Опровергая ненависть

Доказывая мнимую ненависть, справишься ли с последствиями?.. С каких пор видеть непролитые слезы в его глазах – стало чем-то неподъемно тяжёлым, ощущалось, как странная горечь на языке, как… как праведная пощёчина? Непролитые слезы и отсутствие ответа, лишь дрогнувшие губы. Хотя наверно вся проблема в том, что это зрелище стало очевидным для Саймона впервые, вот прям сейчас, на этом балу мастей, будь он неладен. Кристофер спросил что-то будничное, смущаясь, тихо. Что-то типа «как дела?». Занятно, если учесть, что со второго курса все их разговоры превращались в грызню, потом в грызню одностороннюю, потом после возвращения из вражеского стана и доказательств, что это была стратегия мнимого предательства, дабы ударить Пикового Короля в его же тылу, Саймон только и смотрел с таким презрением, что Крис даже перестал с ним говорить в прошлом семестре и близко не подходил. А сейчас вот те раз, на последнем курсе вдруг снова решил попытаться. Винд отреагировал в привычной манере раньше, чем успел как следует подумать. - Ты смеёшься?- он прошипел едва слышно. – Когда до тебя дойдет, что моя жизнь и мои дела тебя никак не касаются? Мы никогда не были друзьями, я просто соврал светлячкам, чтоб они помогли сбежать мне. Я даже собирался сначала бросить тебя, а ты прицепился. Ну я и пожалел. И постоянно жалел. А ты мне всю жизнь испортил. Не приближайся и не прикасайся ко мне, тупица с Края Света. Это было сказано тихо, слышал только Крис. Он ошарашенно моргнул, приоткрыл рот, чтобы что-то ответить. А потом будто обмяк виновато, снова моргнул… развернулся и ушел куда-то в сторону. - Что тут у вас, страсти влюблённых? – ляпнул непонятно откуда появившийся Гилберт. Саймон закатил глаза и сморщился: - Не говори ерунды! - Тогда почему твои уши так покраснели? Винд сморщился снова. Ему стало дурно. Он сам не знал, с чего вдруг вспомнил тот случай в лесу. Да, он первый назвал себя другом Кристофера и да, он действительно некотором смысле хотел таким образом заручиться поддержкой жучков. Но это не было единственной причиной: он всегда так себе говорил. Было в Кристофере то, что всегда его притягивало. Каким бы недотёпой порой ни был Клин, мальчиком, влипающим в проблемы чуть ли на каждом шагу – а заодно втягивал друзей, шумным, непоседливым, эмоциональным… он был честным, наивным в некоторых вопросах, искренне восхищался чужими талантами, всегда готов помочь людям в беде. Даже Вильгельм недавно как-то неуверенно спросил, почему Сай не общается с «этим дурачком с пиратского корабля». - Тебя-то это с чего волнует?- вяло огрызнулся Саймон тогда. Вильгельм сначала смотрел в окно, у которого стоял, потом рассеянно поглядел на младшего братца: - Он один в тебе видел то, чего не видели другие. Честь рыцаря. Тебе бы стоило хоть немного ценить тех, кто видит в тебе что-то хорошее. Этот дурачок даже расплакался, как ребенок, так его задело, что мы с Гервином обсуждали тебя. А ты ему морду набил из-за каких-то своих истерик,- устало вздохнул Виль. – Нет, все же, не умеешь ты ценить хорошее отношение, братец. Саймону очень хотелось послать его куда подальше, но в итоге он лишь закатил глаза и ушел. Потому что брат был прав. По крайней мере, в некоторых вещах. И сейчас, на балу, вспоминая разговор двухмесячной давности, он смотрел на Криса, который устроился на стуле в дальнем углу зала. Осознание правоты Вильгельма кольнуло его ещё раз. А ещё сильнее кольнуло осознание того, каким уставшим и измученным, побитым жизнью казался Кристофер. Его глаза потускнели, в них больше не было огонька интереса к окружающему миру. Раньше Крис с жадностью поглощал всю информацию, и по глазам было видно, что он не