Ловушка для киллера

Блондин вскочил на постели от сильного удара в дверь. Он огляделся, не полностью придя в себя после сна, и осмотрел комнату. Ангела и след простыл, а обнимал он во сне уже своего большого плюшевого медведя. Шёлковый лоскут ткани, которым ему вчера завязали глаза, сейчас лежал на медведе. Из раздумий его вывел повторный сильный удар в дверь. Юноша тут же вскочил, но, когда перелезал через медведя, запутался в нём и рухнул с кровати, принеся за собой грохот. Благо медведь смягчил падение, и он, подскочив на ноги, подбежал к двери, тут же открыв её. На пороге стоял злой седовласый мужчина. — Дедушка? — Он растерянно оглядел гостиную и посмотрел на мужчину. — Что-то случилось? Ты так рано встал... — Да случилось! Он схватил Энри за плечо и потащил на кухню, где в мусорном ведре лежал свежий букет хризантем. Мужчина пихнул парня к букету, чтобы тот смог его рассмотреть. — Помимо этого веника там была ещё записка! — Когда парень повернулся к мужчине, тот кинул в него уже знакомой юноше открыткой. — Читай вслух! Юноша недоумевающе поднял упавшую открытку и, посмотрев на содержание, покачал головой. — Читай! Я сказал! — Он оскалился, и парня передёрнуло. — Солнцу. Доброе утро, Солнце, надеюсь, ты выспался и хорошо отдохнул! Я буду следовать твоему желанию, и этот букет будет последним в счёт того, который я вчера разбил. Мне жаль, что я опрокинул твои гипсофилы, надеюсь, букет хризантем сгладит этот маленький конфуз. Желаю тебе удачного дня и хорошей поездки. P.S. Это была лучшая ночь в моей жизни, потому что я смог тебя увидеть и прикоснуться. Бескорыстный Ангел. — Он выронил записку, когда мужчина резким движением поднял его за шиворот над землёй. — Ой... — Ой?! Всё, что ты скажешь , — это «ой»?! — Дедушка, я ничего не знаю. — Юноша болтал ногами над землёй. — Пожалуйста, отпусти меня. — Не знаешь?! Этот ублюдок был у тебя вчера?! Был?! — Он встряхнул парня. — Отвечай мне правду! — Я не знаю! Нет, не был! Он не был вчера у меня! Я ни разу его не видел! — Страх перед собственным дедом был настолько велик, что это подтолкнуло юношу ко лжи. Мужчина потащил юношу в спальню. Он тут же распахнул шторы, пропуская свет, а парень отметил, что не закрывал шторы, да и букет действительно пропал с подоконника. После мужчина протащил его к шкафу, будто что-то выискивая. Что-то, что могло бы подтвердить причастие блондина к пребыванию незваного гостя в квартире, когда на землю опустился сумрак. Не найдя ничего, что имело бы подтверждение, он тут же бросил юношу на кровать. Энри удивляла сила старика : в свои-то годы поднять подростка и швырнуть его стоит огромных сил. Парень успел повернуться, когда на него сверху вниз поглядывали чёрные глаза мужчины. — Спрошу ещё раз: он был здесь?! Юноша замотал головой. — Дедушка, я клянусь, что его здесь не было! — Записка говорит об обратном. Значит, он просто так тебе это написал? И твои проклятые цветы сами исчезли?! И просто так написал тебе о прикосновениях?! — Я не знаю. Может, он был здесь, пока я спал? — Сердце юноши готово было выскочить из груди. Он стал икать от страха. — Дедушка, поверь, я ни при чём! Мужчина заскрежетал зубами, но кивнул и вышел прочь, хлопнув при этом дверью. Юноша прикрыл рот ладонью и подавил всхлип облегчения. Он с трудом поднялся на трясущихся ногах и поднял медведя. Усадив его обратно на кровать, он повязал на его бант лоскут красной ткани. Энри подошёл к шкафу и стал переодеваться. Всё его тело пробрала мелкая дрожь, и он не с первого раза смог расстегнуть все пуговицы. Возможно, он так устал, что не услышал звонок в дверь, а раз дедушка всё равно спал в гостиной, то и пошёл открывать двери, где и встретил курьера с цветами. Ночью юноша подумал, что Ангел опрокинул розы, но это оказались гипсофилы. Пребывая в своих мыслях, парню удалось кое-как переодеться, и он, посмотрев в зеркало, развернулся к столу. Сегодняшнее утро было самым ужасным за последнюю пару недель. — ЭНРИ! ИДИ ПОЕШЬ, И ЧЕРЕЗ ПОЛЧАСА ВЫЕЗЖАЕМ! Блондин вздрогнул от крика и, подавив в себе желание запереться в комнате, ведь дед наверняка сможет её выломать, он, набравшись духу, пошёл на кухню. Зайдя на кухню, он увидел тарелку с картошкой и кружку чая. — Садись есть! — Когда юноша опустился на стул, мужчина прижал его к спинке стула— Не сутулься! И ешь быстрее, я пока пойду машину заведу, через пятнадцать минут жду тебя с вещами на улице. — Он нажал сильнее, да так, что у юноши, похоже, останутся синяки, да и рёбра заныли от подобного нажима. — И не вздумай выкинуть какую-то дурость! Иначе я из тебя мигом выбью всю дурь! Если родители не смогли дать тебе нормальное воспитание, им займусь я! Ты понял? — Да, дедушка. — Вот и умница. — Он отпустил парня и направился прочь. — Не опаздывай, я не люблю ждать. С этими словами мужчина покинул квартиру, а юноша сполз по стулу и ещё раз икнул. Всё это было похоже на кошмар, от которого он хотел бы проснуться. {Отступление со стороны Деда} Мужчина, выругавшись, вышел из проклятой квартиры и стал спускаться вниз. Пока он заводил машину, ему на телефон поступил звонок. Отойдя от машины к дереву и нашарив телефон в кармане, он поднёс его к лицу . На дисплее высветился скрытый номер. Сплюнув на землю, мужчина поднял трубку и поднёс телефон к уху: — Ты думаешь, твой внук — тряпичная кукла? Или нашкодивший котёнок, что ты с утра пораньше решил потаскать его по всей квартире? — послышался грубый голос из динамика. — Ты думаешь, что имеешь право с ним так поступать? Тогда я тебя огорчу, сказав, что это не так. — Кто это? — Я тот, кто вышибет тебе мозги, если ты его ещё хоть раз так схватишь. — Кто? — Мужчина закурил сигарету. — Ты тот извращенец, что шлёт моему внуку те цветы? Так вот знай, Ангел: что мой внук не станет водиться с подобными тебе. Я возьмусь за его воспитание и приведу в порядок парня, раз его родители не смогли. В трубке послышался жестокий смешок: — И как же такой старпёр, как ты, собирается приводить Солнце в порядок? — Первым делом я избавлю его от твоего общества. А во-вторых, ему не помешает хорошая порка, чем я и займусь. Жизнь в селе исправит в нём все неполноценное, и он вернётся настоящим мужчиной. Послышался смех, но мужчина не сдвинулся с места, только ещё раз втянул дым, когда прозвучал тихий, почти неуловимый выстрел, который заставил мужчину замереть. В дерево позади него попала пуля, пройдя буквально в миллиметре от уха, порезав немного плоть. Из пореза выступило пару капель красной крови. Мужчина сглотнул и тут же осел на землю, потушив сигарету. Выкинув окурок, он прикоснулся к уху и, смахнув кровь, посмотрел на свои пальцы — кончики приобрели алый оттенок. — Раз ты сейчас осознаёшь больше, чем секунду назад, я скажу тебе всего раз. Если ты ещё раз позволишь себе обращаться со своим внуком как с животным или как будто он твоя личная вещь, то эта пуля, прошедшая в миллиметре от тебя, в следующий раз не промажет и сделает филигранную дырку в твоей пустой голове. Ты меня понял? — Голос из динамика был сухим и безжизненным. — Я советую не играть со мной, потому что я дважды повторять не люблю. — Повисло недолгое молчание, за которое мужчина пытался выровнять дыхание. — Солнце уже спускается, так что мне пора. Я надеюсь, мы поняли друг друга. Удачи, старик. Собеседник повесил трубку, а мужчина с трудом поднялся на ноги. Он подошёл к машине и старался не смотреть на подъезд, из которого вот-вот должен выйти его внук. По-видимому, только что он подписал сделку с дьяволом, где его внук играет