Ромео и Золушка

      Ты был первым. Ты был для меня первым во всем. Ты первый смог показать мне прелести той любви, о которой я могла лишь грезить.

***

       Все мои одноклассницы давно встречались и только об этом и разговаривали. Я так хотела быть такой, как они.       На меня много парней обращали внимание, но… они меня вообще не интересовали. Они были наглые, будто я поведусь и лягу с ними в постель после первого свидания. Я — Хартфилия, меня воспитали достойно и я не буду разводить ноги перед первым идиотом с параллельного класса.       Но ты… ты стал пределом моих мечтаний. Ты не такой как они. Ты был добр ко мне и сперва вообще был нацелен на дружбу, но после… ты сводишь меня с ума.       О Нацу, какая судьба, что ты тогда мне написал. Рандомный парень с интернета, который захватил мое сердце. Твое внимание разжигает во мне невероятное пламя. Ты сам как огонь. Только от одной мысли о тебе я в агонии.       Я и дня прожить не могу без тебя. Каждый день, каждый божий, мучительный день в этой чертовой элитной школе сводит меня с ума. Я только что и делаю вечно: считаю минуты до последнего звонка, чтобы выбежать со школы и увидеть у въезда в школу твою машину. Ты лишь студент, а уже имеешь свои амбиции и почти независим от отца. Но ты не с тех слоев общества, что я — родители не поймут. Они, точнее отец, считают, что я должна стать наследницей знатного рода, подобного нашему и нести гордо дальше фамилию будущего мужа… но нет, я не хочу этой светской элиты, не хочу. Хочу тебя и лишь тебя.       Даже сейчас. Сидя на последнем, мучительном уроке, я попросту игнорирую все, что рассказывает учитель. Литература мой любимый предмет, но так плевать. Я на миг отрываю взгляд от окна, где пытаюсь выглядеть тебя и обращаю внимание на учебник. «Ромео и Джульетта»… драма о запретной любви. «Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте»… мы это проходили в 8 классе, а сейчас конец 11. Под конец учебы учитель захотел вспомнить самые яркие произведения. Я вздыхаю и снова разворачиваюсь к окну. В момент — звонок разносится по всему зданию. Я быстро забираю учебник, закидываю его в школьную сумку и выбегаю из класса самая первая.       Знаю, что ты вот-вот подъедешь и будешь ждать. Я не хочу заставлять тебя ждать… так грустно, когда у тебя пары заканчиваются позже моих уроков. Тогда мне приходится оправдываться перед родителями куда я так спешу ретироваться. Они не примут, не поймут… Когда я рассказала родителям о тебе, мой отец настаивал, нет — требовал, чтобы мы прекратили общение. Я не сделала этого, не смогла. Знаю, что потом мне мало за это не покажется, но не сейчас, прошу.       Выбежав со школы, я выхожу за ее территорию и высматриваю тебя. Жду около пары минут и в груди начинает появляется некий осадок и страх, что сегодня у тебя изменились планы или что… невольно сжимаю подол не очень длинной школьной юбки. Внутри горечь. Хочу было уже развернутся и, лишний раз поправив школьную сумку, отправится домой. Как вдруг слышу резкий гул мотора, а после замечаю знакомую машину. Её я узнаю из сотни на самом большом автобане. Быстро срываюсь с места, бегу к припаркованной на противоположной стороне дороги машине. Школьная юбка невольно задирается при беге, от чего приходится ее немного придерживать.       Нацу не успел даже выйти в машины, как я сама уже уселась на соседнее, пассажирское место. — Я думала ты не приедешь, — ставя сумку себе в ноги, я смотрю не него с ноткой, может и наигранной, но грусти. Он уже смотрит на меня и не отрывает взгляд. Мимолётно осматривает меня и по-доброму улыбается. — Прости, думал успею, а немного не рассчитал. — Что не рассчитал? — Время. Выехал поздно, вот и не успел немного, — его рука сразу, будто невзначай, оказывается на моем колене, но не выше. Это действие не несло никакого подтекста. — Главное, что приехал. Я успела подумать, что ты не приедешь. — Ну как так? Не приехать и оставит свою принцессу без должного внимания? — Нацу улыбается и смотрит мне прямо в глаза с лёгким прищуром. Его слова смущают меня. Меня очень смущают какие-то такие обращения с его стороны! Ну, они ему вообще не подходят! — Дурак? — по доброму спрашиваю я у Нацу, на что тот демонстративно, в шутку, обижается, а после слегка смеётся, а я вместе с ним. — Куда мы сейчас? — Ну не будем же в машине сидеть? Ко мне поедем, — на его слова я киваю и просто смотрю куда-то вперёд. Он заводит машину, и мы спешно двигаемся с места. Дружба Нацу с машинами вообще отдельной темой была. Даже не то, что с машинами, а в целом с транспортом. Он на дух не переносил быть пассажиром, а сам за рулём вроде чувствовал себя достаточно уверенно.       