Дождь и поцелуй

      Ливень не унимался. Капли барабанили по подоконнику, стекая тонкими ручейками вниз. В комнате стоял полумрак, мягкий свет настольной лампы выхватывал из тени лишь очертания массивного кресла, в котором вальяжно раскинулся Масакрик.       Он выглядел расслабленным, но в его взгляде читалось нечто иное — тёмное, задумчивое, будто в этом дожде он видел нечто большее, чем просто осеннюю непогоду.       Ушко сидела у его ног, свернувшись в калачик. Она боялась шевельнуться, нарушить этот зыбкий покой. Но её взгляд то и дело крался вверх, туда, где сидел он.       Вдруг Масакрик заговорил, не отрывая взгляда от окна: — Садись ко мне на колени.       Простые слова, но в её голове они прозвучали громом. Её сердце сбилось с ритма, ладони мгновенно вспотели. Она подняла на него глаза, пытаясь понять, шутит он или нет. Но лицо его оставалось непроницаемым.       Ещё секунда — и он слегка повернул голову к ней, давая понять, что ждёт.       С трудом сглотнув, она осторожно встала и, боясь сделать что-то не так, медленно уселась к нему на колени.       В ту же секунду сильные руки сомкнулись вокруг её талии, прижимая ближе.       Её дыхание перехватило.       Ушка почувствовала, как её спина касается его груди, как тепло его тела проходит сквозь ткань одежды.       Лицо моментально вспыхнуло, огонь стыда опалил её щеки. Она опустила голову, изо всех сил стараясь не выдавать смущения, но предательское дрожание рук выдавало её полностью.       Масакрик уловил это моментально. Его губы тронула довольная ухмылка.       Он не смотрел на неё, но чувствовал каждой клеткой её напряжённость, её скованное дыхание.       Это забавляло его. Нет, больше чем забавляло — ему нравилось это.       Нравилось, как она пыталась скрыть своё смущение, как её пальцы цеплялись за край рукава, как её плечи чуть вздрагивали от каждого его случайного движения.       Он наслаждался этим зрелищем, никуда не спешил.       Тишина растянулась.       Только дождь за окном оставался неизменным.       И вдруг он позвал её по имени: — Ушка.       Она услышала не сразу.       Только когда он повторил, чуть громче, она вздрогнула и сдавленно ответила: — Д-да?..       Он улыбнулся, но в этот раз мягко. — Мне пора уходить.       Её сердце замерло.       Она быстро слезла с его колен, внутренне ругая себя за ту волну облегчения и разочарования, что накрыла её одновременно.       Слегка прикусив губу, она наблюдала, как он неторопливо надевает плащ, расправляет его у ворота, натягивает перчатки.       Он был красив, даже элегантен в своих движениях.       И вот, когда она уже думала, что он просто уйдёт, Масакрик вдруг шагнул к ней.       Прежде чем она поняла, что происходит, он рывком притянул её к себе.       Она вздрогнула, но не успела даже пискнуть, как оказалась в воздухе.       Он поднял её с лёгкостью, будто она весила не больше перышка. — Ты такая пугливая, Ушка… — его голос был наполнен мягкой насмешкой.       Её лицо вспыхнуло ярче, чем прежде, а дыхание сбилось.       Тепло его губ скользнуло по коже на шее.       Сердце будто остановилось.       Ушка чувствовала, как от этого касания мурашки пробежали по всему телу. — М-масакрик… — выдохнула она, сама не понимая, что хотела сказать.       Он усмехнулся, почувствовав, как её тело напряглось, как её руки судорожно сжались на его плечах.       Как же приятно видеть её такой.       Он поставил её на пол, оставив одну ладонь на её талии, словно специально желая продлить этот момент. — Не скучай, — бросил он с ухмылкой.       Она осталась стоять, не в силах пошевелиться, не в силах даже выдохнуть.       Масакрик накинул капюшон и распахнул дверь.       Холодный воздух ворвался в комнату, но даже он не мог остудить огонь, что разгорался в груди девушки.       Он исчез за порогом, шагнув в дождливую ночь.       А она всё ещё ощущала на себе тепло его губ.