роль ценнейшей вещи, за которой он должен приглядеть. Покачав головой, он нахмурился и сел в машину. Он увезёт своего внука от этого дьявола. Увезёт так далеко, что тот его больше никогда не увидит. — Мы ещё посмотрим, кто кого, Ангел. Я не позволю своему внуку связываться с каким-то сбродом. {Конец отступления, сторона Энри} Юноша поправил сумку и рюкзак, вышел из квартиры и закрыл дверь. Подавив тяжёлый вздох, он стал спускаться вниз. Выйдя на улицу, он подошёл к машине и с кивком мужчины забрался на заднее сиденье. Старик, не сказав ни слова, выехал из двора и повёл машину на главную дорогу. Спустя пару минут они выехали на дорогу, и настала круглая тишина. Мужчина изредка поглядывал на юношу через зеркало заднего вида, а тот, в свою очередь, старался не смотреть на своего деда, ведь просто до жути его боялся. Он почти ничего не успел сделать дома, только помыл посуду за собой да вылил ещё свежий суп в туалет, ведь пока он или его родители вернутся, тот полностью сгниёт. Ещё он успел застелить постель и обнять Альберта на прощание — всё же с подарком Ангел не прогадал. Юноша посмотрел в окно, и спустя полчаса езды на горизонте показался лес, поля и луга с пасущимися на них коровами. Энри не знал, каково жить в селе — он с головы до пят был городским и за все свои шестнадцать лет не выбирался ни в одно село, а потому ему было немного страшно. Интереса к жизни в селе у него не было от слова «совсем». Они изредка выбирались с родителями в лес, но и там он сидел больше в палатке, не желая вылезать и становиться кормом для москитов. Ещё одной проблемой было то, что Энри всегда сгорал, стоило на его кожу попасть солнца больше, чем следует, поэтому в летние жаркие дни он на каждую свою прогулку брал зонт и мазался кремом. Сейчас была поздняя весна, и до лета осталось всего ничего, а значит, и солнце напекало всё больше. Он взял с собой зонт и крем, но, смотря на деда, навряд ли ему позволят ими воспользоваться. Юноша совсем не знал, как жил дедушка все эти годы с последней их встречи — единственное, что ему было известно, так это то, что его бабушка покинула этот мир два года назад. Блондин узнал это совершенно случайно, когда мама поругалась с дедушкой по телефону — когда тот не позволил ей приехать на похороны собственной матери. Тогда мама пару дней проплакала, и папа всё это время находился рядом с ней, подавая платки или стакан валерьянки. Юноша тоже старался помочь, но папа его просто разворачивал и отправлял в комнату со словами, что маме нужно отдохнуть и побыть одной. Энри было не понять, как дедушка мог не позволить своей дочери проститься с матерью. — ЭНРИ! — А? — Юноша отвлёкся от пейзажа и посмотрел на мужчину через зеркало. — Что? — Опять ты не здесь. Ну что ж ты будешь делать. — Мужчина вздохнул и перевёл взгляд на дорогу. — Я говорю, что ты должен вести себя хорошо. Не ругаться с ребятами. Уважительно относиться ко всем людям, что ты встретишь в селе. И ты должен знать, что если ты будешь куролесить, я об этом узнаю, учти, и тогда тебе мало не покажется, понял? — Да. Я буду хорошо себя вести. — Вот и хорошо. Мы сейчас заедем в магазин, надо купить хлеба. Так что не усни — мы почти приехали. Как мужчина и сказал, уже спустя пару минут они и правда въехали в село и, проехав ещё километра два, остановились у маленького магазина. Мужчина тут же вылез из машины и повлёк парня за собой. — Пойдём, Энри — нечего в машине сидеть. Юноше ничего не оставалось, как вылезти из машины, но прежде чем он полностью вылез, он достал из сумки кепку и надел на голову. Захлопнув дверь машины, он вслед за мужчиной зашёл в магазин. — О, Стёпа! Два дня тебя не видела! — За прилавком оказалась полная женщина почти возрастом с мужчину. — Ну что, как съездил к дочери? — Нина, всё-то ты знаешь! — Он подошёл к прилавку, а юноша замер у дверей. — Откуда ж весть узнала, что я был у дочери? — Так Светка всем в селе рассказала, как ты в город поехал. Знамо, что ты только по одной причине в город ездишь — твоя дочь, вот и решили, что ты к ней. — Она хохотнула, стоило мужчине скривиться. — Ну так? Как съездил? И кто это с тобой? Старик обернулся, подзывая блондина к себе. Юноша перестал сливаться со стеной, тут же подошёл к своему дедушке и встал напротив женщины, снимая кепку. — Ну, раз всё равно узнали. Знакомься, Нин, мой единственный внук Энри. — Он глянул на Энри. — А это, Энри, Антонина Петровна. — Здравствуйте! Приятно познакомиться — я Энри. — Парень прижал к себе кепку и скрутил её чуть у груди. — Ох, можешь звать меня просто тётя Нина, зайчик. Ай, как на маму похож. — Она вздохнула. — Но он худощав. Вас в городе совсем не кормят? Смотри, одна кожа да кости. — Ничего, Нин, на поле пойдёт со мной пару раз — сразу похорошеет. — Смотри не загоняй парня. — Она вновь обратилась к юноше. — Зайка, ты надолго к нам? Юноша смутился, не зная ответа на этот вопрос. Он покачнулся на пятках и глянул на дедушку. — Недели на две, пока его родители не вернутся. У них там, в городе, черти что творится. Дедушка полностью ушёл в обсуждение с продавщицей того, что не так в городе, а Энри и не настаивал, чтобы они куда-то торопились. Он уставился на носки собственных кед, уйдя в размышления. Больше всего его волновало то, что будет делать Ангел дальше. Раз он знал, что юноша уезжает, то и на сколько тоже должен быть в курсе. Блондин вспомнил, что так и не посмотрел новости по наставлению Ангела. Вспоминая про просьбу, Энри вспомнил и про вчерашнюю ночь. Он в буквальном смысле трогал чужое тело. Очерчивал каждый дюйм и давил вздохи восхищения. Как и говорил Ангел, его тело было очень красивым, и он сам был до жути красив. Хоть юноша и не видел его, но он ощупал его полностью, ну, по крайней мере, то, что доходило до пупка. Тот странный человек даже позволил ему полезть в собственный рот, что до жути должно смущать. Он вспоминал ночной разговор, вспоминал смех и просьбу не бояться его. Вспоминал свою дерзость и терпеливость Ангела. По сути, если б Ангел не был в нём заинтересован, то любая дерзость юноши могла, как ему казалось, оборвать его жизнь, но, и если б не заинтересованность Ангела в нём, они бы даже не встретились. Или же... Или же его кто-то сдал Ангелу. Ведь он его нашёл, вышел на него, узнал, где он живёт, и о его существовании. Если подумать, то как Ангел вышел на него? «Как только я тебя увидел, то потерял голову» — прозвучало набатом в голове. «Ты ещё жив?» — следующий фрагмент. «Просто услышал новость...» Энри резко пришёл в себя, уходя от мыслей и возвращаясь в реальность. В его голове сложилась картинка — не до конца, но что-то точно есть. Человек, который невесть откуда взявшийся. Информация «Я знаю почти всё» и происшествие в центре города «Я не должен был стрелять в него», и ночной разговор «Этот шрам я получил после неосторожного обращения с вверенным мне оружием». Все ответы были у Энри на поверхности, а он был глупым слепцом, просто закрывал глаза. Хотя нет, до встречи с Риком он думал, что наткнулся на сумасшедшего сталкера, и не более. «Он плохой человек». Рик пытался убить его? Ангел как-то с этим связан — он знал Рика и знал, что он опасен для парня. Энри совершенно запутался. Он замотал головой, окончательно приходя в себя. — Пирожок, всё хорошо? — послышался обеспокоенный голос женщины. — Да. Просто задумался. — Блондин вскинул голову и тут же улыбнулся. — Простите, я часто ухожу в свои мысли — всё в порядке. — Степ, ты следи за парнем, ладно? — Она вдруг улыбнулась. — А лучше отдай его