Мы ехали почти что молча. Лишь редкие фразочки могли проскочить, но диалог не складывался. Сейчас в нем и не было смысла. Мы просто ехали, наслаждаясь тишиной и присутствием друг друга. Я часто бросала взгляды на расслабленное лицо парня, на котором была улыбка. Боже, он как-то сведёт меня с ума. Не могут существовать настолько прекрасные парни. Он вроде тебе и друг, а вроде ты ему и не безразлична и… даже слов подобрать не могу.       За витаниями в облаках, я не сразу реагирую, когда Драгнил обращается ко мне. — Ты чего зависла? — сидя ко мне в пол оборота произносит он. — Да задумалась немного, — поднимая себе на ноги школьную сумку отвечаю я, уже собираясь покинуть авто. — И о чем же? Сидела так, улыбалась. — Тебе не столь важно знать об этом, — немного смущаясь и отводя взгляд в другую сторону, я пытаюсь избежать ещё каких-то вопросов, но видимо Нацу хочет все же получить от меня четкий ответ. — Неужели? И что же там такое, что мне не важно это знать? — он слегка щурится. — Какой-то другой парень? — Что? Нет! — такой вопрос меня возмущает, поэтому я буквально выкрикиваю ответ. Такая моя реакция слегка смешит парня. Он берет меня за руку и тянет на себя. Если бы позволяло пространство и не коробка передач, над которой я сейчас протянулась, я бы упала на Нацу. — Дурочка ты. Давай, пошли, — после он оставляет невесомый поцелуй мне в лоб и отпускает. Выровнявшись, смотрю на то, как тот выходит с машины. Слегка помедлив, после сама выхожу с машины, слегка захлопывая за собой дверцу. — Так, а что мы будем у тебя делать? — вопрос был безобидный, но внутри я готова была принять любой ответ. — Ну, для начала ты накормишь меня, — очень довольно и хитро произносит Нацу, от чего я встала как вкопанная. — Ты серьезно привез меня к себе, чтобы я тебе приготовила поесть?! — Нет! Не придумывай! — заходя в подъезд, будто убегая от меня, оправдывается Драгнил. Я быстро догоняю его следом, ведь иначе в подъезд вообще не попаду. — Я на ходу это придумал. Думал, что можно тебя попросить что-то приготовить. Я же знаю, что ты чудесно готовишь! — Эх, ну ладно, — без особого желания, но понимая, что выбора у меня нет, я соглашаюсь. — Спасибо, Люси! Мне так с тобой повезло! — в этот момент мы уже ехали в лифте. Расстояния между нами мало, так что ему не составляет вообще труда сгребсти меня в охапку и прижать к себе. Мое сердце невольно начало колотиться быстрее. Я бы так и осталась: прижимаясь к его груди, слушать его дыхание и стук сердца, вдыхать его запах. Быть просто рядом с ним всё время. Но момент был прерван остановкой лифта и тихим шумом открытия дверей.        Мы проходим в его квартиру и вместе сразу направляемся на кухню. — И-и, — сбрасываю с плеча сумку, — что же тебе готовить? — Что найдешь в холодильнике, то и готовь, — Нацу уселся за стол, упираясь локтями в него и подпирая голову. Его выражение лица было как у довольного кота, которому налили молока. Я лишь закатываю глаза и все же принимаюсь за готовку. В холодильнике я нашла куриное филе, а после в шкафчике до него нашла и риса. Не желая слишком заморачиваться, решила сделать тушеное мясо с рисом. Не смотря на то, что великими навыками кулинарии я не обладала, Нацу всегда восхвалял всю мою стряпню.       Пока я заходилась у плиты, он рассказывал мне всякую всячину: что у него было за сегодня, как он из-за одного придурка к ректору чуть ли не попал, почему он опоздал на встречу. Мне нравилось его слушать. Я смеялась, моментами сама что-то рассказала. Мне казалось, будто мы та сама молодая, семейная пара. Такие мысли заставляли мое сердце трепетать. Мне хотелось бы вечность находиться в такой атмосфере.       Закончив готовку, я ставлю тарелку перед Нацу, а сама сажусь рядом с ним с другой стороны стола. — А себе чего не насыпешь? — в непонятках спрашивает он у меня, только принимаясь за поедание. — Я не особо голодна. Может позже, — усмехаясь отвечаю я. — Ну смотри, — после Драгнил принимается за трапезу. Я моментами наблюдаю за ним, моментами отвлекаюсь на телефон, но слушаю, что он иногда рассказывал.       Проходит пару минут, как мы сидим на кухне, ведя незамысловатый разговор ни о чем. Нацу почти доедал все, что я ему насыпала. Моментами, он набивал едою рот и пытался что-то говорить, на что я смеялась и заставляла его замолчать и нормально есть. — Это было прекрасно! — Рада, что тебе понравилось, — я забираю тарелку и отхожу к раковине, дабы убрать посуду. Мыть не буду, он не маленький и осилит и сам помыть тарелку. Как только я подошла к раковине, так сразу почувствовала руки на своей талии. Сперва прикосновения были будто с опаской, но после более уверенные. От неожиданных прикосновений я слегка дернулась, от чего оказалась прижатой к чужому телу.       