знает, за что схватиться. Теперь этого огонька не было. Похоже, несколько лет постоянной борьбы с Айртоном Двейном, испытаний, открытий о его собственном происхождении и всяческих странных претензий к нему – он растерял моральные силы. От его побледневшего и даже будто посеревшего болезненно лица стало не по себе. Вспомнилось, как Клин на первом курсе угодил в больничное крыло из-за выходки Сая. Хотя сейчас все выглядит как-то и того похуже. Он сидел на стуле, немного вытянув ногу. Видимо, травма из последнего боя с Пиковым королём – был и сильный порез, и сложный перелом – все ещё болела. Тем паче, что Крис и отдыха ей не давал, как вышел из больницы святого Ромбуса и перешёл на последний курс, возобновил тренировки. Мадам Жаклин подошла к нему и уж было начала нудить на тему танцев, но осеклась, взглянув на его изможденное лицо, вытянутую ногу… а так же странное выражение лица леди Катарины: она вроде и улыбалась, состроив самую милую мордашку, на какую была способна, но слегка сощурилась, и в этом было что-то угрожающее. Стояла Бубновая Дама рядом со стулом Клина, щебеча о чем-то с Мартой. Леди Спарклинг в свою очередь даже не попыталась изобразить подобающее уважение к наставнице. Похоже, они сговорились охранять Криса от лишних посягательств со стороны заполошной преподавательницы этикета. Катарина иногда лепетала какие-то нежности и подталкивала к Крису какие-то десерты, но хотя бы больше не называла женихом. Саймон отвел взгляд и сморщился, вспоминая тот самый год. Вот к нему самому подошли давние приятели, Робб и Оливер, так что Сай решил хорошей мыслью отвлечься на разговор, пока Клин не заметил, как Саймон на него пялится. Однако когда разговор окончился, он вдруг заметил, что Кристофер, прихрамывая и странно мелко часто содрогаясь, покидал зал. Тростью он не пользовался. Но у Саймона появилось ощущение, что ему самому больно на это смотреть. Физически. - Не хотите пойти за ним, мастер Винд?- вопрос Бубновой Дамы заставил его едва ли не подскочить, ведь он не заметил, когда она к нему подошла. - С чего бы?- фыркнул Саймон, пытаясь не отпускать от лица маску полного безразличия. – Только не говорите, что он разрыдался и ушёл. Катарина посмотрела на него таким страшным взглядом, и Саймону показалось, что его мысленно четвертовали с особой жестокостью. С такой злобой на него даже Марта не смотрела, как бы он Крису не грубил. Но через миг она отвернулась, пожала плечами и тихо ответила: - Он дрожит, потому что ему холодно. Его Высочество Адриан посчитал забавным кинуть в его напиток кусочек заколдованного льда. - Но Кри… мастер Клин огненной стихии, он и сам может себя согреть. Если сообразит. Она покачала головой. - Сила отказывается подчиняться ему абсолютно. Или он сам не хочет ею пользоваться, что кажется мне более вероятным. Саймон закатил глаза. - Не моя проблема. Хочет замёрзнуть – флаг ему в руки! И он ушел в свою комнату. Убеждать себя, что состояние Кристофера его совершенно не волнует. ☆☆☆ Оказалось, что волнует, с каждым днём волновало и пугало все больше. Кристофер оказался абсолютно отрешенным от всего. Во время завтраков, обедов и ужинов он осоловелым скучающим взглядом смотрел в тарелку, иногда невпопад отвечая что-то Марте и Гилберту, с абсолютным равнодушием и апатией. Еда у него тоже интереса не вызывала, хотя на памяти Винда Крис на первых курсах любил поесть много после долгих изнурительных тренировок. Сейчас он тренировался только в управлении оружием и в рукопашном бое, но категорически отказывался призывать силу. Это даже начинало раздражать. Что он с собой делает, Пиковый его раздери?! Саймон помотал головой, хмурясь. Нет, так нельзя, Айртон и так поиздевался