Не любимый.

- Так, а теперь давай по новой, и, пожалуйста, Эндрю, будь так добр сбавить скорость речевого оборота, - стоит надо мною Кевин, тряся за плечи, пытаясь привести меня в чувство. Я же не готов по новой ощутить на себе взгляд осуждения, получая при этом мысленные оплеухи. Ну да, натворил я дел. Но что мне теперь, застрелиться? - Земля вызывает Эндрю! Отзовитесь, пилот! - не унимается Кевин, а я стараюсь сконцентрироваться на чем угодно, только чтобы не слышать его голос. Порой я забываю, каким доставучим может быть Дэй. В голове раз за разом вспыхивают картинки произошедшего. Я вспоминаю, как меня пробирала дрожь, как по коже бежали мурашки от тёплого дыхания. Стоило мне... Блять. Фантомные ощущения неровной кожи под пальцами ещё долго будут преследовать меня. Я боюсь закрыть глаза и вновь узреть тот образ, выдумать который не способен даже мой больной разум под действием алкоголя. - Эй, - вырывает из мыслей меня голос Дэя. Далее он медленно приближается к моему лицу и шепчет в сантиметре от моих губ, - тебе хоть понравилось? От его вопроса моя кожа покрывается мурашками, а тело непроизвольно напрягается. Я вправе чувствовать себя неуютно, даже несмотря на всё то, что мы с Кевином пережили. Кевин нарушил мое личное пространство. Пока внутри меня вспыхивает раздражение из-за прерванного комфорта, Кевину становится весело, судя по его смешкам. Знает же, как до меня достучаться. - А мне не должно было понравиться? - возмущенно отзываюсь я, отпихивая друга локтем в другую сторону от своего лица. Отчетливо помню впалые ямочки на пояснице, пленящий запах шоколада, исходящий от кожи, и роспись веснушек, покрывавших верхнюю часть спины. Невозможно забыть, как он смотрел на меня — с доверчивым взглядом ледяных глаз, полуприкрытых рыжеватыми ресницами. И как тяжело вздыхал, оставляя в моей памяти эхо своих вздохов. В тот момент он принадлежал лишь мне одному. Черт! Я до скрежета сжимаю зубы и мну края одеяла кулаками, пытаясь погасить желание вновь увидеть нескладного мальчика перед собой. Но нет, оно не отступает и берет свое. Член ожидаемо встал колом и готов к действиям. Не облегчает ситуацию и Кевин со своими расспросами. Думал, если передерну раз, отпустит. Сильно я заблуждался, оказывается. - Значит, не собираешься рассказывать? Хорошо, пойду разыщу Нила. Замну его в каком-нибудь углу и сам узнаю, - хитро глядит на меня Кевин, поговаривая, да растягивая губы в улыбке, - всё ведь выспрошу. Мне остается только, выдыхая, отвести взгляд в сторону. - Хорошо! Твоя взяла, Кев! - сдаюсь я, понимая, что его метод убеждения сильнее моих тщетных попыток держать рот на замке. Если честно, иногда даже мне бывает нелегко. Страшно представить, что может сделать Дэй Нилу, зная о его маниакально-извращенных предпочтениях.

