вдруг она рассмеётся? Вдруг даже не прочтёт письмо?"

***

Сонный одноклассник лениво открыл один глаз, когда Готье тихо попросил его передать письмо Оливии. Он что-то пробормотал и снова заснул, даже не осознав, что держит бумажный конверт в руке. Проснувшись после звонка, он обнаружил письмо у себя в ладони. Он лениво взглянул на него и только фыркнул – наверное, очередное любовное признание для Скэриэла. Такие письма были обычным делом, и он без раздумий положил его на парту самого популярного парня в школе. После звонка закончив разговор с Джеромом, который учился в параллельном классе, Скэриэл вернулся в кабинет и сел за свою парту, увидев уже до боли привычное очередное письмо от его воздыхателей Скэриэл собирался было его выбросить, но остановился. Кое-что привлекло его внимание. Внизу, аккуратным почерком, стояло имя отправителя – Готье. Его сердце на мгновение замерло. Он совсем не ожидал получить письмо от него. Любопытство взяло верх. Он развернул письмо и начал читать. "Приходи на крышу после второго урока. Я хочу сказать тебе нечто важное." Скэриэл перечитал письмо снова и снова. Его грудь сдавило странное чувство. Он никогда не позволял себе надеяться, но… что, если?

***

После второго урока Готье стоял на крыше, вглядываясь в горизонт. Он волновался. А что, если Оливия откажет? А что, если засмеётся? Ветер играл его светлыми волосами, он вздохнул, собираясь с духом. Сердце глухо стучало в груди, пальцы дрожали. "Просто скажи. Просто сделай это." Дверь на крышу тихо открылась, и Скэриэл шагнул вперёд. Его лицо было спокойным, как всегда, но внутри всё бурлило. Он медленно приближался к Готье, взгляд скользил по его силуэту, по тому, как ветер играл его волосами. Он был таким светлым, почти нереальным.  — Готье… – тихо позвал он. Готье вздрогнул и обернулся. Их взгляды встретились, и Скэриэл замер. Что-то было не так. Он ожидал увидеть радость, возможно, лёгкую нервозность, но вместо этого в глазах Готье читалось замешательство.  — Скэриэл? – голос Готье дрогнул.  Скэриэл нахмурился, но не позволил себе ни тени эмоции. Он заглянул в глаза Готье, пытаясь понять, что происходит. И тогда, в одну секунду, осознание накрыло его холодной волной.  — Подожди… – прошептал он, сжимая письмо в руке. – Это письмо… оно… не мне? Готье почувствовал, как его горло пересохло. Он хотел что-то сказать, объяснить, но слова застряли в груди.  Скэриэл медленно выпрямился, возвращая на лицо свою привычную маску. Но внутри него что-то оборвалось. Он не мог смириться. Это было неправильно. Готье должен был любить его. Только его. Внезапно, движимый решимостью и гневом, он резко схватил Готье за запястье, притянув к себе. Готье ахнул, его глаза расширились от удивления. — Ты правда думал, что можешь просто так разбить мне сердце? – голос Скэриэла был тихим, но в нём чувствовалась опасная решимость. Прежде чем Готье успел что-то сказать, Скэриэл наклонился и резко прижался к его губам. Это было неожиданно, грубо, напористо. Готье вначале замер, его разум пытался понять, что сейчас происходит. Он хотел отстраниться, но пальцы Скэриэла крепко сжали его запястье, удерживая на месте. Но затем, сквозь пелену сопротивления , в этом хаосе эмоций, что-то изменилось. Готье почувствовал, как тепло Скэриэла проникло в него, как его собственное тело поддаётся этому безумию. Постепенно его напряжение растворилось, и он, почти неосознанно, начал отвечать на поцелуй. Ветер продолжал играть светлыми прядями Готье, а Скэриэл не отпускал его. Теперь он знал точно – он не позволит ему принадлежать кому-то ещё. Этот поцелуй был только началом.