Домик в лесу

-Зоро, ты что просто поймал лисицу и притащил к себе в пещеру? – удивилась лесная кошка Нами, рядом с которой сидел нисколько не возмущённый и не изумлённый этим же обстоятельством лесной кот Луффи. Он был просто рад. -Лиса…, - лишь негромко уточнил тигр Ророноа Зоро, впервые сам задумавшийся над этим. Он ведь и в самом деле просто взял и притащил к себе в пещеру Санджи. Просто потому что захотелось, просто потому что не смог оставить его одного тогда в лесу, а теперь не сможет уже и никогда – это завитушчатое чудо запечатлелось на сердце, обжилось там и всё место заняло собой. Наглая вечно шипящая и огрызающаяся гадина совести вообще поначалу не имела… Хотя тут они, наверное, в расчёте. Один силой притащил второго к себе в пещеру, а тот в ответ, не спрашивая, занял его сердце. -И что этот лис отныне живёт в твоей жуткой пещере? – вздрогнув в ужасе от воспоминаний об этом месте, спросил Усопп, бывший довольно боязливым енотом. И тигр, вырванный из своих раздумий, непонимающе посмотрел на него. -Почему в пещере?.. У нас же теперь домик есть, домик в лесу, - и Зоро понял, что ему надо будет по порядку рассказать друзьям эту историю…. День был хмурый, пасмурный и обещающий грозу. Всё живое спешило попрятаться по норкам, берлогам и любым ямам, только бы переждать гнев природы в безопасной сухости. Но тигра, обходящего свои владения, погода со всеми её громами и молниями не пугала. Хотя и он бы сейчас предпочёл валяться на шкурах в своей пещере, а не шататься по опустевшему лесу. Но на его территории кто-то был – Зоро чувствовал это, грозный и сильный альфа знал, что к нему забрёл чужак. А с чужаками надо разбираться сразу. К тому же если он не один. Навострив тигриные уши, Зоро определил, откуда идёт шум, и бросился туда с поразительной скоростью. До этого вальяжно и даже лениво идущий тигр в мгновение ока преобразился и смертоносным хищником помчался на раздающиеся крики. -Кто-нибудь скорее! Умоляю! Спасите меня от этой зверюги! Я отдам всё, что есть, только помогите мне, прошу! – взывали отчаянные крики о помощи, на которые и мчался Зоро, чтобы в итоге с грозным тигриным рыком ворваться к месту развернувшейся трагедии. И тут его взору предстало дерево, забравшийся на него лис-зверочеловек, и накручивающий снизу круги другой тигр, один из тех зверей, очевидно, кои не имеют человеческого облика. -Подмо…, - уже с облегчением выдохнул было лис, как, приглядевшись к появившемуся из кустов спасителю, он скривился лицом. - Вот же сволочь тигриная! Он что собрата позвал? Брысь, полосатая зараза, брысь! Я своему старику ещё живым нужен. Господа тигриные сволочи, отпустите меня живым, пожалуйста! Я вам всё, что у меня есть, отдам. Единственный глаз Ророноа раздражённо дёрнулся. Поначалу он хотел просто прогнать наглеца со своей земли, потом выяснилось, что наглецов больше одного, и кто-то из них нуждается в помощи, и планы чуть переменились. Однако сейчас они вернулись к своему первоначальному ходу, но с той поправкой, что одному из нарушителей очень хотелось смачно вмазать – тому, кто голосил всякие гадости с дерева. -А что у тебя есть? Что ты отдашь? – переборов свой первый порыв просто за шкирку спустить лиса с дерева и пинком запустить куда подальше, решил вести себя рационально Зоро, в котором проснулось желание получить хоть какую-то компенсацию за нарушенный покой. Тем более некоторые его продовольственные запасы в пещере к концу подходили, и поживиться чем-нибудь съестным от этого наглого лиса было бы неплохо. Взять так сказать пошлину за вход на чужую территорию. -Да ничего уже, собственно говоря. Я этому вот тигру всё, что у меня было, покидал, - держась за ветку, всё же умудрился пожать плечами лис с самым простодушно-невозмутимым выражением лица, пока два тигра под ним обменивались друг с другом взглядами. Кажется, прикидывали силы друг друга. -Тогда зачем другое кричал? – возмутился тигр, обескураженный таким наглым враньём. Этот сидящий на дереве лис бесил его всё больше и больше. -Так чтобы хоть кто-то на помощь пришёл. -Так вот кто-то и пришёл! -Где? -Вот! – возмущённо рявкнул тигр, указывая прямо себе под ноги, куда сейчас же направил свой взгляд и лис. И посмотрев тигру под ноги с минуту, он искреннее непонимающе спросил, тетивой натягивая нервы Зоро и отпуская их в полёт: -А кто там? -Я!!! Зоро казалось, что за все прожитые года его ещё никто так не раздражал как этот наглый и недалёкий лис, которого он видит впервые в жизни и то от силы пару минут. Но за эти пару минут он каким-то невероятным образом порушил всё его самообладание, и заставил даже шерсть на хвосте встать дыбом от возмущения. -А ты кого-то ещё видишь?! – злился Зоро, которого не сильно смущало нахождение тут ещё одного тигра, пусть он даже был и весьма крупным. Тигр был сыт, Зоро в этом не сомневался. Иначе от этой болтливой груши на дереве уже ничего бы не осталось, загнавший её туда тигр просто играл, быть может, убивая скуку, а, может, нагуливая аппетит, которого в любом случае ещё не было. А может это наглая груша и сама туда заскочила, ещё прежде, чем тигр хоть что-то сделал, и этим его завлекла и заинтересовала! В общем, дура эта груша! Дурак и идиот этот недалёкий лис! -Вот именно, что я кроме тебя никого не вижу! – в свою очередь с дерева уже завёлся и сам лис. – А ты тоже тигр! Вдруг вы сейчас вместе договоритесь о том, кто какую часть меня есть будет?! Я слышал в этих местах тигры самые опасные звери! Потому что обитает тут один страшный и нелюдимый Ророноа, который и других зверолюдей ест! Может ты и есть он, придурок?! Удивлённый звук, отчасти напоминающий кряканье утки, вырвался из горла Зоро – так сильно он был изумлён. Слухами он никогда не интересовался и был очень поражён таковые узнать. И какая-то жалость к этому бедному и перепуганному лису даже закралась из-за них в голову Зоро. Но жалость эта была недолгой. -Хотя нет… Ты точно не он. Ты просто какой-то бракованный зелёный мох… Чистое Маримо, ты явно героем страшилок быть не можешь, только если потерпевшим из них, - развязано высказался лис, который был уже не так напуган как вначале, когда он только забрался на это дерево, спасаясь от зарычавшего на него тигра, возникшего как из ниоткуда. Всё-таки второй тигр по-человечески говорил, и возникала надежда на то, что он уговорит своего собрата уйти и полакомиться кем-то более жирным и сочным. «А с меня чего взять? Одни кости и чутка мяса на них. Может чуть больше, чем чутка, но всё равно мало… В лесу и кого побольше найти можно», - рассудил безмятежно лис, который не хотел сильно уж обижать своего потенциального спасителя. Но это как-то само собой вышло. Потому что какой же болван этот второй тигр раз не понимает, почему его сразу за спасителя нельзя было принять. Да потому что он тигр! Болван и тигр в одной физиономии! -Ах ты!.. Ты… Язва бровастая! – выискивая во внешности лиса хоть что-то странное, зацепился за его бровь Зоро и этим точно не прогадал. Лис на дереве вмиг задрожал, злобно прищурился и ощетинился. Брови точно его больным местом были. -Красивая у тебя бровь, прямо загляденье, - самым медовым голосом протянул свои издевательства глумящийся тигр, этим сделав их ещё неприятнее. – А вторую ты прячешь, потому что она ещё более идиотская, чем первая? На самом деле никакими идиотскими брови лиса тигр не считал, просто они, а точнее одна виднеющаяся, была единственным, что