Между паузами

Вечер медленно сгущался, а тёплый свет, проникающий через окна, разливался по комнате. В воздухе витал аромат вкусной еды, а вдалеке сдержанно играла музыка, едва слышная в общем шуме. Длинный стол был сервирован элегантно, без излишеств: бокалы с вином, пара бутылок саке, тарелки с традиционными корейскими закусками — кимчи, маринованные овощи, тонкие ломтики говядины. Всё выглядело так, будто компания здесь уже давно, хотя на самом деле разговор только-только разогревался. Сяо Чжань сидел аккуратно, удерживая прямую спину, руки его сложены на коленях, если не заняты чем-то другим. Весь его вид говорит о том, что он старается быть вежливым и впечатлить, но линия плеч явно выдает напряжение. Мужчина внимательно наблюдает за своими собеседниками на этот вечер: Ли Джон Джэ, поправляя пиджак и приветственно улыбаясь, садится напротив него, а Ли Бен Хон подходит секундой позже, закончив говорить по телефону, и так же кивает, шумно двигая стул. Это была чистая инициатива Ибо — познакомить его с корейскими коллегами по съемочной площадке. Для Ван Ибо это было естественно: молча сделать так, как он считает нужным и приложить к этому максимум усилий. Ибо знал, что Сяо Чжань всегда ценил хорошую актёрскую игру, и Ли Джон Джэ был именно тем, кого он считал одним из лучших. Это было бы интересное и полезное знакомство. А вот Бен Хон… несмотря на свою серьёзность, он тоже был удивительным человеком. Ибо знал, что делает правильно, ощущая искреннее желание их познакомить. Как только эта мысль пришла в голову, вопрос с билетами в Сеул был решён уже через неделю. — Чжань-гэ, я, правда, уверен, что ты с ними подружишься, — мягко убеждал его Ибо, складывая их вещи в чемодан. — К тому же, у меня с Джон Джэ-хёном довольно тёплые отношения, это играет нам на руку. Они сидели вокруг стола, в окружении смеха и шуток. Вечер был действительно хорошим и непринуждённым, несмотря на то, что за их спинами оставались бесконечные съёмки и рабочие графики. Они были здесь, в этом уютном уголке, разделяя моменты обычного общения. — Так что, Ибо-я, — начал Ли Бен Хон, сделав глоток вина, — вы прилетели из Пекина в Сеул? Его голос звучал расслаблено. Он знал, как стоит обратиться к Ибо, чтобы сбросить градус формальности. Мужчина говорил по-английски не потому, что Ван Ибо не понимал корейский, а ради удобства их гостя. Сяо Чжань не знал языка, и, хотя Ибо мог бы перевести, Ли Бен Хон сразу подстроился, словно это было само собой разумеющимся. — Из Чунцина, сонбэним, — поправил его Ван Ибо, едва заметно улыбаясь. Ли Бен Хон слегка прищурился, будто не ожидал такого официального обращения, а затем махнул рукой с лёгким смехом: — Ах, да ладно тебе, расслабься. Друзья моего друга — мои друзья, — обозначил он свою позицию, пытаясь снять напряжение. Ван Ибо кивнул, внутри радуясь, что с Ли Бен Хоном оказалось проще, чем он думал. «Бен Хон-си, удивительно» В это же время Ли Джон Джэ, задумчиво постучав пальцами по бокалу, повторял про себя название города: — Чунцин… — мужчина ненадолго замолчал, словно пытался вспомнить что-то связанное с этим местом. — Мой родной город, — негромко объяснил Сяо Чжань и коротко глянул на Ибо, прежде чем задержать взгляд на Ли Джон Джэ. Ли Джон Джэ понимающе кивнул, а Бен Хон, будто радуясь смене темы, вновь сделал глоток вина. Диалог продолжался размеренно и плавно, голоса всех вокруг смешивались в общий шум. Смех, звон бокалов, неловкие комментарии от персонала и лёгкое притирание других гостей — всё это наполняло пространство, создавая атмосферу непринуждённости. Ли Бен Хон и Ли Джон Джэ не просто обменивались репликами, они были главными инициаторами оживленной беседы для всех, подталкивая даже обычно молчаливого Ибо к разговору. Они могли спорить о чём-то своём, время от времени перебивая друг друга и переключаясь на корейский, но в их перепалках не было напряжения, только привычный ритм дружеской беседы. Сяо Чжаню нравилось наблюдать за этим