Мы так стояли около пары секунд. Я ощущала себя будто в трансе, чувствуя спиной как вздымается грудь Нацу. Его дыхание было спокойным, но моментами рваным. Мое же, было вообще не спокойным и уж тем более рваным. А когда на шее ощутились чужие губы, то с моих губ сорвался рваных вздох. Руками я держалась за край кухонной поверхности, в которой располагалась раковина. Я и не думала отталкивать парня, ведь эти аккуратные прикосновения понемногу сводили меня с ума. Момент, мое тело пробивает током, когда чужие губы сжимаются на моей шее. Мне остаётся лишь вскрикнуть от неожиданности. Это было и больно, и приятно и … даже не знаю. Следом был ещё один, ещё, ещё. Они были почти подряд, но с небольшой паузой. Но отдавшаяся, эхом ноющая боль от укусов заставляла ощущать все так, будто эти укусы были один на одном. — Нацу… — еле заставляю себя что-то сказать, — хватит, прекрати, это слишком. — Почему? — он оставляет лёгкий поцелуй на одном из укусов, по крайней мере оно так ощущалось, ведь вся шея ныла от такого ощущения. — Во-первых — слишком сильно, во-вторых — что мне родителям на это говорить? — Ну подумаешь, — он резко разворачивает меня лицом к себе. На миг мы так и застываем, смотря друг другу в глаза. Пристальный, пылающий взгляд серо-зеленых глаз, прямо поедал меня. Я и не думала, что Нацу свойственно менять свое поведение настолько моментально. — Чего ты так резко набросился? — слегка усмехаясь, шуточно произношу я. Парень улыбается и мимолетно целует меня в губы. — Не наелся. — Вот же ж…! — я было хотела что-то ответить, но не успеваю, так как меня поднимают усаживают рядом с раковиной. Я сразу резко свожу ноги, ведь юбка позволит лёгкий доступ к… мало ли. — Что творишь? — Хочу полюбоваться тобой. Подумать как же мне повезло с тобой, — Драгнил подходит ко мне ближе, но пока ему не позволяют подойти очень близко из-за моих сведенных ног. — И хотелось бы, — черт. Видимо, он решил приблизиться ко мне по максимуму, поэтому кладет ладони на мои колени и пытается их развести. Я их лишь сильнее сжимаю, не позволяя сделать того, что он хочет. — Люси, — его голос стал строже, а меня аж током пробило. Тело на миг напряглось, а после сразу ослабло, что позволило ему все же раздвинуть мои ноги. Тем самым, он открывает себе возможность приблизится ко мне. — Хотелось бы поблагодарить свою принцессу за вкусный обед, — после он сразу припадает к моей шее. Аккуратно кусает, целует и моментами оставляет засосы. Для того, чтобы их спокойно оставлять, он специально стал расстегивать пуговицы моей рубашки. Мой рассудок разделяется на два: одно, что я за продолжение, другое же — отстранить парня, ведь… я морально не готова.       Прикосновение губ и чужих рук сводят с ума. Невольные стоны и тихие вскрики начинали срывается с моих губ, от чего я запрокидываю голову назад. Тем самым, будто даю уже зелёный свет парню. Ощущения смешивались, все казалось чертовски нереальным. Подкорками сознания я пыталась держаться за реальность. Ведь одно дело поцелуи, укусы, Господь с ними, и прочие махинации ещё в рамках приличия, а другое, что мы перейдем ту черту, к которой я ещё не осмелела. Точнее, я хочу, но мне кажется, будто не готова. Я слишком запутана в данном плане, что не понимаю своих чувств и желаний.       Резко, адекватное сознание будто приходит на место желанию. Рука Нацу стала пробираться под юбкой, видимо, к белью. Тут то я поняла, что сейчас мы и переступим эту грань. Нет, не сейчас. Господи, хотя бы не на кухонной поверхности. — Т-так, нет, стоп, — нехотя, я отстраняю того за плечо. Который раз мысли метаются между желанием и здравым рассудком. Все слишком сложно. То, когда я просила Нацу об этом, он сам мне отказывал. Сейчас же, последние разы, не только сейчас, лезет вот так. Мне кажется, что я схожу с ума. Отстранив его ещё чуть дальше от себя, я спрыгиваю с поверхности на пол. — Почему? — Я морально не готова. — Люси, ты такая интересная, — он вздыхает и опирается о то место, где я только что сидела. — Вот такая я, — я подбираю свою сумку и закидываю ее на плечо. — Не думай, что я не хочу, — я подхожу к нему, не осмеливаюсь будто поднять взгляд на него. Подойдя ближе, я тычу пальцем ему в грудь, даже не знаю к чему. — Просто… мне хочется быть к этому готовой… давай… — я отвожу взгляд и смотрю куда-то в окно, — может завтра? — Завтра? — я поворачиваю к нему голову и слегка взволновано киваю. — Завтра, так завтра. А сейчас что…? — А сейчас я побегу домой, а то дел куча, — я подмигиваю ему и приблизившись лицу оставляю мимолетный поцелуй на губах, а после сразу ретируюсь в коридор. Я быстро покидаю квартиру парня, ведь сейчас не хотелось там очень долго задержаться. Мне казалось, что если я побуду с ним ещё пару минут, то возможно и не сдержусь. Я не знаю последовал ли за мной Нацу, но главное, что мне удалось спокойной уйти. Завтра… поспешила я возможно… ну, иначе уже никак. Нужно подготовиться…