являлось чем-то необычным во внешности лиса. Зоро мог бы даже вполне искренне и без раздражающих нот сказать, что эта бровь красивая, но случай располагал к иному – к моральной ответной атаке противника. И она определённо удалась, что доставило тигру немало удовольствия. Выводящий его из себя лис, который стал ни с того ни с сего принижать того, кто пришёл к нему на помощь, хоть чуть-чуть получил по заслугам. Ибо он трясся от гнева на своём дереве. А в этом оказалась вся беда. Ветка от этих содроганий лиса чуть надломилась, он тут же оказался ближе к земле на полметра, чем был до этого, а какие-то мелкие сучки и щепки в это время также летели вниз, прямиком на затихшего дикого тигра. Прежде этот зверь бездействовал, он не был сильно голоден, чтобы лазать по деревьям за всякими не сильно жирными лисами, к тому же у него в этой не сильно питательной дичи появился конкурент. И тигр выжидал, что будет дальше. Всё разрешили эти самые осыпавшиеся сучки и надломившаяся с лисом ветка. Тигр поднял хищный взгляд наверх. -Уходи, брат, и ты останешься жив, - вмиг чуя, как в сытом тигре проснулась жажда крови и свежего, горячего мяса, предупредил его Зоро. Его с детства учили, что убивать того же зверя, которым являешься ты, плохо. -Этот лис мой, уйди на свою землю и живи вволю там, - прозвучало последнее искреннее предостережение, Зоро надеялся, что судьба и животное благоразумие уведут чужого тигра прочь. Надежды Зоро не оправдались. Дикий тигр мощным прыжком сильно подпрыгнул вверх, намереваясь ударом лапы сбить лиса вниз, но тот в страхе успел подпрыгнуть на ветке, и лишь тигриный коготь чуть полоснул его по предплечью, и всё было предрешено. Зоро одним рывком оказался под деревом, приземлившись на четыре мощные мохнатые лапы. А ветка от таких прыжков на ней обломалась полностью, и совсем недавно подпрыгнувший на ней лис теперь вместе с ней летел вниз с предсмертным ужасом в глазах. Ну вот зачем он только не вытерпел и к Зеффу пошёл коротким путём? А зачем вообще изначально к своей кровной семье решил переправиться?! Если бы только не это всё, он бы остался жив!.. -А я и есть живой…, - уже упав, дрожащими и не попадающими друг на друга зубами прошептал Санджи, под своей спиной чувствуя что-то горячее и живое – то, что смягчило его падение. Это была спина одного из тигров. Он упал в самый тигриный ад… Но в аду почему-то было очень тихо, ни шума, ни драки, ни звуков рвущих плоть клыков и костей. И лис неуверенно стал оглядываться, постепенно осознавая, что всё уже закончилось. Один из тигров был мёртв, и приземлился он сам как раз на спину победителя – чересчур большого зелёного тигра. -Ты пойдёшь со мной, - скомандовал Зоро, перевоплотившись и с окровавленными чужой кровью ртом и шеей представ перед лисом в полном неглиже с большим старым шрамом поперёк груди. Одежда разорвалась в миг превращения, но тигр нисколько не смущался своей наготы. Без одежды ему было даже удобнее, но вдолбленные в его голову с детства требования соблюдать хоть мало-мальские приличия обязывали его её носить. Но вот сейчас он, обдуваемый прохладным предгрозовым ветром, стоял совсем без неё перед дрожащим лисом, с силой зажимающим свою руку и явно боящимся, что запах его крови будет учуян. Зоро понимал, что лиса напугал он своей кровожадностью. Потому что рядом с ними лежал тот самый дикий тигр с разорванным горлом, чересчур сильно и страшно разорванным и разодранным чудовищной силы пастью с острыми клыками. Зоро даже сам был несколько в шоке от себя, чего уж говорить о лисе, невольном свидетеле такой излишней жестокости? Зоро и сам не понимал, откуда в нём на пустом месте взялось столько кровожадности. О том, что он поразительно сильный, он знал, о том, что любит иной раз хорошо подраться, тоже про себя ещё давно выяснил. Но вот такую страсть к кровопролитию буквально из ничего он открывал в себе впервые. Просто стоило ему только кровь этого лиса учуять, осознать, что она пролилась, и его возможно скоро раздерут, и всё – сознание отключилось, а потом через мгновение враг уже был мёртв. «А это всё потому что он меня сильно из себя вывел, и если бы он умер раньше, чем я бы доказал ему, как он неправ и какой он раздражающий, наглый, тупой и бестолковый, я бы жить дальше спокойно не смог. Это бы грызло меня изнутри», - для себя кое-как объяснил жажду крови собрата Зоро и посмотрел на лиса. И что с ним теперь делать? Только домой и вести, не под грозой же доказывать ему, какая он бесячая язва…. Да и выглядит он немного жалобно. Стоит весь такой запуганный и сжавшийся, обмотавшийся своим хвостом посреди чужого леса. А скоро ведь и гроза начнётся, промокнет эта упавшая груша до последний нитки и ещё сильнее затрясётся… -Идём, - безэмоционально повторил Зоро, кинув быстрый взгляд на тушу мертвого тигра и решив, что он вернётся за ней позднее. Ненамеренно, но всё же необратимо в его пещере появится ещё одна тигриная шкура. -Н-не пойду, - в страхе дрогнув голосом, не согласился Санджи, но не желающий сейчас возиться тигр спорить с ним намерен не был. Он просто схватил лиса, закинул на плечо, и проблема была решена. По крайней мере, пока лис не запротестовал, не задёргался и не забил довольно больно своими ногами и руками. И тигру пришлось объясняться. -Да не буду я тебя есть! Тебя пока есть будешь, подавишься… Такие вредные, как ты, всегда невкусные. Вот раскормлю тебя, а потом подумаю, может и твою вредность во вкусе можно будет перетерпеть… К тому же грозу не в лесу же тебе пережидать. Вначале тигр честно хотел успокоить лиса и заверить в своих самых дружелюбных намерениях – намерениях просто доказать ему, какая он вреднючая зараза – но, вспомнив про эту самую вредность, он не сдержался. Зоро начал пугать лиса, держа его при этом на своём плече очень надёжно, но стараясь всё же не сжать до боли сопротивляющееся тело. Тигру отчего-то совсем не хотелось делать ему больно. Дать подзатыльник, начистить морду в честном бою можно, а вот так вот, когда лис уже схвачен, причинять боль ему не хотелось. Да и лис был измотан и утомлён долгой дорогой, что по нему вблизи оказалось весьма заметно. -Тогда вещи мои прихвати, пока буду у тебя раскармливаться хочу быть в комфорте, - уже перестав дрыгаться и поняв, что хотя бы сейчас ему ничего не угрожает, попросил лис, на высказанное тигром удивление напоминая, что вещи у него всё же были. Просто они ненадолго перешли к этому дикому тигру, которого пытались прогнать или накормить чем-нибудь другим, кроме себя самого. -Сумка с едой, увы, уже пустая, сумка с утварью, ура, полная, и вон ту вонючку тоже обязательно. Да-да, Маримо, либо берёшь меня вместе с этим, либо никак не берёшь, - не задумываясь о двузначности фраз, командовал с тигриного плеча лис, которому совсем не хотелось расставаться со своими скудными пожитками, даже с той странной дорожной сумкой, которую тигр по наивности открыл, не понимая, что там может так мерзко пахнуть, а потом тут же поспешил закрыть обратно, крича, что находящееся в ней вымачивали в моче скунсов. Лис же на это только промолчал и продолжил молчать всю их длинную дорогу. Тучи в небе становились всё чернее и чернее, всё утробнее завывал ветер, гуляющий по лесу, а тигр с лисом всё шли по владениям первого, которым, казалось, не было конца. Всюду уже становилось темно, и лис непроизвольно поджимался и вздрагивал, инстинктивно ощущая желание хоть где-то сейчас