***

После каждой тренировки я остаюсь с тренером, дабы обсудить прошедшее занятие. А также помогаю с уборкой, раскидывая маты по местам. И мне просто не хотелось возвращаться в раздевалку, пока там находится Нил. Закончив с заданиями тренера, я глянул на время в телефоне. Полчаса прошли, думаю, что пора идти в душ и отдыхать. Ну или я так думал. Как оказалось, раздевалка не пустовала. В душевой части раздавался шум воды. Впервые я решаюсь осмотреться и узнать, кто же остался. Единственный закрытый шкафчик во втором ряду был, на удивление, рядом с моим. Как бы невзначай я воровато оглядываюсь по сторонам и, успокоив нутро, двигаюсь по направлению этого шкафчика. Хорошо, что на них нет замков. Перед глазами оказывается сумка-почтальонка, набитая обычной одеждой, стоило мне отворить дверцу шкафчика. Мое внимание привлек бейджик с фотографией человека, висящий на колечке под ремнем. Приглядевшись, я смог разобрать корявый подчерк: «Нил Джостен». Какая удача! Мигом вытаскиваю из сумки белую футболку, снова оглядываюсь, мало ли кто решит вернуться да забыть что-то из вещей. Так скоро можно и параноиком стать. Прижимаю футболку к лицу. Блять... Если меня с одного только его цитрусово-древесного запаха будет вести, мой крест на самообладании будет поставлен навечно. Футболку я решаю оставить себе, пусть будет так, просто для спокойствия души, и мигом обратно закрываю дверцу шкафчика Нила, будто меня тут и вовсе не было. Возвращаясь к своему, я наскоро скидываю форму, как попало складывая на полку. На бедра набрасываю полотенце и держу путь в душевую. Это нехорошо — всё, что сейчас происходит. За такое можно «сесть», но я не я, если пойду против своих же желаний. Найти кабинку, в которой принимает душ Нил, было не трудно. Ни секунды не раздумывая я провожу некоторые хитрые действия, позволяющие легко и без вреда вскрыть на ней замок. За два года пребывания в этих стенах чему только не научились. А это всего лишь ерундовый случай. Бинго! Потянув дверь на себя, я убедился, что Нил здесь и ему некуда деться. Я прохожу внутрь, запирая нас двоих на щеколду, кою только что бессовестно вскрыл. Джостен тут же оборачивается на звук щелчка. Его взгляд бегло скользит с меня на дверь, ничего не понимая. В его ясно-голубых глазах я читаю вопрос, который волновал бы каждого, будь он на месте Нила: как я это сделал и что вообще тут забыл? — Если ты об этом, — мой голос громче обычного, так, чтобы меня было слышно сквозь напор воды. Я указываю на дверь за собой, а точнее на щеколду. — Думаешь, это сможет меня остановить? Пока Нил пребывал в состоянии принятия ситуации, я снял полотенце, повесив на крючок на стене кабинки, и медленно подошел к нему вплотную, сразу попадая под струи горячей воды. Душ заставляет мои мышцы расслабиться, а разум на мгновение забыться, но Нил решает вывести меня из блаженного состояния. — И почему я не удивлен? — чтобы задать вопрос, ему приходится наклониться к моему уху, что, конечно, меня радует. От Нила пахнет шоколадом. Запах принадлежит гелю для душа, что я заприметил с правой стороны от нас на полке. — Сладкое? Не люблю его, — наглая ложь вырывается из моего рта, хотя только Кевину известна эта моя маленькая слабость — я сладкоежка. На самом же деле, Нил пахнет охуительно. Я поднимаю голову, бросая взгляд на его лицо. Передо мной небесного оттенка глаза, обрамленные рыжими ресницами. Наверняка Нил жаждет ответов на свои вопросы. Но не сейчас, когда говорить не хочется, а наши взгляды не отрываются друг от друга. Я почти не замечаю, как мои руки сами тянутся к его телу, касаясь бедер, проводя подушечками пальцев по твердым мышцам, чуть надавливая на кожу и чувствуя выпирающие тазовые косточки. Скользящими движениями пробегаюсь туда-сюда, переходя к ребрам, чтобы понаблюдать за его реакцией. Но наш зрительный контакт не прерывается. Мой взгляд заостряется на полуоткрытых губах напротив. Грудь под моими ладонями вздымается от каждого прикосновения, но