мне! Мужчина, который некоторое время сверлил дырку в своём внуке, тут же глянул на женщину. — В каком это смысле? — Ну, раз он всё равно пробудет здесь какое-то время, пусть поработает у меня в магазине! — Мужчина скептически фыркнул, а женщина не унималась. — Ну сам посуди! Что ж ты его на поле тащить будешь — он же ни коровы, ни серпа не удержит, вон какие у него руки! — Она тут же махнула через прилавок, схватив юношу за запястье. — Ну разве с такими руками и на поле? Нет. А у меня в магазине рук не хватает! — Да у тебя тут почти всегда пусто! — Так мне же скучно, а так мне компания, и парень не будет без дела! — Она надулась. — Ну отдай ты его мне! — Она глянула на парня. — Зайка, ты как в математике? — Эм... ну, у меня четыре по алгебре и геометрии. — А считать ты умеешь? — Да. — Ну вот! Он мне точно нужен. — Она вновь посмотрела на мужчину. — Да и личико у него симпатичное, вот люди и будут на него слетаться, как мотыльки на огонь. Мужчина почесал затылок и, обведя взглядом юношу и свою подругу, кивнул. — Ладно, Нин, можешь забрать его, пока он будет здесь. Но чтобы он точно работал, а не отлынивал, ясно? — Полно тебе, старый! Он со всем справится! Мужчина повернулся к Энри. — Значит так — будешь работать у Антонины Петровны с утра и до обеда, понял? С часов так семи и до двенадцати. — Понял. — Дальше дело твоё. — Он повернулся к продавщице. — Нин, дай нам буханку и молока, если оно свежее. — Свежее некуда! Юноша решил проветриться и выскользнул тихонько на улицу, пока дедушка с продавщицей вновь отвлеклись на какой-то разговор. Выйдя из магазина, он тут же зажмурился от палящего солнца — всё же в городе из-за домов и почти не открытой местности солнце не проникало почти, и там было много тени, а здесь слишком много открытого пространства. Хорошо, что он надел свитер, который хоть немного защитит его от лучей этого палящего солнца, хоть и жарко. Прошло всего пару минут, когда на горизонте показалась группа мальчишек его возраста, может, старше, но определённо выше. Блондин тут же отошёл в сторонку от двери, чтобы они могли войти в магазин, однако парни остановились ровно напротив него. Все они были одеты больше по погоде, чем юноша. Один парень, что стоял впереди всей троицы — видимо, это главарь — подойдя ближе к юноше, немного приподнял козырёк своей кепки и оценивающе посмотрел на юношу. — Кто таков будешь? Что-то раньше здесь таких не ошивалось. — Он повернулся к ребятам. — Городской, видимо! У нас таких белых как снег даже девок не найдёшь, а тут. — Да кто таков будешь? Юноша помялся чуток и надел кепку. — Я Энри. Парень, что смотрел на своих товарищей, тут же повернулся, присвистнув. — Как-как?! Энри? Что ж, не русский? — Полу американец. И когда мама захотела назвать меня Энри, папа согласился. — Он отвёл взгляд, пройдясь по всем парням глазами. — А вас как зовут? Главарь протянул руку. —Ого! Целый американец, ладно я Толян, можно просто Тоха. А это — он покачал головой слева направо — Колян и Витёк. Энри тоже протянул руку и пожал предложенную ему ладонь. — Приятно познакомиться. — Ой, ребят, зацените, какая у него мягкая кожа! — Тоха подтянул руку парня к себе, отчего блондин чуть подался вперёд, а ребята подошли ближе, прикасаясь к его коже. — Как у младенца. — И впрямь мягкая, — заключил Витя. — Так он, видимо, ни разу на поле не работал, вот и мягкая. От тяжёлой работы она бы не была такой гладкой и чистой, — закончил Коля. — И то верно. Парень тут же отпустил руку юноши и ещё раз глянул ему в глаза. — Откуда ты к нам? К кому приехал? — Я приехал к дедушке погостить, пока родители не вернутся с командировки. — И кто твой дед? Не успел юноша ответить, как из магазина вышел мужчина с молоком и хлебом. Он обратил внимание на то, что парни окружили юношу, и чуть нахмурился. — Энри, давай пойдём. — Он посмотрел пристальнее на ребят, которые обернулись на его голос. — А вы чего облепили его, шпана малолетняя? — Ой, дядь Степ, так это Ваш внук. Здравствуйте. Мы просто поздороваться. — Знаю я ваше «поздороваться». А ну пошли отсюда. — Он шагнул к ребятам, и те тут же прошли мимо него к магазину. — Энри, в машину! Блондин тут же кивнул и, пройдя мимо мужчины, залез в машину. Старик тут же обернулся на ребят и, цокнув на них языком, пошёл к машине. Как только он завёл мотор, они тут же тронулись. — Не общайся с ними. — Он посмотрел на внука. — Они тебя до добра не доведут. Я запрещаю. — А мне они показались дружелюбными. — Тебе и тот извращенец кажется дружелюбным, однако это не нормально, что какой-то парень шлёт тебе цветы с открытками и подарками. — Он повысил голос. — Я предупреждаю — увижу тебя рядом с этой шпаной, отлуплю ремнём, понял? — Понял, дедушка. — Они не хорошие ребята. Не то чтобы я хочу тебе запретить общаться с детворой, но конкретно с этими я запрещаю. Найдёшь ещё себе, с кем пообщаться. На этом разговор закончился, и пару оставшихся домов они проехали молча. Как только они подъехали к дому, юноша тут же взял свою сумку и рюкзак, выскочил из машины. Стоило ему это сделать, как проходящие мимо жители тут же остановились и стали его разглядывать. От повышенного внимания Энри захотелось забраться обратно, но мужчина уже вышел из машины и, взяв его за плечо, не обращая внимания на жителей села, повёл его в дом. Зайдя в дом, мужчина отпустил юношу и прошёл по дому, закрывая все маленькие занавески. — Пособиралось зевак. Они ещё сейчас по всему селу весть пронесут, что я тебя привёз. — Он посмотрел на юношу. — Ну чего встал? Иди, займи комнату. Можешь остановиться в той, что дальше по коридору, по правую сторону от тебя, ту, дальнюю. Она в это время... Юноша кивнул и поплёлся в указанном направлении. Зайдя в комнату, он тут же вздрогнул — она была уж слишком прохладная, хотя, возможно, в ней просто долго никто не жил, ведь дед уже как два года один, а значит, и этой комнатой не пользовались уж года два. Пройдя к кровати, он взгрузил на неё свои вещи и стал осматриваться. В комнате было два окна — одно выходило на запад, а другое на север — кровать же стояла в углу между этими окнами. Под северным окном находился большой сундук. Ещё по двум углам комнаты, со стороны, где не было окон, находились иконы — от этого Энри стало не по себе. Он в принципе не любил церковные атрибуты и в своей комнате такое б держать не стал, но тут придётся потерпеть. Под иконами располагался деревянный стол и табурет — на нём он сможет писать конспекты. На столе стояла свеча в подсвечнике. На полу был расстелен длинный ковёр от одной стены к другой по всей длине комнаты. Пройдясь по всей комнате взглядом ещё раз, он обнаружил выключатель и тут же подошёл к нему проверить, работает ли свет. Благо свет был, а значит, уже по ночам он сможет писать. Повернувшись к кровати, он на неё сел, а секундой позже лёг, смотря в потолок. Юноша чуть задремал и проснулся, только когда в комнату вошёл дедушка. — Пойдём со мной, покажу тебе, где колодец. — Хорошо. Блондин тут же поднялся и, взяв из рюкзака телефон и надев кепку, отправился за мужчиной, который уже покидал дом. — Свой телефон мог бы и не брать — он тебе здесь ни к чему, всё равно ты в нём сидеть не сможешь. — Он оглянулся на внука. — Я не позволю тебе играть в игрушки. — Я взял его по привычке. И я не собираюсь в нём играть — мне он для учёбы нужен. Мне учителя прислали дополнительные задания, поскольку я на больничном. Чтобы программу нагнать. — Смотри мне. Юноша старался не отставать от деда, держась как можно ближе. Люди, встречавшиеся им на