укрыться, спрятаться от зарождающегося в вышине грома, из-за которого приходилось прижимать опасливо к голове уши. Несколько раз лис порывался попросить отпустить его на землю, несколько раз он хотел с бранью возмутиться, что может идти и сам, но пугающий гром и риск ненароком потеряться в этом невероятно большом лесу, удерживали его от этой затеи. Всё же грозу лучше в какой-нибудь хижине или землянке переждать, навряд ли у этого голозадого тигра будет дом поприличнее... -Пещера? Это что перевалочный пункт перед тем, как идти дальше? – изогнулась бровь у лиса, когда его заносили в пещеру, но тигр ничего ему не ответил, он пронёс его в самую глубь и усадил на шкуры. Лис от такого места обитания оказался в шоке. И в таком же большем шоке он был, когда тигр попросил у него руку. И лис, конечно же, протянул - здоровую. -Ты что прямо сейчас её хочешь обглодать? – непонимающе спросил лис, которому такой вариант казался совсем нелепым, нов сё же посмотреть, что будет делать этот пещерный увалень было интересно. -Ты что совсем дурак, Завиткобровый? Больную дай! На что мне эта?! – повертев руку лиса и поняв, что это здоровая, возмутился тигр. Какой же этот его найдёныш-подобрыш тупой и недалёкий всё-таки! -Ага сейчас, Мох. Дам я тебе раненую руку тигру! -Ты точно дурак! Я тебя спас и к себе принёс, а ты меня ещё боишься?! -Принёс, чтобы откормить и потом сожрать, спешу напомнить!.. И, кстати, шевелил бы ты своей полосатой задницей быстрее и не тупил, меня бы не ранили, спаситель-идиот! -Ы-ы-ы! – лишь смог издать из себя тигр, которому на деле оказалось нечего возразить лису. Ведь действительно, если бы он пререканий с этой лисьей грушей на ветке не устаивал, её бы не полоснули когтем. Но кто ж мог подумать, что он на ветке так затрясётся и заелозит в гневе, что тигр внизу окажется побеспокоен? Конечно, такого представить было нельзя, потому что надо было не представлять, а сразу прогонять чужака-тигра. Тогда может его и убивать бы не пришлось даже… Но просто беседа с этим лисом так стала выводить его из себя, что он совсем об этом забыл. -Чего язык проглотил? Сказать нечего? Я прав? Прав оказывается, Маримо? – нападал словесно на тигра лис, уже без страха показывая ему свою раненую руку и пальцами растягивая на ней небольшую царапину в стороны, чтобы она казалась больше. Своими руками он обычно дорожил, но сейчас, чтобы поставить на место этого недалёкого, моментами так жутко раздражающего его своей глупостью тигра, он был согласен снова растревожить уже было подсохшую царапину. И уже остановившаяся было кровь красной жирной каплей побежала у него по руке, теряясь где-то на локте в складке подвёрнутой рубахи. -И так вот здесь я буду жить, пока не восстановлюсь. Потому что если взялся спасать, то неси ответственность и спасай нормально!.. Короче, повторяю, я у тебя буду жить, пока не поправлюсь. А потом хоть откармливай, хоть раскармливай, только смотри, чтобы я сам тебя не съел в итоге, - такова была речь возмущённого плохой помощью лиса, которому, собственно говоря, и не сильно прельщало жить в пещере. Но возможность ещё пару раз напомнить этому тигру, какой он лопух и идиот, была приятной и заманчивой. -Так бы и придушил прямо сейчас, - чуть затрясшись от гнева, угрюмо и злобно пробурчал себе под нос тигр, которого чувство некой виновности в произошедшем и подтолкнуло подойти к лису и попросить его раненую руку, которую сейчас он наконец-то смог взять в свои. Теперь можно было начать лечение. -А ты что делаешь? Действительно жрать меня собрался? – от удивления совсем беззлобно спросил лис, которому в эту минуту старательно вылизывали рану. Шершавый кошачий язык за раз накрывал всю узкую царапину, тигр проходил по ней с самого низа до самого верха, будучи в этот момент очень сосредоточенным и серьёзным. У всех зверей вылизывать кого-то довольно интимный момент, а у любых кошек тем более. Кого ни попадя они своей слюной не лечат, а уж особенно каких-то наглых лисов. -Лечу, - ненадолго отрываясь от дела, ответил тигр. Собственные редкие раны он всегда только зализывал, и ничего целительного и лечебного именно для них в его жилье не было. Поэтому приходилось идти на такой чрезмерный для только недавно встреченного лиса шаг. Не будет же он с необработанной раной ходить, пусть это даже и всего лишь царапина, из которой он целую трагедию устроил. -А-а, понял… Только лично я для этого собирался бинты и мази использовать, - протянул лис, и тигр замер, пока его глаз удивленно округлялся. -У тебя что бинты и всякие мази есть? -А ты думал нету что ли? Не все, знаешь ли, в пещерах живут и языками лижутся, есть, знаешь ли, в мире цивилизация. Но, жаль, что твоей траве вместо головы тяжело понять такое понятие. Это когда прогресс позволяет жить не как диким зверям… Но дальше тигр дослушивать лиса не стал, он на эмоциях грубо вернул лису его руку, словно чуть откинув её от себя, и ушёл от него в центр пещеры, намереваясь развести небольшой костёр. Этот лис с каждой проведённой вместе минутой злил его всё больше и больше, особенно сейчас - лисья бестия, поняв, что к чему, по полу каталась от смеха. -Ой, не могу! Всерьёз думал, что я тоже так по-варварски себя лизать буду! Да сейчас таким только такие дикари, как ты, занимаются! – обхохатывался лис, который знать не знал, что у кошек означает лечение слюной. Как бы парадоксально это ни было, но ему никто это про кошачьи виды не объяснял. В приподнятом настроении лис обработал свою рану, в таком же весёлом расположении духа он было потянулся к своим сумкам за едой и тем, с помощью чего можно было бы её приготовить, как вся его радость сошла на нет. Загнавший его на дерево тигр сожрал все его запасы – они были скинуты ему в надежде на то, что сожрав их, он довольный уйдёт прочь. Даже от маленькой удобной сковородочки толку сейчас не было. Что на ней готовить? Еды-то нет, а просить её у тигра и услышать в ответ насмешки про цивилизацию и «как это можно у дикарей их дикарскую еду просить» не хотелось. Лис был вынужден ложиться спать голодным. Надутый тигр же продолжал сидеть возле костра. И лису стало ясно, что тигриное спальное место занято им. Отчего небольшой укор совести впился в его сердце. Ведь каким бы дикарём тигр не был, он принёс его к себе домой и отдал ему своё ложе. Да это всего лишь шкуры, а не кровать. Но это ведь всё, что у него есть! И гонимый совестью лис ушёл со шкур, улёгшись на голом, холодном полу прямо на свой лисий хвост, пока за пределами пещеры бушевала гроза и гром напоминал всем о величии неба. И в пещере, в которой было прохладно, очевидно, и в солнечный день, сейчас было совсем зябко. Поэтому, морщась и кривясь, но, не имея другого выбора, лис достал из своей вонючей сумки то самое, что и издавало в ней такой смрад, и укрылся им. Голодный и замерзший лис заснул, жалея о том, что ему снова приходится ночевать так. А гроза не угомонилась и ночью, небо ревело и стонало, пугало землю, и от одного такого особенно сильного содрогания не то сверху, не то снизу, лис проснулся. Проснулся в тепле и без вони накидки, в самом деле пропитанной секретом скунсов. Он проснулся совсем не так, как засыпал, рядом с собой чувствуя чьё-то очень горячее тело, в объятиях которого он и находился. -Вот же засада, - обречённо прошептал лис, осознав, что из этих объятий выбираться обратно на холодный пол ему нисколько не хочется. А ведь должно хотеться! Это