Цветущий под водой

Шаги на лестнице, уже давно все должны были спать. Чан отложил свой ноутбук. Вскоре над площадкой появилась голова Хёнджина. «Хён?» — Хёнджин говорил голосом чуть громче шепота. «Мы можем поговорить?» Чан знал, о чём идет речь. Он кивнул и встал. «Не здесь», — чуть громче прошептал он в ответ, кивнув в сторону спящего Чонина всего в паре шагов. Хёнджин кивнул, и его голова снова исчезла. Чан последовал за ним, вниз по лестнице, к краю бассейна. Место преступления. Они молча стояли, глядя в воду. Вода, куда ранее в тот день Чан погрузил Хёнджина. Он опустил и удерживал его там дольше, чем хотел. Хёнджин боролся, а Чан просто удерживал его сильнее, пока Хёнджин не затих, и Чан вдруг не осознал, что он делает. Он быстро вытащил Хёнджина обратно, запаниковав, но тщательно скрывая это. Глаза Хёнджина были закрыты, а когда открылись, они были дикими. «Снова», — прошептал он. Лицо, которое он тогда сделал, вызвало дрожь желания у Чана, жар и холод одновременно прошли по его коже. Он почти сделал это снова, чисто инстинктивно, прежде чем вспомнил о камерах. Он бросил взгляд на ближайшую камеру, и Хёнджин проследил за ним. Он быстро уплыл, оставив Чана пытаться притворяться нормальным, пока кровь не отхлынет от его члена, и он не сможет выйти из воды. Чан содрогнулся, даже на приятном летнем воздухе, вспоминая это. «Я не думаю, что камеры это увидели», — сказал Чан. «Ты увидел», — ответил Хёнджин. В его тоне была смесь эмоций, но Чан смог распознать только некоторые из них. Надежда и страх, волнение и смирение. Чан опустил голову. «Хёнджин…», — он с трудом находил слова. Успокоить, объяснить, извиниться. Может быть, Хёнджин прочитал это по его лицу. Может быть, нет. Он кивнул сам себе, как будто принял решение, затем начал раздеваться. Ему потребовалось всего несколько секунд, и вот он уже заходил в воду, голый и бледный в свете луны. «Присоединяйся ко мне, Хён», — сказал Хёнджин. Он был похож на сирену , манящую Чана к его погибели, и такой красивый Чан не мог найти в себе силы сопротивляться. Чан повиновался, загипнотизированный, и, оставив пижаму на полу, последовал за Хёнджином в воду. Хёнджин повел его глубже, но когда ноги Чана почти оторвались от дна бассейна, он остановился. «Дальше нельзя», — сказал он. Хёнджин оглянулся, но, увидев, что Чан серьезен, тоже остановился. Они стояли друг напротив друга всего мгновение, прежде чем Хёнджин нарушил тишину. «Ты помнишь, что я тебе сказал?» — спросил Хёнджин. Это могло быть всё что угодно, но Чан точно знал, что он имел в виду. «Снова». Они сказали это вместе, шепотом, молитвой и подтверждением. Хёнджин поднес руки Чана к своим плечам, готовые надавить и утащить его под воду. Чан немного запаниковал. «Подожди!», — сказал он, «а что, если…», — он задумался о разумности их действий. Все это происходило так быстро, что Чан даже не знал, чего ожидать. Он думал, что они поговорят об этом, а потом, если они решат сделать это снова, всё произойдёт дома, когда у них будет достаточно времени всё обдумать, а у Чана будет время на изучение. «А что, если я буду держать тебя слишком долго?» — остановился он. Хёнджин пожал плечами. «Ты ведь знаешь, что такое искусственное дыхание?» Вопрос был риторическим, и Хёнджин не стал дожидаться ответа. Он положил свои руки на руки Чана, прижал их к своим плечам и начал погружаться, поджав под себя длинные ноги. Он даже не потрудился сделать и вдоха. Его глаза были закрыты, когда он погрузился в воду, а его волосы развевались, создавая нимб. Он был