пути, кивали и здоровались, попутно спрашивая про идущего рядом парня. Старик сдержанно улыбался и отвечал немногословно. На всех у него был один ответ: «Это мой внук». Мужчина говорил строго и без какой-либо гордости, будто юноша стал для него бременем, нежели он и правда хотел забрать его к себе. По сути, так оно и было — Энри был нежеланным гостем, и, если б не соображение, как он понял, деда о том, что дети не могут прожить месяц без присмотра, хоть ему и было уже шестнадцать, а не десять, то он бы ни за что на свете не взял внука к себе. Тем более которого он не любил. Если б дедушка по маминой линии питал к нему тёплые чувства и привязанность, то, возможно, юноша каждое лето проводил бы здесь, в селе. В возрасте десяти лет юноша стал понимать, что, по сути, он нравится только своим родителям и только им и нужен, ведь ни родители с папиной стороны, ни, тем более, с маминой ни разу не хотели видеть внука. Они изредка звонили, чтобы узнать, как дела у своего ребёнка, а про невестку или зятя не спрашивали и тем более забывали про внука. Когда родители стали больше работать, он всё больше оставался сам по себе, а после того, как перешёл в новую школу, всё стало только хуже. Местные задиры только и находили повод задеть юношу. Со временем мама стала замечать синяки и ссадины, и они с папой не раз разговаривали с блондином о том, что ему стоит перестать ввязываться в драки и взяться за ум. Он подтянул оценки, но вот никак не смог объяснить родителям, что это не он вызывается в драки, а его просто бьют. Порой юноше хотелось просто исчезнуть, не оставив после себя и следа, ведь, по сути, это из-за него родители стали больше работать, это из-за него каждый из них разругался со своими родственниками, ведь ни одна сторона не хотела, чтобы брак состоялся, и тем более, чтобы появился общий ребёнок, тем самым навсегда повязав узами тех, кто хотел для своих детей другую судьбу. Энри никогда не мог понять детей, которые жаловались на то, что им приходится проводить лето у своих бабушек и дедушек, ведь сам был лишён такого счастья. Он не жаловался ни на что, ведь ему хватало и того, что родители его любили, хоть отец иногда и был с ним строг, но он понимал, что тот хотел лишь того, чтобы юноша вырос достойным мужчиной. Но, думая о дедушках и бабушках, он тоже бы хотел, чтобы они его любили, чтобы они, как и всех его одноклассников, забирали к себе на лето, приезжали в гости по праздникам и дарили друг другу открытки с поздравлениями. Но ему не стоило и думать о таком — он живёт в реальности, где родственники его родителей недовольны их выбором и сильнее всего ненавидят плод их общей любви. Юноша пришёл в себя от того, что перед его лицом щёлкнули пальцами. — Ты снова витаешь в облаках, — рассерженно проговорил мужчина. — Ну смотри, если не запомнил дорогу до дома! Потеряешься — я искать тебя не стану, заруби себе это на носу. — Я запомнил дорогу. — Он посмотрел на свои кеды. — Я не потеряюсь. — Посмотрим. — Мужчина подошёл к колодцу и повернулся к юноше. — Ты умеешь доставать воду? — Нет. Я никогда не пробовал. — Значит, сейчас будешь учиться. Я не потерплю нахлебника в доме. Помимо того, что теперь до обеда ты будешь работать у Антонины Петровны, в обед таскать воду в дом будешь тоже ты. И чтобы вёдра были полными, а не так, что ты полводы по дороге расплескаешь. Мужчина привязал ведро, которое, видимо, принёс с собой, и кинул его в колодец. Как только послышался всплеск воды, он подошёл к колесу и стал крутить его, тем самым доставая воду. Как только ведро показалось из колодца и верёвка полностью намоталась на колесо, дед остановился и подошёл к ведру, доставая его и ставя на бортик. — Вот видишь. — Он подождал, пока юноша подойдёт посмотреть на полное ведро, а после тут же вылил воду, ставя перед парнем пустое ведро. — Теперь попробуй ты. Юноша нахмурился, но кивнул и, взяв ведро, стал опускать его в колодец. Он еле-как дотягивался до верёвки, а потому просто крутил барабан, пока не услышал плеск и верёвка не натянулась. После, пройдя к колесу, он стал с трудом его поднимать. И хоть это заняло у него больше времени, чем у старика, ему всё же удалось поднять ведро, а после с трудом он достал ведро и поставил его на бортик. Этот колодец был слишком широкий, по мнению юноши — они могли бы поставить и поменьше. Когда мужчина посмотрел на ведро воды, он кивнул. — Хорошо, вижу, это тебе по плечу. А теперь бери ведро и веди нас домой. — Юноше ничего не оставалось, как кивнуть и отвязать ведро. — Посмотрим, как ты запомнил дорогу. Энри поднял ведро и понёс его, а старик пошёл сзади. Хоть он и пребывал в своих мыслях, он следил за дорогой и пока шёл вроде правильно. — Дядь Степ! Мужчину окликнули, и им пришлось затормозить. Повернувшись, блондин заметил высокого парня, возможно, ростом с Ангела или чуть ниже. Старик же при виде парня улыбнулся и помахал парню в знак приветствия, пока тот подходил к ним. — Гришка! Ай, как вымахал. Весь в отца. — Ну так. — Когда он подошёл, они обменялись рукопожатиями. — А Вы что, домой идёте? Слышал, ездили к дочери и привезли какого-то ребёнка с собой. — Да. — Он отступил, показывая юношу Грише. — Это сын моей дочери, Энри. — Он посмотрел на юношу. — Поздоровайся, Энри, это Гриша, он сын местного кузнеца. — Здравствуйте, я Энри. — Парень опустил ведро, раз они всё равно пока остановились.— Приятно познакомиться. — Привет, я Гриша. Мне тоже приятно познакомиться. — Он улыбнулся. — Можешь обращаться не так официально, мне всего восемнадцать исполнилось. — Он протянул руку Энри для рукопожатия. — Хорошо, а мне шестнадцать. — Юноша пожал руку. — Я понимаю, что слишком низкий по сравнению с другими, но я уже не ребёнок, почти. — О как! Больше десяти я бы не дал. — Он глянул на руки юноши. — У тебя такая гладкая кожа. — Как у младенца? — Парень кивнул. — Я это уже слышал. Это потому, что я почти ими не работаю. Они опустили руки, и парень посмотрел на мужчину. — Дядь Степ, может, Вам помочь? — Да не нужно, у меня вон уже появился помощник. — Он прищурился. — Хотя, если ты составишь мне компанию, я был бы не против. — Да запросто! Старик кивнул и повернулся к юноше. — Ну, Энри, веди нас дальше. — Он вновь посмотрел на Гришу. — Я проверяю, как парнишка запомнил дорогу до дома, а то в облаках витал весь путь к колодцу. Юноша закатил глаза, хоть за кепкой это было и не видно, ведь он опустил голову, пока поднимал ведро, а после, выпрямившись, повёл уже не только мужчину, но и парня к дому. Блондин шёл чуть впереди, выискивая знакомые знаки, пока мужчина с Гришей о чём-то переговаривались. Возможно, этот парень был сыном того самого мужчины, за которого дедушка хотел выдать его мать, а потому к нему он относился лучше, чем к собственному внуку. Ну, Гриша был очень крепким парнем, и высоким, и чуть загорелым — он и в сравнение не шёл с блондином, который был низким, худым и до жути бледным. Его кожа была лишь на тона два темнее волос, что выдавало в юноше то, что он не был альбиносом, хотя спокойно мог бы им и прикинуться — мало кто б заметил разницу. Спустя пару минут он подвёл их к дому и поставил ведро. Он провёл рукавом свитера по лбу, стирая пот, и повернулся к уже подошедшим мужчине и парню. — Смотри-ка, и правда следил за дорогой. Хорошо, значит, не заплутаешь. — Кстати, Энри, ты чего в свитере? Не жарко? — Жарко. — Юноша обратил своё внимание на парня. — Да только я слишком быстро обгораю на солнце. А я не думал, что здесь будет так жарко. Нужно намазаться кремом, если я захочу