всем. Он время от времени проверял, не слишком ли официально звучат его реплики, но постепенно ловил ритм разговора. Когда Ли Джон Джэ в очередной раз шуточно пнул Бен Хона в плечо, Чжань, наконец, позволил себе короткий смех. Напряжение в плечах ослабло. — Они действительно такие молодые. Ван Ибо тоже забавляло наблюдать за тем, как эти старики сходили с ума, привлекая своими спорами много внимания. Их искренний и громкий смех и правда вызывал улыбку. Пока всё внимание было сосредоточено на Ли Джон Джэ и Ли Бен Хоне, Ибо провёл рукой по спине Сяо Чжаня, едва задерживаясь между лопаток, слегка поглаживая, будто незаметно поддерживая его в этом океане новых лиц и разговоров. Жест был лёгким и почти неощутимым, но Чжань, почувствовав его, довольно сощурился, растворяясь в улыбке. В какой-то момент он даже забыл, что вокруг столько людей — всё внимание было сосредоточено на теплых касаниях и молчаливой заботе. Зал, тем временем, продолжал шуметь. Рядом с их столом официанты приносили новые блюда, угощая всех изысканными корейскими лакомствами. Ли Бен Хон, ухмыляясь, переключился на Сяо Чжаня и Ван Ибо. Разговор плавно перетекал от одной темы к другой. Говорили о съёмках, о новых проектах, о том, как сильно изменился кинематограф за последние десять лет. Вскоре Бен Хон вспомнил недавно вышедшую сянь ши дораму. Ему действительно было интересно поговорить с ними об этом. Вокруг были и другие гости, несколько групп, сидящих за соседними столами, но всё это как будто отдалялось, становясь лишь фоном в их беседе. Ли Джон Джэ увлечённо подхватил эту тему: — Я слышал, ты сам ставил некоторые трюки, Сяо Чжань? — неожиданно обратился мужчина к нему. Чжань замер, собираясь с мыслями. Он знал, что ответить, но подбирал слова: — Только простые… прыжки… — Он хочет сказать, что это было весело, но сложно, — быстро вмешался Ван Ибо, заполняя неловкую паузу — Сяо Чжань слишком расслабился в моменте. — Особенно, когда ему пришлось разучивать трюк за одну ночь. — Правда? — Ли Джон Джэ удивлённо приподнял брови. Сяо Чжань чуть смущенно улыбнулся и покачал головой. — Иногда приходится. Издержки профессии, но, в конце концов, — он усмехнулся, — важно, чтобы всё выглядело красиво. Это и есть искусство, не так ли? — О… — согласившись, задумчиво протянул Джон Джэ, отводя взгляд. Ван Ибо молчаливо согласился, довольно кивая. Сяо Чжань прав. Ли Бен Хон внимательно наблюдал за их взаимодействием, перекидывая взгляд с одного на другого. Лёгкая усмешка появилась на его лице, словно он что-то понял, но он всё ещё молчал, едва заметно приподняв бровь. *** Ван Ибо поднялся из-за стола с той же невозмутимостью, с которой делал всё остальное. Он не сказал ни слова, просто взглянул на Сяо Чжаня — тот был занят разговором с Ли Джон Джэ, который с улыбкой учил его какой-то фразе на корейском. Чжань старательно повторял за ним, морща лоб от концентрации, а Джон Джэ терпеливо поправлял его произношение. Всего на мгновение Сяо Чжань нахмурился, едва заметно касаясь пальцами пустого стакана. Привычное движение, почти автоматическое. Неосознанный жест, но Ибо знал, что это значило. Он отодвинул стул, не привлекая внимания, и, скользнув взглядом по нему в последний раз, направился к барной стойке, растворяясь в общем шуме. Музыка в зале стала чуть громче, официанты сновали между столами, то и дело разнося блюда или убирая тарелки. Ван Ибо двигался легко, как будто был здесь не впервые, а может, просто чувствовал себя уверенно в любом месте, где находился. За столом стало немного тише. Сяо Чжань, оставшись без привычного присутствия Ибо, незаметно выдохнул, сложил руки на коленях и украдкой бросил взгляд на телефон, словно проверяя, не написал ли кто-нибудь. Он не выглядел неуютно, но Бен Хон, наблюдая за ним, всё же уловил лёгкое изменение в его осанке. Ли Бен Хон, дождавшись, пока Ибо скроется из виду, медленно откинулся назад, затем, почти сразу передумав, снова подался вперёд, ближе к Ли Джон