над всем Лонгреном и особенно над Кристофером. Плохое проклятье. Он подошёл к его столу за обедом и с силой хлопнул ладонью по столешнице, глядя в глаза, заставляя подавиться супом и изумленно уставиться. - Какого рожна, Клин?! Ты рыцарь или принцесса? Почему ты не используешь силы, тренируешься не полноценно?! Марта поглядела на Винда со злостью и пихнула в бок. Крис даже приоткрыл рот, будто хотел что-то сказать, но… понурился, отвёл взгляд, а потом встал и ушёл. Просто, черт его возьми, ушёл! - Эй, я с тобой разговариваю! Марта встала и сильно толкнула его: - А ОН С ТОБОЙ НЕТ! Ты ведь сам ему сказал не разговаривать с тобой и не прикасаться, чего ты лезешь теперь со своими нравоучениями?! Мудак,- она прошипела это себе под нос и ушла. На них поглядывали, но без особого интереса: все давно привыкли к скандалам между Саем и Крисом или Мартой. Гилберт один замер, поднеся ложку ко рту, да так и не сунув её внутрь. Похоже, он включил режим суриката: прикинуться статуей, чтоб его не задело взрывной волной чужих ссор. Саймон растерянно поморгал, усваивая услышанное и вышел прочь. Он и сам не понимал, зачем так откровенно проявил беспокойство, и теперь было неловко. И странно горько от осознания, что вообще-то Марта права: сам оттолкнул и сам теперь публично пристаёт. Тьфу. ☆☆☆ Через пару дней он стал невольным свидетелем того, как Кристофер устало спорил с Мартой во время их вялой тренировки на мечах. - Крис, сколько ты ещё будешь страдать по этому кретину? Давай найдём тебе… не знаю… кого получше,- она неуверенно улыбнулась, и, видимо, такими шутками хотела его просто утешить. - Я не страдаю, Марта. Я… я просто устал. Я никого искать не хочу. Только покоя. Несколько лет я положил на то, чтобы… да просто выжить. И сейчас я хочу отдохнуть. - На лицо депрессия. Если б я не пришла вовремя, ты бы утопился в копии Кипящего Моря. Тебе нужно поговорить с кем-то. Ну или хотя бы разок пнуть этого придурка, - она нахмурилась. Кристофер судорожно вздохнул: - Я не собирался топиться! Я же сказал, я там просто отдыхал. Максимум, по какой причине я мог оказаться в воде - это если б по моей "ловкости" упал случайно. И оставь уже Саймона в покое. Я не хочу говорить о нем, и если хочешь мне помочь, то давай поговорим о чем-то другом. Например… когда там твоя свадьба с Принцем Ледышкой? Она фыркнула: - Не пытайся перевести тему! Мы пока не решили. Но я уже накостыляла ему за то, что он подсунул тебе лёд. Однако не пытайся меня обмануть. Тебе нужно разобраться с вашими отношениями. Как я могу просто смотреть, как этот придурок над тобой издевается?! Кристофер шумно засопел: он явно закипал. - Ты совсем не можешь сделать то, о чем я попросил тебя как друга, Марта? Прекрасно! С какими ещё отношениями, ради всех мастей?! Он ненавидит меня. Тебе не приходило в голову - может, я это заслужил? Я годами приношу неприятности окружающим и впутываю всех в проблемы. Вы все попадали в разные беды просто потому, что Пиковый Король хотел отомстить всем, кто его чем-то обидел и в том числе мне, кто по его словам виноват уже тем, что просто появился на свет… Я мог бы сам догадаться не использовать свою силу в этой идиотской дуэли. Мог бы ни о чем не спрашивать ни у каких дурацких часов, я мог бы сразу отдать шар и попытаться спасти Саймона. Я должен был сделать свой выбор сам. Да и не оказались бы вы все там, если б Зопириусу не надо было, чтобы я принес ему артефакт Червоного Дома. Зопириус не похитил бы Гила и тебе не нужно было идти со мной, чтоб его спасти. И Саймон бы не попал под проклятие Шепота Ветра, если б не заметил нас и не пошел помогать. Это он не дал Зопириусу и Двейну разбить тебя об пол той комнаты, между