Последняя ночь на Земле

Мы ведём наш репортаж из концертного зала Санторо-Холл в Токио. «Бриллиантовая музыкальная шкатулка», как однажды назвал этот зал Герберт фон Караян, лицезрела первое исполнение двадцать третьего скрипичного квартета, написанного Саки Эномото, под названием «Откровение». Ранее она объявила, что это будет последнее музыкальное произведение, которое она успеет нам представить. Наш корреспондент Наоми Инуэ побывала на концерте и делится с вами своими впечатлениями. Честно говоря, я никогда не была большим фанатом инструментальной музыки. До того, как я начала работать здесь, я почти не ходила на концерты, даже самые популярные. Однако, это изменилось с того момента, когда я посетила один из предыдущих концертов Саки Эномото в рамках работы над очередным репортажем для нашей газеты. Её музыка не может быть описана простыми словами. Это — спиритический опыт, в котором ты не можешь поверить своим ушам. Её музыка звучит как нечто абсолютно иноземное, нечто невозможное для представления простым смертным. Ты открываешь дверь в пустоту и погружаешься в мысли самого успешного и сильного неоклассического композитора в Японии, разрушительницы всех стереотипов о классической музыке, которые тебе известны. Три года назад, когда я сходила на её концерт в первый раз, я взяла у неё интервью, и она посоветовала мне, какую музыку я могла бы послушать дома, чтобы лучше понять то, что она пишет и что она подразумевает. Я взяла отпуск, загрузила всё, что она посоветовала мне, в мой плеер, и погрузилась в музыку. От Вивальди до Крейцера, через Римского-Корсакова в пучину современного безумия Стравинского и Шнитке — отсылки на всё это вы можете услышать в её музыке. Но это не всё! Она никак не ограничивает себя в использовании инструментов выразительности, будь то нечётная размерность, полиритмические мелодии, или что угодно другое, что выведет слушателя из равновесия. Но как только ты адаптируешься к этому звуку, поймёшь, как в него погрузиться, ты начинаешь понимать всю глубину и мощь этой музыки. Это непростая музыка от женщины, прожившей непростую жизнь. Она положила свою скрипку на полку всего пять лет назад, и потратила всё своё время на то, чтобы написать всю ту музыку, что она хочет показать миру, до того, как исполнится неизбежное проклятие, сопровождавшее её всю её жизнь. Несколько месяцев назад она анонсировала, что следующий, двадцать третий, скрипичный квартет, премьера которого состоялась накануне, будет её последним произведением. В день, когда открылась продажа билетов на этот концерт, они все были раскуплены за пять минут. Мы пока не знаем, что ждёт её в будущем, но, увы, её здоровье стремительно ухудшается, и каждый, кто был вчера в Санторо-Холл, мог это лицезреть. В полумраке сцены, вдали от четырёх молодых исполнителей, она сидела в своей кресле-коляске, и слушала премьеру вместе с нами. Иногда она выглядела задумчивой, иногда — улыбалась, выражала свои эмоции так, будто она является пятым исполнителем квартера, хоть и без музыкального инструмента. Сцена была освещена только четыремя свечами, стоящими на пюпитрах музыкантов. Столь же скромной, как и освещение, была первая часть сюиты — тихой, задумчивой, нежной. Развитие же, однако, становилось всё более агрессивным, даже свирепым. Музыка запечатлела бесконечную битву между тобой, защищающим нечто, что важно и ценно для тебя, и внешним миром, пытающимся это разрушить. Каждый мог прочувствовать, как Эномото вложила в это произведение все свои личные тревоги, её борьбу и её трагедию. Это не был просто очередной скрипичный квартет — это была история её жизни и её прощальное сообщение всем нам. Обычно, последняя часть скрипичной сюиты является ключевой, дающей нам если не спокойствие, то хотя бы удовлетворение от того, как эта история завершилась. Не в этот раз: Эномото выбрала путь эксперимента. Она решила совместить звуковое и визуальное представление исполнения, и в конце произведения каждый из исполнителей потушил свечу, стоявшую рядом с ним, одну за одной. Это выглядело так, будто жизнь покидает этот зал: каждый музыкант останавливался, завершая свою партию, и гасил свет, музыка становилась всё тише и тише, до тех пор, пока последний музыкант не остался единственным играющим. Это был момент, в котором Саки должна была сыграть свою роль. Она подкатилась к последнему пюпитру, подняла свою руку, и вместе с последней нотой, прозвучавшей в произведении, погасила свечу, «выключив» музыку и свет одновременно. На мгновение зал погрузился в полную тишину и темноту, публика замерла, словно перестав дышать — пока весь зал не взорвался в овациях. Когда в зале включили свет, все встали, продолжая восхищённо аплодировать. Некоторые из зрителей плакали, другие же поспешили к сцене со цветами в руках. Большая часть цветов, конечно же, досталась композитору: сцена рядом с её креслом была заполнена бесчисленным количеством букетов. Она склонила голову в сторону музыкантов, поблагодарив их за безупречное исполнение. Её муж, выдающийся учёный Хисао Накай, поднялся на сцену, чтобы помочь ей. Я увидела несколько слёз, прошедших по его скорбному лицу. Выступление было записано для телевидения, так что, если вам не удалось его посетить живьём (или если вы хотите прочувствовать ощущения от него ещё раз), вы сможете посмотреть его на следующей неделе. Этот концерт вы не можете пропустить, и это без всяких сомнений одна из самых успешных мировых премьер в истории неоклассической музыки. Кроме того, это выступление оставило после себя несколько вопросов, на которые нет ответа. Почему произведение называется «Откровение»? Что хотела нам сказать Саки Эномото в свой последний раз? Что она хотела нам раскрыть? Кажется, у музыкальных критиков появится много работы в поиске ответов на эти вопросы, ибо Саки нам этих ответов не дала. После концерта я попыталась подойти к ней и взять интервью, но она отказалась, сказав, что слишком устала — и это понятно, учитывая её текущее состояние. Она оставляет нам огромное наследство, которое потребует длительного времени для понимания. Я рада, что знала её все эти годы, и мне очень жаль, что я больше никогда не услышу её новой музыки. Доходы от концерта и показа по телевидению будут целиком отправлены в помощь семье Накай-Эномото, которой необходимо оплачивать огромные медицинские счета. Необходимый гонорар выступавшим музыкантам был оплачен из её личных средств генеральным директором Фонда Ямаку Шизуне Хакамичи. — Наоми Инуэ, корреспондент Japan Times. Телевизионная премьера 23-го скрипичного квартета Саки Эномото состоится в следующее воскресенье в 23:30.