***

       С вечера я начала готовиться. Я хотела произвести на Нацу такое впечатление, что … даже не знаю. Даже если, не дай бог, мы расстанемся, что он будет видеть во всех других девушках лишь меня. Не хочу думать о том, что мы расстанемся, что мы станем чужими… мне кажется, что нам с ним велено судьбой.       Я привела себя полностью в порядок — если вы поняли о чем я, и подобрала красивое нижнее белье. Не думаю, что мои родители оценили бы это, найти этот комплект у меня в шкафу, но… мне и не нужно их одобрение! Мне не десять лет. Я сама могу выбирать что мне носить.       Хотя, я и сама не была смела для такого белья. Чёрное кружево, что почти ничего не прикрывало, но выглядело так изысканно, будто тебя во всех запретных местах зарисовал художник очень тонкой кистью. Мне было сложно понять насколько сильно оно мне идёт, но я хотела верить, что Нацу заставит меня поверить в то, что оно создано для меня.       Утром я проснулась пораньше, дабы собраться и немного накраситься. Обычно, я вообще не придаю этому внимания, тем более, в школе иногда за это могут и упрекнуть, но сейчас я иду на риск.       Собравшись, я хватаю свою сумку и иду на кухню, ведь знаю, что родители меня уже ждут там за завтраком. Оставив сумку в коридоре, я дохожу до кухни. Внутри появляется некий страх, что мой план может пойти не так. А может отец решит заехать за мной после школы, как иногда бывает. Так, к слову, был один момент как он спалил меня с Нацу. Но тогда нам удалось отвертеться, но сейчас… надо придумать причину, по которой я вернусь домой позже… или вообще не вернусь сегодня… — Мам, пап, доброе утро! — как ни в чем не бывало, позитивно, проговариваю я. Отец даже не отрывается от газеты, продолжает пить кофе. Мама же отходит от плиты и ставит передо мной кусочек запеканки. — Доброе, завтракай давай, — по доброму отвечает мне мама и садится рядом. Наша семья могла себе позволить нанять и повара, и уборщиков, и кого хочешь, но все же иногда моя мать предпочитала самостоятельно что то готовить.       На ее слова я лишь киваю и начинаю есть. — Кстати, мам, — начинаю я спустя пару минут, как начала есть. — Можно я сегодня пойду… к Леви на ночёвку? Нам нужно сделать проект по биологии вдвоем. — Какой проект? — слегка в непонятках спрашивает мама. Я беру в рот ещё кусочек запеканки и пытаюсь вспомнить крайнюю тему. Слушала бы я ещё что-то! — Типа-а… исследовать особенности окружающей экосистемы: парка какого-то, леса и прочего. — Если так, то хорошо, — с доброй улыбкой на лице отвечает мама. Я уже ликовала, но слегка строгий взгляд отца в этот момент заставил меня напрячься. — А меня спрашивать никто не будет? — Пап, но ты ведь сам говоришь, что оценки очень важно. Если я не сделаю его, то и сама получу плохую оценку, так ещё и Леви подставлю! — Но проект это не повод оставаться на ночь, — сделав ещё глоток с своей чашки, отец все никак не хотел униматься. — Джуд, пойми, — тут в разговор уже встряет мама, — это может занять не пять минут, а целый вечер. И ты хочешь, чтобы Люси потом сама по ночи домой добиралась? — Я могу попросить людей, чтобы ее после забрали. — Не надо меня забирать! — я понимаю, что мой план идёт коту под хвост. — Почему я не могу просто остаться у подруги? — вижу, что он хочет что-то сказать, но я встаю и продолжаю. — Мама мне разрешила — все, — после я выхожу из кухни, забираю свою сумку и обувшись покидаю квартиру.