прочим! Каким бы порой ни был он несносным и трудным, он никогда не хотел причинять кому-то из нас настоящий вред. Даже тогда, с верёвкой – едва ли он реально хотел мне смерти. Он просто хотел победить в этом идиотском командном соревновании и перегнул палку. Так что пожалуйста, прекратите вы оба поливать друг друга грязью, хотя бы! Я не прошу вас дружно обниматься, только просто не обзывать друг друга. Я, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, УСТАЛ ОТ ВАШЕЙ ГРЫЗНИ! Он уже давно не трогает тебя и не обзывает, почему ты это продолжаешь? Если ты думаешь, что твой поток обзывательств утешит меня, если ты веришь, что мое сердце патетически разбито безответной любовью, то – вау, вот сюрприз! – ничего подобного. Меня эти плевки в него ни капли не утешают. Он уже начал задыхаться от нахлынувших эмоций, когда закончил речь. Марта стояла как каменная статуя и ошарашенно смотрела на него. Кристофер почувствовал себя так, будто его окатили водой, хотя подруга даже не использовала магию сейчас. Только вдруг стыдливо покраснела и прикусила губу. Он смотрел на ее фигуру, ставшую будто меньше и худее, и ему стало стыдно за срыв. - Из… извини, я… я… мне лучше уйти, - охрипшим голосом произнес он и побрел прочь, хромая еще сильнее. Он выглядел в разы еще более уставшим, разбитым и одиноким. Саймон, глядя на него, почувствовал укол вины и горечи. - И давно ты там стоял и подслушивал?- он даже не заметил, как Марта оказалась рядом и теперь смотрела как в самую душу. Саймона бросило в жар. - Я случайно! Я точно не специально! – он даже поднял руки, защищаясь. Она сопела и смотрела сердито, обиженно… и виновато? - Это правда? Что ты спас… в Медном Замке?- внезапно спросила она на выдохе. - Ээ?.. – он растерялся. – Ну… я пытался сделать что-то такое, д-да. Он сам себе удивлялся, удивлялся своему смущению и неуверенности. - Спасибо,- сказала тихо. Потом сжала кулаки и стремительно удалилась прочь. Саймон остался один на один со своими эмоциями, чувствами и в полной растерянности. ☆☆☆ Услышанная надрывная речь Кристофера не выходила у Саймона из головы. Крис винил себя во всем, Крис думал, что без него друзья не попадали бы в опасные ситуации. Он оправдывает выходку Саймона желанием победить в соревнованиях. И он поругался с Мартой из-за Саймона. Было странно стыдно, хотя обычно он бы всеми силами это отрицал. Самое дурацкое в этом ведь то, что быть с Кристофером Саймон хотел. Хотел с ним говорить, прикасаться. А что он при этом делает? Заставляет Клина чувствовать себя недостойным. Будто мало он испытал и пострадал за эти годы, будто мало выслушал упрёков за каждый шаг, не зная, куда еще поставить ногу дальше, чтоб не вызвать еще чье-то раздражение или насмешку. Саймон тяжело вздохнул, обводя взглядом зал. Шло время ужина, но Кристофер ко столу не пришел. Он собрался остаться голодным? Стыдился за ссору с Мартой, не может позволить себе попасться ей на глаза? Всё вместе? Саймон встал, дотянулся до пустой одинокой тарелки, которая стояла для непришедшего, а потом начал накладывать на нее хотя бы закуски, потому что суп опасался не донести. Марта и Гилберт в недоумении поглядели на него. - Что? Должен же он поесть. А то уже кожа да кости. Во взгляде Марты проскользнуло некоторое недоверие, но потом она пожала плечами. - Пожалуй, ты прав. Гилберт чуть не подавился, услышав, как подруга в кои-то веки вслух сказала Саймону Винду «ты прав». «Ты. Прав». Что происходит? Он смотрел на них обоих: то на нее, то на Сая и даже ущипнул себя за предплечье и сразу поморщился. Нет, он не спит. Либо где-то там свыше решили, что пора начать творить новый идеальный мир без войн, либо до них всех еще не дошла весть, что Пиковый больше-не-Король сбежал из темницы и готовит новый преступный план, несущий им конец света. Второй вариант, по правде сказать, казался Гилберту более вероятным и выполнимым. - Господи, Гилли, успокойся и перестань так пялиться. Даже с учётом того, что ни у кого тут нет реального дара чтения мыслей, у тебя на лице все написано. Реагируешь так, будто мы уже выпили ванильного грога и, обнимаясь, поем пиратские песни!