miracle

"бывшие лучшие друзья, бывшие любимые книги и песни, увлечения, которые перестают приносить удовольствие, встречи, при которые ты уже легко сдерживаешь улыбку, мечты, которые больше не вдохновляют... хуже только сам момент, когда ты понимаешь, что начинаешь безвозвратно терять то, что было когда-то тебе так дорого. это чувство упускаемых возможностей, забытых счастливых моментов и убегающего куда-то времени.."

fleetingly

Настал выходной, и многие студенты наслаждались обществом, предаваясь мечтам и дремоте. Феликс, был таким же, проснулся лишь для того чтобы утолить жажду. Он направился к общей кухне, чтобы заполнить стакан прохладной водой из крана. В свободной футболке и шортах он выглядел сонным и растрепанным, придавая ему вид того, кто только что вышел из сна. Когда Феликс вошел в кухню полусонный и с небрежными волосами, он взял чашку и, наполнив её водой, обернулся. Внезапно он заметил, что кто-то уже находился на кухне. Он решил не придавать этому значения и тихо пил свою воду, но вся дремота мгновенно исчезла, когда он ощутил шлепок по своей заднице. Он резко обернулся и увидел Бэкхёка. — Что за наxуй!? Тот лишь усмехнулся, словно ничего особенного и не происходило. — Просто хотел убедиться, что ты не спишь. — произнес он с легким безразличием. Феликс опешил. Усмешка Бэкхёка, его нарочитая небрежность, казались издевательством. Ярость вскипела в нем мгновенно. — Ты с ума сошел? – прошипел стараясь говорить тихо, чтобы не разбудить других. Его сердце бешено колотилось, смешивая злость и какое-то непонятное замешательство. Бэкхёк пожал плечами. — Ну чего ты так взъелся? Не будь таким букой. — Он подошел ближе, и Феликс инстинктивно отступил. — Я просто пошутил. Феликс сжал стакан так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Это не смешно, Бэкхёк. — Он отвернулся, залпом допил воду и поставил стакан в раковину, стараясь скрыть дрожь в руках. Ему хотелось вылететь из кухни, как ошпаренный, но он заставил себя остаться на месте, делая вид, что моет стакан. Он чувствовал взгляд Бэкхёка, прожигающий ему спину. Бэкхёк пожал плечами. — Чего ты так реагируешь? Просто немного повеселился. Не будь таким занудой, Феликс. — Он приблизился, его ухмылка стала еще шире. — Или тебе не понравилось? Феликс отступил на шаг. Ему не нравилось все это. Наглость Бэкхёка, его вторжение в личное пространство, этот двусмысленный тон. Он сожалел о том, что когда-то оказался с ним в постели. Это произошло в конце первого семестра, когда кто-то решил устроить шумную вечеринку у себя дома. Алкоголь лился рекой, воздух наполнялся никотином и, возможно, что-то ещё, о чём стоит умолчать. Феликс пришел вместе с Джисоном, но тот вскоре исчез с Минхо, оставив его в одиночестве. Он развлекался так, что ноги отказывались его слушаться от избытка выпитого, но несмотря на это, каким-то чудом продолжал танцевать. Как он оказался с Бекхёком, он не помнил и не желал вспоминать. Остались лишь обрывки: беспокойный шепот «Я не отпущу» и крики, доносившиеся издалека. Также остался момент, когда, повиснув на его руках, он слышал, как тот с кем-то ругался, второй голос был знакомый, но он так и не понял кто это был. Открыв глаза, он обнаружил себя на диване в незнакомой комнате, укутанным одеялом и чьей-то толстовкой. Весь месяц Бекхёк невидимо преследовал его, угрожая выложить снимки в соцсети если они не повторят ту ночь, но ведь не зря Феликс занимался тхэквондо. Он отобрал телефон, прочистил галерею и не обнаружил ни одной фотографии с собой. Бэкхёк усмехнулся, не получив ответа. — Какой же ты скучный, Феликс. А ведь когда-то был другим. Более… податливым. Ликс сжал кулаки. Он хотел ударить его, стереть эту самодовольную ухмылку с его лица. Но он знал, что это только усугубит ситуацию. Вместо этого он сделал глубокий вдох и выдохнул. — Пошёл ка ты к черту, знаешь твой член настолько маленький что из нас двоих в тот вечер, ты стонал как