мне кажется, что Нил на короткий миг перестает дышать. Мои руки продолжают гладить его, гулять по телу, изучать каждую родинку, каждую неровность, что встретятся мне на пути, пока сам я тянусь к нему все ближе и ближе. Первый легкий поцелуй я оставляю на его ключице. Наконец я увидел то, чего добивался. Его чуть потряхивает, и тело вжимается лопатками в стену. Эта убийственная реакция уничтожает во мне последние капли контроля. Джостен еще не до конца понимает, кто положил на него глаз. Имея надо мной власть, он сможет многого добиться. Верти мной как хочешь, я всё сделаю, лишь бы человек продолжал плавиться в моих руках. Внутренний «я» уже готов передать контроль над собой этому хрупкому юному созданию. — Что бы ты обо мне ни думал, знай, что ты — мой подарок, и я от тебя не откажусь, — говорю ему я, продолжая прокладывать дорожку из поцелуев с его ключиц на шею. Оказалось, что кожа Нила в этой области гораздо нежнее и чувствительней. От одного только вида на нее я не смог устоять и чуть прикусываю, втягиваю ее в рот. Увлеченный процессом, я совсем забываю, что мы находимся в душе и что передо мной самый настоящий Нил. С этими мыслями я неохотно отрываюсь от шеи, замечая расцветающие засосы на некогда чистой коже. Блять. Нил Джостен, ты... что ты со мной творишь? Знаю лишь только одно — что если сейчас остановлюсь, точно буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Я тянусь к его острому подбородку, вздернутому вверх, и снова начинаю покрывать доступные участки тела своими поцелуями-укусами. Нил не уклоняется от моих действий, наоборот, подставляет всё больше и больше открытых зон, еще не понимая, что этим самым размахивает красной тряпкой перед быком. Будь ему неприятны мои прикосновения, я бы не стал продолжать. Но стоило ему подставить губы, позволить мне обхватить их своими, когда дали добро, меня унесло с концами. Меня никогда не привлекали поцелуи. Особенно казалось, что это по-бабски — совать кому-то язык в рот. Но не с ним. Так и бывает, что раз попробовал и остановиться теперь невозможно. Мои руки продолжали бродить по его телу, касаться всех доступных мест. Приятная дрожь, пробежавшаяся по телу Джостена, пробудила во мне больные желания, что я держал глубоко в себе долгие годы. Способен ли я буду сказать вовремя «нет»? Не знаю. Не здесь, не сейчас, не с ним. Хочу, чтобы время остановилось, замерло, продлилось. Ведь томительное ожидание очередной встречи с Нилом хуже любой четвертной контрольной. Нил отвечает на поцелуй сначала робко, нежно, с трепетом, и да, это безумно разжигает идею поиграть с ним. Но я хочу большего. Не стерпев, я впиваюсь в его губы грубее, всасывая его язык и прикусывая губы. Не удивительно, что в скором времени я чувствую, как в живот упирается его стояк. Ты правда хочешь этого, Нил? Только чтобы дать нам отдышаться, я разрываю поцелуй. И тут же вновь впиваюсь в чужие губы, а правой ладонью обхватываю его член у самого основания. Веду то вверх, то вниз. Нил что-то мычит мне в рот, но я, не обращая внимания, продолжаю двигать пальцами по его разгоряченной плоти. Сжимаю его смелее, чуть ускоряя темп. Большим пальцем вожу по головке, размазывая выступающие капли смазки. Несколько движений, и Нил кончает мне в руку, а с его губ слетает тихий полустон. Медленно съехав по стене вниз, он оседает на пол, чтобы отдышаться. Вода в душе льет неустанно, смывая следы нашего маленького «преступления». Я присел напротив, меж его раздвинутых ног. Блять, картина на миллион, с горящим названием «вали и трахай». Нил мельком глянул на меня, тут же отводя взгляд в сторону. — Тебе нормально? — спрашивает меня он. — Ну, то сейчас было, и вообще? — По правде говоря, я изначально хотел просто поговорить с тобой. Но, Нил, когда ты рядом, мыслить адекватно не получается. И да, я вовсе не такой уж и плохой, — заканчиваю я на грустной ноте наш короткий диалог. Перед тем как покинуть кабинку, я на прощание оставляю легкий поцелуй на его щеке.