- пробубнила Марта, закатив глаза. Саймон тем временем уже шёл по лестнице к комнате Кристофера. …В комнате царил полный мрак: судя по всему, ее хозяин плотно закрыл тёмные тяжёлые шторы и загасил все свечи, запрятал куда-нибудь в шкаф флаконы с домашним огнём. Это казалось странным для того, чья стихия огонь: Саймон был уверен, что инстинктивно носители ее всегда подсознательно стремятся к свету и теплу. Еще в комнате было умопомрачительно холодно. На кровати смутно угадывался ворох одеял, а в нем едва можно было рассмотреть силуэт спящего закутавшегося человека. Сай воспользовался светом из приоткрытой двери и кое-как добрался до тумбочки, чтоб поставить на нее тарелку, а уже потом нашарил в своем кармане крошечный пузырёк с домашним огнём, и только после закрыл дверь, чтоб чужой шум не мешал предстоящему серьёзному разговору. Этот маленький пузырёк обманчиво служил ему странным успокоением и заверением, что однажды все наладится, пока он «играл» в предателя. Там, в одиноким тоскливом замке Пикового Короля, в сумрачных комнатах, по которым гуляли сквозняки, а из комнаты, занимаемой временно Трефовым Валетом, временами проникли в другие помещения ледяные чары коркой снега и инея. И в походах по заданиям Айртона Двейна пузырёк Саймона тоже сопровождал. Огонь внутри хоть и был сотворен другой магией, но все равно напоминал… о Кристофере и Академии. Как бы ни пытался Двейн и сам Саймон убедить себя, что ни Крис, ни Академия ему не нужны и только мешают, его туда временами страшно тянуло и самому казалось что он совершил огромную ошибку. Собственные амбиции казались нелепыми. Здесь и сейчас он в Академии, снова. И рядом спит Кристофер. Не первый день, конечно, как он вернулся, но… Нет, сейчас он, вопреки своим мечтам и желаниям не чувствует себя как дома: слишком странно, мрачно, холодно тут и пахнет травами и лекарствами, а дыхание спавшего хозяина комнаты было странно беззвучным. Винда передёрнуло от воспоминаний и ассоциаций – уже не с замком Пикового Короля, а с комнатной больной матери. Сердце странно ускоренно забилось, охватил ужас и подозрения, так что он начал панически дёргать одеяла и разворачивать этот кокон, докапываясь до «гусеницы». Крис спал крепко, казался бледным и неживым, изможденным… но он хотя бы начал хмуриться и морщиться во сне, а значит, жив. - Черт возьми, Клин! Что ты принял?! Проснись, проснись же! Олли, ну! Ты подкроватный, который должен следить за подопечным, или кот ленивый?! Позови лекаря, позови господина Освальда! Олли неуверенно завозился под кроватью: - Мастер Винд, что вы тут делаете? - ПОЗОВИ НАСТАВНИКА, ЧЕРТ ТЕБЯ ДЕРИ! ЕМУ НУЖНА ПО… - Да хватит орать и трясти меня, Сай,- тихо отозвался Кристофер, который наконец проснулся – если это можно так назвать, конечно. Он все еще моргал, как сова, которую достали из дупла, и пытался сфокусировать взгляд на лице Саймона. – Я в порядке. Олли, никого звать не надо. Извини его грубость, он не знал, что… что я пью снотворное. - Еще б он знал, для этого надо было давно научиться переступать гордость и поговорить, а не выдумывать себе бог весть что, ревновать и сторониться, - пробубнил Олли, видимо, устраиваясь спать дальше. Сай ошарашенно поглядел на постель, из-под которой раздался