Тёмная ночь

Солнце давно укатилось за горизонт. Вокруг была тишина. На небе начинали мерцать первые звёзды. Старшина лежал на холодной земле и смотрел куда-то вдаль. Он жалел о том, что сегодня накричал на Фишера. Подумаешь, лопату держать в руке правильно не умеет... может он в детстве в огороде даже не был? Карпенко часто замечал, как Фишер боится его, порой и вовсе заикается в разговоре с ним. Размазня одним словом. Зря командир поставил Борю туда совсем одного далеко от станции. Вдруг с ним что-то уже стряслось? Гриша долго думал и всё-таки решил пойти проведать бойца. И судя по всему это было не зря. Картина, которую он увидел опровергла его в шок. Борис лежал весь в крови и совершенно не двигался. Немцы атаковали его и скрылись. Карпенко тут же подбежал к парню и прислонил два пальца к его сонной артерии. Пульс был, но ели ощущаемый. Фишер постанывал от боли и вырывался, думая что это не старшина, а немцы. – Пожалуйста, потерпи, родненький!.. Это я, командир Карпенко... Узнав знакомый голос Борис расслабился и кажется потерял сознание. Командир не стал медлить и взял его на руки. Боец оказался таким лёгким и худеньким, поэтому отнести его до станции не составило труда. На станции Григорий понял, что Фишеру надо в больницу, иначе здесь весь забинтованный он долго не протянет. Оставив одних Овсеева, Пшеничного, Свиста и Глечика охранять территорию, старшина отправился как можно быстрее в больничное крыло на руках с Борисом. Он добежал до следующей станции за пол часа, а дальше их подвезли. Больничное крыло было маленьким и неуютным. Всего мест для больных было двенадцать (из них пять занято). Молоденькая медсестричка по имени Жанна случайно уронила чайник для пациентов когда увидела Карпенко, а на руках окровавленного парня. Она тут же послала их в операционное крыло, тем временем пытаясь найти врача. Операция длилась крайне долго. Гриша сидел в коридоре ожидания, рассматривая старые стены с трещинами. Война потрепала судя по всему не только людей. Вскоре из операционной выкатилась кушетка с раненым Фишером. Старшина кинулся в след. – Скажите, с ним всё хорошо?! – Жить будет, однако ему потребуется долгое время на восстановление, – Жанна усталыми глазами взглянула на мужчину, – по словам врача он чудом как выжил, обычно при таких ранениях умирают сразу, так что ему повезло! Борю перевели в палату на самую последнюю койку. Командир сидел на деревянном стульчике рядом с ней и в надежде ждал когда боец придёт в сознание после наркоза. Он ласково поглаживал очкарика по руке, размышляя о своём. Тут-то заучка зашевелился и открыл глаза. – М-м, где я? – Ты в больнице, всё хорошо, самое страшное позади. – Карпенко помог Фишеру надеть очки. – Они окружили меня, я х-хотел не подвести Вас, товарищ командир!.. Боец был в бреду и старшина догадывался об этом. – Сильный, сильный мальчик, прости что накричал на тебя по пустякам и считал тебя неумекой, хочешь я буду у тебя в долгу? Последовало долгое молчание, а после Борис скрутился калачиком, наверное от холода. Грише ничего не оставалось сделать как только накрыть его одеялом и оставить одного.