Казино

– Ну что ты хочешь, - весь вечер Осаму только и ловит на себе взгляды Федора. Парень уже понял, что есть просьба к нему, но почему-то Достоевский озвучить ее не может. – Осаму, у меня завтра игра. Покер И младший тут же вспоминает тот момент, как Федор, довольно улыбаясь, целовал его всего горькими от алкоголя губами и радостно говорил о своем выигрыше. лез ниже кончиком носа по горячей коже живота. почти мурлыкал от смущенной похвалы Осаму. – я хочу, чтобы ты пошел со мной. – о, нет, я не буду вроде снятой девочки, другого поищи, - подшучивает Осаму, – или другую. – парнем моим будешь, - на шутку мгновенно отвечает Федор, от которой будто плавит, – и никакие другие мне не нужны. тот усмехнулся и улыбкой вовсю засветел. Он и не понял, что его больше засмущало. хотя начать смущать самого Осаму – было чем-то невозможным. Видимо, Федор для такого приходился исключением. – тебя смущает то, что я хочу пригласить тебя туда в роли своей пассии? - Дост ведет аккуратно большим пальцем по чуть порозовевшей щеке и мягко улыбается. А Осаму слабо кивает, свою руку кладет поверх чужой и подцепляет пальцы, отнимая их от щеки и переплетая со своими. – Но мы с тобой.. вместе, - наклоняется и уже носом ведет по скуле, сжимая его руку, – я лишусь возможности дотронуться до тебя, ще наверняка пялиться ублюдки будут. Федор касается губ. Языком ведет по верхней, а Осаму послушно чуть приоткрывает рот, с волнением делая короткий вздох и закрывает глаза. Жмурит их, когда языки мокро соприкасаются, а Достоевский сразу же отстраняется. Неосознанно тянется за ним и понимает, что к чему. – ты ведь со мной будешь, нечего бояться завистливых взглядов. Осаму кривится и все пытается отказаться. но старший ближе к себе тянет и снова дразнит горячим дыханием на щеке, пока тот голову склоняет. Сложно отказать и кажется, немного становится стыдно за свою пугливость. федор легким касанием до подбородка заставляет снова взглянуть в его глаза. – На колени сядешь ко мне, - шутит конечно. по крайней мере, Осаму так думал. – Стебок дешевый, ты случайно не с 75-й Школы - слышится тихий смешок и не дает даже ответить. чужие губы своими накрывает. *** На следующий день Осаму разглаживает раздражающие складки на толстовке своей, иногда поглядывая в отражение зеркала на парня, который сидит и взгляда с него не сводит, что заставляло Осаму еще более придирчиво относиться к своему виду. Затем забывается и слегка вздрагивает от неожиданности, когда чувствует чужие руки поверх своих. Как Федор сначала чуть сжимает их, ведет мягко по бокам, а после отпускает на середине пути и уже сам поправляет ткань на бедрах. – Красивый мой, - грудью прижимается к спине и оставляет мокрый след от губ на щеке. любуется получившейся картиной в зеркале. Пока Осаму вовсю краснеет, голову укладывает на его плечо, выдыхая расслабленно, – выходить пора. Младший неохотно поворачивается в его объятиях и смотрит мутными глазами. еще чуть-чуть, и он бы уже завалился на кровать вместе с Федором и уснул, нагло облокотившись на чужую грудь. Но Федор молча к парню тянется и касается губ. Мягко и нежно. Федор не мешает Дазаю играться, только скрещивает руки на его пояснице. Снова мнет ткань, из-за которой тот еще немного недовольно постоит у зеркала, разглаживая одежду. Вдобавок на Осаму поругается. *** Федор осторожно руку кладет на спину младшего и к себе тянет, словно защищает от посторонних, пока второй пожимает ладони друзей и знакомых в качестве приветствия. До парня разрешает дотронуться только Сигме, который уже успел сдружиться с Осаму и разговорить его по полной. Федор выглядит так, будто готов с Осаму пылинки сдувать, особенно это заметно из-за волнительных взглядов и попыток держать ближе к себе. мягкий, искренний Федор. нет больше былого цинизма и притворства в улыбке, и такой же фальшивой шлюхи рядом. С таким Достоевским будет интересно сыграть, как же долго он сможет держать себя? Все в помещении Осаму кажутся до жути знакомы, он словно видел каждого из них раньше. Тихий смех Федора над ухом и его теплые руки заставляют расслабиться, взгляд менее напряженный. не так уж и пугающе на деле. Пока Достоевский не садится вальяжно на мягкий стул и не хлопает ладонью по своему бедру. – Осаму, - и снова до дрожи этот тон, а главное взгляд, словно они наедине с друг другом. Устраивается удобнее, раскидывает руки и чуть шире разводит