***

В итоге Кевин в курсе. Я рассказал по новой, опустив некоторые подробности, особенно о своем рукоблудстве. Друг лишь выдохнул да пожал плечами: - Ты, конечно, тот еще идиот, но что сделано, то сделано. Плюс ачивка по сближению с рыжим в твою карму. - Констатация фактов — твой конек. Кстати, как там Аарон? — между делом интересуюсь я состоянием брата. - Ну, он просил передать тебе это, — Кевин показывает мне средний палец, а я в ответ усмехаюсь. Годы идут, а брат не меняется. Для него жест в виде "фака" уже является проявлением внимания к моей скромной персоне. И это с учетом того, что я стал для него пустым местом после нашей «ссылки». Радует, что для выброса эмоционального потока гадостей в мой адрес у него теперь имеется Кевин. - Так что, ваши отношения с Нилом планируют развиваться дальше? Это всё, конечно, здорово, но Морияма объявился. До последнего не хотел говорить тебе, да и до каникул осталось меньше двух недель, — молвит внезапно Кевин, тут же перескакивая со своей кровати на мою, устраиваясь рядом. - Ну, Кев, говори уже, — лениво растягиваю я слова. От нашего разговора уже начало клонить в сон. - Он был в гараже, Эндрю. В нашем гараже, за парковкой. Сон моментально сносит прочь, и я выпрямляюсь, обращаясь к другу: — Они тронули его? - Только спокойно, ладно? - Вытянул руку передо мной Кевин. - Эндрю, Рико отлично знает, как ты дорожишь своим байком. С учетом того, что ты собрал его из ломаного железа своими же руками... Короче, японцу пизда. Кевин говорил и говорил, но я не слушал его. Ускоглазый ублюдок вновь покусился на то, что мне так дорого. Многие из моего окружения думают, что тот байк — кусок обычного металлолома, прикаченный с мусорки. Да, он был найден на автомобильной свалке, полностью убитый после аварии. Но это не помешало мне влюбиться в него с первого взгляда. Кевин тогда говорил, что случай безнадежный и не стоит потраченного времени впустую. Плевал я тогда на всех. Тем же вечером я приволок его в один из отцовских гаражей, где в будущем потратил больше года, чтобы собрать эту рухлядь по новой, в улучшенную версию себя. По наведенным в то время справкам о байке я узнал, что его бывший владелец в нетрезвом состоянии не справился с управлением и выехал на встречку. Как итог — разбился насмерть не только он, но и семья, ехавшая в легковушке, в которую врезался. Сам байк — Yamaha Road Star, два цилиндра. Я назвал его Монстром, а позже, подняв с нуля и доведя до идеала, перекрасил в черный. Долгое время я никому не позволял его касаться, но теперь на нем периодически гоняет Аарон. Только ему я и смог доверить байк. А теперь до него добрался Рико. Возможно, и не своими руками, хотя кто знает. Но это не отменяет того факта, что мое желание переебать ему тяжёлой арматурой только возросло. Монстра не смог спасти отдельный гараж, выделенный мне после получения прав. — Твой авендатор в порядке? — интересуюсь я у Кевина, чтобы отвлечься и лишний раз не натворить дел. — С учетом того, что Монстру прокололи шины и нацарапали на боку «пидор», выбитые стекла моей машины и рядом не стоят, — грустно вздыхает Дэй, выуживая из кармана толстовки телефон. — Я вызову аварийку, пусть отгонят в мастерскую к Ваймаку. Помнится, он здорово подлатал твоего коня, когда ты только учился ездить. Накину охране сверху, чтобы их пустили. А ты, мой друг, — обращается Кевин ко мне, — постарайся сидеть тихо. Понимаю, желание замочить узкоглазую гадину сильнее здравого смысла, но всему свое время, — с этими словами Кевин выходит из комнаты, оставляя меня наедине с собственными мыслями.

***

Люблю субботу за отсутствие занятий, дурацкой формы, сковывающей движения. А главное — звон будильника не раньше десяти. Вставать с кровати не было совершенно никакого желания. Я звал Кевина раз десять. Как оказалось, в комнате и следа его не было. Кровать заправлена, сумка на месте, и его обычной штатской обуви не было. Вот и появился повод проснуться. На звонки он не отвечал, что было странно для Кевина — не брать трубку. Возможно, он у Аарона, но обычно он не оставляет меня без предупреждения. Умывшись и приняв душ, я решил заглянуть в новости нашего сообщества. Так, объявили о начале тестов по химии, хм, неинтересно. Кружок ботаники приглашает в свои ряды других ботаников, совсем скука. Неужели ничего не произошло? Захожу в раздел «горячие сплетни» и читаю первую строчку, тут же подскакивая с кровати. «Великому Морияме перешли дорогу. Новенький выбил тому зуб, хотя и сам пострадал неслабо» — опубликовано два часа назад. Пролистав дальше, я натыкаюсь на слитые фотки того инцидента. Парня с рыжими вихрами на затылке я узнал сразу же. Почти на всех фото Нил повернут спиной, зато отчётливо виден Рико. Наличие крови на лице и одежде свидетельствуют тому, что, похоже, ему хорошо прилетело. Вот теперь появилась явная причина выйти из комнаты. Нужно разыскать своего пропавшего без вести друга. Если он не сдержит меня, клянусь, убью Рико собственными руками. Я немедля встаю с постели и переодеваюсь в майку-безрукавку, поверх которой надеваю толстовку. Застегивая ремень на чёрных джинсах, я выглянул в окно и, с учётом потрясающей погоды за окном, в качестве обуви отдаю предпочтение ботинкам на шнуровке. Перед выходом я забираю с полки комода связку ключей. Стоило мне открыть дверь, я встречаю перед собой Дэя. Он, как всегда, фирменно улыбается, глаза искрят не по-детски счастливо, будто он сотворил очередную пакость. — И где тебя, собственно, носит? — озвучиваю повисший между нами вопрос я, выходя из комнаты. — То тут, то там, — продолжая улыбаться, загадочно отвечает друг. — Слушай, — обращаюсь к нему я, подходя ближе, — у меня нет настроения для твоей клоунады. Сначала мне испортили байк, теперь Нил «познакомился» с Рико. Избавь меня от еще одной проблемы и ответь. Чем ты занимался? — Лучший друг называется, — сконфуженно бубнит Кевин. Никогда не пойму его, — Я как раз шёл за тобой. Идём, нас вызывают к директору. — С чего бы? Только не говори, что проебался с байком! — Вот и узнаем, для чего мы понадобились жирному склеротику, — завершив разговор, Дэй вместо меня запирает комнату на ключ.

