Дай угла

— Да пошёл ты нахер, Ким Намджун! — орёт девушка, громко хлопая дверью квартиры.       Ким тяжело вздыхает и со всей дури швыряет в стену пульт от телевизора. Кто это был? Да чёрт его знает, скорее всего очередная попытка Намджуна получить стабильные и долгосрочные взаимоотношения, рядом с которыми мужчина в свои тридцать два ещё даже не подышал, даже не вдохнул.       Девушка за девушкой, парень за парнем, и все заканчивалось каждый раз одинаково: тур — скандал — расставание без расставания. Уже даже смешно от того, что везде один сценарий.       Намджун стоит напротив панорамных окон в своей полупустой квартире, расположенной в элитном жилом комплексе в двух минутах от центра Сеула. В двух минутах — это когда он за рулём своего монстро-мобиля, а так — минут тридцать пешочком. Но лучшему пилоту Кореи, так-то, по барабану, у него путь один — на трассу, но не ту, куда обычно отправляются все те, потерявшие смысл в чём бы то ни было. — И сколько это дерьмо ещё будет продолжаться? — глоток виски с колой из стакана и взгляд в даль. — Пиздец как скучно.       Стакан с громким стуком ставится на стол, от чего напиток расплёскивается и небольшими лужицами остаётся на стеклянном столе. Через несколько часов они засохнут, и домработница будет долго и нудно оттирать их от поверхности, проклиная своего работодателя-свиноту.       Ким надевает кроссовки, хватает ключи от автомобиля и покидает квартиру. Телефон, кажется, остался валяться где-то на полу спальни, но и не до него сейчас, надо проветриться.       Рёв мотора разрезает тишину подземной парковки, на фоне дядька с радиостанции тихо бубнит последние новости автоспорта. Намджун не собирается никуда ехать, не хватало ещё, чтобы его малышка стоимостью больше, чем весь автопарк Кубы, оказалась на штраф стоянке, потому что владелец решил после бутылки егеря прокатиться. Внезапно, по радио озвучивается знакомая аббревиатура: — Чонхо, а ты слышал новости про команду KDS? У них, оказывается, новый спонсор в этом сезоне, угадаешь, кто? — Правда? Хм-м, думаю, MOTUL? Неужели нет? — Ответ… Неправильный! Компания LIMITEDMOTORS решила выйти на рынок не только Формулы-1, но и в дрифт серию! У наших парней же буквально через неделю начинается новый сезон, а по какой причине прошлый спонсор отказался от работы с KDS нам до сих пор не ясно. — Ничего, Ким Намджун им всем там покажет! Этот псих такие углы ставит, что даже японцы нервно затылки в стороне почесывают! — Это точно, но есть же ещё…       Новый спонсор про которого главный пилот узнаёт по радио в два часа ночи на подземном паркинге? Вот уж точно пиздец, а менеджер ведь даже не заикнулась. И телефон, как назло, дома, даже всыпать некому.       Спонсор прошлого сезона постоянно высказывал недовольства из-за того, что никто из пилотов так и не показал результаты наравне с русскими, видать, обиделись всё-таки и разорвали контракт. Финита-ля-комедия, что сказать.       Ким надавливает педаль газа и слышит, как звонко отстреливает выхлоп. Чёрт, как же мелодичен этот звук, но, в целях не получить звиздюлей от местного охранника, мужчина глушит мотор, выползает из машины и неспешно шлёпает в сторону лифта.       Зайдя в квартиру, Джун обнаруживает, что телефон, оказывается, всё это время был выключен и валялся рядом с диваном. Подсоединив мобильник к повербанку, тот начинает потихоньку включаться, а сразу после ввода пароля начинает орать уведомлениями. - Господин Ким! Завтра в девять утра состоится встреча-знакомство с новым спонсором! Прошу прощения, что предупреждаю так поздно! Пожалуйста, не опаздывайте, это очень-очень важно!                   Пу-пу, ну, ладно, спасибо, что хоть написали, а то проспал бы весь день дома, чем, собственно, мужчина и планировал заняться после разрушившихся, казалось, серьезных отношений.