переодеться, чтобы не сгореть. Мужчина негодующе скрипнул зубами, но промолчал. А после взял ведро и прошёл в дом, пригласив и Гришу пройти. Парень кивнул и отправился следом за мужчиной, и Энри последовал за ними. Войдя в дом, юноша тут же удалился в выделенную ему комнату, чтобы не мозолить глаза своему дедушке и не мешать ему и гостю. Зайдя в комнату, юноша хотел бы закрыть дверь, да её не оказалось, что немного его напрягло — вместо неё там оказалась какая-то занавеска с висюльками. Не то чтобы он не заметил её в первый раз, но он думал, что дверь всё же присутствует, но, видимо, ошибся. Глубоко вздохнув, он подошёл к кровати и стал рыться в сумке, ища шорты и футболку. Ему стоит переодеться, или он заработает тепловой удар. Найдя то, что искал, юноша стал переодеваться. Он легко стянул кеды и джинсы, тут же надевая шорты. Сняв кепку, он стал стягивать свитер и, оставшись в рубашке, стал расстёгивать её. Как только с последней пуговицей было покончено, он тут же её скинул. Тут по коридору послышались шаги и голос Гриши: — Энри, твой дедушка разрешил... — Парень без задней мысли зашёл в комнату ровно в тот момент, когда юноша только схватил майку. Увидя тело юноши, он тут же замер. — ...показать тебе село... Юноша тут же прикрыл грудь футболкой и повернулся к парню. — Ты не мог бы выйти! — смутился юноша. — Я ещё не до конца переоделся. — Ох, да, прости! — Он тут же развернулся, но остановился в проёме. — Мне не стоило так врываться. Юноша тут же накинул футболку и сел на кровать. Услышав скрип пружин, парень повернулся. — Прости. Твой дедушка разрешил мне провести тебе экскурсию, если ты не против. — Я не против. — Он полез в сумку. — Но ты не мог бы подождать немного — мне надо нанести крем от загара. — Как скажешь. Блондин легко отрыл крем и стал мазаться. Спустя пару минут он весь был намазан кремом, отчего его кожа стала белее на тон. Закрыв крем и сунув его в сумку, юноша взял барсетку, положив в неё телефон, и, надев кепку, посмотрел на парня. — Я готов. — Ты так долго собираешься. — Юноша пожал плечами от данного заявления. — И ты что, каждый день наносишь крем, чтобы выйти из дома? — Ну нет, только летом и поздней весной, и то в городе обычно только летом. Так получилось, что моя кожа моментом сгорает, стоит мне выйти под палящее солнце без крема, хоть на полчаса. В городе, конечно, полегче, но здесь солнце шпарит — что я сгорю в считаные минуты. — Понятно. — Парень помолчал. — Ну что, идём? Юноша кивнул, и они, попрощавшись с дедушкой, вышли из дома. — Зачем ты взял с собой барсетку? — В ней телефон. — Зачем он тебе сейчас? От него никакой пользы. — Ну, время посмотреть. И просто привычка. Без телефона я никуда не выхожу, потому что родители могут в любой момент позвонить. — Не думаю, что твои родители прямо в эту секунду позвонят. — Ну, может, ты и прав. Гриша провёл юношу по всему селу. Оказалось, село не было настолько большим, как изначально показалось юноше. Пока они шли, многие жители останавливались и с интересом поглядывали на юношу, многие дети тыкали в него пальцем, но блондин не обращал внимания, списывая это всё на то, что они просто никогда не видели таких людей. Возможно, всё было из-за одежды, хотя парень бы не сказал, что сильно отличался от местной ребятни. Он специально взял из дома такие вещи, которые не жалко было испортить, ведь всё же ехал в село, а не на курорт. Благо родители в своё время купили ему достаточно вещей для поездки на природу. Последние пару лет они только и делали, что пылились в шкафу, дожидаясь своего звёздного часа. И мама давно собиралась их выкинуть, но хорошо, что не успела, а то пришлось бы Энри сейчас щеголять в более хороших вещах — вот тогда он бы точно выделялся, а так почти сливался с местными. Они подошли к опушке какого-то леса и остановились. — Как тебе село? — спросил парень, посмотрев на юношу. — Хорошее. Не скажу, что восхищён, потому что я на самом деле не сильно люблю природу. — Зато тут воздух чистый, в отличие от вашего города. — Это да. — Юноша посмотрел на лес. — Но я всё же люблю высотки и асфальт, даже если высотками я называю пятиэтажки. — Так чего приехал, если не любишь природу? Родители заставили? — Не совсем. Папа и мама уехали в командировку, и дедушка забрал меня к себе, чтобы я не находился дома один, без присмотра. — Ясно. Повисло недолгое молчание, но оно не было угнетающим, хотя блондину было непривычно. — Эй, Гриша! Юноша обернулся, а вот Гриша улыбнулся и помахал рукой. Обернувшись, блондин заметил, что к ним направляются два таких же рослых парня, как сам Гриша. Они быстро приблизились и обменялись рукопожатиями — в этом селе люди прямо очень любили рукопожатия, если каждый при встрече протягивал руку. — Мы с Петей слышали, что ты водишь по селу какого-то ребёнка, вот и решили тебя найти. — Парень улыбнулся и взглянул на юношу. — Это он? — Быстро же молва проходит. — Он тоже посмотрел на Энри. — Да, это Энри, и он младше нас всего на два года. Так что, по сути, он не ребёнок. — Какой-то он слишком мелкий и тощий, — отозвался тот, которого назвали Петей. — Да и бледный, словно вампир какой-то. — Ну низковат парень ростом, что ж с того? — встал на защиту юноши Гриша. — Да и кремом намазан — сгорает он сильно на солнце-то. Вот и все дела. — Он посмотрел на другого парня. — Слав, а чего вы искали меня? Случилось что? Помощь нужна? — Да нет. Говорю, слышали, как ты по всему селу с ребёнком таскаешься, вот и решили посмотреть на него. — А откуда он взялся? — Это внук дяди Стёпы, приехал погостить из города. — Не знал, что у него есть внук! — Никто не знал. — Хохотнул Гриша. — Ну, как видишь, есть. Юноша стоял и тихонько наблюдал за разговором парней. Ему было совершенно всё равно, кто что говорил. То он тощ, то бледен, а тут ещё и не знали, что у его дедушки вообще есть внук — ну, оно и понятно, что он никому не сказал про юношу. — Эй, мелочь! — Петя щёлкнул пальцами перед его носом. — Ты что, уснул? — А? — Юноша посмотрел на парня и покачал головой. — Что? — Я спросил, ты что, уснул? — Нет. Не уснул. Просто задумался. — И о чём же? — А это неважно. — Он ещё раз покачал головой и отвернулся к лесу. — Ни о чём серьёзном. — Ладно, чего это ты, Петь. — Гриша отгородил юношу от парня. — Энри, тебе не напекает? — Есть такое, да ничего страшного. — Так давайте пойдём в лес прогуляться? — Ещё чего! — Юноша обернулся на Славу. — Я ещё с малоизвестными людьми в лес не ходил. — Что значит «с малоизвестными»? — сплюнул Петя. — То и значит. Я вас вижу в первый раз, а с Гришей мы знакомы от силы часа два, так что я не думаю, что это хорошая идея. — Мелочь, что ж, по-твоему, мы похожи на каких-то бандитов? — Он насупился. — Так вот, чтобы ты знал, мы не собираемся тебя там бить или что-либо ещё делать — больно ты нам сдался. Гриша двинулся с места и встал между Энри и Петей. — Ну что вы, в самом деле. Энри, это предложение просто прогуляться, да и я не дам тебя в обиду — я твоему деду что скажу, если ты не вернёшься? Мы просто пройдёмся туда и обратно. — Он посмотрел на Петю. — Ну а ты чего? Парень вообще-то дело говорит. Вон ты сам сказал, что он мелкий и тощий, и посмотри на нас — мы почти два метра ростом каждый. Понятно, что он может испугаться, да и городской он, мало ли как у них там, в городе. — Не, ну а чё он? Он же не принцесса на выданье, в самом деле. — Ой, нашёлся рыцарь! — огрызнулся юноша. — Чё, малявка, вякнул? — оскалился Петя. — Так, остановка. — Вдруг подал голос Слава. — Петя, тормози. Гриша же уже