Синдром Зависимости

— Не могу понять, как ты можешь быть такой спокойной, когда у тебя запланирован целый камбэк, а менеджера до сих пор нет! Юна уже начинала нервничать, в то время как её сестра развалилась на диване и наслаждалась пиццей с двойным сыром. — Ну у меня же есть ты, — ухмыльнулась Рюджин. — И что? На следующей неделе я возвращаюсь на работу. Что тогда? — буркнула Юна, плюхнувшись рядом. — Знаешь что, бросай работу. Лучше останься здесь. — Ага. Я лучше буду на борту самолёта обслуживать людей, чем терпеть твоё нытьё. И так весь отпуск потратила на тебя. — Да ладно тебе, я же сказала — оплачу твою месячную аренду. — Рюджин открыла банку колы и протянула её сестре, но та покачала головой. Тогда она сделала несколько глотков сама. — Ну что, нет новостей? Неужели в стране дефицит менеджеров? Прокручивая почту на телефоне, Юна невнятно что-то пробормотала. Потом резко дёрнулась, воскликнув: — О боже! Рюджин приподнялась, чтобы посмотреть, что её так поразило. — Что там? — Она согласилась! — Кто? — Менеджер, кто же ещё!? — Отлично. Когда она придёт, мы можем сразу начинать? — Сначала нужно провести собеседование. — Чего? Зачем? — Ну, надо же кого-то одного выбрать. — А сколько их там? — Трое. Последняя — топ, уверяю тебя. — Тогда зачем остальные? Берём последнюю. — Рюджин снова откинулась на подушки. — Это для формальности. Я не была уверена, что она согласится на собеседование. К тому же, мы ещё не знаем, устроят ли её наши условия. В противном случае должны быть запасные варианты. Дурында, тебе ещё и это объяснять надо! Рюджин лишь фыркнула. Ей было всё равно, кто станет её менеджером — главное, чтобы кто-то был. До этого у неё был один парень, и, надо признать, он хорошо справлялся. Но недавно он решил жениться, а его жена была против, чтобы он продолжал работать с Рюджин. Ну и пусть — счастья им. Дело в том, что Рюджин была не обычной к-поп-артисткой, скорее — рокершей. Она часто выступала в клубах. Шин Рюджин — королева ночных концертов. Она была популярна среди молодёжи, особенно фанатов альтернативного рока. Её музыка — смесь R&B и рока, хип-хопа и попа, но при этом звучала уникально. Жаль, что Корея не особо любит шумные песни — иначе она давно была бы на вершинах чартов. За рубеж пробиться пока не удалось. Но пусть и скромная, своя аудитория у неё есть. Ради неё — и частично ради себя — она продолжит писать музыку. День собеседования. Йеджи уже была на месте. Компания называлась Spin Entertainment. Она действительно была здесь впервые. С виду — вполне приличное и уютное здание. На входе её встретили и проводили на второй этаж. К её удивлению, она оказалась не единственной кандидаткой. Один парень, явно младше Йеджи, и женщина лет сорока уже ждали в коридоре. Они сказали, что собеседование ещё не начиналось, хотя давно пора. Минут через пятнадцать появился кто-то в чёрном — в кепке и маске — и сразу зашёл в кабинет. Оказалось, это был тот, кого все ждали. Вскоре начали приглашать кандидатов по очереди. Йеджи была последней, и вот настал её черёд. Кабинет казался островком уюта в бурном мире шоу-бизнеса. Сквозь широкое окно мягко проникал дневной свет, будто специально подсвечивая детали интерьера. Всё здесь было продумано до мелочей. Стены сливочно-белого цвета отражали свет, делая пространство ещё просторнее. Но рядом с этим спокойствием жил дух бунтарства. На стенах висели постеры рок-легенд — Nirvana, Pink Floyd, Metallica, The Rolling Stones, Led Zeppelin — как немые свидетели великих концертов и разбитых гитар. Казалось, каждая афиша хранит дух свободы и вечной юности. — Пожалуйста, присаживайтесь, — обратилась к ней девушка, заметив, что Йеджи всё ещё стояла у входа. Она была невероятно красива, словно сошла со страниц модного журнала или музыкального клипа. Её длинные, насыщенно-малиновые волосы струились по плечам, как шёлковая лента, подчёркивая фарфоровую кожу. Лёгкая полуулыбка замерла на губах, когда Йеджи вдруг спросила: — Вы директор? — Нет, что вы. Директор сейчас в отпуске. Я — Шин Юна, скажем так, её временный менеджер. — Она кивнула за спину Йеджи. На диване сидела девушка с ехидным выражением лица. Она показалась Йеджи знакомой. — Шин Рюджин, — та подняла ладонь в приветствии. — А мы раньше не встречались? — Возможно. У меня запоминающееся лицо и привлекательная аура. — Подмигнув ответила она. Йеджи вдруг вспомнила: — Та курильщица из больницы? — прищурилась она. Рюджин бросила многозначительный взгляд, и, похоже, тоже вспомнила. — Не-фанатка-душнила?! — Рюджин аж вскочила с места. — Чего? Почему сразу "душнила"? — Пожалуйста, успокойтесь. Рюджин, хватит, не позорь нас! — вмешалась Юна. — Почему мир такой тесный... — лишь вздохнула Рюджин.