бубнёжь, потом на Криса. Тот сидел на кровати, подрагивая от холода, в мятых рубашке и штанах, длинные черные кудрявые волосы ниспадали как попало на лицо, плечи и спину. Кристофер запустил пятерню в гриву, запрокидывая голову, чтобы хотя бы с лица убрать космы, устало блеснул сапфировыми глазами и вопросительно поглядел, мол, «так чего же ты хотел?», тихо вздыхая. Саймон сначала подумал, что на какое-то мгновение у него остановилось сердце, а потом вдруг почувствовал такую же усталость в себе. Сперва ему хотелось влепить Клину оплеуху за то, как напугал, а теперь так расслабленно смотрит. Но затем понял, что Олли прав и что Клин не расслаблен, а ослаблен всеми переживаниями, болью в ноге, ознобом, чувством вины и, возможно, чем-то еще. - Зачем ты пьёшь снотворное? Сколько? Ты решил им напиться, чтоб умереть во сне?- скороговоркой выдал Сай несколько вопросов за мгновение. Крис закатил глаза и тихо застонал: - Да что ж вы все вбили себе в голову, что я хочу себя убить? Я пью крошечную дозу из нескольких капель, разбавленных в воде, раз в пару недель. Чтоб спать без кошмаров. Не видеть снова смерти Капитана Гервина, короля Бедивира и все сцены, когда пострадали те, кто мне важен. И все. Я не хочу умирать. Я пережил столько за эти годы не для того, чтоб покончить с собой. Я хочу просто отдохнуть, закончить учёбу и пожить годик в покое в Мёрф с Зандрой и Олдредом, которые заменили мне родителей. Хочу проводить время со своими друзьями. И чтоб человек, который мне дорог, ненавидел меня хотя бы чуточку меньше, даже если я был тупым и хреновым другом, - он говорил тихо и почти спокойно, будучи еще немного сонным. Саймон смотрел на него, дрожащего и кутающегося в одеяло… и поверил. Поверил его словам. Потому что не было похоже, что Кристофер ему врёт. Он всегда ненавидел врать. И если иногда ему приходилось, по нему было видно, как трудно ему это даётся. Так что он покачал головой, пододвинул стул и сел напротив, рядом с кроватью. - Почему ты не используешь свою силу? - Не могу, - он даже не помедлил, но сморщился. Вот теперь он все же врёт. - Ты не хочешь, - теперь он говорил шёпотом, чтобы не нервировать ни Криса, ни Олли. - Ладно, не хочу. Что мне, призывать огонь ради такой мелочи, как согреться? Я не размазня, - он пожал плечами. Саймон начал снова испытывать раздражение, но постарался запихнуть его поглубже. - Самосогревание не сделает тебя размазней, Кристофер. Я понимаю, раньше драконий огонь мешал тебе контролировать силы, но потом же ты научился. Так в чем проблема? Крис нахмурился и уставился в пол, не решаюсь посмотреть в глаза Саймону, поджал губы, стиснув их в тонкую «ниточку». Ему было стыдно за что-то. Он даже попытался совсем закрыться: поднять ноги на кровать, свернуться в клубок, обнимая колени, но тут же зажмурился и сморщился: больно. Саймон шумно протяжно вздохнул. - Почему ты кстати не исцелил себя? Ты же лечил людей огнём. Крис снова закатил глаза и засопел: его терпение и спокойствие начали сменяться нервозностью. - Огнём, Саймон! Ты сам ответил на свой вопрос. Я никогда не пробовал лечить себя, но чтоб вылечить кого-либо, мне надо призвать огонь, а я не могу. Потому что не хочу. Саймон сам готов был выйти из себя из-за упрямства Клина, но сейчас важно было держать себя в руках, чтобы не испортить разговор, к которому он так долго шёл. И тут в его голове щёлкнула вспышка догадки. - Бубен ради, неужели ты винишь себя еще и в том, что обжег этого ублюдка?! Кристофер резко покраснел и закрыл лицо ладонями. - Я… я… я знаю, что это глупо, но… я же не только его обжигал. И… Саймон схватил его за запястья и заставил убрать руки от лица: - Кристофер, дурная твоя кудрявая голова! Ты