Ты останешься?

Гарри увлечённо рассказывает Гермионе о том, как Невилл Долгопупс мастерски (и по чистой случайности) смог обезвредить одного из самых сильных из оставшихся тёмных магов Ирландии. Гарри и Невилл выслеживали несостоявшуюся кучку Пожирателей Смерти в одной глухой ирландской деревне. Гарри яростно бился с человеком-вервольфом, который был под два метра ростом и с ужасающим шрамом, проходящим через всё лицо. Они прятались за домами, пытаясь достать друг друга заклинаниями, но крайне безуспешно. Лишь только огородные пугала и тыквы разлетались в стороны. Невилл, в то же время, стоял в открытом поле на окраине деревушки, крепко стискивая палочку перед собой. Это была крайне неудачная позиция для боя. Ни одного ограждения, за которое можно спрятаться. Он был идеальной мишенью. Впрочем, ровно такой же лёгкой мишенью являлся и неповоротливый толстый волшебник, стоявший напротив. Невилла охватила жуткая досада, что он оказался в таком невыгодном положении. Они бросались в лобовую атаку друг на друга, но всё это было безуспешно. Тёмный маг видит, что выхода нет. И решает пойти ва-банк: — Я узнал тебя, Долгопупс. По тебе плачет Круциатус, как и по твоим родителям. Невилл от неожиданности слегка опускает палочку. И в этот самый момент в него летит Экспеллиармус тёмного мага. Палочка выскальзывает из его рук и отлетает прочь. Тёмный волшебник гадко смеётся, обнажая свои гнилые зубы. Хищник любит сначала поиграть с жертвой, прежде чем убить её. И вдруг поднимается лёгкий, но настойчивый ветер. Невилл смотрит на мага таким взглядом, что у того сползает улыбка с лица. Он не провидец, но сейчас случится что-то нехорошее. Его и так не худое тело начинает заметно округляться… — Серьёзно? Невилл просто взял и раздул его в огромный шар? — Гермиона удивлённо вскидывает брови. — Да, прямо как я свою дражайшую тетушку Мардж. Гермиона заливается звонким смехом. Двое молодых людей сидят в маленьком магловском кафе в центре Лондона. Они заняли маленький круглый стол в самом дальнем углу. Вокруг царил мир и спокойствие, начиналось обеденное время. Гарри и Гермиона всегда любили гулять и заходить в кафе именно в магловском Лондоне. Для них эта «неволшебная» атмосфера была привычна, ведь до одиннадцати лет Гарри и Гермиона понятия не имели, что существует ещё и волшебный Лондон. К тому же в мире волшебников они были так знамениты, что не могли сесть и поговорить по душам где-нибудь в Косом переулке или Хогсмиде. Все взгляды обращались на них, как только они заходили в помещение. И это совершенно оправдано, ведь Гермиона — правая рука и главный помощник Министра Магии Кингсли Бруствера, а Гарри — генерал-Аврор в свои двадцать два года. За пять лет после войны они поднялись по карьерной лестнице так высоко, как никому не удавалось в столь юном возрасте. Кингсли Бруствер чинно заходит в зал заседаний Визенгамота. На нём длинная синяя мантия, которая волочится по полу. Старые волшебники из Совета Конфедерации Магов уже сидят в ожидании Главы магической Британии. — Господин Министр! — Рады вас видеть в здравии! Гермиона идёт сразу за Кингсли, прижимая к груди стопку пергаментов. Она была одета в изумрудный приталенный пиджак и такую же изумрудную длинную юбку. Тонкие ноги обрамляли аккуратные туфли на маленьком каблучке. Она носила их, чтобы хоть немного добавить себе росту. С последних рядов доносится приглушённый шёпот пожилой женщины: — Такая молодая, а уже советник Министра! — Что она может ему посоветовать? — отвечает ей старик в бордовой мантии. Гермиона слышит каждое слово. В ответ лишь вскидывает подбородок и смотрит прямо перед собой. Маленькие, узкие покатые плечи и тонкая талия. Огромная копна каштановых кучерявых волос. На вид такая хрупкая, но внутри — боец и воин, прошедший войну. Она была в самой