ноги, ждет, когда парень подойдёт ближе. Осаму губы поджимает и старается не смотреть по сторонам, чтобы не ловить чужой интерес. Подходит, только слегка касается своим коленом чужого и сразу ощущает руки на боках, которые приглушенно тянут на себя, заставляя усесться. Но младший отстраниться успевает. – блять, че творишь, - даже не вопрос, а простое возмущение. – а ты думал, что я шутил? Осаму морщится от чего-то. Стул рядом свободный видит и к федору его придвигает, усаживаясь на нем. Теперь точно выглядели как официальная пара. Видно, Федору такое действие не очень понравилось. Но если Осаму так лучше.. Против он пойти не сможет, поэтому ничего не скажет. Лишь плавно ведет носом по виску и еле слышимо, слишком нежно говорит: – чуть-ли не дрожишь. Ну конечно, Осаму спрятаться хочется от глаз лишних, не любил в таких «компаниях» находится.А Достоевский укладывает левую ладонь выше колена Дазая и несильно сжимает, поглаживает большим пальцем внутреннюю сторону бедра. Свободной рукой поправляет стопку из фишек, в центре которых ярко горит цифра "500". совсем рядом небрежно лежат в куче черные, менее интересные для него. Все что знал Осаму, это игровая валюта, но не понимал насколько много и что вообще некоторые предметы значат. Поэтому тихо спрашивает у Достоевского. а тот кладет к нему в ладонь пару штук разных цветов. Дает покрутить и разглядеть получше, и так же тихо объясняет, что каждая цифра эта сумма равная купюре. – Много, - хмурит парень брови, смотря на количество еще таких фишек в стопках. – это мы еще по-детски, - Федор расплывается в довольной улыбке. Осаму чуть приподнимается и аккуратно укладывает «коленце» - как он их назвал, на свое место. оглядывает весь стол, который заполнился еще больше: колода карт, пять кубиков, чьи-то личные вещи и точно такие же фишки у каждого. Взгляд выше, замечает, что каждый уже сидит на своем месте и кажется это было самым смущающим, ведь многие сосредоточили свой взгляд на нём. особенно, Осаму девушку напротив заметил, примерно такого же возраста, как он сам. Может и старше. замечает глаза ее персиковые, которые сверкают со злобой в его сторону. Он сводит брови и не понимает к чему это внимание. А она от его реакции будто больше злится, поудобнее на коленях какого-то парня усаживается и показательно отворачивается. Осаму в какой раз некомфортно становится, он обратно садится и ближе к Федору жмется. Только из-за бортиков стула не давалось это нормально сделать. – что случилось? - левую руку на плечо к младшему кладет и поглаживать начинает. – так удобней, - отвечает, только когда его в висок целуют и насколько возможно сильнее к себе прижимают. Интерес к другим персонам не пропадает. Они не стесняясь выгибались на чужих бедрах, выглядели слишком идеальными, от косметики на лице, до стройных ног в капроне, и сладкого смеха от похабных шуток. – 'Саму, не рассматривай их так. они не настоящие, - цепляет за подбородок, поворачивает к себе. свободной рукой ведет по бедру чуть выше. Знает, что Осаму сейчас может почувствовать себя лишним, поэтому заранее пресекает его мысли, а взамен незаметно для остальных ласкает тело. – давай я тебе лучше расскажу правила, - натянуто, но тепло улыбается. а после короткого кивка, снова возвращает приторного актера. Важно указывает на какие-то вещи и называет основные этапы, то и дело иногда близко наклоняется к лицу Осаму, проверить, не отвлекся ли он снова. – наконец-то с компанией, Дост. долго вместе? - Федор замолкает. стоит только одному странному типу подойти к нему. – достаточно, чтобы ты даже не думал заглядываться на него. Иди-ка дальше к проституткам. Осаму кажется, что они переругаются к чертям, поэтому сжимает предплечье федора, на что сразу же получает успокаивающий взгляд. После слышит звонкий смех рядом стоящего парня. – видишь, не повезло мне в любви, теперь выкручиваюсь. Планирую забрать все твои деньги, Феденька, чтобы провести чудную ночь, - на что Федор в ответ смеется, – не переживай, доказательства я тебе обязательно скину. Стоило Сигме вернуться, как сразу сладкий девичий смех стих как и остальной шум, а комната наполнилась тишиной. Осаму чувствует, как напрягся Федор и замечает что он зарывается в своих волосах пальцами, затем убирает назад. Сигма говорит, что игра идет по старым правилам. все что понял Осаму из краткого объяснения Достоевского, что каждый кидает кости