же тигр, а не тигрица! Хотя если рассматривать его только в качестве грелки… И пока лис думал о том, в качество кого он будет рассматривать тигра, в животе у него заурчало, он начал вошкаться, пытаясь принять положение, в котором его нутро вело бы себя потише, и разбудил этим того, о ком всё это время думал, нечаянно зарядив ему прямо в живот локтем. Но прежде, чем лис успел начать оправдываться, тигр навострил уши, сонно зевнув, встал из-под шкур и куда-то ушёл. Лис остался один, но вот только ненадолго. Уже вскоре тигр вернулся обратно к нему, протягивая что-то. -Ешь. Ты лёг голодным, - не упоминая ничего о дикости и цивилизации, произнёс Зоро, который прежде в раздосадованных чувствах просидел у костра до тех пор, пока лис не заснул. А потом тигр опомнился, закрутил головой и подумал о том, что тот, кого едва ли недавно не съели, сам вроде ничего не ел. Но кормить лиса было уже поздно, он спал, и тигр, помявшись возле него, не стал его будить, и сам ушёл спать на любезно уступленное ему его же ложе. Прошло с минуту-две, и Зоро с недовольным лицом вернулся к спящему лису. Тот спал, дрожа во сне, скручиваясь в замерзающий комок под чем-то крайне вонючим и точно имеющим отношение к скунсам. -Да пусть замерзает. Мне-то какая разница, – махнул всё же рукой тигр, ещё через пять минут уже лежащий под одними шкурами с лисом, а ещё через пять уже согревающий его собой. Болтливая язва всё не переставала дрожать от холода, этим мешая спать. Пришлось её греть. -Он меня бесит, я его ненавижу, мечтаю придушить его же хвостом… и сейчас грею… Я точно идиот, - констатировал происходящее Зоро, засыпая с мыслями о том, что ладно бы он хоть омегу собой согревал, а то какого-то воняющего скунсами бету-мужика обнимает. А теперь ещё и кормит… -Засада, - то же самое, что ранее лис, подумал уже тигр, протягивая ему мясо и не совсем понимая, зачем он это делает, пока лицо его было сурово и не выражало ту бурю мыслей, что была у него внутри. Ну, подумаешь, лис из-за него чутка пострадал. Да там же не сильно большая царапина, переживёт такую. Ну, положим ещё, лис и серьёзнее пострадать мог, если бы на ветке не подпрыгнул чудом в последний момент, но если бы он вообще спокойно на ней сидел… -Аргх! В общем, бери и ешь, - запутался в чувстве вины тигр, который был уверен в том, что мимо любого пострадавшего он бы прошёл, не поведя и бровью. Но просто этот лис-засранец то и дело его чем-нибудь укольнёт и напомнит, что всё по его вине произошло! Поэтому пусть он сейчас просто съест это мясо и даст чувству вины чуть уменьшиться! -А ты что всё ещё без одежды? – вместо благодарности выдал лис, в сущности за мясо-то благодарный, но отвлечённый от него кое-чем другим, тем, что сейчас болталось прямо перед его глазами… -Я с голым мужиком спал?! А он… ты ко мне ещё и прижимался! А если бы я не проснулся и тебя ненароком не разбудил, мы бы так и проспали! Фу, мерзость! Окончите мои дни на этом свете, я этого не переживу! – взорвался лис, и терпение тигра снова затрещало по швам, с треском порвавшись. -Ты будешь рад! Я могу прямо сейчас это утроить! – роняя мясо из рук, зажегся злостью и тигр. Эта лисья сволочь его просто выбешивает! -А под чем мы вообще спали?! – подскакивая на тигрином ложе, только сейчас задумался над этим лис, которого смутило, что место для сна стало выглядеть как-то больше. -Под шкурами, идиот, неужели не ясно?! Ум как брови закрутился? Представь, у дикарей, каким ты меня видишь, бывает запас шкур! -И недостаток траха, голова-трава?! Зачем меня к себе в кой…шкуры в затащил! -Потому что ты замёрз во сне! – взревел Зоро, а после поганенько так улыбнулся, кое-что припоминая и заставляя лисье сердце боязливо вздрогнуть. - И как я понял, тебя всё устраивало, пока ты меня «ненароком» не разбудил. А иначе бы что? В объятиях мужика спать и остался? -Да! Чтобы его придушить во сне! – горя лицом, крикнул лис, не желающий признать, что тигр был прав. Ведь за пределами его объятий очень уж холодно было. Да и Зефф на холодном спать всегда строго-настрого запрещал… Такое резкое согласие лиса и его обоснование вмиг стёрли любое подобие улыбки с лица тигра. Он завёлся не на шутку, содрогаясь в ярости. -Ты!.. Ты! – никак не подбирались у тигра подходящие ругательства, но тут лис ему немного «помог». -Санджи, – представился он и сам подленько улыбнулся. – Хотя варвары же спокойно спят с теми, чьих имён не знают. И началась драка, итогом которой стали выкрикнутые тигром слова о том, чтобы лис убирался прочь. А Санджи, недолго думая, собрался и пошёл прямо в так и не закончившуюся грозу. -Вспылил. Излишне вспылил и вообще зря, - уже бредя по лесу под проливным дождём, сокрушался Санджи, которому не нравился ни этот дождь с молниями и громом, ни произошедший конфликт. И это было взаимосвязано. Если бы не эта ругань, он бы сейчас сидел в пещере, пусть холодной и едва обогреваемой костром, но в пещере. -Может, он вообще не знает, что перед гостями нельзя так ходить? И может спать вместе и греться так для него нормально? А я взял и накричал… А он мне ещё мясо подавал, возможно, последнее своё, - рассуждал обтекаемый водными потоками дождя Санджи, про мясо больше надумавший от накатившей на него сентиментальности. Жалость к тигру, живущему дикарём в пещере со шкурами, поселилась в сердце лиса. И поселилась где-то рядом с той потребностью, что ему надо хоть как-то обосновать своё возвращение назад. Не проходивший под грозой и десяти минут лис с плотно сжатыми губами и лицом, преисполненным состраданием к ближнему своему, возвращался назад. А в пещере его никто не ждал. Ведь стоило лису уйти, как задыхающийся от гнева Зоро стал быстро остывать. Слушая шум проливных ручьев с неба и раскаты грома, тигр начинал чувствовать себя очень неуютно и как-то промозгло, хоть он сам был дома. -Сильный чертёнок оказался, даром, что личико смазливое, а бьёт крепко, - признался себе Зоро, не привыкший лукаво оценивать силу противника. Ну, разве что для этого несносного лиса можно будет сделать исключение и сказать ему, что дерётся он как младенец. Комплекции они были примерно одинаковой, лис только уже в плечах был и может ниже чуть, а может и нет. Когда он свои длинные ноги задирает он много выше кажется, чем есть. И тигра это сейчас смущало. А как тогда он прежде смог так легко эту крикривую и драчливую придурь в пещеру принести, не уронив с плеча во время её брыканий? От дождя укрыть… А сейчас темным-темно на улице, сыро-пресыро, и всё холодной водой залито, и идёт там сейчас, рыдает и шатается замёрзший, промокший лис… -Да чёрт с ним как смог! Тогда принёс и сейчас принесу, - решил не ломать голову тигр и с раздражённым рыком кинулся из пещеры. Этот треклятый бровастый лис и суток с ним не провёл, а уже столько проблем доставил! И тигр начал свои поиски в холодном лесу, когда сам лис уже был в его пещере. -Ушёл куда-то что ли? – пожал плечами Санджи и поёжился от холода. Ему срочно надо было согреться и уже хоть что-то поесть. От этих шатаний под дождём есть ему захотелось ещё пуще прежнего. Рассудив, что рамки позволенного между ними уже значительно расширены после совместного спанья, Санджи, не особо церемонясь, стал хозяйничать в чужой пещере, беря в руки тот самый кусок мяса, который на шкурах так и лежал. А этих шкур лис и в самом деле обнаружил немалый запас. -Да и всё равно. Поготовим! - браво поднимая кверху сковородку, воодушевлённый