Эхо прошлого

В городе Айронхилле, Даллас решил устроить бал в своем поместье. Он прислал Эмили изысканное приглашение на праздник. Она приняла его с замиранием сердца и вскоре получила от него щедрый дар: платье, словно сотканное из лунного света, хрустальные туфельки и маску, скрывавшую тайну. На балу Даллас, скользящим движением руки, пригласил её на танец. Катрина, застыв в тени колонны, увидела, как Эмили и Даллас кружатся в вихре вальса, словно в зале не было никого, кроме них двоих.   Катрина смотрела на Эмили, как на тень, затмившую солнце её надежд. В каждой улыбке Далласа, обращенной к Эмили, она видела колкое оскорбление, в каждом его слове – горькое подтверждение собственной никчемности. Сердце сжималось в тисках боли, а душа кричала о несправедливости. Разве она не достойна любви? Разве её чувства менее глубоки и искренни?   Жажда взаимности терзала её изнутри, превращая в болезненную одержимость. Дни и ночи она грезила о том, как Даллас смотрит на неё с обожанием, как его руки нежно касаются её лица, как его губы шепчут слова любви, предназначенные только ей. Она представляла их вместе, в мире, где нет места Эмили, где только они двое, неразрывно связанные невидимыми нитями судьбы. Эта мечта была её топливом, подпитывала решимость плести коварные сети и строить дерзкие планы. Но реальность была неумолимо жестока – Даллас видел в ней лишь подчинённую, а его сердце безраздельно принадлежало Эмили.   Идея устранения соперницы казалась безумием, чудовищной мыслью, но она больше не могла её отпустить. Катрина чувствовала, как теряет себя, растворяясь в безответной любви, словно призрак, обреченный вечно скитаться во тьме. И вот в её воспалённом разуме созрел план, леденящий кровь своей дерзостью.   В разгар праздника, когда зал был полон смеха и музыки, Катрина, прибегнув к обману, заманила Эмили в укромную комнату. Подкупив слугу, она велела ему написать письмо от имени Далласа, назначив Эмили тайную встречу. Эмили, получив заветную записку, с трепетом в сердце направилась к указанному месту. Она вошла в комнату, полумрак которой рассеивали лишь мерцающие огоньки свечей, установленных в торшерах по углам. Эмили подошла к камину, охваченная сладким предвкушением встречи. В этот момент в комнату вошла Катрина, лицо которой скрывала маска. Эмили, не узнавая незнакомку, обратилась к ней:   – Где Даллас? Он написал мне письмо…   Девушка в маске ответила ледяным тоном:   – Его здесь нет. Только я и ты.   Эмили была изумлена:   – Кто ты? И что тебе нужно от меня?   Катрина, приблизившись, прошипела:   – Это неважно, единственное, что мне нужно, чтобы ты оставила Далласа в покое!   Эмили, не отступая, ответила с вызовом:   – Нет, я не оставлю его, потому что у меня к нему самые нежные чувства.   Катрина вплотную подошла к Эмили и, глядя ей прямо в глаза, прошептала:   – Я не отдам его тебе. Я сделаю всё, чтобы он был со мной.   Они оказались рядом с диваном, и в этот момент Катрина, повинуясь импульсу, применила свою магию, усыпив Эмили.   Эмили погрузилась в беспробудный сон. Катрина легла рядом с ней, закрыла глаза и произнесла древнее заклинание. В мгновение ока душа Катрины оказалась в теле Эмили, а душа Эмили – в теле Катрины. Волшебство коснулось и их нарядов, поменяв их местами.   Через несколько мучительных минут Катрина очнулась в чужом теле. Увидев рядом с собой распростёртое тело Эмили, она оставила её в комнате и триумфально вернулась на бал.   Катрина, ступив в зал, сразу же встретилась взглядом с Далласом. Он видел Эмили, но не подозревал, что в её теле заключена душа Катрины. Он нежно взял её за руку и прошептал:   – Позволишь покинуть это шумное место? Я хочу показать тебе моё любимое место.   Катрина, с трудом сдерживая ликование, улыбнулась и последовала за ним. Пройдя через анфиладу комнат, они вышли в сад, где в центре увитой розами беседки был накрыт стол с изысканными угощениями и бутылкой искрящегося вина. Они устроились за столом, и Даллас, наполнив бокалы, начал непринуждённую беседу. Затем они решили прогуляться по саду, утопающему в ароматах ночных цветов.   В какой-то момент Даллас остановился напротив Эмили и, глядя ей в глаза, произнёс:   – Эмили, знаешь, мне кажется, что мы с тобой знакомы целую вечность. Я это чувствую. Ты словно магнит притягиваешь меня к себе. А ты чувствуешь это?   Катрина, не в силах скрыть волнение, ответила:   – Да, Даллас, я тоже это чувствую. И это взаимно.   Он смотрел в её глаза, словно пытаясь разгадать какую-то тайну, и вдруг, повинуясь внезапному порыву, нежно коснулся её губ своими. Катрина ответила на поцелуй со всей страстью, которая клокотала в её душе. Когда они оторвались друг от друга, оба были потрясены внезапно вспыхнувшим чувством. Сердце Катрины бешено колотилось, а у Далласа перехватило дыхание.   После поцелуя Катрина чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете, хотя и старалась скрыть бушующий в ней пожар эмоций. Она одарила Далласа сияющей улыбкой. Даллас, не сводя с неё глаз, крепко сжал её руку.   Они вернулись в зал, где вечер подходил к концу. Перед тем как уйти, Катрина незаметно проскользнула в ту самую комнату, где лежало тело Эмили, легла рядом с ним. С помощью магии она произнесла обратное заклинание, вернув всё на свои места.   Она стерла из памяти Эмили все события этого вечера. Катрина, плетя кружева магии, перенесла безжизненное тело Эмили в иное измерение, а затем, словно тень, растворилась в непроглядной ночи, оставив комнату в тишине и запустении.   Эмили очнулась в своей постели, ощущая сильную головную боль. Она встала, и пошла в ванную, чтобы принять душ и хоть немного унять неприятные ощущения. После этого она начала собираться на учёбу, пытаясь вспомнить, что произошло вчера вечером, но в памяти была лишь пустота.   Катрина же, переместившись в свою комнату, ликовала от того, что её дерзкий план с подменой душ с Эмили сработал. Она, счастливая и полная надежд, уже строила планы на будущее с Далласом, уверенная, что теперь он навеки принадлежит ей.