гуще событий, видела множество смертей своих близких и рыдала над их телами. Морщины на лбу уже никогда не разгладятся, а седая прядь волос будет до старости напоминать ей об ужасах войны. К сожалению, Гермиона не могла похвастаться огромным жизненным опытом перед старыми волшебниками. Но она была, чёрт возьми, самой одарённой волшебницей этого века. И она заберёт весь их опыт. Все их знания. И в будущем, когда морщин и седых прядей будет чуточку больше, станет Министром Магии. Гарри Поттер не отстаёт от карьерных достижений Гермионы, но с избранным мальчиком дела обстоят иначе. Гарри после окончания войны сразу без экзаменов поступил в Академию Авроров. Но поскольку он победил самого могущественного тёмного волшебника всех времён и считался сильнейшим боевым магом Британии, его сразу же назначили генерал-аврором. Прямо во время учёбы в Академии. — Заклинание Патронуса может служить не только щитом от дементоров, но и передавать особо ценные послания… Гарри сидит за последней партой, скучающе смотря в окно. Рядом с ним его ровесники, которые уцелели после войны. Методично записывают каждое слово, что диктовал у доски аврор без ноги. Звенит звонок — и он первый вылетает из класса. Накидывает кожаную куртку на плечи, которая добавляет ему лет десять. Теперь он генерал-аврор. — На ваших допросах никто не должен умирать, вам ясно или нет?! — В его голосе самый твёрдый металл. Тёмные густые брови сведены к переносице. — Сэр, такого больше не повторится, — старый аврор без глаза косится на Гарри с подозрением и восхищением одновременно. Круглые очки на переносице всегда были его визитной карточкой, ровно также как и задумчивый стеклянный взгляд, по которому невозможно было понять, о чём он думает. Чёрные, как смоль, волосы немного взлохмачены. Длинные, аккуратные пальцы крутят между пальцев волшебную палочку. Вся правая ладонь в шрамах, напоминавших о войне лишь белыми зажившими полосками. По долгу службы ему нужно принимать решения касательно своих подчинённых. Одного наградить за выполнение задания, другого наказать за превышение полномочий. Всё это давит на Гарри тяжелейшим грузом. Гнетущая атмосфера нависает в его кабинете после очередного отчёта от старших авроров. Совсем юный молодой человек сидит за огромным столом. Над ним навис огромный купол с голубоватым отсветом, который окружал его защитными чарами. На столе царил полный беспорядок. Повсюду были раскиданы бумаги, личные дела авроров были сложены в огромную стопку, которая вот-вот рухнет. Самый юный генерал-аврор в истории закрыл глаза и нервно потирал виски. Затем он встал, задумчиво обошёл свой огромный круглый стол и облокотился об него бёдрами. Гарри был одет в коричневую потрёпанную кожаную куртку. Ярко-голубые глаза задумчиво смотрели в пустоту кабинета. На лбу проступили едва заметные морщины. Он медленно взглянул на часы на стене и затем уставился на дверь, в которую через пять минут ворвётся десяток авроров, наперебой кричащих о несправедливых назначениях. Слишком много ответственности, от которой он устал. Устал, потому что всю жизнь он положил на спасение мира. Но мир не отгородил, не прикрыл заботливой отеческой рукой от сложных выборов и ответственности, которую он вынужден взять на себя. Двое молодых людей сидели в магловском кафе и отчаянно пытались убежать от того мира, в котором им нужно быть взрослыми, сильными и справедливыми. Смех и шутки разбавляли их обеденный перерыв. Они были лучшими друзьями с самого детства и чувствовали себя легко и свободно друг с другом. Гарри искренне улыбается и смотрит на то, как Гермиона смеётся. Гермиона бросает взгляд на часы. — Гарри, нам пора возвращаться… Гарри меняется в лице. Уголки его губ выпрямляются. Ему грустно прощаться с этой умиротворяющей атмосферой. Он хочет остаться