защищался! И будь я огненной стихии, я бы его до тла сжарил. Ну ладно, может не до тла, но хорошенько подплавил бы. Крис, у тебя меч выбили, и ты просто схватил лезвие и накалил меч противника, чтоб он его выпустил и не заколол тебя! Я бы даже сказал, что это изобретательно. Он больной подонок, он стольким кровь попортил и тебя преследовал просто за то, что ты родился, хотя ты ему до какого-то момента даже ничего не сделал, а он уже злобу затаил. Уж кому-кому, а не тебе чувствовать вину за то, что ты пытался спасти себя от него. Клин пожал плечами, все еще смущаясь своей вины. Сай вздохнул: - Ладно, нет смысла давить на тебя, все равно это не заставит тебя использовать силу. Я просто надеюсь, что со временем ты отпустишь это чувство и пошлешь мысленно Пикового в пекло драконово. А пока просто поешь. - Нет, не хочу есть, я хочу спать,- он снова вымученно застонал, но тут его живот принялся издавать песни китов. Саймон насмешливо фыркнул: - Твой желудок с тобой не согласен совершенно. Ешь и не спорь! Кристофер покраснел еще больше, но все же неуверенно взял некое подобие бутерброда и начал жевать, постепенно явно набирая уверенность. А потом вдруг замер и удивлённо поглядел, будто только сейчас по-настоящему проснулся и понял, с кем разговаривает примерно полчаса: - Саймон?.. не то, чтоб мне это не нравилось, но… с чего это ты такой добрый? Сай усмехнулся тихо. - Ешь дальше, ты пропустил ужин, пока дрых. - Не уфати оф офвефа,- он сощурился, уже жуя следующую закуску. - А ты не говори с набитым ртом, подавишься. Ну прямо ребенок! Ладно, скажем, я осознал ошибки. Может, не все, но некоторые,- он мягко улыбнулся и подвинул кружку с полуостывшим чаем. Повисло временное молчание. Саймон смотрел, как Кристофер немного задумчиво ест, иногда откидывая пряди волос, чтоб не лезли в рот. При ближайшем рассмотрении оказалось, что ранее они были собраны, но сейчас красная ленточка висела как попало на паре прядей. Та самая? Потертая, полинявшая, но зато было понятно, что Крис ею постоянно пользуется. Лучше так, чем если б он ее выкинул или спрятал куда-нибудь от глаз долой. Найдя расчёску в бардаке на тумбе, Саймон встал и принялся приводить это гнездо в порядок, а потом положил ладони на его плечи. Так, не глядя в глаза, будет проще сказать то, что он собирался. - Я тебя не ненавижу, Крис. Порой меня, конечно, раздражает… что-то… но это в основном потому, что смущает. Но… я не могу винить тебя в таких мыслях, потому что это я заставил тебя так думать. Мне казалось, что будет лучше, если ты будешь думать, что я ненавижу тебя, что это поможет тебе возненавидеть меня, и ты не будешь ждать моего возвращения, и тогда тебе будет проще жить. Не ждать меня, не ждать от меня ничего хорошего. Отчасти, да, я злился и завидовал. Отчасти я так пытался спасти. А еще я жутко ревновал. Ты первый, кто меня хоть как-то терпел, но не подлизывался. А ты начал общаться с Мартой и потом еще с Гилбертом. Меня бесило так по-детски, что я не единственный, с кем ты дружишь. Хотя это нечестно, потому что у меня тоже появились приятели. И я слишком быстро вошел во вкус того, как они меня восхваляли. Но сейчас я понимаю, что я бы не вынес, если бы ты действительно начал меня ненавидеть. И уж точно ты не был хреновым другом. Я… я, конечно, и правда не хотел тебя убивать. Но я только потом понял, что из-за моей выходки ты мог шею свернуть. Господин Освальд был прав тогда, мы не были готовы к турниру, даже к тренировочной версии, но мне хотелось выпендриваться, и я получил урок, который заслужил. Мне стоило слушать наставника и тебя, но понимание таких вещей приходит лишь со временем. Так что… прости, что чуть не угробил тебя, так еще заставил неизвестно сколько времени думать, что это ты плохой друг, хотя все с точностью наоборот, - закончив говорить, он понял, что Кристофер запрокинул голову и смотрит на него в изумлении, широко раскрыв глаза. - Вау!