собака. Бэкхёк замер, словно получив пощечину. Ухмылка сползла с его лица, обнажив злость и удивление. Он явно не ожидал такой отповеди. Обычно Феликс старался избегать конфронтации, предпочитая молчание и уклонение. — Ты смеешь так говорить со мной? — прошипел Бэкхёк. Он сделал шаг вперед, угрожающе нависая над Феликсом. — Ты пожалеешь об этом, когда я буду- Феликс усмехнулся, чувствуя, как адреналин наполняет его тело. Страх отступил, сменившись холодным презрением. Он перебил его. — Угрозы? Это все, на что ты способен, Бэкхёк? Я думал, ты более изобретательный. Впрочем, чего еще ожидать от человека, который хвастается тем, чего у него нет. Он развернулся и пошел прочь, оставив Бэкхёка стоять в оцепенении. Ли чувствовал на себе его прожигающий взгляд, но не обернулся. Он медленно продвигался по коридору, уставшее тело больше не требовало сна, и он решил использовать это время, чтобы постирать свои вещи, пока прачечная пуста, и принять душ. Когда он вошел в кабинет жизни и чистоты, там не было никого, лишь он один, окруженный тишиной. Словно в ритуале, он загрузил свою одежду в стиральную машину, погружая в ней свои повседневные хлопоты и тревоги, и с нажатием кнопки активировал её, наполнив пространство звуком лёгкого журчания воды. Облокотившись на холодную стену, он закрыл глаза, позволяя мыслям ускользнуть, как мыльные пузырьки, растворяющиеся в воздухе. Это мгновение было как глоток свежего воздуха, возможность хоть на миг уйти от реальности, перезагрузить себя, пока машина тихо вращалась, отмывая не только одежду, но и его внутренние переживания. Внезапно звук стиральной машины перестал быть единственным в помещении. Тихое шуршание, похожее на шелест крыльев мотылька, привлекло его внимание. Феликс открыл глаза, настороженно оглядываясь. В углу, возле гладильной доски, стояла девушка, закутанная в огромный, махровый халат. Её лица не было видно в полумраке, но Феликс почувствовал на себе её взгляд. Неловкость повисла в воздухе, словно невидимая паутина. Он кашлянул, чтобы нарушить тишину. — Простите, я не знал, что здесь кто-то есть. — произнес он, не зная почему извинялся. лишь чувствовал, как румянец заливает его щеки. Девушка не ответила, лишь слегка повернула голову в его сторону. Он отвернулся, вновь прикрыв глаза. Ему хотелось провалиться сквозь землю. Он надеялся, что стиральная машина закончит работу как можно скорее, и он сможет уйти, оставив это странное молчаливое присутствие позади. Минуты тянулись бесконечно. Девушка ушла первой и тот выдохнул. — Кто разгуливает по общежитию в одном халате.. — бурчал себе под нос, надеясь что скоро сам сможет принять душ. — Тебя что отшили? — слышится игривая усмешка в голосе, который Ли узнает среди тысячи. Хёнджин прислонился к двери, держа в руках корзину с бельем для стирки. Несмотря на помятую одежду и отекшее лицо, он по-прежнему был красив, и это бесило Ли. С своей уверенностью он стоит в немытой футболке, не видевшей воды уже целый год. Феликс скривился. — С чего ты взял? Я просто жду, пока постирается моя одежда. Неплохо бы тебе тоже закинуть что-нибудь в машинку, от тебя за километр несёт. Хван картинно принюхался к своей футболке. — Завидуешь моему неповторимому аромату свободы и самовыражения? Ну, не всем дано. А что касается девушки… Может, она ждала принца на белом коне, а тут ты, в спортивных штанах и смущенным видом. Феликс закатил глаза и посмотрел на него сверху вниз. — Оставь свои фантазии при себе, ты не лучше одет. Лучше бы следил за тем, чтобы твои вещи не заплесневели в углу комнаты. Хёнджин пожал плечами, ставя корзину на пол. — Плесень – это тоже своего рода искусство, знаешь ли. Винтажный аромат, так сказать. Но раз уж ты так настаиваешь, может, вместе постираем? Ты, я, и моя футболка. Феликс лишь отмахнулся, наблюдая, как заканчивается стирка. Вытащив свои вещи, он аккуратно сложил их в корзину. Хёнджин не сводил с него глаз, и это напрягало. — Кстати, насчет