***

      Будильник буянит уже битый час, но Намджун будто и вовсе его не слышит, продолжая сладко посапывать на диване в гостиной, в ночи сил доползти до кровати с одеялом и подушками не хватило.       В дверь начинают активно тарабанить руками, кулаками и, по всей видимости, ещё и ногами. Ким приоткрывает глаз и, дотянувшись до телефона, пару раз моргает, пока осознание ситуации не взяло верх. Распахнув опухшие очи, гонщик грохается с дивана на пол и летит в сторону двери, предугадывая наличия за ней Юнги. — Ты совсем попутал что ли? — возникает недовольный друг и, по совместительству, коллега, сразу же после предоставления допуска в холостяцкое жилье. — Ты время видел, жертва крутого поворота? — Да-да, прости, ночка та ещё выдалась, забей, — маленьким торнадо бегая из комнаты в комнату, оправдывается Намджун. — Мы сильно опаздываем? — Смотря как ехать, может даже приедем раньше назначенного времени, — Мин смотрит на часы и получает в лоб связкой ключей. — Эй, придурок! Больно же! — Больно будет, если не успеем приехать вовремя, дуй малышку прогревай, умник.       Прокручивая на пальце коллекцию брелков и один ключ, Юнги, присвистывая, идёт по парковке прямо к машине, королеве дрифта: грозный монстр, весь обклеенный дорогущей глянцевой броне-пленкой, что на свету переливается золотыми и серебренными бликами, свеже-начернённая резина и тонировка в круг, ночью хрен что увидишь (или кого).       Не успевает мужчина завести автомобиль, как на пассажирское плюхается растрёпанный Ким со словами: «Рули, капитан!». Мину два раза повторять не надо, с первого доходит, и вот они уже мчат в деловой центр Сеула.              Намджун всегда орёт, если кто-то начинает курить у него в машине, но после вчерашнего расставания с девушкой он сам тянется к припрятанной в бардачке пачке мальборо и, щёлкнув зажигалкой, втягивает в лёгкие жгучий дым, обжигая горло крепким табаком. — Уху-ху, у кого-то действительно ночь не задалась! Дай и мне одну, не жадничай, — Мин отпускает руль и хватает сигареты с зажигалкой из рук друга, иногда посматривая на дорогу, чтобы не влететь в задницу какого-нибудь Хёндай. — Миён послала тебя далеко и надолго? — Буквально в Сибирь, — вздыхает Намджун, затягиваясь. — В целом, мы в любом случае едем в Красноярск, так что… Но всё равно неприятно, ещё пара месяцев и я сделал бы ей предложение. — Найдёшь ещё себе женщину сердца, — выдыхая дым говорит Юнги, после чего краем глаза косится на товарища. — Ну, а может и не женщину. — Так, не делай из меня того, кого не надо. Было пару раз, не утрируй. — Быть то было, но вот с каждым из них было серьёзней, чем с Миён. Не ссы, ну повисишь на первых страницах пару недель с кричащими заголовками: «Главный пилот команды KDS оказался нетрад… — Всё, завались, а то щас пешком пойдёшь, — решив не выпендриваться, Мин делает последнюю затяжку и отправляет сигарету в открытое окно, после чего она приземляется на лобовое какой-то даме на маленькой жёлтой машинке. Высказать она в любом случае ничего не сможет, её Пежо вряд ли сможет выжать скорость 250 километров в час, до кой сейчас Мин и поднял спидометр, торопясь на встречу с новым спонсором.