Джэ, опираясь локтями на стол. Он не сразу заговорил, сначала просто наблюдал, как Сяо Чжань, оставшись без своего защитного барьера, рассеянно провёл пальцами по краю салфетки, явно занятый своими мыслями. — Они действительно вместе? — переходя на корейский, понижая тон голоса спросил Ли Бен Хон. — О… — Ли Джон Джэ медленно моргнул. Конечно же, он давно знал, что они — да. Поэтому только усмехнулся и, наигранно серьёзно сложив руки на груди, хмыкнул: — Какой же ты старый, совсем не следишь за новостями в мире. Ты только сейчас узнал? Ли Бен Хон усмехнулся, понятливо кивая. Значит, не прогадал. О, эта ситуация действительно его немного забавляла. В эту же секунду Сяо Чжань поднял голову, почувствовав на себе две пары изучающих глаз. Его брови чуть приподнялись в легком удивлении. — Что? — он плавно перевёл своё внимание с одного мужчины на другого, но ему так и не удалось разгадать, что скрывается за той каплей хитрости в улыбке Джон Джэ. Бен Хон усмехнулся, собираясь что-то ответить, но в этот момент к столу вернулся Ван Ибо, ставя перед Сяо Чжанем свежий напиток. — О чём говорите? — спросил он лениво, скользнув взглядом по компании. Ли Джон Джэ замялся на секунду, но быстро нашёлся, тут же снова переключаясь на английский: — Да так… обсуждаем остроту корейских блюд. Ван Ибо слегка прищурился, словно оценивая, насколько правдива эта версия, а потом усмехнулся, выгибая губы. Он слышал достаточно, чтобы догадаться, о чём был разговор, но не стал ничего комментировать, присаживаясь рядом с Сяо Чжанем. Их колени пересекаются, наверное, случайно, но положение никто не меняет, продолжая соприкасаться друг с другом, скрыто ото всех и даже от собственных глаз. Разговор шёл в своём ритме: лёгкие подначки, редкие смешки, негромкие голоса, которые почти сливались с фоновым шумом ресторана. Ли Джон Джэ немного устало рассказывал что-то забавное из своей недавней поездки, и Сяо Чжань с улыбкой слушал его, непринуждённо подхватывая шутки и делясь своим опытом. Ван Ибо сидел немного отстранённо, но его невозмутимое выражение лица выдавало, что ему тоже было приятно проводить время. Ибо чуть откинулся назад, давая разговору течь своим чередом. Он редко включался в него полностью — больше слушал, отмечая для себя мелкие детали: как Джон Джэ неторопливо жестикулирует, как Бен Хон посмеивается себе под нос, но перед глазами всё равно оставался только Сяо Чжань. Тот что-то рассказывал, и его голос ложился ровно, спокойно, с мягкой интонацией. Ван Ибо скользнул пальцами по гладкому металлу кольца, неторопливо поворачивая его на пальце. Парное. Они давно не обсуждали его смысл вслух, но сам факт, что оно всегда на месте, казался ему достаточным. Маленькое напоминание о том, что остаётся неизменным, даже если они об этом не говорят. — Ладно, пора признать: кто-то из нас сегодня слишком много говорит, — заметил Джон Джэ с тёплой усмешкой, взглянув по очереди на каждого и задерживаясь на Бен Хоне. — Ага, ты хочешь намекнуть, что это я слишком болтливый, да? — с преувеличенным удивлением поднял брови тот. — Ты первый начал говорить о своих путешествиях, — Джон Джэ театрально вздохнул, — так что не намекаю, а говорю прямо! Ван Ибо рядом с Сяо Чжаня тихо засмеялся. Эти люди просто удивительные. — Прямо намекаешь, что мне пора выйти подышать свежим воздухом? — он поднимается на ноги, поправляя брюки. — Ага. Только ты всё равно закуришь первым делом. — Ну естественно, — Бен Хон хмыкнул и уже привычным жестом похлопал по карману в поисках пачки. — Кто со мной? — Пожалуй, вы правы, — улыбаясь кивает Сяо Чжань и, следуя примеру старших, тоже встаёт из-за стола. Ночная прохлада ласковым ветром ощущалась на коже. Небо над Сеулом всё ещё сохраняло глубокий оттенок синего. В воздухе витала лёгкая непринужденность, а вокруг стояла тишина, прерываемая лишь звуками их шагов и фоновым шумом из открытых окон ресторана. Ли Бен Хон привычным движением распахнул пачку сигарет и с удовольствием предложил