объяснил, чего парень испугался, а ты, как тебя там, не нарывайся. Давайте просто пройдёмся и развеемся. Парни переглянулись и кивнули. Так, маленькой компанией, они отправились в лес. Юноша думал, что ему стоило отказаться, но раз Гриша сказал, что с ним ничего не случится, значит, не должно, а пока они прогуливались, парень вызвал у блондина хоть какие-то крохи доверия. Они прошли километра три, когда залезли в самые заросли. Сзади него шёл Петя, впереди Гриша, а самым первым был Слава. Совсем скоро начнёт темнеть, и юноша надеялся, что они вернутся до темноты, потому что у него не было желания становиться кормом москитов, да и поесть было бы неплохо, а то он только завтракал, а уже перевалило за полдень. Он спокойно шёл за Гришей и не боялся, что они заблудятся, ведь раз они сюда пошли, то и не должны, по сути. — Мелочь! — резко дёрнул его Петя. — Эй, я с тобой говорю. Юноше пришлось остановиться и развернуться к парню. — Чего тебе? — Да ничего, хотел проверить, здесь ли ты или опять где-то в своих мыслях. Заканчивал бы ты пропадать, а то вот так заблудишься, и всё — кто тебя искать-то будет? — Не заблужусь, я же за Гришей иду. — Ну-ну. Ты это, прости, ладно, я погорячился слегка. — Они продолжали путь, чуть отстав от Гриши и Славы. — Я ж не со зла. — Забудем. Давай лучше не будем отставать от парней — скоро стемнеет. Не хочу я здесь остаться. — Угу. Они пытались нагнать парней, но вскоре потеряли их из виду. Скоро должно было стемнеть, и в лесу начинало холодать. Петя остановился, дёрнув Энри за руку, останавливая. — Стой. Дальше не пойдём. Раз их потеряли, нам лучше вернуться назад, пока не стемнело. — А как же они? — Слава здесь каждый угол знает, а ты думал, почему он впереди шёл? — Ладно. Тогда давай пойдём обратно. Они повернули назад, но уже за первым же поворотом остановились. — Ну и куда дальше? — спросил юноша. — Вроде налево... — Вроде? Я вообще не помню, чтоб мы сворачивали. — Да ты в мыслях пробыл весь путь, не всё мог упомнить, мы, к твоему сведению, достаточно поворотов сделали! — чуть прикрикнув, сказал Петя. — А нечего на меня кричать! Ты же последним шёл, разве не вспомнишь? Да и к тому же, если б тебе не захотелось извиниться прямо посреди пути, мы бы не потеряли ребят и сейчас не заплутали. — Да что ты! — Он нахмурился. — Ты вообще должен быть мне благодарен за то, что я перед такой мелочью, как ты, извинялся! — Ой, простите, что не разделяю вашу благосклонность, сударь! — Блондин всплеснул руками. — Спасибо Вам, барин, что перед таким холопом, как я, извинились — я бы умер, не сделай Вы этого! — Чего? — Что, ничего не понял?! Бестолочь! — Ах ты! Парень сплюнул и, развернувшись, пошёл по тропинке влево. Юноша постоял с минуту и кинулся за ним, нагнав его у первого дерева. — Не ходи за мной. — А как я по-другому выйду из леса, по-твоему? — Как хочешь, мне по боку! — А вдруг ты идёшь неправильно? — Ну так иди в другую сторону! Чего за мной увязался? — Нет уж. Я пойду с тобой! — Он нахмурился и поравнялся с Петей. — Не хочу остаться в лесу навсегда. — Почему ж навсегда? — Потому что я в любом случае заблужусь. А с тобой хоть буду не один. — Так ты трусишка? У нас в лесу ни медведей, ни волков, насколько мне известно, нет. — Да, я трус, и что с того! У нас в городе лесов нет, так что и теряться в них я не учился. Спустя минут двадцать они вышли на какую-то поляну с пнём. И Петя остановился. — Стой. Вот здесь мы не проходили, сто процентов. — Он обернулся. — Надо было свернуть направо. На лес опускался быстрый сумрак, и начинало темнеть. Петя, прикрыв рот, прошёл пару шагов назад и вернулся к блондину — он стал ходить вперёд и назад, будто думая план действий. Вдруг в барсетке зазвонил телефон. Петя остановился и, повернувшись к юноше, подошёл к нему. — У тебя есть телефон? — Конечно, есть. Я без него из дома не выхожу. — Похоже, здесь словила связь! Вдруг твой дед звонит? — Это навряд ли. Он навряд ли бы стал, да и номера моего у него нет. — А кто тогда? — Я откуда знаю? — Юноша достал телефон, и Петя взглянул на дисплей. — «Красивое тело»? — Он глянул на парня. — Ты что, извращенец? Вот блеск. Застрял в лесу, да ещё и с извращенцем! — Нет! Я вообще не знаю, кто это! — Но ведь это у тебя в телефоне этот контакт! Телефон потух, но через секунду зазвонил вновь. — Ай, дай сюда! — Парень вырвал из рук блондина телефон и ответил на звонок. — Алло, кто это?! В телефоне послышалась тишина. — Алло, говорите! — Ты не Солнце. — Голос в динамике был чуть грубоватым. — Откуда у тебя его телефон? — Что? Какое ещё Солнце? Кто это? — Парень посмотрел на юношу. — Ангел? — Энри тут же сообразил, кто это. — Это же Ангел! Петя нахмурился, но, когда Энри попытался забрать свой телефон, отступил назад. — Эй! Отдай телефон! Я знаю, кто это! Дай! — Нет, подожди, ты сказал, что не в курсе, так что нужно выяснить, кто тебе звонит. — Он положил руку на голову блондина и стал таким образом удерживать его. — Кто ты? — Мне больше интересно, кто ты! Почему у тебя телефон, не принадлежащий другому человеку? — Потому что я так захотел! А вот кто ты, мне интересно! — Отдай мне мой телефон! Ты сейчас только зря связь и проценты потратишь, бестолочь! — Так тебя зовут Бестолочь? — Голос в трубке хохотнул, но оставался серьёзным. — Что ж, мистер Бестолочь, верните телефон владельцу, чтобы я смог с ним поговорить. Петя заскрипел зубами и, в отместку блондину, со всей дури толкнул его на землю. Тот ничком упал на одну ногу, при этом она неправильно подвернулась. Он прикусил губу с такой силой, что у него пошла кровь. Энри злым взглядом впился в брюнета и хотел подняться, но, ойкнув, свалился обратно. Видимо, он ушиб лодыжку и, не дай бог, сломал ногу. — Придурок! — Сам виноват! Сиди спокойно! — Петя вновь приложил телефон к уху. — Слушай, чем быстрее я узнаю, кто ты, тем скорее я отдам трубку этой мелочи. — Что ты сделал?! — Голос из динамика терял контроль. — Что ты с ним сделал?! — Воу, успокойся, он просто упал и всё — я ничего с ним не делал. — Он вновь посмотрел на блондина. — Слушай, уже темнеет, а этот вот-вот разревется, так что давай быстрее, назовись хоть как-нибудь. — Ангел! — Он вздохнул. — И если ты не вернёшь ему телефон, я стану твоим Ангелом Смерти. — Как?! Ангел? Серьёзно, чел, Ангел? — Ну, ты же можешь быть Бестолочью, так что да, Ангел. — Я не Бестолочь! Меня зовут Петя, дубина! Петя Давыдов! — Может, ты мне ещё чего о себе расскажешь? — А я... — Мне не интересно! Ты сказал, если я назовусь, цитирую: «Хоть как-нибудь», ты обещал вернуть телефон владельцу. — Он вздохнул. — Я назвался — возвращай. Петя посмотрел на блондина, который потирал ногу, и весь его запал исчез. По сути, ж неважно, кто звонит этому дрыщу, да и он сейчас вот-вот расплачется, а ему это надо? Вздохнув, парень передал телефон его законному владельцу, и юноша тут же в него вцепился. Петя же прошёл и сел на пень. — А... Ангел? — Энри икнул. — Это ты? — Ох, приветик, Солнце. — Голос тут же изменился. — Ты что, плачешь? — Нет. Я не плачу! — Юноша снял свою кепку, оставив ногу в покое. — Не плачу! Прежде чем голос в трубке заговорил вновь, Энри икнул ещё пару раз. — Ну, хорошо, я тебе верю. Что там произошло? Почему ты сам не ответил на звонок? — А почему ты подписал свой номер таким именем?! Да и к тому же, почему ты вообще брал мой телефон?! — Ну, я же обещал тебе оставить свой номер, как только он появится. Да и к тому же тебе ж понравилось трогать моё тело, вот я и подписал. Думал, ты догадаешься. — Он посмеялся. — Нет, я был уверен, что ты догадаешься, просто тебе следовало поднять трубку самому, а не давать какой-то бестолочи свой телефон. После заявления про тело юноша чуть смутился и поковырял собственную кепку. — Я... тебе всё равно не стоило так себя подписывать. — Он вздохнул. — Если бы ты так не подписался, то Пете бы не пришлось поднимать трубку за меня. — Да, ты прав, это я виноват. — Он помолчал. — Ты упал? — А? — Юноша поднял голову. — Да. Я упал. — Не сильно ушибся? — Мне кажется, я подвернул ногу. — Юноша не хотел бы этого говорить, но лучше поговорить с Ангелом, чем остаться с Петей наедине. — Я споткнулся и упал. А ещё темнеет, а мы заплутали в лесу. — Как заплутали в лесу? — Ну, знаешь, пошли гулять, и отбились от знающих людей, и потерялись. Мы... — Он запнулся. — ...