***

Как же мне не нравятся разговоры на повышенных тонах. Практически с пеленок я уже понимал, что криком мало чего можно добиться. Только нервы тратить да глотку драть до изнеможения. Вообще, сейчас отчитывали Бойда за то, какой он рассеянный, раз позволил себе оставить подопечного в одиночестве. Нил сидел подле него, слушал и пытался вставить свои убеждения, что страшного-то ничего не произошло. Конечно, ведь тебе набили морду, рассекли бровь с губой, а ты только и делаешь, что Мэтта покрываешь. Какой праведный мальчик. Добрее, блядь, никого не встречал еще. Я не то чтобы злюсь на самого Нила, а скорее на попытку оправдать Бойда, свалив груз вины на свои и без того хрупкие плечи. А еще я так и не понял, что забыл здесь в данный момент времени. К тому же к этой драке причастен Рико, не уж-то испугался публично объявиться? Закончив отчитывать Мэтта, директор переключил свое внимание на нас: — Мистер Миньярд, я наслышан, что с самого начала семестра вы планировали взять себе под опеку мистера Джостена, верно? — глядит на меня из-под очков сер Девис, неприятно сощурив и без того маленькие глаза. Мне вдруг становится неприятно. Этот человек — скользкий тип, с ним нужно уметь вести диалог. — С этого момента и до конца учебной программы Нил Джостен переходит к вам на попечение, — сообщает директор. Не знаю даже, радоваться мне этой новости теперь или нет. И как ни в чем не бывало, довольный очередной выполненной задачей, сер Девис приступает к новой партии пасьянса. Минуту мы сидели в тишине. Каждый из нас переваривал информацию, полученную от мистера Девиса. Нил непонимающе переглядывался с Бойдом, пока последний пытался подавить заметную дрожь в руках. Мне бы стоило радоваться всей сложившейся ситуации, но что-то внутри подсказывало, что хорошего в этом будет мало. Прервать молчание и внести свою лепту решил Кевин: — Прошу прощения, — Кевин одаривает директора своей хитрой лисьей улыбкой, — вы же не забыли о моей просьбе? — Ах да, — тут же встрепенулся Девис. Похоже, сейчас он мысленно проклинает тот день, когда стал иметь дела с матерью Кевина. Она директор налоговой инспекции, известный в нашей стране специалист. Благодаря своей внушительной репутации ее сынок живет на широкую ногу. — Мистер Эндрю, ваш друг — это настоящая находка. Вы знаете, иногда он бывает очень убедительным, — расхваливает Кевина директор, а меня, чувствую, сейчас вырвет от потока такой лести, — Я внес изменения в нескольких правилах, и одно из них сейчас вам оглашу. Чтобы подопечный находился в кругозоре опекаемого постоянно, с этого момента они делят одну комнату на двоих в общежитии. Поздравляю с переездом, мальчики. Можете быть свободны, кроме мистера Бойда. Как только мы вышли в коридор, я сразу же подлетел к Кевину, схватив его под грудки, крепко, чтоб не смог вырваться. — Ты охуел? — огласил я свой единственный вопрос, на который меня хватило. — А что я, собственно, плохого сделал? Сложил два плюс два? Всем будет только легче. Мог бы просто сказать спасибо, Эндрю, — язвит в ответ Кевин. Теперь я понимаю, от чего он был так рад. Но чувствую, что сюрпризы от всей затеи Дэя только впереди.