девушки в халате, — внезапно произнес старший, нарушая молчание, — это могла быть новенькая. Они вчера заселились на наш этаж. Говорят, она художница. Может, ты и есть ее муза? Таинственный незнакомец в стиральной комнате. Феликс усмехнулся, проигнорировав подкол. Ему было плевать на новенькую, на Хёнджина и его дурацкие шутки. Всё, чего он хотел, – это поскорее вернуться в свою комнату и забыть этот неловкий инцидент. Поспешно сбрасывая одежду в корзину, он собрался уйти, и, обернувшись напоследок к Хвану, заметил, что тот безмолвно уставился на стиральную машину, хотя она была пуста. Хёнджин, начал без причины тыкать в дверь. — Ты что делаешь? — с удивлением спросил Феликс, не скрывая улыбки. Это выглядело комично: Хван, казалось, даже не знал, как пользоваться стиралкой. — Пытаюсь понять логику этого адского устройства, — пробормотал Хёнджин, продолжая безуспешно жать на кнопки. — Кажется, оно заперто. Может, там кто-то остался? Мини-принцесса, забытая в царстве стирального порошка? — Ты что не умеешь пользоваться стиралкой? Феликс не выдержал и подошел ближе. Легким движением руки он открыл дверцу стиральной машины, которая тут же издала щелчок, освобождая замок. Хёнджин удивленно посмотрел на него, словно тот совершил какое-то волшебство, но быстро вернул невозмутимое выражение лица. — Конечно, умею! Просто проверял, состояние этой машинки. А ты, я смотрю, эксперт по стиральным машинам? Может, проведешь мастер-класс? — Делать мне нечего. Сам справишься. —Снова разворачивается собираясь уйти, но вновь останавливается чтобы взглянуть на мучения Хёнджина. Тот тыкал на кнопки ничего не понимая, даже не включив старт. Понаблюдав так ещё две минуты, Феликс больше не мог смотреть как мучают эту машинку. Он фыркнул и оставив свою корзину подошёл к Хвану. — Дай сюда! Ты сначала вещи разбери, зачем ты запихнул всё подряд? Ты тыкаешь кнопки, даже не насыпав порошок! — он подошел к машинке, показывая на отсек для порошка, потом на панель управления. Объяснял просто, доходчиво, хотя в глазах Хёнджина все еще читалось легкое замешательство. — Серьезно, ты никогда не стирал вещи сам? Это довольно просто. Выбираешь режим, засыпаешь порошок, нажимаешь кнопку. Всё. Хёнджин фыркнул, отводя взгляд. — Я всегда был занят более важными делами, чем сортировка носков и выбор температуры воды. — Так ты никогда не стираешься? Ты что когда в душ идёшь и свою одежду там моешь? — скривился Феликс. — Нет! За меня всегда стирали те кому я очень нравлюсь. Я имею в виду фанатов. — гордо улыбается. — Фу. Хван закатил глаза и принялся наблюдать как младший запускал стирку. Хотя, скорее всего, он наблюдал за Феликсом. Тот, с серьезным и слегка недовольным выражением лица, объяснял, как пользоваться стиралкой, и это было даже мило. Внезапно осознав свои мысли, он быстро отогнал их прочь. — Вот и всё! Ничего сложного, — завершил Феликс, решив, что его миссия выполнена. Он забрал свою корзину и собрался уходить. Хёнджин посмотрел на вертящуюся машинку, затем перевел взгляд на оставшуюся одежду. Неожиданно что-то в его голове заставило его сказать это прежде, чем Феликс покинет помещение. — А труселя? Мне их как мыть? Феликс остановился, обернувшись с удивлением. – Что? – Ну, трусы. Они тоже грязные. Их как стирать? Отдельно, вместе, вручную? Ли приподнял бровь. – Ты серьёзно? Тебе и их фанатики стирали? Ладно, слушай внимательно, профессор важных дел. Трусы стирают так же, как и всё остальное, но лучше выбирать деликатный режим или стирать вручную, если они из кружева или чего-то особенного. И да, трусы тоже надо сортировать по цвету. Хёнджин кивнул, делая вид, что внимательно слушает. — Понял. Деликатный режим и сортировка по цвету. А если постирать красные с белым, то всё станет розовым? Феликс вздохнул. — Да, Хёнджин, может стать розовым. Лучше не рискуй. А теперь, если у тебя больше нет вопросов по стирке нижнего белья, я пойду. — Иди, иди.