то есть Петя пытался нас вывести, да мы не нашли дороги назад. — Он помолчал. — А я задумался и совершенно не следил за дорогой. Теперь мы потерялись. — Понятно. Ты не расстраивайся. — Голос затих. — Я могу попробовать кое-что сделать, но я должен спросить у тебя разрешение. — Разрешение? На что? — Он вытер губу и вновь надел кепку. — Я согласен на всё, если ты можешь помочь нам выбраться. — На всё не нужно. Просто не против ли ты, если я вычислю твой телефон? Юноша оглянулся на парня. Петя заинтересованно посмотрел на него и пожал плечами. — Я не против! — Он отвернулся. — Я не против. — Хорошо, подожди пару минут, повиси на связи. Телефон замолк, и юноша вновь глянул на Петю. — Нам, возможно, сейчас помогут. — Чудно. Скорей бы выбраться. Ты встать можешь? — Возможно... — Юноша попытался ещё раз встать, и у него получилось, не с первого раза, но получилось. — Не думаю, что смогу быстро идти. — Да нам хоть как-то. Я помогу тебе дойти. — Солнце! — Юноша вновь отвлёкся на звонок. — Солнце, я нашёл твой телефон. Ну и в глушь, конечно, вы забрались. Значит так, вам надо просто идти на север. Вы сейчас на поляне, там должна быть по левую сторону, как смотришь на север, тропинка. Сейчас вы должны идти по ней, дальше через полметра будет развилка, ты должен будешь выбрать правую тропинку и пройти ещё полметра до следующей развилки, потом выбираешь левую развилку и идёшь прямо, больше никуда не сворачивая, понял? — Да. — Я засёк ещё пару устройств, возможно, вас вышли искать. — Он вздохнул. — Солнце, будь осторожен. Я свяжусь с тобой, когда ты будешь дома. — Хорошо. — Вот и умница. И больше не ходи в лес, если не будешь уверен, что знаешь, куда идёшь. — Если я вновь потеряюсь, то буду звонить тебе, — решил пошутить юноша, чтобы хоть как-то скрасить ситуацию. — Идёт? — Заметано. — Он хохотнул. — Ловлю тебя на слове, Солнце. Когда звонок завершился, Энри положил телефон обратно в барсетку, и они с Петей отправились по указаниям блондина прямиком из леса. Из-за того, что юноша не мог нормально ходить, они выбрались из леса спустя час. По всей территории входа в лес было много людей и даже местные участковые с собаками. Как только они вышли, на них тут же направили фонарики, и вокруг собрались люди. Петю тут же обняла зарёванная женщина и оттащила от блондина — видимо, это была его мама. Люди по кругу что-то говорили, мать Пети отчитывала его, но успевала также проверять его на наличие травм. После к ним подошёл ещё мужчина, полностью похожий на Петю, и тоже, не стесняясь, обнял его. Юноша же опустился на обочину, чуть в стороне от всех, и вздохнул с облегчением. Теперь осталось дойти до дома дедушки, и можно будет спокойно отдохнуть. Сначала, конечно, скорее всего, придётся выслушать нотацию, но он ведь не был виноват. Блондин поднял голову, почувствовав чей-то пристальный взгляд, и столкнулся с матерью Пети. От близости женщины юноша вздрогнул и чуть подался назад. — Это из-за тебя всё! — стала причитать женщина. — Это из-за тебя мой мальчик прошастал в лесу столько времени! — Нет. Мы потерялись... — Чей это ребёнок?! — крикнула женщина, привлекая всё внимание на себя. — Я спрашиваю, чей это ребёнок?! От крика женщины все затихли, обращая на них внимание. Многие стали светить фонарями прямо Энри в лицо, отчего юноша был вынужден прикрыть лицо руками. Народ начал подходить ближе и шептаться о нём — конечно, знающих его людей в толпе не нашлось. А мама Пети как с цепи сорвалась, и юноша понимал почему, но не понимал, почему она решила отыграться на нём. — Закрываешься, паршивец?! — шипела она не хуже змеи. — Чей ты! Отвечай! — Она схватила его за одну руку и впилась своими ногтями в его тонкую кожу, отдирая её от лица.— Я тебя спрашиваю, чей ты ребёнок! Где твои родители?! Женщина продолжала кричать, люди светили ему в лицо фонарями, его нога ныла от боли. Из-за крика и света юношу затошнило. Его дёргали и кричали, а все стояли и смотрели. В какой-то момент он просто потерялся в пространстве — единственное, чего ему хотелось, это сейчас оказаться отсюда как можно дальше. Где не будет ни криков, ни света. Вдруг женщину оттащили, а весь свет потух, будто его прикрыли какой-то тряпкой. Юноша не заметил, как свернулся клубочком на земле, стараясь заглушить собственное дыхание, чтобы все подумали, что он мёртв, и оставили его в покое. Кто-то старался его растолкать, но он упорно продолжал прижимать руки к ушам и жаться в клубок. Вскоре к нему присел кто-то ещё, а секундой позже позвали кого-то ещё. Спустя всего несколько минут вокруг него столпилось трое или четверо человек. — Эй, парниш. — Его потрусили за плечо. — Эй! Ты слышишь? Тебя больше никто не тронет, ты слышишь? — А ну, Лёш, отойди, дай мне. — Голос был женским, старческим. — Дай я его осмотрю. — А моего сына ты не хочешь осмотреть?! — закричала мама Пети. — Он тоже, вообще-то, побывал в лесу! — Лена! В отличие от твоего Пети, у которого только испуг, и то, по всей видимости, небольшой, ты только что набросилась на этого мальчика! — с укором сказала женщина. — А мы ещё даже не разобрались, что случилось! Ты же нашла виновного! Хотя твой сын не лучше! Женщина осмотрела блондина и, заметив немного посиневшую ногу, тут же к ней прикоснулась. — Больно... — простонал юноша. — Пожалуйста, я ничего не знаю. Мы потерялись. Пожалуйста. — У него что-то с ногой. Кость, помоги его поднять — нужно убедиться, что это не перелом. Мужчина, чьё имя назвали, присел возле юноши. — Хэй, давай-ка мы тебя поднимем. — Блондина посадили, и он смог увидеть не слишком старую, но уже в возрасте женщину и милиционера. — Вот так. Женщина тут же проверила ногу на наличие перелома. Благо перелома она не обнаружила, только небольшой ушиб — стоит приложить лёд, чтобы снять отёк. Такого ребёнка она видела впервые, а значит, он был не из их села. — Как твоё имя, мальчик? — Юноша посмотрел на неё. — Откуда ты? — Я Энри Андерсон. Я приехал к своему дедушке на время. — Он всхлипнул и тут же икнул. — Мы потерялись в лесу. Мы пошли прогуляться и потерялись. — Ещё всхлип и ик. — Я не виноват, пожалуйста. Я правда ни в чём не виноват. — Я верю. — Она пригладила его волосы — кепка уже лежала где-то на земле. — Можешь сказать, что случилось с твоей ногой и как зовут твоего дедушку? Мы отведём тебя домой. — Я... я просто неудачно споткнулся о корень и упал. — Ещё один всхлип и ик. — Дедушку зовут Стёпа. Степан Андреевич. — Всхлип. — Стёпа? — Она посмотрела на милиционера. — Не знала, что у Стёпы есть внук. — Мужчина покачал ей головой, и она посмотрела на юношу. — Ты точно не ошибся? Юноша обречённо всхлипнул и ещё раз икнул. — Я правда его внук! Я говорю правду! — Его руки тряслись, и он обхватил себя за плечи. — Можете спросить