***

      В холле высотного здания, недовольно постукивая каблуком, стоит менеджер команды, взглядом пытаясь выловить двух шкафов, которые в повседневности больше завсегдатаев секонд-хендов напоминают, чем мировых звёзд. Стрелка на дорогих часах неимоверно приближаться ко времени встречи, а мужчин до сих пор нет, они даже не звонки не отвечают. «Да их там совсем бес попутал!» — думает про себя девушка, настроение которой плавно переходит от паники к злости.       Несколько представителей прессы с огромными камерами и микрофонами стоят чуть поодаль, надеясь получить ответы на свои вопросы от легенд современного дрифта. Конечно, ни хрена у них не получится, здесь охрана, как в Пентагоне, ну, или как у какого-нибудь к-поп артиста пятнадцати лет.       В кармане чёрных классических брюк начинает брынчать телефон, заставляя девушку вздрогнуть. «Пак Чимин», чёрт. Сынишка президента LIMITEDMOTORS создаёт о себе такое впечатление, будто он в этой встрече заинтересован больше, чем его отец. Два понедельника назад только универ закончил, а уже глава спонсорского отдела.       Пять здоровенных охранников стремительно перемещаются к двери, закрывая собой двух… пилотов KDS! Господи, наконец-то! — Господин Ким! Господин Мин! — кричит девушка, подпрыгивая на носочках и махая рукой. — Скорее, мы опаздываем!       Мужчины берут из её рук свои временные пропуска и двигаются через турникеты в сторону лестницы. — Вы куда? На лифте быстрее! — двери лифта внезапно открываются и будто из ниоткуда наваливает целая толпа офисных планктонов, моментально заполняя лифт до такой степени, что он аж запищал, что максимальный вес превышен. — А… — Какой этаж? — Двадцать четвёртый! Бегите скорее!       Намджун и Юнги, конечно, не спорткары, но хорошая физическая подготовка — это основа дрифта, ведь перегрузки в машине на старте бывают больше, чем у космонавтов при взлёте. Пять минут и они влетают в двери на двадцать четвёртом, почти последнем, этаже высотки. Встречают их изумлённые взгляды работников в дорогущих костюмах, среди которых мужчины пытаются выловить своего ведущего инженера и видят махающего рукой, явно недовольного, Ким Сокджина.       Оглядев всех людей перед ними, пилоты плавно опускают взгляды вниз, осознавая, что оделись, скорее, для воскресной прогулки в парк аттракционов, чем на важное собрание по поводу заключения контракта с новым спонсором. Ким, неловко улыбаясь, поднимает взгляд, тут же сталкиваясь с ним.       Парень, дай бог, чтоб ему было 18, в деловом костюме, стоит за спиной седовласого мужчины лет пятидесяти, добродушно улыбающегося Намджуну и Юнги. Парнишка мгновенно краснеет от столь пристального взгляда и отворачивается, прикрывая рот рукой. Ржёт что ли? Или застеснялся? Мило. — Искренне прошу прощения за наше опоздание и… внешний вид, — говорит Намджун, пожимая руку президенту компании. — Ким Намджун, ведущий пилот команды KDS, я невероятно рад сотрудничать с вами в новом сезоне. Надеюсь, сработаемся! — Господин Ким, не нужно так извиняться! Я, если честно, сам от волнения с трудом уснул сегодня, — смеётся Пак Чонин. — Для меня большая часть спонсировать команду, которая вывела корейский дрифт на мировой уровень. Я сам по молодости этим занимался, но после аварии решил уйти на задний план.       Только сейчас Намджун обращает внимание на то, что президент стоит, опираясь на трость, а его сын будто страхует его от паденья, иногда хватая отца за рукав, когда того начинает уводить вперёд.       Представившись перед остальными членами собрания и, извинившись перед ведущим инженером команды, явно недовольным сим «выступлением» своих звёзд, вся орава проходит в огромный конференц-зал.       Всё время нахождения на собрании Намджун чуть ли не сверлил взглядом парня, что сидит рядом с президентом, а тот упорно глаза от него отводил, будто боится. Ну, выглядит Ким как дурачок: в потёртых джинсах, чёрной футболке и ярко-зелёной командной куртке старого образца, нынешняя форма не такая кислотная и выдерживает большие температуры в случае возгорания автомобиля, но какая разница? Главное, что мордашкой вышел.       И тут президент, опираясь на сына, встаёт: — Я невероятно рад тому, что наше сотрудничество произошло! Надеюсь на высокие результаты от всей команды в этом сезоне, — президент склоняется в поклоне и вновь выравнивается. — Для сбора статистических данных по расходам, с вами в тур поедет глава отдела спонсорского взаимодействия, рад вам представить Пак Чимина — нашего выдающегося сотрудника и, по совместительству, моего сына, — зал заливается аплодисментами, парень заливается краской и кланяется несколько раз. — Думаю, на этом нашу встречу мы можем окончить, Чимин, пожалуйста, договорись об отельной встрече с командой, чтобы обсудить всё более детально. Сокджин отправляет менеджера Джису к Чимину для решения оставшихся вопросов, а сам выводит провинившихся из помещения на лестницу, по пути высказывая все свои «фу», «бе» и «идите нахуй, подставили меня». Отхватив по шапкам Намджун и Юнги, как провинившиеся щеночки (в свои-то тридцать с хвостиком), в попытках закончить диалог с Джином на хорошей ноте, соглашаются проставиться в лучшем баре Сеула. Ведь лучше так, чем покупать запчасти на очередной его корч.