по очереди, игра не закончится пока все не соберут определенные комбинации. а побеждает тот, кто собрал больше очков. Изначально всё кажется простым. Федор фишки крутит на столе, когда дело доходит до ставок. Кто-то из сидящих озвучивает эту крупную сумму, что вызывает в Осаму легкую дрожь, от этого чувства он невольно пожимает плечами. Рука на колене слабо сжимается, он поднимает взгляд к Федору. Видит слабую улыбку и сытый блеск в Потемневших глазах, направленные прямо на него, а не на центр стола, где кто-то только что, первым же ходом, выбил малый стрит, заняв лидирующие место в таблице по очкам. – не отвлекайся на меня, - тихо говорит Осаму. Его забавляет это внимание, но совсем не хочет, чтобы из-за него проиграли такую игру. А Осаму продолжал неотрывно смотреть старшему в глаза, пока очередь хода не дошла до него. первый бросок - две кости, игриво падают шестерками вверх, а третья пятёрка. все недовольно комментируют это, просят наконец «выкупить душу у дьявола, которую он отдал взамен на удачу». Парень снова подхватывает два кубика, и после нескольких трясок бросает их на стол, не особо интересуясь результатом хода. – Ты мог перебросить пятую кость, не получилось бы больше очков? - Тихо спрашивает Осаму и прикусывает губу, чувствуя, что рука ползет выше, к его бедру. – пять одинаковых дают одни баллы, неважно сколько в сумме кубиков. А я выбил лучший результат в этом броске, - скалится довольно, сжимая мягкую ткань между пальцами. дышит тяжело, ели сдерживается, чтобы не коснуться губ напротив, – ты мой талисман сегодня. Осаму улыбается смущенно и в бок слегка Достоевского толкает. чувствует в ответ ладонь на боку, которую тут же убирают, стоит снова парню сделать ход. – Осаму, я выпью немного, - мягким шепотом у самого уха, будто заранее извиняется за свое пошатанное состояние. тот слабо кивает, ждет как всегда капли бордовой жидкости на довольной улыбке и вязкую на вкус слюну при поцелуе. Но в руке оказывается стакан с толстым дном. Лед гремит и разбрызгивает по стенкам жидкость. Младший никогда не замечал у Федора тягу к крепкому алкоголю. Хотя, он так подходит к его образу. Глоток за глотком, так же, как и ходы за ходом. Игра тянется очень долго, и все старательно подходят к своим броскам, пересчитывая баллы в голове и решая, стоит ли продолжать эту борьбу за победу. – Я отойду, - хочется смыть с лица злобную краску и размять затекшие ноги. Дать самому Федору собраться на последнем круге. Тот кивает и чуть отодвигается назад, дает парню пройти. на ощупь идет в темноте, пытается найти нужную дверь. Ледяная вода на ладонях мигом приводит в чувство. Смотрит в зеркало напротив и накрывает щеки пальцами. Тяжело так долго находиться в компании людей и попадать под их внимание. Уж слишком часто кидают взгляды. Осталось немного времени и надо возвращаться. Но в коридоре среди темноты возникает фигура, хрупкая, девичья. своей неожиданностью она заставляет парня вздрогнуть. мягким голосом поздоровалась, а на губах улыбка натянутая, но Осаму не может ответить на нее. – можно задать тебе один вопрос? Дазай брови хмурит, понимает, что его не отпустят, так как встали перед ним, загораживая проход. остается только неуверенно кивнуть. Она на это улыбается еще шире, стирая с лица те приятные черты. – Он тебя тоже после выигрыша трахать к себе везет? - намеренно акцентирует слово "тоже", но все же оставаясь слишком милой, от чего парень морщится, обдумывая вопрос в голове. Понимает, о ком идет речь. если еще есть шанс отказать в вопросе, то он выбирает его, избежать неприятного разговора и злобного взгляда на себе. совсем рядом раздается тихий кашель. За хрупкой спиной стоит рассерженный Сигма. совсем не мягко кладет руку на ее плечо и разворачивает в свою сторону. – Коё, съеби отсюда. Осаму пользуется тем желанным шансом и хотел было скрыться, но ноги не слушаются, он встает на месте, бесстыдно пялясь на них. – не лезь не в свое дело, - чистая вежливость исчезает мгновенно. Дазай невольно сравнивает ее с змеей, видит, как она цепляется за руку Сигмы и пытается оттянуть её. Осаму словно лезет в чужие проблемы, хочет помочь и разобраться. Спасает опять Сигма, который с волнением глянул в его сторону, а после кивнул на выход. Парень слушается. В на его шаги уже оборачивается Федор, мягко улыбается. Чувствует теплое частое дыхание на шее. такой нежный. приближается ближе