••••

Джисон сидел на корточках у забора. Он ещё не вернулся в общежитие, предупредив Феликса, чтобы тот его не ждал, — его путь лежал в ночной клуб. В 4 утра он уснул в какой-то комнате, а проснулся лишь в 7, когда его вышвырнули. Пытаясь отрезвиться, он решил прогуляться, но уснул на детской площадке, предварительно позвонив кому-то и попросив купить ему мороженое. Проснулся от того, что его тыкали палкой, и, открыв глаза, увидел Минхо с мороженым. Время показывало десять утра. Сейчас он прикуривал сигарету, одновременно наслаждаясь мороженым. — Мм, вот чего мне так не хватало. — Не могу поверить, что ты заставил меня проделать весь этот путь за дурацким эскимо, — с лёгким раздражением произнес Минхо. — Но ты всё равно пришёл… хотя я даже не помню, как позвонил. — Джисон пожал плечами, делая очередной вдох. Минхо усмехнулся, наблюдая за ним. — Конечно, я не мог оставить тебя на скамейке в парке. Ты не помнишь? — Неа, — произнёс Джисон, делая затяжку. Минхо, увидев это, сморщился. — Как ты можешь совмещать курение и мороженое? Это должно быть ужасно на вкус. — Ты не поймёшь, пока не попробуешь, — с кривой улыбкой протянул ему мороженое и сигарету. — Спасибо, но нет. Я не буду пробовать, это звучит отвратительно. К тому же, я не курю. — О, какой святоша. С каких пор? Я помню, как ты пятерку хуярил! — продемонстрировал на пальцах Джисон. — Ну, я должен, по крайней мере, показать больше зрелости, чем ты. Если бы люди знали, что я делаю такие вещи, они бы никогда не поверили, что из нас двоих я несу ответственность.— Минхо просто пожимает плечами, но на его лице все еще играет легкая улыбка. Джисон засмеялся. — Ну да. — Он снова закурил и откусил от мороженого, но в третий раз перепутал и, выпустив дым, укусил сигарету, начиная плеваться. — Aa!! Тьфу, тьфу!! Минхо вздрогнул, услышав крик Хана, но, повернувшись, рассмеялся, схватившись за живот. Джисон наконец откашлялся, выплюнувл остатки табака. — Заткнись. Это не смешно. Теперь у меня во рту вкус пепельницы. Он демонстративно выкинул остатки сигареты и сердито посмотрел на мороженое. Его уже не хотелось. Он поднялся с корточек, отряхнул штаны и повернулся к Минхо. — Ладно, пошли. Я хочу в душ и есть рамен. Спасибо за эскимо, кстати. Минхо, все еще посмеиваясь, последовал за ним. — Всегда пожалуйста. Может, в следующий раз ты попросишь меня купить тебе сэндвич? Или, может… уголь? Джисон ткнул его локтем в бок. — Очень смешно. Просто заткнись и иди. Но даже в его голосе проскальзывали нотки смеха. Он не мог долго злиться на Минхо, особенно когда тот притащился через весь город с дурацким мороженым для его пьяной задницы. Ли, утирая выступившие от смеха слезы, закинул руку на плечо друга. — Было бы эпично, если бы тут были дети. Представь их лица, когда ты, как дракон, извергал бы огонь из сигареты! Могу поспорить, дети думали бы, что увидели супергероя. — Скорее уж антигерой с эскимо и никотином. Хан ускорил шаг, направляясь к общежитию. Его желудок начал урчать, напоминая о пропущенном завтраке и злоключениях прошлой ночи. Рамен или супчик казались сейчас вершиной кулинарного искусства. — Кстати — Минхо не отставал, подстраиваясь под его темп. — С чего решил напиться? И Феликс знал что ты ушел вчера? Серьёзно, тебе стоит завязывать с этими выходками. Феликс переживает каждый раз, как ты пропадаешь. Джисон промолчал, прекрасно зная, что друг прав. Он чувствовал укол вины, но признаться в этом было сложно. Привычка сбегать от проблем в шумные компании и алкоголь укоренилась слишком глубоко. — Да, я