miracle

"похорони меня на цветочном поле,

не прикрывая иссохших век,

чтоб проросло из них хотя бы что-то,

коли из меня не вырос

счастливый человек"

just remember my love

В планах Феликса после пар значились вполне прозаичные вещи: перекусить, забежать в магазин, вернуться в общагу и, закопавшись в учебники, в конце концов завалиться спать. И туда точно не входил: поход в больницу. Со вчерашнего вечера он наивно лелеял надежду, что Минхо забудет об этом, или окажется слишком занят. Но, увы, судьба распорядилась иначе. И вот он уже сидит в машине старшего, мчащейся в направлении ненавистного медицинского учреждения. Впрочем, стоит признать, есть в этой ситуации и свой луч света – он наконец-то узнает, что же с ним такое происходит. Ликс неотрывно смотрел в окно, наблюдая за мелькающими пейзажами и стараясь не думать о предстоящем визите к врачу. Минхо, сосредоточенный на дороге, время от времени бросал на него мимолетные взгляды, словно пытаясь понять, какое настроение сейчас у младшего. Больница встретила их стерильной белизной коридоров и запахом лекарств, который он терпеть не мог. Хо уверенно провел его через лабиринт кабинетов, минуя очереди и здороваясь с медперсоналом. Казалось, он здесь свой. Феликс чувствовал себя потерянным в этом незнакомом мире, цепляясь за рукав старшего, как за спасательный круг. Наконец, они оказались перед дверью кабинета с табличкой "Доктор Кан". Старший ободряюще сжал его руку и кивнул, мол, все будет хорошо. Феликс глубоко вздохнул и вошел в кабинет, стараясь сохранять спокойствие. Они оказались в кабинете врача, где их уже ждал мужчина средних лет в белом халате. Сказать честно, им он показался жутким. После короткого знакомства начался осмотр. Врач задавал вопросы, ощупывал лимфоузлы, просил его сделать глубокий вдох и выдох. Он чувствовал себя неловко под внимательным взглядом и старался отвечать как можно более четко и ясно. — Как начинается приступ? — спросил врач, нежно касаясь пальцами ключицы. — Ну, зрение расплывается, и не слышу ничего. Чувство страха. Похоже на паническую атаку, но только ещё острее. Потому что чувствую боль. Колющую, рвущую боль в рёбрах и лёгких. Доктор Кан внимательно слушал, не перебивая, лишь изредка кивал головой, записывая что-то в блокнот. Его взгляд был пронзительным, будто сканировал не только тело, но и саму душу Феликса. Закончив осмотр, доктор Кан отстранился и присел за свой стол. Он несколько минут что-то записывал в карту, а затем, наконец, поднял взгляд на Феликса. — Хорошо, Феликс, — сказал он, — я выслушал тебя и провел осмотр. Твои симптомы довольно необычны и требуют дальнейшего обследования. Я бы хотел назначить тебе ряд анализов и исследований, чтобы исключить возможные причины. Он начал выписывать направления на анализы крови, мочи, ЭКГ и рентген грудной клетки. Феликс чувствовал, как внутри нарастает напряжение. — Не волнуйтесь, — заметил доктор Кан, словно прочитав его мысли. — Это всего лишь предосторожность. Нам нужно убедиться, что все в порядке, и исключить серьезные заболевания. Запишитесь на анализы как можно скорее, и после того, как результаты будут готовы, мы сможем назначить следующий прием. Врач быстро набросал список на листке бумаги и протянул его Ликсу. — Запишитесь на все это как можно скорее. И приходите ко мне с результатами. Феликс взял направления, чувствуя, как холодок пробегает по спине. Список анализов казался бесконечным, и каждое название звучало угрожающе. Он старался сохранять спокойствие, но тревога постепенно заполняла его. .... После выхода из кабинета доктора Кана Феликс почувствовал себя потерянным. Яркий