Ты останешься?

Чтобы поджечь лес, нужна всего лишь одна спичка.

Гермиона открывает глаза и видит перед собой белый резной потолок. Голова раскалывается, будто сотни маленьких ножей вонзились в череп. Она резко поднимается с кровати, оглядывая комнату. Гермиона понимает, что она находится в спальне очень богатого особняка. Первая здравая мысль, которая пронзает её голову — нужно срочно аппарировать отсюда. Она закрывает глаза и представляет Риджент-Стрит. — Проклятие, — шепчет Гермиона вслух. Её тело пронзает неприятная вибрация. В доме наложен запрет на трансгрессию. Комната, обставленная мебелью из темного дуба, выглядит зловеще. Внутреннее чувство подсказывает Гермионе, что ей точно придется защищаться. Она начинает прощупывать пальцами кровать на предмет волшебной палочки. Затем Гермиона оборачивается на прикроватную тумбочку и с облегчением вздыхает. Палочка с закручивающейся вокруг неё веткой виноградной лозы мирно покоилась на тумбочке. Рядом стояла пустая фарфоровая чашечка на блюдце. Кое-кто был очень заботлив. — Агуаменти, — хриплым голосом произносит Гермиона. Чашка тут же наполняется холодной водой. Гермиона делает глоток, и по телу разливается приятное облегчение. Она ставит чашечку обратно, и та неприятно звенит от соприкосновения с блюдцем. В голову Гермионы опять вонзились по меньшей мере десяток ножей. Вчера вечером происходило очень много странных событий, Гермиона это прекрасно понимала. А еще она осознавала, что все эти события связаны с ее новым знакомым. Натаниэль. Высокий темноволосый волшебник, взявшийся из ниоткуда на магловской улице Лондона. Ничего не знающий о современном мире и его новых реалиях. Сердце пронзает тупой болью, когда она вспоминает, что встретила своих родителей. Самые близкие для Гермионы люди, которые даже не помнят её. Это была самая большая её жертва во время войны. У неё больше не осталось никого. Она чувствовала себя неимоверно одинокой в магическом мире, словно опора ушла из-под её ног. Неудивительно, что у неё началась паника, когда она их встретила и заглянула в некогда родные глаза. От этих пустых глаз, которые смотрели на неё как на незнакомку, Гермионе хотелось выть. Но раньше она всегда справлялась с накатывавшими на нее эмоциями. В этот раз всё было по-другому. Гермиона никак не могла совладать с собой, будто кто-то дергал за невидимые ниточки. Мог ли это быть Нейт? Невозможно, она была сильнейшим окклюментом. Никто не мог пробить её ментальные щиты. У неё был самый лучший учитель. Гарри. Гарри Поттер. Гермиона решила, что займется анализом прошедшего вечера позже. Сейчас ей нужно выбраться из этого зловещего дома. Она вскочила с кровати, быстро надевая