предупредил его. И что значит с чего решил "напиться"? Во первых "расслабиться", я ходил всю неделю почти без пропусков. Это достойно чтобы наградить себя! К тому же была пятница, а это значит что? правильно! Пятница–улица развратница. — быстрее зашагал Хан пританцовывая. Добравшись до общежития, Джисон, не дожидаясь старшего, юркнул внутрь. Ему нужен был душ, рамен и долгий сон, чтобы хоть немного восстановиться и встретиться лицом к лицу с реальностью. Общежитие встретило привычным гулом голосов и запахом стирального порошка. Джисон поспешил в свою комнату, где его ждали не заправленная кровать Феликса, без самого Ликса. Кажется тот уже проснулся. Легкий беспорядок на его собственном столе который он обещает самому себе убрать уже которую неделю. Хо заходит следом осматривая комнату, давно его тут не было. Сам то он живёт в квартире, но иногда ему не хватает тех будней в общаге. Он возвращает взгляд на Хана, видя как тот роется в своей тумбочке и достает оттуда какой то ядерно острый рамен. Сам Минхо не был фанатом сильно острого, да в целом острого. Хотя раньше он обожал это и готов был есть каждый день по острому блюду, но перехотел когда получил гастрит. — Не боишься, что твой измученный желудок взбунтуется против этой огненной лавы? Джисон лишь отмахнулся, его взгляд был устремлен на чудо в руках . — Сегодня мой желудок готов принять вызов, как Данте, спустившийся в девять кругов ада, - проворчал он, представляя себе остроту бульона, способного смыть привкус табачного пепла. Он чувствовал себя опустошенным, словно выжатый лимон, но в предвкушении рамена теплилась надежда на возрождение Феникса из пепла ночного кутежа. — Давай со мной! — Нет спасибо, в отличии от некоторых я уже сытно позавтракал здоровой едой. — усмехается Ли. Джисон, не обращая внимания на подколки, принялся за приготовление. Закипел чайник, и аромат острого порошка наполнил комнату, смешиваясь с запахом стирального порошка, создавая неповторимую атмосферу общаги. Он добавил кипяток в лапшу, накрыл крышкой и стал ждать, пока острое варево настоится, представляя, как жар растекается по телу, смывая усталость и тоску. Минхо наблюдал за ним с легкой усмешкой. Зная Хана, он прекрасно понимал, что острота для того была не просто едой, а ритуалом, способом вернуться к жизни после тяжелой ночи. Сам он предпочёл бы спокойный и здоровый обед, но наблюдать за метаморфозами друга было забавно. Когда рамен был готов, Хан с блаженным видом втянул первую порцию. Глаза его заблестели, а на лбу выступила испарина. — Вот оно, - прошептал он, - настоящее искупление! — Он предложил Минхо попробовать, но тот лишь поморщился, отрицательно качая головой. Хан же, не обращая ни на кого внимания, продолжал поглощать острое блюдо, наслаждаясь каждым укусом. Минхо вздохнул, наблюдая за этим гастрономическим безумием. Он знал, что попытки образумить Джисона бесполезны. Тот, словно одержимый, поглощал содержимое тарелки, не обращая внимания ни на что вокруг. В какой-то момент его лицо покраснело, а глаза наполнились слезами, но это не остановило его. Закончив трапезу, Джисон откинулся на спинку стула, тяжело дыша. На лбу блестели капельки пота, а губы горели огнем. Он блаженно прикрыл глаза, словно побывал в раю и вернулся обратно. — Ну что, стоило оно того? — усмехнулся Минхо, протягивая другу салфетку. Джисон промолчал, лишь кивнув и довольно улыбнувшись. Он точно знал, что через пару часов пожалеет о содеянном, но сейчас, в этот самый момент, он был абсолютно счастлив. А что еще нужно для