у Гриши, сына кузнеца! Мы с ним вместе пошли в лес! И у Антонины Петровны, продавщицы магазинчика на краю села! Мы с дедушкой сегодня приехали, она меня с ним видела! — Ну, хорошо, хорошо. Внук так внук. — Она посмотрела на милиционера. — Нужно связаться со Стёпой, пусть приедет за внуком. Милиционер кивнул и поднялся. А женщина посмотрела на юношу. — Ты больше нигде не поранился? — Нет. Женщина обернулась. — Петя! Подойди ко мне! На крик женщины к ним подошёл его друг по несчастью. — Ты ранен? — Нет, пострадал только мелочь. — Как вы вообще решились пойти в лес?! Ладно, он-то приезжий, а ты что, не знал, что нельзя в лес?! Петя повесил голову. — Знал. — Ну, так и чего ты потащил его туда? — Мы со Славой хотели прогуляться и как раз заметили его с Гришей у леса, ну и решили сходить в лес. Слава же знает его как свои пять пальцев. — Он помолчал. — Но мы отвлеклись буквально на минуту и потеряли их. Женщина вздохнула и махнула парню сесть. Как только он присел, она его осмотрела, чтобы убедиться, что тот не пострадал. — Хорошо, что вы смогли выйти, а если б вы выбрали неправильное направление и затерялись ещё больше? — Так это не мы нашли путь. — Нет? — Телефон Энри поймал связь, и ему позвонил какой-то Ангел — он, правда, потрепался с ним по телефону, но после он рассказал ему, как выйти из леса. — Всё не совсем так, — подал голос юноша. — Ангел вычислил мой телефон и, видимо, просто нашёл карту леса, но в остальном да — он помог нам выбраться. — Кто такой Ангел? — Это... я в городе познакомился с одним парнем — он ошибся номером, и мы с ним разобщались. Вот он и звонит иногда. — Ну, значит, вам очень повезло. Парни кивнули. Через полчаса Петю родители забрали домой, а Энри всё ещё сидел на обочине и ждал, пока дедушка приедет за ним. Женщина, что оказалась врачом местной больницы, связалась с его дедушкой — в ответ тот обещал скоро прийти и забрать внука. Блондин очень надеялся, что тот приедет, иначе он не знает, что ему делать. Прошло ещё полчаса, и наконец пришёл его дедушка, когда уже почти все люди разошлись по домам и перевалило за полночь. Его дед тут же подошёл к нему. — Почему за последние пару суток с тобой вечно что-то происходит?! Ты всегда такой проблемный? — Прости, дедушка. — Вставай! Дома с тобой поговорю! — Я... — Энри с трудом поднялся. — Да. — Степан, пойдём со мной на минутку — твоему парнише нужно будет кое-что делать по утрам, я дам рецепт. Мужчина кивнул и пошёл за женщиной. Юноша не знал, о чём они говорили, но дед вернулся жутко злой, и тогда блондин понял, что ему не поздоровится, когда они вернутся домой. Мужчина поднял парня на руки, чем снова удивил его своей силой, и понёс в сторону дома. — Не думай, что твои проблемы на сегодня закончились, дружок. — Он заскрежетал зубами. — Они только начались. Подожди, пока мы вернёмся домой. Спустя пятнадцать минут старик открыл дверь в дом и пронёс парня внутрь. Ещё через минуту юноша уже сидел на кровати, которая временно стала его, и приготовился выслушать всё, что скажет ему дедушка. Дед взял табурет и вернулся к внуку, сел напротив него. — Значит так. Люба сказала, что ты и ещё парочка ребят пошли в лес — это правда? — Юноша кивнул. — Какого чёрта! Да простит меня Бог. Какого чёрта ты решил, что это хорошая идея?! — Я и не решал... — Но всё равно попёрся! — Он скрестил руки на груди. — Я ещё с Гришей поговорю, какого чёрта он не уследил за тобой! А если б с тобой случилось что похуже ушиба на ноге?! Что б я своей дочери сказал, а?! Что б вот я ей сказал?! — Он отвернулся. — Любит же ж она тебя! Чёрт бы её побрал! Ты ж её сын. Будь ты неладен. Юноша опустил голову. — Мне жаль. — Жаль ему, как же! — Мужчина взялся за нос. — Ладно, проехали. Жив и почти здоров, и ладно. — Он посмотрел на юношу. — Теперь поговорим вот о чём. Мне тут Люба сказала, что вас, со слов тебя и Пети, вывел какой-то парень, который нарёк себя Ангелом. И звонил он на твой телефон. — Он ткнул на барсетку, а после на юношу. — Так вот, скажи мне, Энри, я ведь точно уверен, что это тот самый извращенец, что прислал тебе цветы. Это он? — Когда юноша хотел начать отрицать, мужчина нахмурился. — Не смей мне лгать, мальчишка! Я знаю, что это был он! — Он. — Он опустил голову. — Но, дедушка, он помог нам выйти из леса. — Помог он или нет, неважно! Ты разве не понимаешь, что он опасен? — Он встал. — Хотя бы потому, что ты не знаешь, как он выглядит! И тебя это совсем не настораживает? — Настораживает. — И поэтому ты продолжаешь с ним общаться? — Ну, он же помог мне сегодня и пока ничего плохого не сделал. — То есть ты просто дурак! — Он прошёлся по комнате. — Я поражён, какого глупого ребёнка воспитала моя дочь! И это единственный потомок, в ком течёт моя кровь! Поразительно. Рассуждения деда прервал звонок телефона. Мужчина тут же посмотрел на юношу и кивнул ему, чтобы тот взял телефон. Парень достал телефон из барсетки и посмотрел на дисплей. Старик тоже взглянул на него. — «Бесподобный Ангел»?! — возмутился старик. — Я могу поднять? — Юноша посмотрел на деда. — Поднимай, но поставь на громкую, чтобы я слышал. Юноша кивнул и принял вызов, тут же переключив его на громкую. — Алло? — Солнце, приветик ещё раз. — Голос из трубки был весел. — Я смотрю, ты уже дома. — Да. Меня дедушка забрал. Спасибо тебе, что вывел нас. — Всё, что пожелает моё Солнышко. — Он посмеялся. — Как твоя нога? — Небольшой ушиб. — Это радует! — Он вздохнул. — Постарайся больше не падать. — Я постараюсь. — Ладненько, раз с тобой всё хорошо, я отключаюсь, а то не хочу, чтобы тебя наказали из-за меня. — Голос изменился. — Ах да, чуть не забыл. Я отключусь и больше не буду отслеживать твой телефон, так что не переживай, ладно? — Да. Спасибо ещё раз. — Не за что, рад, что ты обратился ко мне. — Он помолчал. — Спокойной ночи, Солнце, выспись хорошенько. — Спокойной ночи. Как только вызов завершился, юноша вздрогнул. Он всё время разговора смотрел на дисплей, боясь реакции дедушки. Видимо, Ангел смог как-то изменить название своего контакта на расстоянии и не поднимал эту тему, за что Энри был ему благодарен, потому что, если бы Ангел решил об этом поговорить, он не знал бы, что сказать дедушке в своё оправдание. Мужчина тряхнул его за плечо, и юноше пришлось поднять взгляд. Встретившись с грозным взглядом деда, его передёрнуло. — Дедушка, я... — Телефон. — Он сделал паузу. — Давай сюда свой телефон. Я так понимаю, что он не отлипнет, а ты и рад этому, поэтому твой телефон будет у меня всё время, что ты пробудешь здесь. А когда твои родители соизволят тебя забрать, я им всё расскажу — пусть они посмотрят, как их сын общается с каким-то извращенцем. — Но как же уроки? — Когда тебе понадобится какое-нибудь задание, ты при мне будешь его переписывать. Понял? — Да. — Телефон. Блондин вздохнул и передал мужчине телефон. Забрав мобильный, старик тут же направился прочь из комнаты, но прежде чем выйти, обернулся. — Ты наказан! И только попробуй мне дальше двора выйти! Я буду отводить тебя к магазину и забирать! И только попробуй улизнуть, прохвост. — Он сделал паузу. — Сегодня я не отлупил тебя только потому, что ты и так пострадал от своей глупости, но знай, что так случилось только в первый и последний раз. А сейчас ложись спать. Мужчина покинул комнату, оставив юношу одного. Просидев ещё с минуту, осознавая случившееся, юноша с трудом встал и, порывшись в сумке, достал пижаму, переодевшись. Расправив кровать, он тут же юркнул под одеяло и, разморённый насыщенным днём, быстро провалился в сон.