солнечный свет, ударивший в глаза, казался каким-то чужим и враждебным. Он машинально побрел к выходу из больницы вместе с Минхо. Не теряя времени, Феликс записался на все назначенные анализы в ближайшей лаборатории. Ожидание результатов казалось вечностью. Каждую свободную минуту он проводил в интернете, пытаясь найти информацию о своих симптомах, но это лишь усиливало его беспокойство. Страницы медицинских сайтов пестрели страшными диагнозами, и он старался отгонять от себя эти мысли. Наконец, наступил день повторного приема у доктора Кана. Феликс сидел в приемной, нервно теребя в руках смятую бумажку с результатами анализов. Его сердце бешено колотилось, и казалось, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Дверь кабинета открылась, и медсестра позвала его. Войдя в кабинет, он робко поздоровался с доктором Каном. Тот, как обычно, был собран и спокоен. Он жестом предложил Ликсу сесть и внимательно посмотрел на него поверх очков. — Итак, Ли Феликс, давайте посмотрим, что у нас тут, - произнес доктор Кан, беря в руки результаты анализов. Несколько минут он молча изучал бумаги. Наконец, доктор Кан поднял голову и посмотрел на пациента. — Что ж, результаты не самые утешительные, - произнес он, оглядывая младшего. — Нам потребуется провести дополнительные обследования, чтобы уточнить диагноз и назначить лечение. В принципе Ликс ожидал что-то типо такого, поэтому не удивился. — Мне нужно вас осмотреть. — внезапно произносит доктор, осмотр? Ладно. Доктор Кан подошел к нему и начал проводить повторный осмотр, попросив снять верх. На этот раз он был более тщательным и внимательным. Врач долго прослушивал его легкие, надавливал на живот, проверял рефлексы. Феликс чувствовал себя неловко и напряженно под пристальным взглядом врача. Ему казалось или он пару раз слышал как врач усмехался? — Как вы боролись с приступами? — продолжая щупать плечи, переходя к шее. — Обычно мой друг был рядом. Если честно сам не понимаю, как то резко проходят. — В месяц сколько раз обычно бывают? — Ну, раз так 3-4обычно. Но последние два месяца по 6 раз были. — Мм, вы что нибудь принимали? Что готовили другие врачи? Младший замялся. — Вы первый.. К другим не ходил. Врач на это удивлённо охнул, но на его лице растянулась небольшая улыбка. — Вот как. А так что принимали? Или ничего не пробовали? — Пробовал. Миорелаксанты вроде, точного названия не помню. — Хм, понятно.. — Он отстранился и встал перед ним, оглядывая сверху вниз. — Вы довольно красив. — Спасибо? — не особо понимая к чем тут это. Доктор Кан усмехнулся, наблюдая за замешательством Феликса. В его глазах мелькнул какой-то странный огонек, заставивший младшего почувствовать себя еще более неловко. — Не стоит благодарности, Феликс. Просто констатация факта, — сказал врач, вновь подходя ближе. — Но красота, увы, не всегда спасает от болезней. Особенно от таких редких и загадочных, как твоя. Он снова взял в руки результаты анализов, но, казалось, больше не смотрел на них. Его взгляд был прикован к Феликсу, изучающий и немного пугающий. — Я пугаю тебя? — Ну если честно то да. Врач посмеялся. — Прости, у меня уже не первый раз такие жалобы. Просто это мой стиль общения и мой так скажем.. подход? или нет, прости в русском не силен. Но ничего плохого я не сделаю. Феликс облегченно выдохнул, хотя напряжение никуда не делось. "Если это его обычный стиль, то, наверное, стоит к нему привыкнуть," - подумал он, стараясь не смотреть в глаза доктору. — Ладно, оставим лирику, — проговорил он, пролистывая страницы. — Нам нужно углубиться в твое состояние. Я хочу назначить тебе МРТ головного мозга