***

       По завершению уроков я вновь на том же месте. Не думаю, что сегодня я буду ждать Нацу так долго, как вчера. Тем более, у него самого должна быть заинтересованность в скорейшем прибытии за мной. Целый день в ожидании последнего, заветного звонка был невыносим. Это чувство было что-то между предвкушением и волнением. Ветер невольно, будто пытался прокрасться под мою юбку, желал всем раскрыть тайну моего предвкушения. Мне же остаётся всячески придерживать подол юбки как не спереди, так сзади. На удивление, мне удалось избежать гнева нашей старосты и пары завучей, которые пару раз проходили мимо меня и не упрекнули за лишний макияж.       Вздохнув, я только полезла в сумку за телефоном, как знакомая машина затормозила прямо передо мной. Улыбнувшись, я поправляю лишний раз сумку и, быстро обойдя машину, сажусь на пассажирское место. — В этот раз не заставил я тебя ждать? — спрашивает Нацу, сразу поворачиваясь ко мне. Он не сразу замечает мой марафет, а когда все же замечает, то слегка ухмыляется и начинает рассматривать каждый миллиметр моего лица. — Немного заставил, — спокойно отвечаю я. В следующую секунду я неожиданно ой-каю, ведь чужая, но такая любимая рука ощущаются на щеках. — Ты чего? — Что за излишний марафет? — А что, не нравится? — с крошечной ноткой грусти спрашиваю. Внутри закралось сомнение и страх, что возможно я переборщила. — Нравится, но ты и без этого всего прекрасна, — миг и Драгнил приближается ко мне на чертовски маленькое расстояние. Сперва его горячее дыхание, а следом и такие манящие губы накрывают мои. Как за последнюю надежду здравого разума, я хвастаюсь за его запястье, сильнее притягиваясь. Мне бы хотелось, чтобы Нацу сам углубил поцелуй, перешёл на что-то более, но он не спешил. Ладно, тогда и я не буду. Пока что. Отстранившись, я смотрю ему в глаза. Эти серо-зеленые глаза сводят меня с ума. — Так, мы сейчас…? — отвернувшись, он берется двумя руками за руль и на миг вновь бросает на меня взгляд, слегка прищурившись. — К тебе, — уверенно, без доли сомнения отвечаю я. Пока я нацелена на выполнение своих планов — отступать я не намерена. — Вас понял, принцесса, — с лёгким подколом произносит он и даёт по газам. Опять он за свое. Опять это прозвище! Даже сквозь тональник я чувствую как краснеет мое лицо. Усевшись более ровно, я опускаю взгляд себе на ноги, дабы просто не пересекаться с этим… соблазнителем, чтоб его!       В голове будто эхом раздавалось это чёртова «принцесса»! Сильнее сведя ноги, я обтягиваю подолы юбки, будто пытаюсь что-то скрыть. А что мне скрывать перед ним? Я бросаю на миг взгляд на него, дабы убедиться, что сейчас он на меня вообще не смотрит. Нет, вся концентрация на дороге. Я вновь смотрю на свои ноги. Перед ним я не хочу ничего смущаться. Я уверена, что для него я так же идеал, как и он для меня. Подняв голову, я замечаю, что мы почти подъезжаем к его дому. Слегка рвано выдохнув, я перевожу взгляд на Нацу. Ещё немного…