лис в приподнятом настроении предпочёл сделать вид, что трёх мечей в укромной нише пещеры он не видел. Если бы это Маримо хотело его порубать на составные, оно бы это сделало ещё пока он спал, а не в койку бы его тащило. -И надо будет отвар себе заварить. Я его запах чувствовал, если бы не он, я бы его куда сильнее отделал тогда на плече, - уже не с таким энтузиазмом прошептал лис, пока тигр носился по лесу со всё нарастающим беспокойством. Ведь лис всё никак не находился. А ведь он был таким беззащитным, таким уязвимым во сне! Таким уставшим, что даже не проснулся, когда его на руки подняли! И где он сейчас шастать будет и укрытие себе сооружать? -Не мои проблемы! Если этот придурок сам ушёл, хотя мог бы снова свой характер показать и остаться, значит, он хотел уйти! Вот пусть и катится, откуда прикатился! Тупой завиткобровый лис, - в форме тигра носясь по лесу, злился и вскипал Зоро, от злости и горящего в крови адреналина совсем не чувствующий холода. Да и вообще чтобы ему холодно было это редкость какая-то, он ведь потому этого лиса к себе на шкуры и утащил, а не отдельные достал – поблизости от него лис куда быстрее дрожать бы перестал. Да и мороки лишней не хотелось ещё шкуры доставать. Именно! Просто не хотелось мороки! Оглушающий тигриный рык подобный грому раздался по лесу. Время шло, а тигр так и не мог найти лиса. Зоро не мог знать, что в эту минуту сам Санджи вздрагивает в его пещере от слишком сильного разбушевавшегося грома. Тигр рычал вновь и вновь, сливая свой голос с небесным рёвом. Он вымотался, перемазался в грязи, весь промок и был вынужден признать, что лис в самом деле ушёл прочь. Чужак покинул территорию, дневное задание очистить свои владения было закончено. Но чувства удовлетворения от этого не возникло. Стоя перед трупом другого тигра, омываемым дождём, Зоро смотрел на дерево, у которого обломилась большая ветка. Больше лисьих груш там не было… Угрюмым и безрадостным тигр вернулся назад, решив, что жизнь избавила его от одной громкой и шумной проблемы. -Ужинать будешь? – приветливо раздалось в пещере, и Зоро неверяще и ошеломлённо посмотрел на источник звука. Устроившись перед его костром, в его запасной приличной одежде сидела эта самая проблема и что-то аппетитное поджаривала на маленькой сковородочке. Чумазый измотанный Зоро никак не верил своему взору. -А это что за вонючая горечь?! – отпив из маленького котелка какую-то болотно-коричневую жидкость, с отвращением выплюнул её тигр, вместе с лисом сидящий у костра… и ужинающий собственными продуктами, которые приготовил для него лис. Как выяснил для себя лис, тот кусок мяса был у тигра не последним, но точно самым лучшим, и именно его они вдвоём сейчас и разъедали, пока рядом остужался маленький котелок с чем-то непонятным. И Зоро, пару раз раздув ноздри и уловив ими не самый приятный аромат, подумал, что его нос его обманывает. Не может существо, так преобразившее его мясо, так испортить воду. Наверняка она на вкус лучше. -Эх, Мохогловое чудовище, это для истинных ценителей, а не таких как ты. Это как кофе пить. Не все понимают, но кто понимает, тот ценит, - в прежней развязной манере, произнёс лис, но при этом вопреки его текуче и лениво льющемуся голосу, руки его действовали быстро и спешно забрали котелок с неясными «изысками» у тигра. И, кажется, это вышло слишком уж торопливо, потому что тигр поднял удивлённый и непонимающий взгляд на лиса. -Тебе такое рано пробовать. Не дорос, тигрёночек, - лживо-сахарными нотами проворковал Санджи, особенно выделяя последнее слово, и на это весьма успешно смещая интерес тигра. Котелок его больше не интересовал, а вот лис вполне. -А ты снова хочешь пойти погулять, лисёночек? – понимая, что это перебор, всё же не смог не сказать этого Зоро. Ибо это было не дело, только недавно вот эта лисья дурь ушла после ссоры из пещеры и сейчас её снова затевает. -А ты снова хочешь пойти отлить и потеряться, милый? – не желая сдавать позиции, лишь увеличивал градус напряжения Санджи, в своих названиях уходя дальше и не сразу понимая куда. Но похабная, препротивная-противная улыбка, медленно растянувшаяся на лице тигра, вскоре помогла ему это понять. Медовая интонация, с которой Санджи произнёс слово «милый», подходила для тех, кто состоит в любовных отношениях. -Польщён. Это потому что мы вместе спали или вместе сейчас ели? – так сладко, что даже приторно, поинтересовался улыбающийся Зоро, также решивший наращивать обороты. – Говорят, эту вашу цивилизацию всегда привлекает всё дикое и первобытное, - тягучей патокой был голос тигра, безотрывно и лукаво глядящего прямо лиса. - Манит дикарство и возбуждает… Так я могу по пещере теперь голышом спокойно ходить? Тебе так больше понравится? Тигр уже был готов праздновать свою победу в этом словесном поединке. Они с лисом уже и так были побиты и истрёпаны в их недавней драке, и затевать сейчас ещё одну не хотелось. Всё должно было ограничиться словами, и Зоро полагал, что он победил. Вот только у лиса лицо было не покрасневшее, а скривившееся, и глаз, не прикрытый чёлкой, странно дёргался. -Если это была эротическая баллада, то она не удалась. Спасите меня от этого, пока я не захлебнулся рвотой, я спать! – резко поднявшись с места, озвучил свои намерения Санджи, залпом выпил маленький неприятно пахнувший котелок и направился в сторону шкур, пока Зоро так и сидел у костра, ненадолго неловко застыв. -Ты же дрочить пошёл?! Снимать напряжение, потому что я победил, Завиткобровый?! -На такое дрочить?! Я что на двинутого головой похож, Мохоголовый?! Я могу с поднятыми руками спать, чтобы ты понял, что это не так, и ходил не боялся, что я тебя изнасилую, потому что об этом ты, кажется, и фантазируешь! Ещё и слова такие вспомнил «манит» и «возбуждает»! Спи спокойно, тигрёнок, твой зад в безопасности! И прокричав это, Санджи упал на шкуры, мгновенно вырубаясь. Он слишком устал для того, чтобы продолжать спор и уж тем более для того, чтобы его тело хоть какие-то физиологические реакции могло выдать. Лис желал только сна, сна и ещё бесконечного количества сна. Он даже не мог подумать о том, что шкуры в пещере были по-прежнему расстелены только одни… Утром Зоро не хотелось просыпаться. Тигр никогда не любил ранние подъёмы и всегда был не прочь полежать в дрёме подольше. Сейчас же нежелание Зоро подниматься было сильнее, чем во все предыдущие года. Тигру было тепло, хорошо. Он обнимал и поджимал под себя что-то тёплое и твёрдое, совсем не похожее на шкуры, но эта тёплая твёрдость была очень приятной. Зоро нежился и урчал в полудрёме, граничащей со сном, чувствуя что-то на своём боку и спине. И это что-то было похоже на чью-то руку. Набегавшийся и промокший вчера Зоро сейчас был совсем не против чьих-то рук на своём теле, тем более раз они столь уютно ощущаются, а его собственные руки к тому же нащупывают чьё-то бедро. Эта тёплая твёрдость, по всей видимости, была чьим-то телом, которое тоже обнимало его во сне. Было так хорошо! И не выдержав напора этой неги, этого утреннего расслабленного блаженства, истомой лености разливающейся по телу, Зоро довольно заурчал, зашевелил под шкурами хвостом, поджал уши и лицом упёрся в это лежащее в шкурах тело, став носом елозить по нему и тереться по-кошачьи. Теперь можно было спать в удовольствии дальше, чувствуя наслаждение отдыха в полностью расслабленных мышцах. Но вот тело с этим согласно не было. Утро