аккуратные туфли-лодочки. Заклинанием разгладила платье и поправила растрепавшиеся длинные волосы. Гермиона опускает холодную металлическую ручку двери и шагает в темноту коридора. — Люмос, —произносит она. На конце её палочки зажигается яркий шар света. Её комната находилась в тупике, поэтому не нужно было выбирать, в какую сторону идти. На стенах висели портреты волшебников в дорогих фраках. Все они мирно спали в своих рамах, или делали вид что спали. Гермионе показалось, что лица волшебников ей очень знакомы. Вдруг Гермиона видит, что слева от неё незапертая дверь, из которой струится белая полоска света. Любопытство сжирает её целиком, но она не спешит входить внутрь. — Ревелио, — едва слышно шепчет Гермиона. На удивление, никаких чар на комнату наложено не было. Только в дальнем углу комнаты светился ярко-синий прямоугольник. Возможно, это были опасные скрытые чары, но любопытство Гермионы уже невозможно было унять. Она аккуратно толкает дверь и заходит в комнату. Перед ней совершенно обычный, ничем не примечательный кабинет. Только уж больно тёмный. Стены были выкрашены в чёрный цвет, а вся мебель была сделана из дуба. На большом столе царил идеальный порядок. Чёрные и белые перья аккуратно стояли в баночке. Рядом лежала стопка чистых пергаментов. Гермиона оценила безупречную обстановку на столе, но её интересовал светящийся стеллаж с книгами в конце комнаты. Она медленными аккуратными шагами подошла к нему и начала вглядываться в корешки книг. Франц Кафка, Фридрих Ницше, Жан-Поль Сартр… Магловские философы? Какому волшебнику пришло в голову скрыть магические книги под видом магловских? Гермиона ухмыляется. Чистокровные волшебники не знают этих книг, и наверняка не обратили бы внимание на непонятные имена. Она решает начать с лёгкого заклинания. — Фините, — уверенно произносит Гермиона. Ничего не происходит. Она чувствует, что из книг сочится чёрная энергия и хмурится. Просто так она не сможет снять такие сильные тёмные чары. Но ей и не нужно. Гермионе достаточно просто приоткрыть завесу, поднять словно шторку. От этой мысли сердце Гермионы начинает стучать быстрее. — Фините Инкантатум, — Гермиона аккуратно ведёт палочкой снизу вверх. Чары приоткрывают стеллаж с настоящими названиями книг. В её глазах мелькает ужас, когда она скользит по корешкам. Это было собрание книг по Наитемнейшей магии. Тайны Наитемнейшего Искусства, Инферналы и способы их создания, Непростительные заклятия… Сердце подскакивает к горлу. У Гермионы начинается очень сильная тревога. Она знает, что увидела то, что не следовало. Глаза натыкаются на выделяющуюся из всех, толстенную книгу в ярко-синем переплете. Она читает надпись на корешке:

Полотно времени.

Невидимая золотая нить прошлого и будущего.

Фредерик Фишборн

Гермиона никогда не слышала о такой книге. Это явно что-то запрещенное. Такую вещь не купишь в «Фолиантах и Свитках». В её голове начинают пролетать мысли, но вдруг она слышит, как ручка двери начинает скрипеть. Всё это время держа палочку наверху, она резко опускает её. Невидимая штора бесшумно падает обратно. Она делает рывок от стеллажа к окну. Высокий брюнет в чёрной рубашке медленно заходит в комнату. В руке палочка из белого дерева. Хищный оскал резко сменяется самой сладкой улыбкой. — Юная мисс, как вы себя чувствуете? Вы меня изрядно напугали вчера, — он подходит к Гермионе, по пути разглядывая кабинет. — Я в порядке. Спасибо, — на выдохе произносит Гермиона. Ей нужно отвлечь его, а заодно и себя от увиденного. — Нейт, у тебя такая необычная палочка… Из какого она дерева? — Гермиона опускает глаза вниз, пытаясь спрятать волнение. — Берёза. Я отнял её у одного волшебника в России, — заключает Натаниэль и кидает взгляд на стеллаж. Она инстинктивно поворачивает голову за Нейтом. Вдруг она замечает, что стеллаж странно мерцает белым светом. Проклятье. Она повредила защитные чары. Глаза Нейта расширяются, как будто он ошеломлен. Он поворачивает раздражённый взгляд на Гермиону. Она смотрит на него снизу вверх. Силы не равны, но она готова защищаться. Гермиона стискивает палочку у себя за спиной. —Гермиона, это, — Нейт нежно разворачивает её к стеллажу с книгами — необходимые знания. Если ты хочешь бороться, тебе нужно знать своего врага. Его мотивы и… желания. Натаниэль стоит сзади Гермионы. Она чувствует, как её макушка упирается ему в грудь. Ей становится неловко от его близости, и она поворачивается к нему лицом: — Нейт, кто твой враг? — взволнованно спрашивает Гермиона. Она храбро поднимает подбородок. На губах Натаниэля появляется ухмылка. Чёрные брови надменно взлетели вверх: —Неважно, кто мой враг. Важно, кто мой друг, — он наклоняется к Гермионе, и его дыхание согревает её лицо. Он останавливается в миллиметрах от её рта, и ищет её взгляд. — Я хочу, чтобы ты была моим другом, — он пристально смотрит черными, бездонными глазами без зрачков. От него пахнет чёрным пачули и гибискусом. Гермиона делает шаг назад и отворачивается к окну. — Зачем тебе такой друг, как я? — Ты умна. Невообразимо умна. Возможно, самая одаренная волшебница этого века. Гермиона ухмыляется. Он хорошо её изучил. — А зачем мне такой друг, как ты? — уверенно спрашивает она. Его глаза начинают блестеть недобрым огнём. Чёрный закручивающийся локон спадает на лоб. — Я вижу, как тебя недооценивают в Министерстве. Во всех газетах, что я читал, ты всегда стоишь позади Министра Бруствера, — Натаниэль кладет руку с длинными пальцами на её плечо и спускается вниз до талии. — Ты его правая рука, но всегда остаешься в тени, — он поднимает взгляд на окно и смотрит туда, куда и Гермиона. За окном простилается огромный сад из кроваво-красных роз. — Если бы ты была моим другом, твой ум и трудолюбие были бы вознаграждены, — его голос низкий, бархатный. Каждое слово звучит так мягко, будто он сейчас замурчит. Гермиона поворачивается к Нейту. Тонкие ровные губы больше не кривятся в ухмылке. Он смотрит прямо ей в глаза, ожидая ответа. Его рука всё ещё остается на талии Гермионы. Она оглядывает его лицо. Ей кажется, что она в жизни не встречала такого красивого мужчину. Но вдруг она замечает маленькое несовершенство на этом безупречном лице. На его правой скуле порез, будто от ножа. Натаниэль видит, куда устремлен её взгляд, и резко сжимает челюсть. Секундный порыв, который Гермиона не успевает проконтролировать — и она тянется к пораненной скуле, шепотом произнося заклинание. Рана тут же исчезает, и кожа становится идеально ровной и белоснежной, как и была. Натаниэль пристально смотрит на Гермиону. Её рука слегка дергается, и она пальцами проходится по тому месту, где секунду назад был порез. Нейт накрывает своими тонкими длинными пальцами её маленькую руку и медленно отводит от своего лица. — Ох, извини. Мне не стоило, — Гермиона чувствует себя так, будто кинулась ему на шею. Натаниэль наклоняет голову вбок, не отрывая от неё своих тёмно-карих глаз: —Спасибо. Никто никогда не заботился обо мне…так. — на выдохе произносит он. В его глазах промелькнуло волнение, а затем взгляд стал печальным. Они смотрели друг на друга не отрываясь. Черная бездна накрывала Гермиону с головой, и она уже догадывалась, что она в ней тонет. Вдруг за дверью доносятся крики. — Что происходит? — взволнованно спрашивает Гермиона. Нейт хватает её за плечи и резко аппарирует. Они приземляются под мостом на окраине Лондона. От неожиданности Гермиона теряет равновесие, но Нейт держит её крепкой хваткой. — Подумай о моём предложении, — Нейт исчезает и Гермиона остается одна. Она выходит из-под тени моста и смотрит вверх. Серое и облачное небо. Звенящая тишина.