- только и смог произнести Клин. Саймон поёжился: - Что?- Ты извинился,- Крис глядел на него с удивлением и любопытством, будто видит незнакомца. Сай смутился. - Ой, всё, ну тебя к пикам, весь момент испортил!- Саймон толкнул его в спину слегка, и Кристофер едва сдержал смех. - Извини, извини! Я не со зла. Просто… ну… я уже, честно говоря, думать забыл ждать извинений и мне в голову не приходило, что однажды ты действительно извинишься за эту историю с верёвкой. Но… да, это… приятно, - он повернулся и посмотрел с мягкой улыбкой. – И я рад, что ты… не ненавидишь меня, - он сказал это едва слышно. - Ну, может немножко. Иногда,- Саймон усмехнулся, показывая степень пальцами, чуть сощурившись. Кристофер закатил глаза и коротко посмеялся, пока Сай обходил его, чтоб встать снова перед ним. - Но гораздо больше я тебя… кхм… я точно люб… Вот уж не думал он, что попытка произнести это вслух провалится пару раз. Повисла тишина. Крис вопросительно склонил голову на бок, будто щенок. Нет, нельзя так тормозить! А то момент действительно будет испорчен! Саймон смотрел на лицо своего бедствия, слабо освещённое флаконом с домашним огнём, но хотя бы делалось менее бледным и болезненным, на то, как искрились маленькие блики в голубых глазах. - Гораздо больше я люблю тебя, горе луковое,- наконец осмелился произнести Саймон вслух, в горле сразу пересохло. Он даже взялся за его лицо чуть дрожащими руками, чувствуя подступающее тепло. Это что, сила? Заработала из-за смущения? Кристофер замер так, будто боялся дышать, не то что пошевелиться. - А я… люблю тебя…- на выдохе выпалил Крис, потом тут же закусил губу: наверно решил, что слишком поспешно ответил взаимностью, и это покажется не искренним. Саймон не стал упрекать, ему нравилось, как это прозвучало. Поспешность его не волновала. Он только протянул руку, медленно опрокидывая Криса на кровать в ворох одеял, нависая сверху и в конце концов неуверенно коснулся его обкусанных на нервах губ своими, постепенно становясь настойчивее, но стараясь не переборщить: он был почти уверен, что Олли, как бы крепко ни спал, почует неладное и поднимет вой, что, мол, оруженосцы сдурели и устраивают тут бог весть что. В общем-то, скорее всего, так бы и было. - А зачем, кстати говоря, Адриан кинул тебе лёд в напиток? Он опять что-то задумал?- Саймон сощурился, нахмурился. Кристофер усмехнулся: - Это он так в сваху играет. Я его не просил, если что. Просто он решил, что если ты увидишь, как я превращаюсь в сосульку, то начнёшь действовать. Он сказал утром, что разочарован твоей упертостью и тормознутостью и зазря получил подзатыльник от Марты. По правде говоря, думаю, таким злым я его еще не видел. Саймон покраснел от стыда и одновременно ярости. …Кристофер уснул раньше, мирно посапывая со смешным лицом. Позже постепенно погрузился в дремоту и Сай, обнимая и рассеянно поглаживая по плечу. Какие-то странные золотистые крошечные искорки бегали по травмированной ноге Кристофера: видимо, он наконец лечил себя. Сам. Правда, во сне, но какая разница. Главное результат. Тем более, что ему что-то мешало раньше, а сейчас пришло спокойствие и он будто сам себе это разрешил, к чему его явно сподвиг Сай, так что… - Уфф, ну ты устроил парилку как в купальне, конечно. И спит довольный,- тихо проговорил Сай, всматриваясь в его абсолютно умиротворенное спящее лицо. Одеяла отправились на стул, потому что кидать их на пол было чревато тем, что Олли бы их съел. Из вредности.