***

— Так, и что же мы будем делать? — спрашивает Нацу, как только мы зашли в его квартиру. Его интонация слегка насмешливая, а произнес он это так, будто невзначай. Думает, что я забыла? Нет, милый мой, к счастью — нет. — Сарказм? — проходя следом за ним в зал, спрашиваю я. Сам зал был небольшим. Диван, напротив старый комод, а на тумбе стоял телевизор. Так же был выход на балкон. Сам диван был разложен, ведь чаще всего Нацу тут и спал, ведь в его спальне телевизора не было, а тот порой любил засыпать под какое-то реалити или фильм. — Ну-у, даже не знаю, — он садится на диван и чешет затылок. Он будто издевается надо мной! — Нацу, — спокойно, но слегка серьёзно произношу я. — Ну так что? — он хлопает по своим коленям — приглашает… На миг я замялась. Но черт, это Нацу! Чего мне мяться! Он мне не чужой человек! Вздохнув, я залезаю на диван и сажусь Драгнилу на ноги, расставив ноги по обе стороны от него. Я старалась по максимуму держать с ним зрительный контакт и игнорировать факт дрожащих пальцев, которые с трудом расстегивали пуговицы школьной рубашки. Нацу даже не переводит на мои руки взгляд, ведь смотрит на меня. Я вижу как его глаза бегают по моему лицу. И лишь когда я уже расстегнула большую половину пуговиц, он переводит взгляд ниже. На его лице появляется нежная улыбка, что заставляет меня немного отвести взгляд. — Принцесса готовилась? — Да заткнись! — уже не выдерживаю я и утыкаюсь ему в плечо. Дальше я чувствую, как рубашка стягивается с моих плеч. Лёгкая прохлада зала пробегает по моей спине. Целый день в школьной форме, к которой, к слову, есть ещё жилетка — которая сегодня меня ой как спасла — невыносимо! Рубашка откидывается куда-то в сторону и Нацу отстраняет меня от себя. Я стараюсь по максимуму невозмутимо смотреть ему в глаза, но его этот мягкий, но жадный взгляд заставляет меня вновь прижаться и уткнуться ему куда-то между ключицей и шеей. — Ну хватит смущаться, нормально блин! — он вновь пытается меня отстранить от себя. — Ну хочешь тоже футболку сниму! — он все же отстраняет меня и стягивает на скорую руку с себя футболку. Да чтоб его! Чертов Аполлон или кто там самый красивый у ваших греков! Эх, надо все же слушать учителя литературы или истории, хоть кого-то! — Все, мы на равных. — Нацу, ты дурак…– он нагло игнорирует мои слова и попытки как-то вновь избегать его акцента на моей груди. Видимо, он понял, что выделываться я буду ещё долго, поэтому без доли волнения одной рукой притягивает меня ближе к себе за талию, а другой пробирается под полупрозрачное кружево лифчика. О-ох… его руки… кажись, даже в самые суровые зимы его руки отдают жаром. Да он сам весь ходячий огонь. В буквальном смысле. Одной рукой, которая имеет больший спектр действий, веду по его груди и ниже к джинсам. Все это время мы держим зрительный контакт и кажись, уже прошла вечность…       Мне удается отвлечься от транса этих серых глаз, лишь когда рука на моей груди слегка сжимается. А особенно сильно зажимается сосок, ведь оказывает буквально между пальцев Нацу. Резкий вскрик скрывается с моих губ и становится ещё более неловко. — Люси-и, — тянет он мне на ухо. — Если ты будешь так много смущаться, то мы так никогда не переспим. — Ну извиняй! — вновь более уверенно уже начинаю возмущаться я, как меня резко затыкают поцелуем. Видимо, здесь мы и оставляем весь здравый смысл. Его горячий, будто пылающий язык, всячески искал контакт с моим. Я не успевала реагировать, чтобы отвечать на поцелуй, как чувствую как с меня уже стягивают юбку.       Момент, я даже не понимаю когда Нацу отстраняется от меня и я отказываюсь уже полностью лежать на расстеленной постели. Моя юбка уже лежит где-то на полу близ рубашки. Ох, какая-то нанятая отцом девушка выглаживала их до идеального состояния… это не мое неуважение к ней, это неугомонность одного шикарного парня, который сейчас властно нависает надо мной.       Мурашки пробегают по моему телу от прохлады простыни, от чего я чуть чуть выгибаюсь. — Очень смело для тебя, — я вижу что он хотел сказать, точнее как ко мне обратиться, отчего сразу бью его ногой. — Я ничего не говорил, не нужно! — Но хотел! — А знаешь, что я ещё сейчас хочу? — Нацу приближается катастрофически близко. Его горячее дыхание вновь опаляет мои губы, как и временем ранее у него в машине. — М-м, — слегка тяну я, — даже не знаю, — теперь в сарказмы играю я и ещё слегка выгибаюсь, тем самым отдаляя свое лицо от него, не вздымая грудь. — Вот же ж, — тихий, звук похожий на рык срывается с его губ. Рука Нацу ощущается где-то на внутренней стороне моего правого бедра. От чего я невольно вздрагиваю. Его руки такие горячие, что казалось, что после мое тело будет покрыто ожогами. Когда его ладонь сжимается на моей ляжке, я слегка поджимаю губы и щурюсь, смотря на лицо парня надо мной. — Но давай сразу договоримся, — добавляю я, получив резкое осознание. — О чем? — в непонятках спрашивает Драгнил. Видимо, он подумал, что я его сейчас обламаю. — Давай без укусов и засосов? — Эх, а как жаль, — он убирает руку с моего бедра и ведёт по всему телу к шее. — А мне так хотелось разукрасить все твое тело, чтобы все знали что ты моя, — будто с издевкой, сладко тянет он. — Я и так твоя. Но ты же не хочешь, чтобы мой отец тебя потом по посадкам развозил? — я тяну руки вверх и закидываю их ему за шею, притягивая к себе. Миг неожиданности. Чужая рука сжалась на моем горле, заставив меня слегка вскрикнуть и сделать резкий вздох. — Н-нацу… — Не бойся, принцесса, я не причиню тебе зла, — он приближается к моим губам и шепчет так, что все сказанное уже кажется бредом. В ушах невольно заложило, а перед глазами плыло. Внизу живота отдавало тяжестью, очень приятной тяжестью. Я свожу ноги, вновь слегка выгибаясь в спине. Это обращение… ах, да будь ты проклят, Драгнил!       