Давай в прятки?

      Загородный дом. Поздний дождливый вечер. Мы с моей девушкой лежим, точнее я сижу, а она лежит на моих ногах, и смотрим очередной фильм, в суть которого я не вникаю. Весь вечер мои мысли наполнены тем, как затащить Вику в постель. Просто предложить переспать — слишком прямо, она по-любому не захочет. Начать приставать во время просмотра этого фильма — я смотрю на неё, она слишком увлечена сюжетом и ей не понравится, что я её отвлекаю. Что же придумать? Что должно случиться, чтобы мы смогли сегодня потрахаться?       Продолжая обдумывать план действий, наблюдаю за Викой. Она одета в коротенький чёрный сарафан, который соскользнул с её плавной линии бедра, открыв мне её длинные ножки и округлую попку в чёрных кружевных трусиках, на которых лежит моя рука. Нет, она не может просто так надевать эти трусики, их должен снимать с неё я перед сексом. Ткань платья описывает контур её тонкой талии, а выше на маленьких плечиках, на косточках ключиц тонкие лямочки. Она без лифчика. В доме немного прохладно, но она укрылась одеялом лишь до колен. Её грудь, скрытая тонкой материей сарафана, выделяется сквозь него острыми сосочками. Она лежит, практически не моргая, смотря в телевизор, широко раскрыв светло-карие глазки, а её губки немного приоткрыты. Она лежит на моих коленях.       Думая как с ней переспать и смотря на неё, я ещё больше её захотел. Хорошо, что она лежала ниже моего чуть привставшего члена, иначе мой стояк упирался бы ей в её мягкую щёчку и… она была бы возмущена случившемуся.       Осматривая с головы до ног свою красивую и в данный момент очень сексуальную девушку, я понимаю, что я сильно её хочу!       Блять! Что делать-то? — Миша!       Вика резко вцепилась в мои ноги, когда прогремел жуткий гром, сверкнула яркая молния и свет во всём доме погас. Могу ли я считать это знаком свыше? Не, ну правда. Что ещё делать парню и девушке совершенно одним в доме без света? Конечно, играть в прятки!       Вика, всё ещё лёжа на моих ногах, развернулась ко мне лицом. Она посмотрела на меня, а потом спросила с интригующей интонацией в голосе: — Миш, ну и что мы будем делать?       Можно, конечно, подумать, что она уже намекает на потрахушки, но со своей девушкой я уже довольно долго встречаюсь, поэтому у неё не всё так просто. — Мы… мы с тобой будем играть в прятки! — С радостью заявил я.       Она села передо мной. В её глазах отражались сверкающие за окнами молнии. Думаю, она знает, чего я хочу и она хочет того же. Но мы оба понимаем, что к этому мы пойдём необычным путем. — Ну, давай! Ты водишь. Считай до двадцати, только закрой ещё и уши, а то в доме слишком тихо. — Хорошо. — С улыбкой отвечаю.       Она начала перелазить через меня, остановившись на мгновение перед моим лицом и жадно впившись в мои губы. Думаю, теперь точно понятна конечная цель нашей игры.       Закрываю глаза, руками прикрываю уши. — Раз, два, три…       На счёте десять убираю руки от ушей, чтобы я всё-таки смог её найти, а не как в прошлый раз, что я её не нашёл, а она просто уснула. Правда, тогда свет не отключался, да и играли мы не ради секса в конце. Нам было тогда по двенадцать — тринадцать лет. Но сейчас всё по-другому. Поэтому ходить её долго искать, не входит в мои планы. — Восемнадцать, девятнадцать, двадцать! Я иду искать, кто не спрятался — я не виноват!       Я слышал, как она на носочках побежала вверх по лестнице, а потом, как закрылась в большом шкафу, стоящем около широкой мягкой кровати. Она тоже уже успела всё продумать. Какая умница, девочка.       Я не стал сразу подниматься наверх. Вместо этого я решил приготовиться и быстро пошёл в свою комнату. В ящике у моей кровати лежали пара презервативов и тюбик со смазкой вкуса клубники — недавно его купил, хочу попробовать. Распихав всё это по карманам, я медленно поднимался по лестнице. — Того, кто плохо спрятался, ждёт строгое наказание в виде обязательного минета!       Иду и широко улыбаюсь, представляя, как она пожалела и злится, что так плохо спряталась.       Прохожу по двум соседним комнатам, открываю там шкафы, раскрываю шторы, в общем — делаю самый настоящий вид, что ищу её.       Но член, который снова встаёт от мыслей о её влажном ротике, о её узкой и мокрой киске, не даёт мне насладиться игрой, заставляя идти в комнату с заветным шкафом.       