***

Как только Гермиона возвращается домой, она сразу скидывает платье и каблуки и идет в душ. Ей очень хочется смыть с себя вчерашний вечер, и заодно утро. Она упирается лбом в плитку душа, и начинает думать. Вспоминает их первое знакомство на улице. Оно было таким неожиданным. Таким… странным? Нейт просто узнал волшебницу в центре магловского Лондона? Гермиона выходит из душа и закутывается в полотенце. Падает на кровать и смотрит в потолок. Нейт появился неизвестно откуда, живет неизвестно где, и хранит в своем кабинете целый арсенал наитемнейших книг. Он точно не был простым магом. Гермиона с тревогой вспоминает его чёрные, сливающиеся со зрачками глаза. Такие глаза не могут быть у светлых волшебников. Это глаза бездны. Она рывком встает и садится за аккуратный деревянный стол. Ей нужно срочно обсудить всё с близким человеком. Который поймёт её. Она набирает в грудь побольше воздуха и пишет:

Гарри, открой мне камин. У меня плохие новости.

Г.Г.

***

Гарри сидит за столом, устало потирая виски. Он только что вернулся с очередного совещания авроров, и последний, кого он ожидал увидеть у себя дома в такой поздний час, — Гермиону с горящими глазами и чашкой чая, сжатой в руках. — Гермиона, что случилось? Она начинает сбивчиво и быстро тараторить: — Я познакомилась с одним человеком. Его зовут Натаниэль Палмер. Мы случайно столкнулись на улице, и… не знаю, почему, но мне показалось, что он какой-то… странный. Гарри хмурится. — Ты позвала меня сюда, потому что парень показался тебе странным? — Гарри, он знает вещи, которые не должен знать. У него дома полки забиты книгами по Тёмным Искусствам, и— Гарри, слушай — у него есть книга о путешествиях во времени! Гарри не сводит глаз с Гермионы, которая ходит взад-вперед по его гостиной в бордовых спортивных штанах и домашней футболке. Он непонимающе хмурится: — И? — Я думаю… я думаю, что это может быть Том Риддл, — последние два слова Гермиона произносит заговорщеским шёпотом. От заявления Гермионы Гарри прошибает холодным потом. Том Риддл. Эти два слова прозвучали так нереально, что первой мыслью Гарри было рассмеяться. Сказать Гермионе, что она сошла с ума, что это невозможно. Но потом он вспомнил. Резкая, неожиданная боль, пронзившая его шрам неделю назад. Он тогда не придал этому значения — может, не захотел придавать. Ведь с тех пор, как они победили Волан-де-Морта пал, его шрам молчал. Годы тишины. А потом — внезапный, короткий укол боли, словно молния по виску. А еще были слова Розье. Розье-младший, сын одного из Пожирателей Смерти. Гарри Поттер выбил из него всю дурь на допросе. Но первые слова, которые Адриан сказал Гарри, он запомнил очень хорошо: «Хозяин дорого заплатит мне за твою голову» Хозяин. Тогда Гарри решил, что это просто пафосная угроза. Обычные слова разочарованного последователя павшего Лорда. Но теперь… Теперь всё это складывалось в слишком пугающий узор. Он медленно поднял глаза на Гермиону. — Когда ты его встретила? — Неделю назад, — ответила она, поправляю выбившуюся прядь за ухо. — Почему ты спрашиваешь? Гарри провёл языком по пересохшим губам. — Потому что именно неделю назад мой шрам заболел. Впервые за все эти годы. На секунду Гермиона замерла, её пальцы сжались на чашке так, что костяшки побелели. — Это не может быть совпадением, — выдохнула она. Гарри сглотнул, чувствуя, как в груди поднимается холодная, липкая тревога. — Нет, — тихо сказал он. — Не может. Гермиона подходит к Гарри, который сидит за столом со стеклянными глазами. Она берёт его за руку и взволнованно смотрит на своего друга. Вся его правая рука с заживших шрамах. Он сжимает её маленькую руку в ответ. — Но для начала, — стальным голосом произносит Гарри, — Мы должны всё проверить. — Тебе нужно проверить все базы волшебников Англии и сделать запрос в Россию, — назидательно заключает Гермиона, садясь на край стола — А я пойду… —В библиотеку, — Гарри перебивает её и игриво смотрит из-под густых черных бровей. Гермиона толкает его рукой в плечо и давит улыбку. Ей становится чуточку теплее на душе.