в пещере началось громко и с кулака, двинутого в челюсть тигру. Разбуженный его потираниями лис вмиг прекратил всю утреннюю сонную идиллию и истому. -Дикарь-извращенец. Похотливое пещерное животное, так неймётся, чтобы твой зад оприходовали что ли? – сидя у вновь разожжённого костра и дымя курительной трубкой, раздражённо бухтел лис, пока скрипящий зубами тигр с синяком на лице нервно ходил по пещере. Да этот лис его просто бесит! Зачем он только почувствовал это чёртово облегчение, когда, вернувшись в пещеру, нашёл его здесь?! Да лучше б он потерялся в лесу где-нибудь! Пусть бы его там дикие тигры загрызли! И то подавились бы! -Лежали, значит, мы и обнимались вместе, а синяк только у меня? – в свою очередь пыхтел тигр, тут же после этого ворчания замерший и посмотревший на лиса. Тот же возмущённо и зло глянул на него в ответ. -Что ты там про зад говоришь? Давай поднимай свою тощую задницу и тащи ко мне, восстановим справедливость, - рыкнул Зоро, готовый к бою. Но Санджи лишь тяжело вздохнул на такое предложение и закатил глаза. -Ты меня уже победил. Морально, Маримо, - утомлённо протянул лис к преждевременной радости тигра. – Травмировал своим висячим удавом. Ведь бедному тигрёночку надо всегда без штанов ходить, чтобы остальные не подумали, что у него этой штуки между ног нет… Да оденься ты уже, Маримо! Зоро, вскипая от злости, отправился одеваться. В его – ЕГО – пещере ему кто-то теперь указывал! Начавшийся громко день, так же и продолжался. Санджи, снова разбередив свою царапину, показывал её Зоро и этим пытался прекратить любое его сопротивление. А тигру было чему сопротивляться. Его такие уютные с утра и тёплые, даже горячие, шкуры нещадно вытаскивались прочь из пещеры на сияющее после ночной грозы солнце. Санджи, снова выпивший свой напиток «истинных гурманов», как он его и назвал, вновь отобрав у взвинченного этим и взбешённого Зоро, которому «такое пить - зря напиток изводить», выволакивал шкуры из пещеры. Повязав волосы и лицо какими-то тряпками, лис собирался выколачивать и просушивать шкуры под жарким солнцем, иногда содрогаясь при воспоминании о том, сколько же в этих мехах обитает живности. Ночью он был таким усталым, что даже не задумывался об этом, а вот утром, поймав в своём великолепном пушистом хвосту блоху, он содрогнулся в ужасе. И вскоре за поднятый шум получил колкое и раздражённое «истеричка». Не выдержав такого, лис ощетинился в ответ. Он не виноват в том, что не все могут жить как первобытные дикари в блохастых шубах! Злость переполнила Санджи, он даже хотел повторить свой вчерашний уход. Но передумал, вернулся, гаденько улыбнулся – эту улыбку они теперь возвращали друг друга при каждом удобном случае – и принялся за дело, пока сидящий в другом углу пещеры Зоро делал вид, что происходящее ему совершенно не интересно. Но уже вскоре его хвост нервно замахал из стороны в сторону, а потом и он сам не выдержал. Ведь эта сумасшедшая Завитушка куда-то его шкуры потащила! Лис этим эффектом был доволен. На любые протесты тигра показывал ему свою руку, напоминал о том, что он живёт у него, пока рана не заживёт, и с садистским удовольствием, отражающимся в довольно поблескивающем взгляде, делал всё то, что так бесило красного от гнева Зоро – уборку. -Лисёночек истеричный, а когда у тебя твои шкодливые ручки уже устанут, и ты оставишь мои шкуры, моё жильё и меня самого в покое? – с наигранно ласковой и дружелюбной улыбкой смотря на лиса недобрым прищуром, пытался перетянуть у него последнюю шкуру Зоро. Но Санджи своих позиций не сдавал. -Когда твоя блошиная армия хоть чуть уменьшится, придурошный повелитель блох, - в тех же лживо мягких и добродушных интонациях отвечал ему Санджи, который уж немало умаялся и был бы рад завершить всю эту уборку или хотя бы сделать перерыв, но перестать действовать на нервы тигру он не мог. Это стало необходимо ему как воздух. Когда лис видел перекошенное от ярости лицо тигра, его дергающийся глаз и пульсирующую на лбу венку, в груди у него появлялось странное чувство удовлетворения. Но вот долгая дорога, которую он держал перед этим, и выпитый ночью и утром отвар сил ему не прибавляли. -Кстати, а свою скунсовую накидку ты уже просушил? – уже нормальным, а не наигранно сладким голосом спросил тигр и отпустил шкуру. Потерявший равновесие лис покатился кубарем вместе с ней. Зоро совсем неожиданно вспомнил про лисий кузовок, а потом в его памяти всплыл и лисий уход , после которого этот кузовок наверняка превратился в комок сырых и вонючих тряпок. Потеряв интерес к делимый шкуре, тигр без злого умысла отпустил её, затем с удивлением уставившись на упавшего в итоге лиса. -Сволочь! – крикнул зло Санджи. -Сам виноват, - равнодушно ответил Зоро, решив, что беды лиса с ногами это только беды лиса. Ему, Зоро, хватает и лисьих бед с головой, которые на него выливаются. Хотя подраться с лисом неплохим развлечением было. Вон они даже до сих пор оба лиловым разукрашенные. -Так что с твоими скунсами? Ты их уже сушил? – вернулся к старой теме Зоро. И пусть даже поначалу его немного волновало состояние вещей его нового сожителя - ведь раз он не захотел их оставлять, значит, в них что-то важное есть - то после этого он задавит любые зачатки сочувствия к нему в своей душе. -Нет, они же сухие. Я же тогда без них ушёл, - чистосердечно и простодушно признался Санджи, которому о том, что его бегали и искали, известно не было. Вернувшийся ночью сырой и грязный тигр выглядел очень изумлённым, не сразу даже ответив на предложение об ужине, а на вопросы о том, где он был, лишь угрюмо буркнул, что ходил отлить. «Ходил отлить и потерялся в лесу, видимо», - шутливо заключил для себя лис, не знающий ещё, что в его предположении есть доля правды. Тигр ориентировался на местности действительно очень плохо. В любом случае для лиса ночная прогулка тигра осталась загадкой. Что тигр искал его, Санджи не думал. -Так я вчера напрасно… И ты бы всё равно за ними пришёл..., - помялся в своих логических выводах Зоро, чтобы затем в сердцах воскликнуть. - Какая же ты раздражающая заноза в заднице, Завитушка! Зоро считал, что он зря бегал и искал лиса полночи. Лис, не зная этого, считал, что его обругали, да ещё в таких чувствах, на совершенно пустом месте. Не объяснивший же ничего тигр отправился сейчас же в пещеру и, захватив там что-то, ушёл в лес. А шокированный Санджи так и остался сидеть со шкурой в руках, пока Зоро намеривался снять ещё одну. Он вспомнил, что так ничего и не сделал с убитым тигром. К тому времени, когда Зоро со шкурой вернулся обратно, лис уже вовсю хлопотал над костром, найдя в чужой пещере котелок побольше своего и что-то в нём наваривая. -Хоть на этот раз не для гурманов, - чувствуя очень вкусный запах и неосознанно начиная вилять хвостом от радости, буркнул Зоро, из чьей головы от этих аппетитных ароматов вылетели все бранные слова в сторону лиса. Но ненадолго. Лис, перекатив во рту тонкую и изящную курительную трубку из одного угла губ в другой, оценивающем взглядом осмотрел тигра. Тигр в этом взгляде уловил презрение. Ибо у этого Бровастого дурня рожа так скорчилась, что его на месте прибить захотелось! -Вернулся ещё грязнее, чем уходил, - смотря на засохшую кровь на теле тигра, неодобрительно произнёс Санджи и, что-то взвесив в своей голове, снял котелок с жёрдочки над костром. -Потом доварю… А сейчас мыться! Потому что какая-то грязная скотина