всем по одной. Ван Ибо покачал головой. — Я не курю. А затем, сложив руки на груди, добавил: — И вам не советую. Ли Джон Джэ тепло рассмеялся, хлопая его по плечу. — Да-да, мы знаем. Ты у нас пример для подражания. — Именно, — Ибо закатил глаза, но уголки губ так и тянулись вверх. — Вы невыносимые. — Иногда под настроение, в хорошей компании — почему бы и нет, — добавил Бен Хон, ловко подкуривая сигарету. — Особенно если компания щедро угощает, — по-доброму усмехнулся Сяо Чжань, крутя сигарету в руках. На лицах старших отразилось понимание. — Не смотри на нас так. Чжаню не нужно было объяснять этот взгляд — в нём читалось ровно то же самое, что и всегда, когда они касались этой темы, Ибо не ответил, но, кажется, выдал себя тем, что снова закатил глаза и глубже вдохнул ночной воздух, будто очищая лёгкие за них всех. Ван Ибо не потянулся за сигаретой, но, когда Сяо Чжань стал искать зажигалку в карманах, молча вытащил свою и протянул ему. Сяо Чжань не удивился. Он постоянно забывал и терял зажигалки, а Ибо уже давно привык просто держать одну при себе. Когда Чжань закурил, Ван Ибо чуть склонил голову к его плечу, будто просто смотрел на огонёк, но на самом деле чувствовал этот запах. Вдыхал его полной грудью. Табак, дорогие духи, лёгкая сладость вина — всё смешалось, и он вдруг провёл пальцами по запястью Сяо Чжаня. Тот, не отвлекаясь, коротко и почти машинально сжал его руку в ответ — он был увлечён разговором Ли Джон Джэ и Ли Бен Хона. Они что-то обсуждали по-корейски, и Сяо Чжань только улыбался, когда ловил отдельные знакомые слова. — Что-то интересное? — шепнул Ибо на китайском. Тот покачал головой. — Просто смотрю. Он действительно просто смотрел. На Ли Джон Джэ, который сосредоточенно слушал, иногда кивая. На Ли Бен Хона, который говорил уверенно, легко, со смехом. На Ибо, который пару раз вступил в разговор на своём чётком, быстром корейском, без запинки. — Они говорят о работе, — вдруг пояснил Ван Ибо, заметив его тщетные попытки хотя бы примерно понять смысл диалога. — Ничего интересного, просто делятся впечатлениями. Сяо Чжань кивнул, переводя взгляд на яркие вывески и тускло светящиеся лампы. Он выдыхал дым, искренне наслаждаясь каждой секундой этого вечера. Чжань счастлив рядом с Ибо, благодарно принимая всё, что мужчина делает для него, и с головой нырял в этот океан новых людей и эмоций. Рядом Ван Ибо тоже молчал. У него обыденно скупой эмоциональный диапазон, но сейчас в его глазах читалась такая нежность, что и без слов становилось всё понятно. — Завтра давай сходим поужинаем куда-нибудь в ресторан традиционной кухни? — Сяо Чжань с интересом повернул на него голову. — Конечно, гэ. Конечно, Ван Ибо согласился, наблюдая, как тот быстро делает шаг в сторону, выкидывая окурок. Они перекинулись ещё парой фраз, обсуждая общие планы на последующие несколько дней в Сеуле, из которых, как оказалось, ресторан традиционной кухни — наименьшее, чего хочет Сяо Чжань, который в моменте резко прервался, оглядываясь по сторонам. Кроме них на улице никого не было. Ли Джон Джэ и Ли Бен Хон, похоже, уже вернулись внутрь. — Ушли, — подытожил Чжань, пожимая плечами. Не успел он толком подумать об этом, как Ван Ибо слегка подался вперед, всего на секунду задержавшись, словно обдумывая что-то, и быстро коснулся уголка его губ. Сяо Чжань расплылся в улыбке — ему самому хотелось сделать это едва ли не весь вечер. — Сигареты Бен Хона ужасно крепкие, — Ибо облизнул губы, словно это помогло бы распробовать вкус табака. — Серьезно? Ты целуешь меня и первое, что говоришь — это жалуешься на вкус? — он наклонился ещё ближе. — О, Чжань-гэ, если хочешь, я могу ещё раз попробовать, вдруг поменяю мнение. Ван Ибо говорил сдержанно, но в его глазах мелькнула тёплая насмешка. — Позже попробуешь, — фыркнул Сяо Чжань. — Обещаю. *** — Ибо-я? — с любимых губ игриво слетает излюбленное обращение старших корейских коллег. — Не ёрничай, — Ван Ибо сцеловывает протяжный вздох. — Хён.