ещё. — Я посижу немного, — бросает он Гермионе и склоняется над своей чашкой с чёрным чаем, помешивая уже растворившийся сахар. Гермиона кидает волнующийся взгляд на Гарри. — Гарри, тебе нельзя опаздывать, ты же главный аврор! — Гермиона отчитывает Гарри и попутно запихивает все свои документы в сумку. — Именно поэтому я могу задержаться, — уголки его губ трогает ухмылка, а глаза хитро сверкают. Гермиона недовольно цокает языком, но всё-таки улыбается в ответ. Молодая ведьма с огромной копной каштановых волос до самого пояса стучит маленькими каблуками по тротуару, вспоминая попутно о задании, которое дал ей начальник, Кингсли Бруствер, и начинает на ходу доставать нужные ей бумаги. Прямо на неё идёт высокий молодой человек, его темно-коричневые глаза точно нацелены на Гермиону Грейнджер так, будто он знает ее уже очень давно. Гермиона все еще копошится в бумагах, не замечая надвигающегося на нее человека, или, возможно, целую катастрофу. Мужчина резко опускает голову и натужно вглядывается в часы на своей руке, высчитывая что-то в уме и бесшумно шевеля губами. Столкновение плечами — и у Гермионы выпадают все бумаги из рук. Гермиона охает и резко тянется вниз за разлетающимися листками. — Мисс, прошу прощения! — волнующимся голосом говорит мужчина, нагибаясь к Гермионе, чтобы помочь собрать бумаги. — Ничего страшного, — Гермиона мысленно молится, чтобы мужчина не заглянул в бумаги. Если он магл, то подумает, что она сумасшедшая. В бумагах было свидетельство о создании официального профсоюза для защиты эльфов-домовиков, кратко и скромно названного Г.А.В.Н.Э. Гермиона поднимает бумаги и попутно бросает взгляд на мужчину. Идеальные, будто высеченные самым умелым скульптором, плечи. Черные, как смоль, шелковистые волосы, слегка закручивающиеся к концам. Темно-карие глаза, заглядывая в которые, проваливаешься в бездну. Но улыбка — самая теплая и обворожительная, какую Гермиона только видела в своей жизни. Или, возможно, ей так казалось. — Меня зовут Натаниэль, — улыбается идеально ровными зубами и сверкая темно-карими глазами, произносит мужчина. — П-приятно познакомиться, я Гермиона, — пролепетала молодая девушка, опуская глаза. Молодой человек произвел на нее приятное впечатление, поэтому она позволила себе слегка улыбнуться. — Мне очень жаль, надеюсь, вы не потеряли ни одной важной бумаги, — глаза Натаниэля выражают искреннюю надежду, дополняемую слегка поднятой правой бровью. — Правда, не стоит, вы достаточно помогли мне, — Гермиона слегка мешкается, пытаясь аккуратно сложить бумаги в стопку, но безуспешно. — Гермиона, скажите, могу ли я пригласить вас на чашечку кофе? Скажем, в Косой переулок? Гермиона застыла с открытым ртом. — Как вы узнали, что я волшебница? — волосы Гермионы были слегка взъерошены, а глаза округлились до невероятных размеров. — От вас летят волшебные искры, когда вы волнуетесь, — беспечно и с до невозможности обаятельной улыбкой сказал Натаниэль. Щеки Гермионы покрывает легкий румянец. У нее появляется ощущение, что она уже где-то видела Натаниэля, но вот совсем не может вспомнить, где именно. Лишь волнение, которое поднялось в ней, как только она посмотрела в его бездонные глаза, подсказало, что обстоятельства были явно непростые. — Скажите, Натаниэль, мы с вами нигде не встречались? — спрашивает волнующимся голосом Гермиона. Губы молодого человека трогает ухмылка. — Возможно, но не в этом мире. Гермиона вглядывается в лицо парня. На вид он не старше двадцати пяти. Высок, строен и обворожителен. Идеальная осанка и безупречные манеры. Движения плавные и уверенные. Одет в черный костюм, который идеально сидит по его широким плечам. — Да, мы можем поболтать в мой обеденный перерыв, — мягко соглашается Гермиона. В это время шрам Гарри болезненно засаднил впервые за много лет.