ко мне прижималась всю ночь, а сейчас вернулась ещё чумазее и хочет завалиться на шкуры, с которыми я провозился весь день, - озвучил лис со снисходительным вздохом, мол, что с таких дураков взять, если природа ума не дала, сам не появится. По крайне мере, так это прозвучало для тигра, который с таким мириться намерен не был. Ладно, эта зараза в его пещере всем как хочет распоряжается на правах «смертельно» пострадавшей, но вот им самим, её хозяином, он помыкать не будет!.. -Маримо, а ты уверен, что мы мимо этого дерева не проходили? – смотря на криво растущую сосну на поляне, удивился лис, уже с добрых полчаса идущий вместе с тигром к реке, которая «должна быть неподалёку». Но понятие «неподалёку» оказалось очень растяжимым. -Я, конечно, понял, что у тебя большие владения, судя по тому, сколько мы тогда в пещеру шли… Но не может же быть на твоей территории несколько совершенно одинаковых сосен… И снова такая же…, - всё с большим изумлением в голосе говорил лис, под конец будто начиная что-то осознавать, и взглядом, в котором было неимоверно много удивления, неверия и истерического, надрывного до боли в животе смеха, он посмотрел на тигра. Санджи всё понял, и Зоро понял это. И за секунду до того, как лиса прорвало, ему заткнули рот широкой мозолистой ладонью, скручивая гибкое и сильное лисье тело. И чем больше лис дрыгался и содрогался в беззвучном смехе, готовом вот-вот прорваться из него наружу, тем сильнее ладонь давила на его рот, пока сам тигр беспомощно поднимал взор к небу. -Как мне найти в себе сил не придушить его во сне? – вопрошал Зоро, совсем неуверенный в том, что эти силы у него найдутся. Ориентироваться на местности он умел, просто делал он это по-своему, отлично от других, но разве этой ржущей гиене это можно объяснить? Ведь всё что с ней остаётся делать - это всё же дойти до реки, затратив на этот путь ещё столько же времени, и прямо с берега остудить её пыл. -Ты хотел мыться, вот и мойся, – изрёк Зоро, весь их путь не отпускавший Санджи, только бы всё же не услышать его смех, пока сам Санджи время от времени расходился в новом припадке хохота, когда они натыкались на ту же самую сосну или другие повторяющиеся предметы. Лис так смеялся, что сил сопротивляться тигру у него не было. А потом случился этот полёт, в процессе которого ошеломлённый Санджи лишь на совсем краткий миг успел пересечься взглядами с Зоро. Самодовольным и гордым своей выходкой Зоро. Зоро, стоявшим на берегу с удовлетворённым видом от наступившего спокойствия и совсем ничего не ожидающим. Так думал Санджи. -Ха! Серьёзно думал, что у тебя это получится? – насмешливо проговорил тигр, когда лис резко выскочил из воды с намерением затащить в неё кое-кого. -Наивный маленький лисёночек не подумал, что я догадаюсь о том, что он захочет так сделать? Завитушка не предположил, что варвары тоже думать умеют? – потешался над лисом тигр. И лису ничего не оставалось, кроме как надутым и обиженным, задето поджимающим губы, снова вернуться в реку и уплыть на её середину, здесь кинув на тигра полный расстроенных чувств взгляд, и нырнуть. -Даже не надейся на то, что я поведусь на эту сцену твоего мнимого самоутопления! – с усмешкой погромче крикнул Зоро и уселся на берегу, ожидая, когда у лиса закончится воздух и терпения. Ждать пришлось долго. Уставший от этого тигр даже лёг на спину, развалившись. Беспокоиться о том, что лис утонет, он не намеривался. Слишком уж показушно он заплыл на самую глубь и чересчур хорошо держался на воде для того, кто может внезапно утонуть в спокойной реке без водоворотов и течений. -Поныряет, поныряет и успокоится, шило в одном месте затихнет от холода, - сам с собой рассуждал Зоро, прикрывающий свой глаз от блаженства. Лежать на берегу реки, слушая тихое течение её вод, было приятно. Не так приятно, конечно, как спать вместе с одной противной и вечно чем-то недовольной задницей, прижимая её к себе и чувствуя, как она дышит и сопит под боком в удобстве горячих от их тел шкур, но всё равно приятно… И Зоро лежал, тихонько начиная мурлыкать и что-то совсем ему несвойственное ощущая в груди. Там появилось премерзкое ему чувство даже не беспокойства – это тигр отмёл сразу – а некого чуть волнительного предположения, что возможно один идиот перестарался и из своего упрямства всё-таки не начал вовремя всплывать… А лис между тем старательно очень тихо всплывал. Тигр не ошибся в том, что лис хорошо плавает, потому что плавал он действительно очень хорошо, даже искусно. Проведя детство на берегу большой реки, куда большей той, в которую он сейчас нырнул, он в совершенстве овладел мастерством ныряния и беззвучного всплытия, чтобы караулящий его на берегу старик точно его не засёк и не мог потом сказать, что он убежал купаться, когда ему запретили… Ну или напугать старика можно было, если надранных ушей в любом случае было не избежать… Лис всплыл, даже не дав поверхности воды шелохнуться. Изображать своё мнимое потопление он и не хотел, вернее, передумал тогда же, когда об этом подумал, решив, что тигр его раскусит сразу. Вместо этого он нырнул до самого дна, найдя, где оно было наиболее вязким, и с некоторой вознёй всё же смог поднять весьма смачный илистый кусок земли. Крупный такой и неприятный на ощупь. С этой добычей и улыбкой шаловливого дьявола Санджи поплыл к берегу. Здесь был всё такой же самодовольный и гордый собой тигр. Тигр, не повёдшийся на его провокацию, тигр, не поверивший в его утопление и сладко-сладко зевающий в расслабленной неге отдыха. И этот смачный илистый кусок был запущен в полёт. Под крики тигра дольный уже своей проделкой дьявол сыто улыбался, пока на берегу раздавалось рыком вместе с отплёвываниями: -Вот же сука! Точно сейчас придушу! – больше тигр не беспокоился о лисе. -Помогите! Убивают! – взывал потом Санджи, по всей реке носясь от заведённого тигра и предупреждая всех речных и околоречных обитателей о том, что «земляные Маримо наступают». Так прошли полторы недели: в драках, ссорах, подколах и «нечаянно» падающих на кого-нибудь шкурах, что сами собой начинали нападение и душили. И ни разводящий руками тигр, ни пожимающий плечами лис не знали, как это иногда происходит. -Подъём. За водой идти пора, - не сильно громко произнёс лис, которого естественно не услышали. Тигр продолжал наслаждаться валянием на своих шкурах, пока шкуры в другом конце пещеры уже были опустевшие и остывшие. И Санджи, быстро переделавший в пещере всё, что можно было быстро переделать, заинтересованно взглянул на тигра. Лицо лиса было спокойно и непроницаемо, а вот во взоре начали потирать руки бесенята. С совершенно не злым и нисколько не хитрым выражение лица лис взял в руки котелок побольше и свою сковородочку, а затем этим котелком накрыл наполовину голову беспечно спящего тигра, которому в этот момент стало сниться что-то очень странное. Вначале его сна он очень счастливым и расслабленным спал в своей пещере, а потом там прямо как из-под земли стали появляться лисята, что принялись водить вокруг него хороводы со злорадными ухмылочками. -Не к добру это, - ещё во сне, вздрогнув, подумал Зоро. -Ну, раз ты не проснулся сам, а грех не помочь убогому, - безвыходно протянул Санджи, и сковородка стремительно встретилась с котелком. Тигр подскочил на шкурах как ошпаренный и с выпученным от ярости глазом уставился на лиса. -Ой, я думал, что ты умер, и хотел проверить, - невинно сказал Санджи, а