и электроэнцефалографию. Это поможет нам исключить некоторые серьезные заболевания и лучше понять природу твоих приступов. Кажется, разговор вернулся в профессиональное русло. Он кивнул в знак согласия. — Знаете.. Ваши анализы, конечно, указывают на определенные проблемы, но я считаю, что корень вашей проблемы может лежать глубже. В вашем эмоциональном состоянии, возможно. Думаю пару практик вам не помешают. Младший недоуменно нахмурился. — Какие, например? — Ну, например, я знаю пару хороших массажных техник, которые могут помочь расслабить мышцы и снять напряжение. И, конечно, я бы рекомендовал вам уделять больше внимания своему психическому здоровью. Возможно, вам стоит заняться медитацией или йогой. — Хорошо, я попробую. — И ещё кое что... Помните вы говорили, что одни таблетки помогали вам с приступами? — получив кивок, он продолжил. — У меня есть кое какие таблетки подходящие под некоторые ваши симптомы. Попробуйте их. После этих слов, врач достает небольшую упаковку таблеток с названием "Метадон" и протягивает Ликсу. Доктор Кан загадочно улыбнулся. — У метадона есть свойства, о которых не все знают. В вашем случае, думаю, он может оказаться весьма эффективным. Просто поверьте мне, Феликс. Я знаю, что делаю. Принимайте по одной таблетке во время приступа или до. И, конечно, держите меня в курсе ваших ощущений. — Ладно, я попробую. — берет таблетки в руки и осматривает их. Через пару минут он вышел из кабинета с бумагами и таблетками в кармане. О его болезни все ещё ничего не известно, но это только начало обследований. Дверь кабинета врача закрылась за ним с тихим щелчком, отрезая его от стерильного запаха антисептика и настороженных взглядов. В руках он сжимал пачку направлений на анализы, а в кармане предательски позвякивали таблетки – а ещё док зачем то попросил пока никому не говорить про них.. Вынырнув из полумрака больничного холла на улицу, Феликс зажмурился от яркого солнца. И тут же замер когда стукнулся с кем то. У крыльца его ждал Минхо. С неизменной полуулыбкой, прищуренными глазами и аурой невозмутимого спокойствия, которая всегда действовала на Феликса как бальзам. — Как все прошло? — спросил Ли, подходя ближе. В его голосе звучала тревога, тщательно скрытая за маской равнодушия. Старший словно почувствовав его колебания, взял его за руку. — Пойдем, — сказал тот. — ты наверное голодный. Кафе оказалось небольшим и уютным, с приглушенным светом и ароматом свежей выпечки. Минхо заказал два латте, один пирожок и устроился напротив Феликса, выжидающе глядя на него. Ликс медлил, перебирая в голове возможные варианты. Он мог утаить правду, притвориться, что все в порядке, но ложь всегда вставала между ними невидимой стеной. — Ну сказали, что ещё не совсем известно. Нужно сдать пару анализов. Лино наклонился чуть ближе, его темные глаза изучали лицо Феликса, словно пытаясь прочитать между строк невысказанных слов. — Не совсем известно? — повторил Минхо, его голос стал чуть тише, обретая нотки заботы. Жизнь всегда казалась более управляемой, когда Минхо был рядом. Его спокойствие было якорем, к которому Феликс всегда мог притулиться, а в этот момент оно стало стальным прутом, противостоящим его внутренним бурям. — Мы разберёмся, не переживай, — произнес старший уверенным тоном. Его рука потянулась, чтобы коснуться руки друга, и их пальцы переплелись, создавая некий невидимый мост между ними. — Эй, я если что не грущу. — на эти слова Лино ответил смешком. К этому времени как раз был готов их заказ. Пирожок, который Минхо заказал, оказался горячим и хрустящим. Они немного поболтали о пустяках, чтобы отвлечься.