Потихоньку открываю немного скрипящую дверь, прохожу к окнам, двигаю шторы, потом заглядываю под кровать, попутно кладя на тумбочку презервативы и смазку.       Медленно подхожу к шкафу и резко открываю двери. — Попалась!       Вика испуганно пищит и протестует против наказания минетом.       Я хватаю её на руки и тащу к кровати, она упирается и пытается отвертеться от меня. Спрыгнув с моих рук, она бежит к двери и пытается её открыть, но все попытки тщетны. Я, подозревая, что подобное может случиться, запер комнату на ключ, который держал в заднем кармане джинс.       Вика развернулась и пошла ко мне, уговаривая отменить минет. — Ну, Мишенька, я не хочу этого делать. Ты же знаешь, что у меня не очень получается. Да и не очень-то мне нравится это делать. — жалобным голоском и большушими чёрными глазами она пыталась выпросить снисхождения. — Викуся, у тебя всё прекрасно получается. — притягиваю её к себе за руку и заставляю сесть на меня сверху. — Ты специально всё это говоришь!       Она наклонилась к моей шее и начала её целовать, облизывать нежным языком и прикусывать зубками. — Видишь, как у тебя хорошо получается с шеей, тоже самое и с членом. — я уже начал таять от её нежных и горячих прикосновений.       Она знала, что от меня никак не отвертеться, поэтому ей ничего не оставалось делать, как только согласиться. — Вот и умничка, моя хорошая. — уже изнемогая от желания проговорил я. Вика прекрасно догадывается что я уже возбуждён, начинает представление точнее даже почувствовала, что я уже возбужден, решила подразнить меня сильнее. Она слезла с меня и заставила передвинуться на середину кровати, оперевшись спиной на стену. Затем, освещаемая частыми вспышками молний за окном, распустила свои чёрные вьющиеся волосы и начала медленно и плавно снимать с себя одежду. Одна за другой по худеньким плечам спускались лямочки сарафана. Всё ниже и ниже скользила ткань платья по её прекрасному телу. Красивая небольшая грудь, затем животик — мой любимый, ещё ниже округлые бёдрам, а в конце сарафан скатывается по стройным ножкам, падая на пол. Моя девочка стоит передо мной в тёмной комнате практически полностью обнажённая. Контуры её идеальной фигуры освещаются частым светом из окна. Всё это не может не влиять на меня ещё сильнее, от чего мой член уже до боли наливается кровью, требуя к себе внимания, требуя скорейших действий с ним.       Вика, красиво шагая и виляя бёдрами, подошла к кровати. Она начала снимать с меня носки — заставило слегка улыбнуться. Затем начала медленно заползать на кровать, всё ближе ко мне, заставляя раздвигать ноги шире. Она смотрела в мои глаза, но я не мог оторвать взгляда от её груди. Вика села между моих ног, руками оперевшись на ноги у самого паха. Я не смог удержаться, мне очень хотелось сжать в ладонях её нежную грудь. Я касался её нежнейшей кожи, гладил, между пальцев зажимал её затвердевшие сосочки. Вика сильнее выгибалась в спине и откидывала голову назад, когда я засасывал её соски в рот и языком ласкал их, то нежно проводя по кругу, то сильно упираясь в них, немного прикусывая зубами. Ах, она уже стонала, но минет никто не отменял.       Поцеловав напоследок каждую грудь, я отстранился от Вики.       Я расстегнул ширинку джинс и немного приспустил их, указывая на то, что ей нужно делать дальше.       Вика провела рукой по горячему бугру в плотной ткани, затем просунула ладонь вовнутрь, но ещё не в трусы. Она поглаживала мой член, иногда сквозь ткань царапая его ноготками. Затем Вика, смотря в мои глаза, медленно стянула с меня трусы. Видимо приметив на тумбочке инвентарь, она взяла смазку и выдавила небольшое количество холодной скользящей субстанции на головку члена. От перепада температур я слегка вздрогнул.       Обхватив головку мягкими пальцами, моя девочка начала двигать рукой вверх и вниз, размазывая по всей длине члена смазку, аромат которой наполнил комнату. Её рука начинала ускорять темп, захватывая нежными пальчиками и яички, от чего и так тяжёлое дыхание срывалось в тихие постанывания, желая, чтобы её рка двигалась ещё быстрее и пальцы сильнее обхватили член. Но, конечно, я понял, что она хочет просто мне подрочить, поэтому схватил её за запястье и грозным таким голосом сказал: — Соси, блять! — сам от себя не ожидая такой грубости, чуть ли не прорычал я, утопая в желании. И даже хотел извиниться за свои слова, но, клянусь, увидел в её глазах вспыхнувшие огоньки. Это меня взбудоражило и новая волна возбуждения прошлась по моему телу.       