прекрасен, как живая картина. Затем он открыл глаза. Это было возбуждающе. Доверие, волнение и покорность, там, во взгляде Хёнджина. Хватка Чана на нем усилилась, внутри него просыпался зверь. Хёнджин мог сказать, когда это произошло. Он подтолкнул вверх, проверяя, против хватки Чана. Чан не двинулся с места. Хёнджин ахнул, маленькие пузырьки воздуха вырвались изо рта, затем он внезапно расслабился. Его голова откинулась на плечи, а глаза прищурились. Они смотрели друг на друга целую вечность, сильная эрекция Чана была менее важна, чем его хватка на плечах Хёнджина. Наконец, тело Хёнджина воспротивилось. Чан заметил беспорядочную, не скоординированную борьбу, но не отпустил его сразу. Он продолжал удерживать его внизу. Один. Два. Три. Чан схватил его и вытащил на поверхность. Хёнджин закашлялся, легкие вздымались, тело содрогалось. Но как только он смог дышать... "Снова." Чан посмотрел ему в глаза и спросил: «Ты уверен?» В глазах Хёнджина не было никаких сомнений, только дикое желание. Поэтому Чан взял его за плечи и снова опустил под воду. На этот раз Чан позволил своему взгляду бродить по телу Хёнджина, обнаженному и почти сияющему в воде. Хёнджин тоже был твердым, может быть, даже сильнее, чем Чан. Чан все еще наблюдал за его эрекцией, когда Хёнджин снова потерял контроль. На этот раз это заняло меньше времени, и Чан подождал всего два счета, прежде чем вытащить его. Хёнджин задыхался, и Чан воспользовался моментом, чтобы прикоснуться к себе. Хёнджин выглядел пьяным, мягким и нескоординированным. Но он все равно встретился взглядом с Чаном. «Еще», — прохрипел он, и Чан взял прядь волос Хёнджина в кулак. Глаза Хёнджина закрылись от блаженства еще до того, как Чан заставил его голову опуститься под воду. Чан был возбуждён почти до боли. Он представил, как опускает голову Хёнджина к своей промежности, засовывая свой член в его рот. Он представил, как трахает его, держит его внизу, вбиваясь в него, тянет его вверх только для того, чтобы снова опустить его вниз, кончая в его борющееся тело. На этот раз, когда Хёнджин начал дёргатся, Чан немедленно поднял его обратно, слишком сложно настолько доверять себе, чтобы держать его там дольше. «Еще раз», — взмолился Хёнджин. Когда Чан не сделал этого, он добавил: «Всего один». Его рука скользнула вниз. «Мне просто нужен еще один». Он опустился, и Чан тоже прикоснулся к себе, он уже был близко, представляя, как кончает на Хёнджина, пока прижимает его ко дну. Когда Чан вытащил Хёнджина обратно на поверхность, тот спазматически бился, его тело разрывалось между желанием дышать и желанием кончить. Он схватил Хёнджина за волосы, положил голову на своё плечо и отбросил его руку в сторону. В теле Хёнджина не осталось сил, он был истощен борьбой и нехваткой воздуха, напряжения в его теле было столько же, сколько и слабости. Чан сделал всего пару движений рукой, и Хёнджин кончил. Его тело слабо билось в спазмах, пока голова покоилась на плече Чана. Когда он отдышался, Чан повёл их обратно к краю бассейна. Он прижимал Хёнджина к борту, пока доводил себя до оргазма. Хёнджин наблюдал из-под опущенных век. Наконец, Чан вынес Хёнджина из бассейна. С каждым шагом часть невесомости воды покидала их, и гравитация снова взяла верх. Ему нужно было положить Хёнджина на пол, но плитка рядом с бассейном была холодной под босыми ногами Чана. Поэтому вместо того, чтобы положить туда Хёнджина, Чан лег сам. Он прижал его к груди, используя себя как подушку и барьер, чтобы Хёнджин мог отдохнуть, пока они не будут готовы вернуться домой .