Как только его губы вновь затягивают меня в поцелуй, а хватка на шее чуть ослабла, я уже потеряла суть происходящего кругом меня. Рука с шеи перемещалась то на грудь, то на талию, то на бедро, то ещё куда-то. Ощущения горячих ладоней была везде. Если бы не та рука, который Нацу опирался у моей головы, мне бы казалось что его руки и впрямь везде!       Момент и меня будто прошибает током, когда чужие пальцы уже всячески начинают орудовать там… внизу. Сперва они всячески маскируют клитор, после переходят к малым губам, а после… — А-ах! — резкий стон срывается с моих губ, когда два пальца резко, немного больновато, проникают внутрь меня. Я пытаюсь свести ноги обратно, которые Нацу по хозяйски перед этим развел. Я смотрю вниз через трепетящие ресницы и вижу, что и трусов уже нет. Ох этот Драгнил! Не Драгнил, а… змей искуситель чертов!       Чужие, горячие пальцы, каждый раз с нарастанием вколачивались в мое тело. Невольные стоны каждый раз все больше и громче срывались с моих губ. Перед глазами плыло, лицо Нацу я не видела из-за опущенных на его лицо волос. Одной рукой, я потянула его за волосы, дабы увидеть его лицо. Где-то на подкорках сознания мне было страшно, а мало ли ему вообще на это все безразлично… — Что такое? — мне кажется, будто Драгнил произносит это самими губами, а после ими же жадно целует меня, продолжая ещё сильнее вколачиваться пальцами в меня. Мне кажется, что все, весь мир кругом меня вращается. Или я в мире вращаюсь… все так блаженно, что мне казалось, я вот-вот распадусь на сотни маленьких кусочков. Я оттягиваю парня от себя и шепчу в губы, как мне казалось, несвязный бред: — На-цу… молю... — Что? — Ещё чуть-чуть… — я давлюсь очередным стоном, — я... я почти… — Нет, принцесса, не сейчас, — и после пустота. Я тяжко вздыхаю и пытаюсь вновь свести бедра, но чужие, горячие руки их только сильнее разводят. — Мне ведь тоже хочется получить лакомый кусочек тебя, — после он отходит. Без его теплых рук холодно. В теле пусто. Желание разрядки, желание почувствовать такой желанный оргазм, заставляет одной рукой самостоятельно подтянуться вниз. Я чувствую, как Нацу наблюдает за мной. И пусть. Пусть. Сам виноват. Аккуратно, слегка неумело, я проскальзываю одним пальцев внутрь себя и тихо простанываю. Это ощущается совсем не так. Не так, как с Нацу. — Ты слишком осмелела вижу, — мою руку он резко убирает и поднимает над моей головой. — Таким будешь заниматься дома, желая и вспоминая меня. А сейчас я тут и тебе больше ничего не нужно, — я почувствовала нечто скользкое, что так приятно пришлось по моим половым губам. Это сводит меня с ума. Я протяжно простанываю и двигаюсь вслед тому. — Ну-ну, не спеши.       Куда не спешить? Я сейчас сама уже что и кого угодно трахну, лишь бы получить желанную разрядку! Лишь бы уже распасться на те самые крупицы атомов!       Все возможные мысли с моей головы выбивают ощущения чужих губ: сперва где-то на шее, дальше ключицы, грудь. Грудь уже не была скрыта за тонким кружевом, ведь оно было поднято выше самой груди. Чужой язык жарко облизывал каждый сосок, губы жадно втягивали их. Мне казалось, что я уже где угодно, но не в простой студенческой квартире этого… искусителя, мать его. Блаженство мешалось с напряжением и мне казалось, что я уже где-то в облаках, но не в таких жарких руках Нацу. Все слишком хорошо… — На-… — я только хочу его уже молить о действиях, как он видимо предвидел все. Резкий толчок и меня прошибает будто током. Громкий стон срывается с моих губ, а руками, будто маленький ребенок, я тянусь к нему, дабы схватиться за шею и притянуть Нацу к себе. Я хочу быть одним целым с ним. Одним и целым… ох, я хочу верить, что он тоже думает об этом. — Как ты? — тяжёлое, жаркое дыхание, опаляет мое ухо. Меня прошибает током и я сильнее жмусь к такому манящему мужскому телу. — Нацу... мо-лю… — Что-что? — опять он издевается! Да чтоб тебя! — О чем ты меня молишь? — Двигайся… не мучь… — Ваше пожелание, принцесса, закон, — я окончательно потеряла голову…       Резкие толчки. Хлопки тел друг о друга. Мне казалось, будто у меня поднялась температура. Все тело мокрое, голову крутит, в глазах плывет. Стоны и какой-то невнятный бубнеж слетает с моих губ. Весь этот бубнеж был полн просьб Нацу не прекращать все, что он делает: не прекращать целовать меня где только возможно; не прекращать шептать всякие ласки на ухо; не прекращать вколачивать меня в этот жалкий диван.       Мне казалось, я брежу. Мне казалось это все нереальным. Все слишком хорошо, чтобы быть правдой. Мне хочется дабы сейчас остановилось время. Чтобы мы навсегда остались вот так. Ты и я. И больше никто. Чтобы так навсегда…