жизни? Хан откинулся на спинку стула с блаженной улыбкой. Он прикрыл глаза, наслаждаясь теплом, растекающимся по телу. — Вот это жизнь. Чтобы по-настоящему расслабиться от души, он расстелил на пол все свои подушки и пледы, а затем привалился к ним, маня Минхо сесть рядом. Тот лишь усмехнулся, однако от предложения не отказался. В этой обители покоя и дружбы они оставили за пределами комнаты все заботы и суету, позволяя себе просто быть. И на мгновение, среди подушек и пледов, их сердца бились в унисон, сами не зная почему. На самом деле, Хан собирался отдаться сладкому сну, но мысль о том, что можно уютно дремать на плече Минхо, пленила его. Старший оказался идеальной подушкой, и, не раздумывая, Хан повалился на него, вызывая недовольные хрипы. Их утомляющая утренняя беготня могла бы привести к глубокому сну — по крайней мере, Джисон был готов к этому. Минхо тоже смирился с судьбой: рутинные заботы утренних хлопот изматывали. Они закрыли глаза, расслабились и уже чувствовали, как их сознание уходит в мир сладких грез. Бах-бах-бах!!! Два парня, сцепившись в стремительном танце, вломились в помещение, создавая хаос и бешеный шум. Их ругань смешивалась с насмешливыми криками, и водоворота нецензурных слов. Минхо и Джисон, как ошпаренные, вскочили, ошеломленно уставившись на это беспорядочное зрелище. Заметив в этой буре светлую головушку, сразу поняли что это Феликс, а значит, с ним – Хёнджин. Ничего удивительного. Эти двое, словно два разъяренных кота, катались по полу, пытаясь вырвать друг у друга какой-то несчастный предмет. Комната, только что погруженная в тишину, превратилась в поле боя. Старший, подавив стон, потёр переносицу. Он уже предвидел, сколько времени займёт уборка после этого урагана. Хан, напротив, казалось, был заворожён этим представлением, наблюдая за разворачивающимся безумием с полу-улыбкой. Иногда он даже подбадривал Ликса, пока Минхо не одёргивал его взглядом. — Джисон, держи его! — кричал Феликс, схватившись за ногу Хвана. — Минхо, забери этого чокнутого!! —отбиваясь кричал Хёнджина. Названные так и стояли не сдвинувшись с места. Минхо, первым придя в себя, процедил сквозь зубы: — Что, черт возьми, здесь происходит? Его голос был полон раздражения, но бунтари, казалось, вообще не слышали его. Они погрузились в своё хаотичное взаимодействие, создавая атмосферу шумного беспорядка. Внезапно они заметили предмет в руках Хёнджина, когда тот высоко поднял руку, недоступную младшему. Это была тетрадь и диск? Их борьба продолжалась, и в конце концов оба схватились за тетрадь, тянув её в разные стороны. — Успокойтесь наконец! Что происходит? Вы сейчас порвёте.. Не успел Джисон закончить, как раздался треск рвущейся тетради. В одно мгновение оба молодца оказались на полу, зажимая в руках свою добычу, правда порванную. Тут повисла тишина, все четверо пялились на тетрадь в рука парней. Можно было услышать, как тикают часы. Феликс и Хёнджин медленно подняли глаза друг на друга, младший первым нарушил молчание, прошипев: — Ты че наделал?? Ты порвал ее!! Хван, не собираясь уступать, огрызнулся в ответ: — Я!?? Это ты вцепился в нее! посмотри что ты наделал! Минхо, окончательно потеряв терпение, рявкнул: — Хватит! — Он подошёл к ним и вырвал остатки тетради из их рук. Осмотрев обрывки, он нахмурился. — Что это вообще такое? И вы из-за этого дрались? Оба парня замолчали, гневно пялясь друг на друга. — Это была наша зачетка! — начал Хёнджин. — Ваша зачетка? — приподнял бровь Минхо, ничего не поняв. — Нет! Наша с тобой! — тыкает пальцем в