••••

Джисон сжимал в зубах сигарету, чувствуя знакомый привкус табака и легкое покалывание никотина. Он затянулся, и клубок дыма, густой и ароматный, вырвался из его легких, растворяясь в вечернем воздухе. Солнце, словно гигантский апельсин, медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в оттенки пламени и золота. Рядом, прислонившись к его плечу, лежал Хёнджин. Его голова покоилась на мягкой ткани кофты Джисона, а в зубах, точно так же, как и у Джисона, зажата была сигарета. Тонкая струйка дыма поднималась от нее, смешиваясь с дымом Джисона, создавая причудливые узоры на фоне заката. Они сидели на краю крыши многоэтажки, где ветер трепал их волосы и одежду, а город внизу казался игрушечным, утопающим в мягком вечернем свете. — Че может по пиву? Хван усмехнулся, не отрывая взгляда от заката, и легонько стукнул друга. — Угомонись. Потерпи до своей субботы. — До субботы.. До неё долго, а я хочу сейчас. — проворчал Хан опуская сигарету и перекатывая ее во рту. — кстати, а что у тебя за планы в субботу? с Феликсом.. Хёнджин почувствовал, как легкое раздражение пробежало по его телу. Он знал, что этот вопрос неизбежен. — Вы все никак не забудете да? — усмехнулся он, не зная, как отмахнуться от этой темы. Джисон лишь пожал плечами, продолжая смотреть на закат. Хотя на самом деле ему хотелось задать кучу вопросов. — Просто интересно. Ты же знаешь, как все вокруг шепчутся. «Хёнджин и Феликс? Да не может быть!» — Пусть шепчутся, — спокойно ответил Хёнджин, чувствуя, как легкое покалывание никотина успокаивает его. — Мне все равно. — Ну ты хотя бы скажи, ты же его не убивать там собираешься? — Именно это и собираюсь. Без лишних глаз. На концерте ведь так принято, — закатив глаза, сарказмом ответил Хёнджин. — Вы идете на концерт?! — глаза Джисона расширились, и он резко повернулся к другу, забыв про сигарету, которая чуть не упала с его губ. — Концерт?!? Это слово вылетело с его губ случайно, но наблюдать за реакцией друга было забавно. Он знал, что эта новость его зацепит. — Да в смысле, — недовольно пробурчал Хан. — Ты в него влюбился? Иначе не могу объяснить твои действия. — Что?! — тот резко обернулся, его взгляд встретился с любопытным взглядом. — Ты че несешь. Хан расхохотался, наблюдая за реакцией друга, но, утерев выступившие от смеха слезы, взглянул на экран телефона. — Ого, уже вечер. Нужно Ликсу позвонить. Наверняка дрыхнет без задних ног. Он набрал номер Феликса, и после пары томительных гудков в трубке раздалось тяжелое, сбивчивое дыхание. — Алло? — Але, але. Ты где? — Сейчас, погоди минутку, — послышалось шуршание, и Феликс, судя по всему, пытался восстановить дыхание. Затем до слуха донесся чей-то отдаленный голос, отчего в голову полезли непрошеные мысли. — Всё, что-то хотел? — Да просто спросить, ты в общежитии? И… ты с кем-то? В трубке отчетливо прозвучал обрывок фразы, произнесенный чужим мужским голосом: «Тебе… Ви… малыш?..» Хёнджин, сидевший рядом и старательно делавший вид, что происходящее его не касается, невольно расширил глаза от услышанного. — Он там трахается с кем-то, что ли? — выпалил он, не стесняясь в выражениях. Джисон едва не подавился воздухом от подобного предположения. Конечно, эта мысль и ему пришла в голову первой, но… Он стукнул друга по плечу, покрутив пальцем у виска, и вернулся к разговору. — Феликс? — Да? — Ты где? — В зале, танцую, — ответил тот. Джисон облегченно выдохнул и снова посмотрел на Хвана, который в ответ лишь пожал плечами. — Танцуешь? Один? — Не совсем, столкнулся с парнем из курса старше. — в этот момент на заднем фоне раздался низкий смех, явно мужской. — что-то хотел? — Да просто так… Напиши, как закончишь, а то я ключи посеял где-то… В трубке рассыпался смех Феликса, словно россыпь стеклянных бусин — Может, подтянешься ко мне? Думаю, еще час тут проторчу. Хёнджин бросил на Хана взгляд, полный невысказанной мольбы: «Ты меня бросишь?» — Все в порядке, я с Хёнджином. Конечно, можем и вдвоем… — начал он с ехидной ноткой, но его тут же оборвали. — Нет, лучше сидите там. — Услышав эти слова, старший расплылся в хитрой ухмылке, а Джисон прыснул со смеху. — Ладно, ладно. На связи. — отключился. Хёнджин не выдержал, ядовито процедив: — Он не танцует, он трахается, — произнёс он с насмешкой, но в глазах горел огонь. — Да ты дурак, танцует он. — А зачем стонал тогда так, и ты же слышал слова того парня? По-любому они! — Да нет же, придурок! Феликс часто танцует вечерами, и, между прочим, он не стонал, просто тяжело дышал. Будто тебе неведомо, как это — задыхаться от усталости. — Хан закатил глаза. — С чего ты вообще зациклился на этом? Извращенец? Представляешь, как он… Глаза Хёнджина расширились и прежде чем Джисон продолжите, он перебил: — Нет! Фу, боже. — Хёнджин с отвращением скривился, изображая рвотный позыв. — Просто если бы они действительно... то я бы в тот зал ни ногой. Тот усмехнулся, наблюдая за гримасами друга. — Да ладно тебе, чего так реагируешь? Ревнуешь, что ли? Хёнджин фыркнул, отворачиваясь к закату. — С чего бы мне ревновать? Просто не люблю, когда люди занимаются всякой ерундой у меня на глазах. Зачем мне видеть, как кто-то потеет и пыхтит? Джисон легонько толкнул его плечом. — Ты просто завидуешь, что у тебя сейчас нет никаких «потеющих и пыхтящих». — Заткнись, — проворчал, но в его голосе уже не было прежней злости. Он снова затянулся сигаретой, чувствуя, как никотин медленно разливается по телу, принося с собой желанное спокойствие. Они снова замолчали, наблюдая, как последние лучи солнца исчезают за горизонтом. Город внизу постепенно оживал, зажигая свои огни. Воздух становился прохладнее, и Джисон почувствовал легкий озноб. Он накинул капюшон на голову и плотнее прижался к Хёнджину, ища тепла. В этот момент Хёнджин резко вскочил на ноги, затушив окурок о перила крыши. — Пошли отсюда, — сказал он, — надоело тут сидеть. И пива я все-таки хочу. Джисон улыбнулся. — Ну наконец-то. А то я уж думал, ты до субботы терпеть будешь.