***

— Знаешь, — начинает Нацу, сильнее прижимая меня к себе, — мы с тобой как Ромео с Джульеттой. — У нас разве запретная любовь? — спрашиваю я, повернувшись к нему и положив голову ему на грудь. Его взгляд нежный, он смотрит на меня с таким теплом, как будто весеннее солнце после суровой зимы. — А чей отец меня потом по посадкам развозить будет? — усмехается Нацу, и слегка треплет меня по волосам. Это заставляет меня посмеяться и помотать головой. — М-м, — тяну я, ложась обратно на спину, — не хочу быть Джульеттой. — Почему? — Я не хочу… чтобы мы были обречены на несчастье. — А мы и не будем, — Нацу вновь сильнее прижимается меня к себе и невесомо целует в лоб, — моя принцесса. — Я тебе дам сейчас принцессу!

***

       С того дня прошло пару дней. Сегодня пятница. Сегодня мы с Нацу так же собирались встретиться у него. Мы виделись на следующий день после того, как переспали. Но тогда мы просто посидели спокойно, поговорили о всяком. После мы оба были заняты. Глубоко в душе мне было грустно, очень. Но я всячески старалась это скрывать, ведь как все объяснять родителям я не знала.       Сегодня видимо был ещё и очень счастливый день. Тот кто ставит последним физру, наверное, проклял себя десять раз. Хотя, дело даже не в этом, но не столь важно. Физры не было, ведь наш учитель физкультуры целый день был на соревнованиях по волейболу с школьной командой, поэтому нас решили сразу отпустить домой.       Понимая, что смысла мне возвращаться домой нет, я решила сразу направится к Нацу. У него пары сегодня лишь до двенадцати, так что он должен быть уже дома, если конечно где-то не шляется.       Дабы не иди пешкой и скорее добраться до него домой, я решила подъехать на автобусе. В пути я думала о том, как же соскучилась за ним. Как мне не хватает его внимания, его поцелуев, прикосновений… та даже этого «принцесса». Эх, это так ему не подходит, но так манит…       Витая в облаках, я чуть ли не пропустила свою остановку. Ехать не много, так что было глупо погружаться в круговорот своих мыслей. Быстро выбежав, я держу прямо путь к квартире Нацу. Мне очень хотелось верить, что он уже дома и сам ждёт не дождется нашей встречи. Быстро поднявшись на нужный этаж, я уверенно и даже как-то окрыленно подхожу к входной двери.        Дернув ручку, я удивляюсь тому, что дверь сразу подалась. Нацу, конечно, моментами не запирал дверь, но тут она будто и не была закрыта, а лишь так — прикрыта. Я переступаю порог с некой опаской. Что-то внутри мне подсказывало, что все не спроста. Волнение начинало с невообразимой скоростью подкрадываться. Сильно сжимая ручку сумки, я по максимуму тихо прохожу по коридору в сторону зала. Но только я хотела уже зайти, как резкий стон заставляет мое сердце замереть. Оно реально будто замирает на миг, а после бьётся ускоренно. Ком стает поперек горла. Я не хочу верить в происходящее. Может, тут как в Ромео и Джульетте, что Ромео приснилось, что его любимая умерла? Но ещё один стон разбивает все возможные надежды. Я понимаю, что это все…       Какова вероятность того, что это уже не первый случай? Что прошлый разы тоже была ещё одна? А может не одна? Может он уже не одну такую наивную дуру дурит?! Сердце бьётся эхом в ушах, а чужие стоны заставляют на глаза навернуться слезы. Свободной рукой я затыкаю рот, дабы не начать всхлипывать, чтобы не подавать признаков своего присутствия. Я вообще не должна здесь быть и быть свидетилем этого всего… все должно быть не так…       Я… я не хочу здесь быть. Я не хочу здесь быть вообще больше никогда!       Ты говорил, что мы с тобой как Ромео и Джульетта… я не хочу быть Джульеттой. Я буду… Золушкой. Я убегу. Я убегу и оставлю тебе то, что будет тебе напоминать обо мне. Но что… я осматриваюсь по сторонам и даже не знаю, что такого сделать. А что я должна сделать? Я уверена, что я и так смогла оставить ему что-то внутри…       Ещё один стон точно даёт мне понять, что пора идти. Это как бой курантов в полночь. Только у Золушки карета исчезала, а у меня терпение. Попятившись назад, я быстро дохожу до входной двери и громко хлопаю ею. Так бы сказать — на прощание. Все что осталось за ней меня уже не волнует. Тянет туда, но не волнует…

***

      Ты будешь меня искать… ты обдуришь возможно не одну девушку, если они есть, но все равно потом придешь ко мне. Но в отличие от Золушки и принца, я не померяю туфельку и не вернусь во дворец.