и ближе, лезет губами под ворот верхней одежды и оставляет горячий отпечаток от губ где-то на ключице, потом снова на шее. Пока перерыв еще не закончен, хочется уделить ему внимание. Давит пальцами на внутреннюю сторону бедра, ждет, когда тот поднимет взгляд. но он все так же будто прячется от Доста. Или слишком зажатый. – 'Саму, о чем задумался? напряженное молчание. и только после очередного поцелуя прозвучал совсем тусклый голос. – кто такая Коё? - Федор губы в тонкую линию сжимает, поднимает взгляд и замечает пустое место. Вот кто испортил настроение парню. – старая знакомая, - еще больше хочет, чтобы тот посмотрел на него. но он губы дует, обиженным выглядит. Федор снова не договаривает самое важное. – то есть, ты всех своих знакомых трахал? - Еще сильнее лицо прячет и все тише говорит. Хотелось, чтобы даже он не услышал. Тяжелый вздох, и Федор укладывает руку на макушку, коротко поглаживая. – ничего у меня с ней не было. давай поговорим об этом потом, когда я буду более трезв. Осаму заметно расслабляется, чувствуя легкий поцелуй. Ничего страшного не произошло. Просто та девушка задела своим резким вопросом. Больше она к нему не подойдет. – ты выигрываешь? - смотрит с легким волнением. Хочет, чтобы Федор остался доволен сегодняшней игрой. У того улыбка на лице раскрывается и коротко кивает. Но этот уверенный жест становится полной ложью и оскалом на его лице за один ход. Ровный счет переваливает в пользу соперника. согласно всем вычислениям, только точные комбинации, выпавшие на костях, могут исправить это положение. Федор впервые не уверен в своей удаче. короткий взгляд на Осаму, который сам не меньше нервничает. Взгляд на остальных участников, которые с интересом ждут решающего броска. Осаму успокаивающе сжимает его руку на своем бедре, когда замечает, что Старший сильно покусывает губу. трясет кисть и бросает кубики на стол. тройка, пять, шесть и две единицы. Осаму расстроится успел, это точно не похоже на что-то стоящее, по лицу Федора это видит. Но тот резко хватает два кубика и снова кидает, случайно задевая стопку фишек, которые шумно рассыпаются по краю стола. снова выпадает единичка с Четверкой. Последний бросок, последний шанс. между пальцев крутится одна кость, которую он подносит Осаму. – 'Саму, брось за меня. только в твою удачу я сейчас верю, - и Осаму понимает одно, по жесту, что нужна двойка. неловко опять. Всё внимание на него, но берет кубик чертов. Ему кивают и улыбаются одним уголком губ. Люди вокруг молча наблюдают за происходящим. Черный взгляд загорается азартом. двойка. Кто-то радостно вскрикивает, а тот самый мужчина напротив резко поднимается из стола и ладонями отодвигает весь выигрыш победителю. – это был последний раз, Достоевский. Он в ответ усмехается и допивает весь оставшийся алкоголь в стакане одним большим глотком. вытирает запястьем капли на губах и тянет их к столу, по которому сразу же скользит гора фишек. и снова довольная улыбка. половина людей уже разошлась. Федор спокойно прижимал ближе своего бесенка к себе, пока тот сонно кладет голову на его плечо, не обращая внимания на разговоры. он ждет, когда его отвезут домой. сдерживает улыбку, когда целуют в висок в период между фразами. руку резко хватают чуть выше локтя, сжимают еще сильнее, через мягкую ткань, впиваясь ногтями в кожу, он дергается от боли. открыв глаза от удивления и резкого действия, замечает снова ее - кошмар сегодняшнего дня. она противно щурится, пытается навредить, несмотря на боль в собственных пальцах. а после сама вскрикивает, хочет сделать шаг назад, но теперь крепко держат ее. собственная рука разжимается, отпускает парня. подняв взгляд, замечает разозленного Достоевского, который резко дергает на себя. – сука, только попробуй еще раз к нему подойти, - почти кричит. откидывает руку девушки в сторону и смотрит в покрасневшие от подступивших слез глаза, – съебывай отсюда. хочется убить. особенно когда на бледной коже ярко выделяются порозовевшие пятна, в которых можно разглядеть очертания пальцев. и тонкий, почти сравнимый с порезом след от ногтей, который Федор со всей нежностью растирает, а после целует. – не болит? – нет, - Младший пытается оттянуть рукав толстовки вниз. но даже по пути домой, Федор продолжает аккуратно держать руку и поглаживать одним пальцем. боится, что останется синяк. выигрыш так не крутился в голове, как переживание о парне.