Вика приблизилась к моему лицу, едва коснулась меня своими сладкими губами и медленно начала спускаться вниз,       Всё ниже и ниже она целовала моё тело, оставляя мокрый след. Также не забывая и про мои соски, которые до жути сильно реагируют на её горящие язык и губы. При её прикосновении к моим соскам, я взрагивал, тело напрягалось, а в члене сильнее чувствовалась пульсация крови.       Я был уже в полном предвкушении, когда её пухлые губки замерли над моим членом, а её глаза заигрывающе и светясь смотрели на меня. Ещё несколько мгновений её колебаний и она мягко касается горячими губами головки, от чего у меня вырывается протяжный стон. Ладони сжимаются в кулаки, дыхание перехватывает и неконтролируемо начинает двигаться таз в попытках проскользнуть в её ротик как можно глубже.       Вика начинает медленно двигать головой — эта мука, самая настоящая, сводит с ума от максимального напряжения и практически минимальных действий. Она мучает меня, играется со мной, знает, что я сейчас максимально от неё зависим.       Я чувствовал как она двигает языком по моему члену, а когда она полностью вытаскивала его изо рта, от её мокрых губ тянулась к головке тонкая ниточка слюны. Вика снова наклонялась к члену и, немного высунув язык, ласкала и облизывала словно сладкое мороженое, головку, уже вовсю сочившуюся смазкой.       К своим действиям ртом она добавила ещё и руку и в такт с головой скользила по влажному члену.       Я чувствовал, что должен кончить, и этот момент наступит буквально через пару мгновений, не смотря на все мои жалкие попытки продлить себе удовольствие и не кончать. Но говорить об этом Вике не хотел, я жаждал увидеть на её лице, на её пухлых раскрасневшихся губках, на маленьком подбородке тоненькие белёсые струйки, стекающие вниз по шее.       Мой пик удовольствия нарастал с каждым движением её быстрого и скользского язычка по моему члену. Мои мысли полностью затуманились блаженством, я перестал контролировать себя. Моя рука переместилась на голову Вики, пальцы захватили несколько прядей её шековистых волос и услили хватку. Во мне проснулось дикое желание насаживать её ротик на свой член как можно глубже. Сжимая её волосы в кулаке, я управлял её головой, заставляя брать ещё глубже. Я ощущал, как головка члена проскальзывает в её узкое горло. Я понимал, что от моих действий у неё начнётся рвотный рефлекс, точнее я даже это чувствовал, когда она пыталась полностью вытащить член изо рта, но усилием руки я насаживал её обратно, ведь я ещё не кончил.       Она начала стонать и немного всхлипывать, но не пыталась прекратить свои действия, а наоборот начала засаывать мой член ещё сильней. Это были нереальные ощущения, я больше не сдерживал себя и излился в её очень умелый пошлый ротик. Пока мой член пульсировал у неё во рту, я придерживал её голову, чтобы она получила все до последней капли моего горячего семени.       Позволив ей вытащить член изо рта, я приподнял её мокрое от слез личико. — Глотай. — Выдохнув это слово, я свалился на постель как самая уставшая, но самая довольная и счастливая в мире собака, других сравнений просто нет.       Она, как самая послушная девочка, проглотила все и открыла ротик, демонстрируя свое повиновение. — Хорошая девочка. — Я вцепился в её опухшие горячие губы своими.       Руками я притянул её ближе и положил на себя. Я обнимал её, гладил по голове, пальцами расчесывая запутавшиеся волосы. Всё, что сейчас произошло слегка походило на насилие, но я знаю свою девочку и, не смотря на следы слез, ей это нравится. — Ты великолепна! — Всё ещё отходя от произошедшего, произнёс я ей на ушко и сильней прижал к себе.       Вика демонстративно шлепнула меня ладонью по плечу. — Я не люблю это делать! — Но делаешь это превосходно, милая моя. — Я улыбнулся ей.       Демонстративно насупившись и показав мне язык, она немного пристала, затем улыбнулась и чмокнула меня в щеку.       Мне понадобилось около десяти минут, чтобы отойти от шикарного минета, снова собраться с силами. Мой член снова был готов получать и доставлять удовольствие большое количество времени. Но я решил и своей девочке доставить удовольствие её любимым способом.