***

Гарри стоит в белой рубашке и белых широких штанах. Смотрит светло-голубыми глазами прямо, не отрываясь. Вокруг темный лес и кромешная темнота. Неожиданно сверху на него начинает капать красная, густая кровь. Она стекает по его волосам, которые тяжелеют и прилипают ко лбу. Кровь впитывается в белоснежную рубашку. Она стекает по его лицу, густая, как мед. Гарри ведет по лицу рукой и размазывая кровь еще сильнее. Он вздрагивает, потому что ему на плечо ложится маленькая, аккуратная рука. Гарри оборачивается и видит Гермиону в белом платье. Её кожа светится в лунном свете. Она выглядит, как самый чистый ангел. Гарри притягивает её к себе, и нежно целует, кладя руку на шею. Поскольку он весь в крови, платье Гермионы окрашивается в красный цвет, как и её губы. Все участки её тела, к которым прикасается Гарри, окрашиваются в кроваво-красные пятна. Он отстраняется и заглядывает ей в глаза. Вдруг из её рта начинает хлестать кровь. Гермиона улыбается и смеется, захлебываясь. Гарри резко открывает глаза и хватает палочку с тумбы: — Люмос! — испуганно кричит он. На конце его палочки загорается шар света. Он оглядывает свою комнату. Гермионы тут нет, а сам он одет не в белое одеяние мертвеца, а в чёрные спортивные штаны. Весь его торс исписан шрамами, будто историей прошлого. Гарри хватается за голову, понимая, что это был его ночный кошмар. Его всё ещё потряхивает. Чтобы хоть как-то отвлечься, Гарри выходит к себе во двор и закуривают сигарету. Зелёный дым, мягко светящийся в темноте, поднимается к нему. Он стоит, опершись на беседку плечом, и чувствует, как его окутывает липкий страх. Как же давно у него не было кошмаров. Как же давно он не боялся за жизни своих близких. И почему ему приснилось, будто он целует Гермиону? Бессмыслица какая-то.

***

Авроат. Гарри Поттер сидит в своем кабинете за длинным дубовым столом. Вокруг него мерцает защитная магия. Он неотрывно смотрит на дверь. Дверь его кабинета медленно отворяется. К нему в кабинет заходит Амальдо Вудс, его патрульный аврор. Его походка выглядит так, будто он заходит не в кабинет к своему начальнику, а в бар на окраине Лондона. Лицо не выражает ровным счетом ничего. — Здравствуй, Омальдо. — Мистер Поттер, — Вудс услужливо склоняет голову. Гарри встает из-за своего стола и медленно обходит его. — Как прошел обыск ресторана Турандот? —Без происшествий, сэр — Совсем ничего интересного? — нетерпеливо спрашивает Поттер. — Ничего, сэр, — отчеканивает Вудс. — Почему ты не рассказываешь мне, что встретился в Турандондоте с мисс Грейнджер? — Гарри сжимает челюсть от напряжения. —Не понимаю, о чём вы, сэр. Мисс Грейнджер не ходит в такие места, это всем известно. Гарри раздраженно выдыхает и пристально смотрит в лицо Вудса. Ни одной эмоции на лице. Полнейшая отстраненность. Гарри опускает голову вниз, отворачивается от Омальдо и задумчиво смотрит на книжные стеллажи. Затем он резко вскидывает палочку: — Фините Инкантатем! — Гарри бросает заклинание в Вудса. Аврор на секунду замирает, а затем его глаза приобретают осознанный взгляд. Он озадаченно смотрит на своего начальника и озирается по сторонам. — Поздравляю, Вудс, мы нашли лидера Отголосков Бездны.

