Ревность
20 февраля 2025 г., 19:07
Студенты гудели, как улей, ожидая завтрака. Воздух трещал от сплетен – час назад кто-то пустил слух, что Виктор Крам идёт на Святочный бал с Гермионой Грейнджер. Хогвартс бурлил, обсуждая эту новость.
Девушки, хоть и старались казаться равнодушными, тайком испепеляли Гермиону завистливыми взглядами. Крам не был красавцем, но он был звездой квиддича, а это, видимо, перевешивало все остальное в глазах учениц Хогвартса. Болгарский ловелас сводил их с ума.
Когда Гермиона вошла в Большой зал в сопровождении Крама, половина студентов разом обернулись. Зал затих на мгновение, а потом снова взорвался шепотками.
— Привет, — Гермиона подошла к столу гриффиндорцев, где сидели Рон, Гарри, Джинни, Фред, Джордж и Невилл.
— Гермиона, ты правда встречаешься с Виктором Крамом? — с запинкой спросил Гарри.
— Нет! — Гермиона раздраженно налила себе чай. — Не знаю, что там наплели Лаванда и Парвати. Мы с Виктором просто друзья. — Она уткнулась в учебник по трансфигурации, всем своим видом показывая, что разговор окончен.
— Фух, — облегченно выдохнул Рон.
— Рональд, что не так? — подняла брови Гермиона.
— Ну, Гермиона, он же наш враг! — возмутился Рон.
Между ними завязалась типичная перепалка. Джордж наблюдал за ними с усмешкой, изредка поглядывая на Фреда. Он ждал шуток, подколов, но Фред молчал, не отрывая взгляда от Гермионы. Его лицо медленно, но верно наливалось краской.
Джордж не понимал, что происходит. Обычно Фред сыпал шутками как из рога изобилия, подкалывая и Рона, и Крама, и даже Гермиону. Но сейчас он сидел молчаливый и красный, как помидор. На Фреда это было совсем не похоже.
— Брат, пойдем поговорим, — Джордж легонько потрепал близнеца за волосы и вывел его из Большого зала.
— Ты сегодня какой-то странный, Фред.
— С чего ты взял? — Фред непонимающе посмотрел на брата, который лукаво улыбался.
— Не шутишь, даже не улыбнулся ни разу. Пока я слушал нытье Рона, уже пять шуток придумал.
— Ну и что? — Фред все еще не понимал, к чему клонит Джордж.
— Пока я придумал пять шуток, мой любимый брат должен был придумать десять. А ты молчишь и все смотришь…
— Куда я смотрю?
— На Грейнджер.
Фред понял, что от него хочет услышать Джордж. Братец ждал душещипательных признаний в нежных чувствах к Гермионе. И, если честно, Джордж был прав. Фреду нравилась Гермиона. Он часто вспоминал тот случай в кабинете Снейпа, и до него не сразу дошло, почему Гермиона тогда так покраснела.
Вишневые сигареты… Он начал курить их из любопытства, а потом втянулся. Гермиона в Норе как-то заметила его с сигаретой и сказала, что запах вишни ей очень нравится.
"Малышка Грейнджер влюблена!" — мысль ударила Фреда, как молния. Почему он сразу не понял, что в той склянке была Амортенция!
Фред пытался вспомнить, когда Гермиона подавала ему хоть какой-то знак. Но намеков не было. Гермиона всегда держалась неприступно, задирала свой курносый нос, умничая, и постоянно читала свои книги.
А Фред… Он понял, что влюблен в Гермиону несколько месяцев назад. В Норе, когда все веселились, она сидела в комнате и писала эссе. Фред пытался вытащить ее на улицу, но она была слишком занята. Именно тогда он понял, что хотел бы остаться с ней. Сидеть рядом, смотреть, как она перелистывает страницы, как водит пером по бумаге. Остаться с ней, забыв про всеобщее веселье. Он хотел быть с ней.
А теперь его любимая шла на бал с другим. Ненависть вспыхнула мгновенно. Ненависть не к Гермионе, а к Краму.
И у него созрел план…
********************
— Эй, Грейнджер, — Фред плюхнулся на диван рядом с Гермионой в общей гостиной Гриффиндора. Девушка вздрогнула, оторвавшись от книги.
— Здравствуй, Фред, — ответила она, немного раздраженно. Одиночество прервано.
— Грейнджер, ты в курсе, что твой ненаглядный валяется в больничном крыле? — Фред попытался изобразить скорбь, но на его лице сияла едва сдерживаемая улыбка.
— Что с ним?! — Гермиона подскочила, в глазах настоящий испуг. Она уже представила себе все самое страшное.
— Никто не знает, — продолжал Фред, наслаждаясь произведенным эффектом. — Мадам Помфри в недоумении. Говорит, какой-то редкий случай. Будет лежать там, пока лекарство не найдут.
Гермиона уже забыла про бал. Здоровье Виктора было важнее всего. Она хотела бежать в больничное крыло, но Фред остановил ее.
— Неужели так сильно переживаешь? — спросил он, лукаво прищурившись.
— Фред, а вдруг ему очень плохо? — Гермиона повысила голос.
— Да, очень, — протянул Фред, вальяжно развалившись на диване и закинув ноги на столик.
— Погоди… Фред, неужели… — до Гермионы наконец дошло. — Ты это сделал? Ты отправил Крама в больничное крыло?!
— Не то чтобы отправил… — Фред невинно пожал плечами. — Он просто съел… не очень вкусную конфетку.
— И ты знаешь, как это исправить? — Гермиона придвинулась ближе, вглядываясь в лицо Фреда.
— Через пять дней будет как огурчик, — заверил ее Фред.
— Зачем ты это сделал? — спросила Гермиона, не скрывая своего возмущения.
— Я бы не смог смотреть, как ты танцуешь с этим носатым, — Фред отвел взгляд, борясь с румянцем, подступающим к щекам.
Гермиона молчала.
— Слушай, Гермиона, зачем ты вообще согласилась с ним идти? — Фред снова посмотрел на нее. — Он же тебе не нравится. Он… мерзкий. И слишком высокого о себе мнения.
— Прям как ты? — парировала Гермиона, подняв бровь.
Теперь молчал Фред. Он смотрел на Гермиону, и в его глазах читалось что-то больше, чем просто озорство.
— Фред, — Гермиона задержала дыхание, — пойдешь со мной на бал?
