Make me smile

Children play in the park, they don't know

I'm alone in the dark, even though

Джимми было уже всё равно на что смотреть своим злобным взглядом из подлобья. На земле он наблюдал за счастливыми лицами людей, беззаботно играющими в парке детьми. О, чëрт, они не знают как им повезло! Считают себя умниками, образованными, или сразу дарованиями, да-да, наверняка считают, не могут не считать, даже если сами о том и не догадываются. Как хорошо знать только меру положенного. А остального то они не видят, уж точно им невдомёк какие мысли бегают в голове у хмурого проходимца. И оттого он считал себя никем не меньше гения. Только его гениальность не помогала ему решительно ничем. Даже на «первый холм» он всё ещё не забрался. Только тонул в своих мыслях и обидах, в темноте, совсем один. На Тульпаре он наблюдал за менее счастливыми, однако не меньше увлечённым собой экипажем. Нет. Эти люди стали ему роднее других, мысли сгладились, он ещё считал их слегка высокомерными к нему, всё ещё был с ними колючим, но объективно говоря, он уже делал успехи в некотором роде. Скажем, не хамил им при первой возможности, максимум при второй, а иной раз и помогал с чем-то. Ведь что-что, а помощь на одиноком уголке открытого космоса точно нужна. Даже нашему идеальному капитану Кëрли. К слову о нём, он в особенности не давал покоя своему темноволосому другу, он был особенно идеален, скажем так. Вызывал больше всех зависти. Джимми был реалистом и называл вещи своими именами, так что да. Это чувство, сжиравшее его изнутри этими мыслями, этой чересчур запоздалой виной, ничто иное как зависть. Второй, чуть менее надёжный, капитан надежного судна был патологически завистлив. Возвращаясь к вине, даже если он делал что-то плохое, мучило его даже не само чувство раскаяния, сожаление, а именно зависть к тому, кто поступил, или поступил бы, в этой ситуации лучше чем он и не имел бы сейчас этого чувства. И вот завидовал то он всем понемногу, только Кëрли больше всех. Хотя… Нехитрые размышления показали: этот идеальный блондинистый маникен мучил парня не только своей удавшейся жизнью, но и кое чем ещё. Например, глядя в его синие глаза, Джимми не мог отвести взгляд так долго, что его это уже, в самом деле, раздражало. А желание запустить пальцы в копну пшеничных волос не отпускало, порой, целый день. Ну работать же мешает! К тому же, когда парню было грустно, Кёрли хотелось обнять. Это было для шатена совсем невозможно и лишь наносило больший ущерб и без того убитому настроению. По этому внутри Джимми шла постоянная борьба между «Кëрли, ты всех бесишь! " и «Кëрли, как же ты хорош». Но даже последняя мысль не проскальзывала без хмурого выражения лица, никто бы не заподозрил ничего такого. Никто. Кроме идеального Кëрли который видит всё и всех. — Хэй, Джимбо! — Парень направлялся в свою каюту, когда его окликнули на полпути. В ответ он только обернулся. — С тобой всё хорошо? — Кёрли шёл к нему, как и всегда ослепительно улыбаясь. — Абсолютно. А что? — Ты сегодня так долго смотрел на меня… Мне показалось ты в последнее время слишком задумчив. Если тебя что-то беспокоит мы можем это обсудить, мы ведь друзья! — «Какой ж ты тупой, Кëрли… " Пронеслось в голове Джимми. Но в слух он выдал только как всегда угрюмое «Со мной всё в порядке». — Ты пойми, я за тебя волнуюсь просто. — Понимаю, но побеспокойся лучше за Аню, или Дайске. Они явно тут немного не в своей тарелке. — Джим тут же попытался перевести тему и свинтить. Разумеется наш внимательный Кëрли тут же побежит утешать беднягу Дайске. Ах да, и свою ненаглядную Аннушку, конечно. Только вопреки надеждам мистер исключительный всё это успел сделать до того, как на пути его всеобъемлющего добра оказался Джимми. — О, да я буквально только что с ними говорил! Они беседуют по поводу психологического тестирования, у них всё отлично. К слову, Анечка сказала ты снова юлишь в тесте. Я подумал, это может быть связано с твоими переживаниями. — Ну да, ну да, решил меня заботой задушить. Всё со мной в порядке, а твои доëбы начинают выбешивать… — Джимми попытался закончить разговор и уже разворачивался что б продолжить путь в каюту, как вдруг оказался грубо прижат к стене. — Знаешь, Джим, ты ведь тоже не подарок. Меня тоже выбешивает твоё отношение, твоё поведение, но я терплю это, я стараюсь быть тебе хорошим другом, стараюсь сглаживать углы что б ребята не ненавидели тебя… И знаешь, мне бы давно перестать, по хорошему, но ты… Ты слишком сильно запал мне в душу. — Голубые глаза отчаянно ловили взгляд карих. — Я люблю тебя, Джимми. Ты волен оттолкнуть меня сейчас, посчитать больным. Даже если расскажешь ребятам, я пойму. Но я хотел, что бы ты знал это. Возможно, тебе стало бы легче от чьей то любви. Если моя забота так неприятна тебе, я отстану. Честно. Только ты дай слово, что ты правда в порядке. — Если сначала Кëрли был раздражен, то сейчас накатила грусть. Он отвёл взгляд, уже не пытаясь держать зрительный контакт, будто пытался поймать, ощутить вес сказанных слов и постепенно пришло чувство стыда. Джимми поначалу действительно хотел возмутиться и тут же растрындеть всем «секретик» капитана, но по окончанию речи остался стоять неподвижно. Пораскинув мозгами (пока без помощи револьвера), парень положил руку на плечо Кëрли. Он ещё не разобрался до конца в своих чувствах, да и нынешние реалии, может быть факт замкнутости пространства, вряд ли позволят им иметь нормальные отношения, но побыть хорошим другом пора и Джимми, как он решил. Если и разбить парню сердце, то исключительно мягко, всё же прям железно не взаимной его любовь не была. Да и как друг Кëрли тоже что-то да значил. — Пф, да ладно тебе, дружище. Не эрекция, пройдёт, увидишь… Я погорячился, ты извиняй, и спасибо тебе. Правда. Без тебя я б тут загнулся… Все мы. По этому ты не раскисай давай из-за одного меня, я.Я буду стараться быть полегче. Всё ж ты тоже человек. — Да, как мог, да, в своей манере, но старина Джимбо действительно только что его подбодрил. И даже улыбнулся. По лицу Кëрли тоже скользнула улыбка. Он отступил, давая парню возможность всё же уйти раз он хотел. — Спасибо, Джимми. Прости ещё раз, я буду у себя, если что. — Ох уж эта неловкость. Блондин ретировался весь в смущении, но в общем то довольный, а Джимми шёл дальше, чувствуя как в груди действительно зарождается счастье. О, да, он очень счастлив от того что его кто-то любит. Даже не кто-то, а именно Кëрли и он тоже будет очень стараться что бы сделать его счастливым, позволяя быть причиной и своей собственной улыбки.

Tell me you will stay. Make me smile