***

Вечер пятницы. Гермиона блуждает между длинными стеллажами книг. Библиотека Министерства была огромна, но она чувствовала себя в ней как дома. Запах старых книг давно проник и поселился в ее легких. Гермионе Грейнджер без проблем дали доступ в отдельную секретную Библиотеку Невыразимцев, поскольку она была правой рукой Министра Магии. Помощница Кингсли Бруствера с лёгкостью подделала его подпись на разрешении о допуске. Гермиона проводит пальцами по корешкам в поиске той самой книги в ярко-синем переплете, которую она увидела в кабинете Натаниэля. Эта книга объяснила бы все его странности. Гермионе было очень страшно от мысли, что Волан-Де-Морт мог вернуться из прошлого. Но она должна докопаться до истины, какой бы устрашающей она ни была. Вдруг она слышит уверенные, выверенные шаги позади себя. Она узнает эту походку всегда. — Гарри… — Вудс был под Империусом. Гермиона резко оборачивается и встречается с взволнованными голубыми глазами. — Нам нужно в запретную секцию Наитемнейших искусств. — она хватает друга за руку и тащит в тёмный угол библиотеки. Гермиона сидит за длинным узким столом, перед ней стоит стопка из нескольких десятков книг по Тёмной магии. Каждую она методично проверяет на скрытые чары, читает и откладывает в сторону. Гарри, опершись бедром на стол, скучающе наблюдает за склонившейся над книгами девушкой. — Всё не то. Не то! — Гермиона всплескивает руками. В порыве негодования хватает последнюю книгу из стопки и раскрывает её, забыв проверить на скрытые чары. Из книги начинает валить чёрный, ядовитый дым. Он расползается по столу будто жидкость и спускается на пол, окутывая их темнотой. —Брось ее! — командует Гарри. Гермиона, будто выйдя из оцепенения, резко кидает книгу на стол и отступает к Гарри. Прямо со страниц книги сходит чёрное костлявое существо. В библиотеке становится нестерпимо холодно и уныло. Гарри слышит оглушительный крик в своей голове. Это крик его матери. Каждый раз, когда он встречал дементора, он слышал этот крик о помощи. И никогда не мог прийти и спасти её. Он стискивает палочку и мучительно ищет счастливое воспоминание. Дементор уже склонился над Гермионой. — Экспекто Патронум! — срывающимся голосом кричит Гарри. За его спиной вырастает голубой мерцающий олень. Он прыгает прямо на стол и становится копытами на книгу. Дементора засасывает обратно на страницы и книга с хлопком закрывается. Гарри хватает Гермиону за плечи и рывком разворачивает к себе: — Не делай так больше. У меня больше нет счастливых воспоминаний. — Брось. А как же этот вечер? — Гермиона игриво улыбается. Взгляд Гарри смягчается, когда он видит, что с Гермионой все в порядке. Но он не спешит отпускать её плечи. Она смотрит на Гарри и замечает шрам на его правой скуле. Будто от пореза. — Гарри, откуда у тебя этот шрам? — сердце Гермионы уходит в пятки. Ей кажется, что она попала в замкнутый круг из совпадений. — Меня задело Диффиндо в бою. А что? Гермиона вспоминает Нейта. Шрам на скуле. Его холодные пальцы. Стеллаж с книгами. Сартр, Кафка, Ницше… Эта книга спрятана очень хорошо. Просто блестяще. Она оборачивается и стрелой несется в отдел с магловскими книгами. Гарри, уже привыкший к внезапным озарениям Гермионы, вздыхает и бежит за ней. Дрожащими руками Гермиона перебирает книги философов двадцатого века. Замечает ярко-синий переплет:

Дж. Уитроу. Естественная философия времени.

Гермиона направляет палочку и взволнованно шепчет заклинание. Защитные чары моментально спадают, и на книге появляется совершенно другое название:

Полотно времени.

Невидимая золотая нить прошлого и будущего.