сторону друга. — Это была наша с Хани! Джисону надоело терпеть эту ругань, и он, наконец, подал голос. — Стоп!! — все трое обернулись, слегка удивленно уставившись на него. — Объясните с самого начала, что произошло? И без криков! В противном случае вышвырну! Феликс глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. — Я столкнулся с одним из преподавателей; он остановил меня и Хёнджина, который выходил из прачечной, не умея стирать свои трусы. — Он почувствовал пронизывающий взгляд Хёнджина и тихий смешок Минхо за спиной, но продолжил: — Его тоже остановили. Преподаватель спросил, не сдаем ли мы зачет по его и нескольким другим предметам, на что мы, разумеется, кивнули. Он достал громадный набор различных вещей и сообщил, что в этом месяце планируется некий концерт, а мы должны принять участие если хотим получить "автомат". Так как мы первыми попались ему на глаза, он предложил нам выбор из множества дисков с песнями и тетрадок с темами. Так как мы на хореографическом, нам, очевидно, нужно было придумать хореографию. Он подсказал, какая из песен самая легкая. Я взял эту для нас с тобой, а этот придурок вырвал её прямо из рук и заявив, что сделает это с Минхо. Вот и всё. — Ага, теперь у нас ничего не получится, ведь тетрадь разорвана на двое. — А её, получается, нужно сдавать? — с приподнятой бровью спросил Минхо. В ответ Хёнджин кивнул. — Старик просил сохранить её, чтобы потом можно было прочитать тему оттуда. Да и ещё потому, что бумагу беречь необходимо, и всё такое. Джисон потер переносицу. — Значит, преподаватель этот - любитель самодеятельности. Ладно, с этим разберемся. Ликс, зачем ты вообще отдал тетрадь Хёнджину? Ты же знаешь, какой он у нас импульсивный. — Он выхватил её. Я не ожидал, что он так себя поведет. Думал, договоримся нормально. — Он бросил сердитый взгляд на старшего который, казалось, ничуть не раскаивался. Минхо усмехнулся. — Ну что, гении? Поздравляю с новым квестом. Теперь нам нужно либо склеить эту несчастную тетрадь, либо найти способ списать тему. Или… есть еще один вариант. — Он многозначительно посмотрел на Джисона. — Мы можем просто отказаться от участия. Лицо младшего вдруг засветилось, он перевел взгляд на Минхо и щёлкнул пальцами. А оставшиеся двое стояли в недоумении. — Что? что с твоим лицом? — нахмурился младший Ли. — Ты собираешься меня бросить? Я ведь ради нас стараюсь! — На самом деле, мне уже поставили зачёт по большинству предметов, осталось только два у той строгой преподавательницы, — сказал Джисон. — Она точно не поставит зачет из-за концерта. Да и выступать я не очень хочу. — Что?!! Такого предательства он не ожидал, зато у старшего улыбка до ушей. Он обошел Ликса, хлопнув его по плечу, и подошел к Минхо, приобняв его. — Ничего страшного, мы с Хо займемся этой темой. — произнес он с ухмылкой, но его прервали. — Эм, вообще-то, я тоже думал отказаться. — Даже не думай! У тебя, что, тоже зачет по автомату? — недовольно спросил Хёнджин. — Вообще-то да, на следующей неделе сдаю последний проект, и я свободен. Лицо Хёнджина изменилось. Феликс и Хван застыли, переводя взгляд с одного друга на другого. — Ты что серьезно собираешься оставить меня одного?? — Почему одного? Вон Ликс есть. — Хёнджин морщится, А Ли младший закатывает глаза. — Упаси боже.

••••

Они так и не решили этот вопрос, двое парней не горят идеей работать вместе поэтому отказались, но решили пока оставить это на потом. Порванную тетрадь которая оказалась лишь с одним листком и диск они спрятали в шкафу. Месяц обещает быть интересным.