Фредерик Фишборн

У Гермионы ощущение, что земля сейчас уйдет из-под её ног. Она стоит на очень высокой лестнице, которая угрожающе покачивается. Гарри медленно подходит к Гермионе и слегка придерживает её за колени, чтобы та случайно не свалилась. Тем временем её взгляд уже скользит по оглавлению: Маховики времени и способы их создания, Возвращение в прошлое и последствия для волшебника, Способы перемещения в будущее… — Вот оно, — Гермиона уже сгорает от любопытства и ужаса одновременно. Она читает вслух: Считается, что перемещения в будущее невозможны. Маховик времени, великий и таинственный артефакт, способен лишь вернуть нас назад, в прошлое, открывая двери забытых эпох и давно ушедших событий. Он не наделён силой перемещать в будущее, где время ещё не стало историей. Не существует в мире таких волшебных предметов или алхимических снадобий, способных перенести человека в ещё не наступившее время. Вся сила магии, всех алхимических опытов и научных изысканий нацелена исключительно на связь с тем, что уже было, но никогда не с тем, что будет. Однако, волшебник всё же может переместиться в будущее, но совершенно другим способом. В далеком прошлом существовала волшебница по имени Исидора Морганак, чье имя прошло через века как символ силы и безумия. Она провела особый магический обряд, целью которого было извлечение самых темных и страшных мыслей, эмоций и страхов других людей. Исидора стремилась избавить мир от боли и страданий, но её амбиции привели к созданию опасного сгустка черной энергии, способного уничтожить всё на своем пути. Этот сгусток был не просто магической субстанцией — это был источник абсолютной разрушительной силы, наполненный самыми темными аспектами человеческой души. Завладев хотя бы частичкой этой энергии, волшебник получал невообразимую власть. Он становился повелителем времени, способным менять ход событий, манипулировать течением истории и даже переписать будущее. Его власть над пространством и временем не знала преграды: волшебник мог ткать нити вселенной, изменяя их по своему желанию. Однако с этим могуществом приходила и смертельная опасность. Сгусток черной энергии был столь сильным и непредсказуемым, что его использующие могли сойти с ума, потерять свою человеческую сущность и стать частью вечной тьмы. — Как такое возможно? Мерлин, я не понимаю! — ругается Гарри. Он сжимает пальцами переносицу. — Макгнонаглл всегда говорила, что нельзя вмешиваться в прошлое. Это может привести к катастрофе. Но она ничего не говорила о будущем, — мрачно поднимает глаза Гермиона. — То, что Том Риддл прилетел в будущее приведёт к пиздец какой катастрофе! — Гарри уже на грани истерики. Вдруг они слышат грохот у соседнего стеллажа. Это Долгопупс задел стойку с книгами и благополучно повалил ее на пол. Он смущённо поправляет очки: — Гарри, я выяснил кое-что о человеке, которого ты просил найти. Гарри и Гермиона задерживают дыхание и выжидательно смотрят на Невилла. — Натаниэль Палмер родился в 1926 году в деревне Фелдкрофт. Это недалеко от Хогвартса. Это год рождения Тома Риддла. Гарри знает каждую важную дату его жизни. — Блять! — Гарри бьёт по столу широкой ладонью. — Невилл, спасибо. Ты можешь идти, — Гермиона с тревогой косится на Гарри, который уже держится обоими руками за голову. — Если что, я всегда готов помочь, — Невилл разворачивается и уходит, не задавая лишних вопросов. Долгопупс скрывается за стеллажами книг, и повисает длинная, тяжелая пауза. Каждый почувствовал, что это начало новой битвы. — Гермиона, есть только один способ достать Тома Риддла и снова уничтожить, — Гарри нервно поправляет свои чёрные волосы. — Ты должна встретится с ним снова. Ему очень гадко от самого себя. Будто он посылает её на верную смерть. Но по-другому он и близко не сможет подступится к Волан-де-Морту. В ту же секунду в библиотеку залетает огромная сова и роняет Гермионе на руки конверт. Чёрная бумага с золотыми витиеватыми буквами на ней. Она дрожащими пальцами разворачивает письмо:

20.00. Кафе Флориана Фортескью.

Жду тебя в розовом.

Твой друг,

Натаниэль П.