потом прежде, чем злой тигр успел схватить его за шиворот, вполне серьёзно спросил. - Кстати, а как тебя зовут? Лис понял, что за все полторы недели, что он жил у тигра, он так и не узнал его имени. Потому что по имени называть тигра ему, собственно говоря, в голову и не приходило. -В следующий раз, если так сильно захочется что-то спросить, всё же дождись пока я сам встану, - уже позднее за завтраком ворчал тигр, которому послушным болванчиком согласно кивал в ответ лис. Тигр в это послушание не поверил и неприязненно сморщился под удивлённо изогнувшуюся бровь лиса. -А зовут меня Зоро… Просто Зоро для тебя, можешь меня называть так, - будто желая сказать что-то ещё, но передумав, назвал своё имя тигр и, взглянув на лиса, закатил единственный глаз. По виду Санджи было понятно, что имя своего сожителя он узнавал скорее для проформы и использовать его ничуть не собирался. -А ты как будто хотел сказать что-то ещё, Маримо, - лишь подтвердил тигриные догадки Санджи, который хорошо и чутко улавливал уже любые перемены в голосе и интонации тигра, а такую очевидную паузу пропустить тем более не мог. -Хотел ещё сразу спросить, что ты делал в лесу и куда шёл, но быстро смекнул, что такому завитушчатому болвану как ты даже повода не надо, чтобы по опасному лесу шастать, - с протяжным и ленивым зевком соврал Зоро, на деле же утаивший от лиса своё полное имя. То, какой страх лис испытывал перед Ророноа, рассказывая тогда на дереве о нём, тигр запомнил. Да и вообще он ни раз уже подмечал, как Бровастик иногда со странным выражением лица обходит одну небольшую нишу в пещере, где стоят его мечи. Завиток ничего не спрашивал и лишь поджимал губы, делая вид, что он ничего лишнего не видит. «Если ты сейчас признаешься ему, возможно… возможно, он уйдёт, и снова наступят благословенная тишина и покой, которыхтак давно не было», - заговорил внутренний голос Ророноа Зоро, которому совсем не прельщало просыпаться по утрам от металлического звона, до сих пор будто раздающегося в его голове. Но тигр промолчал. Завитушка всё равно не собирается называть его по имени. Так какая разница известно этой лисьей заразе его полное имя или нет? Всё равно ведь он только «Маримо» будет. -А-а, что я делал в лесу? Так глупое и недалёкое Маримо интересует не только цикл поспи-пожри-сходи в кусты-потужься- дальше вновь живи, а ещё и дела других порой? - с интонацией неожиданного открытия протянул Санджи, заставляя тигриный внутренний голос заорать о том, что ещё не поздно сделать выселение одного лиса из пещеры. Но тигр к нему снова не прислушался. -Просто хотел узнать у одной Завитушки отчего её путь закрутился, как её бровь, и завёл в эти опасные места, - обнажая клыки, с оскалом усмехнулся тигр и пронзительно-пронзительно посмотрел на лиса, заставив того смутиться. С чего это Маримо так на него смотреть приспичило? -Да ничего особо интересного, - отмахнулся лис, у которого будто пропал запал подробно рассказать о своих делах и жизни, и он захотел поскорее закончить этот разговор и уйти. – Шёл от своей кровной семьи к родной. Да, Маримо так бывает. Я хотел быть взрослым и самостоятельным. Поэтому ушёл от своего старика в те дали, откуда я родом, чтобы потом понять, что там мне не место, а я безмозглый дурак. Да, Маримо, тут можешь смеяться, я сам признаю, что я был в этих предположениях тупее, чем ты за все свои годы… В общем, я шёл к своему старику, решив срезать здесь путь. В итоге лис говорил дольше, чем хотел. Его удручённый голос, полный неодобрения к себе и своим действиям, звучал в пещере, отражаясь от её сводов и словно только увеличивая лисье недовольство собой. Для Санджи это было, по-видимому, не самой приятной историей, и, начав говорить о ней, он не смог быстро остановиться, уйдя в самобичивания и разрешив тигру ругать его. Однако тигр, обычно бы не упустивший такого случая, молчал и хмурился. Тон лиса, его подавленный вид и все эти саморугательства ему явно не нравились, и он бы хотел узнать чуть подробнее об этой истории, но лис, не услышавший никаких насмешек и понявший, что тигр стал серьёзным, поспешил перевести разговор в другое русло. -А ты знаешь этого Ророноа? Того, про которого я как-то упоминал. Каннибала-зверолюда этого, - напустив на себя более расслабленный и весёлый, насколько его можно было назвать таковым, вид, поинтересовался Санджи. Лис помнил, что когда он был загнан на дерево и с него упомянул это имя, тигр как-то странно отреагировал. Быть может, они были знакомы - Маримо и Ророноа. -Нет, - сухо и кратко, как отрезал, ответил Зоро, и Санджи, пожав плечами, мол «раз так, то так», встал от их обеденного места и решил заняться мойкой их немногочисленной посуды. Завтрак определённо был окончен, как и все разговоры. Про себя же лис подумал, что тигр ему соврал. Они всё же с этим Ророноа знакомы. Но раз Маримо не хочет об этом говорить, то пусть не говорить. Ведь он сам не всё согласен про себя рассказывать. -А как твоя рана? – чувствуя, что их разговор закончился как-то плохо и неправильно, захотел сказать ещё хоть что-то напоследок Зоро, и в его голову не пришло ничего иного, кроме как спросить про рану лиса. И Санджи, не поворачиваясь к Зоро, поднял руку с ярко-красной царапиной. Посмотревший на неё тигр снова нахмурился. Весь последующий день лис вспоминал этот тигриный взгляд, которым тот одарил его за завтраком. Он не выходил у Санджи из головы, зарождая в ней всякие ненужные мысли. За эти полторы недели лис уже успел поймать себя на том, что он засматривается на тигра. У него была бронзовая смуглая кожа, совсем не такая, как у самого молочного Санджи. У Зоро были рельефные мускулы, широкая спина и чётко выделяющиеся кубики пресса. Всё тело тигра было покрыто шрамами, отчего он казался ещё суровее, чем был, а три золотые серёжки в ухе только добавляли ему какой-то необычности. Волевое уверенное лицо Зоро очень подходило к его телу. И Санджи заглядывался на его профиль и устремлённый порой вдаль взгляд. Ибо когда тигр смотрел на него, лис глазеть не осмеливался. А если его всё же ловили, Санджи делал хитро-напряжённое лицо, изображая придумывание нового ругательства, а потом уходил куда-нибудь из пещеры и смотрел уже на свою царапину. Конечно же, она быстро зажила…бы, если лис, с бесчувственным взором глядя на неё, не принимался бы вновь со всей силы тянуть её края в стороны или, беря в руки остроугольный камень, не проводил бы им с нажимом по красной полоске. Он живёт у Зоро, пока рана не затянется, и, чувствуя в происходящем членовредительстве полный абсурд, Санджи не мог от него отказаться, хорошо понимая, что он пока не хочет уходить. Он ищет своё место в жизни, и пока ему неплохо здесь с мятыми от тигриных кулаков боками и возможностью сколько угодно издеваться над тигром, иной раз принимаясь удирать от него по всей пещере. А тут случился этот взгляд. -Очередные недозаигрывания ради подкола. Сколько уже шуток про стояк мы сказали друг другу? - почесал голову Санджи, для себя всё определивший и решивший, а посему начавший вечером разговор о женщинах. Потому что заглядываться ему полагается только на них, и именно из-за их недостатка его взгляд на Маримо и стал часто падать. Да здесь больше не на кого! -Женщины это прекрасные, райские создания, посланный в наш мир, чтобы он не был бесполезным творением, - без особых предисловий начал вечером лис, на которого, подняв одну бровь, вопрошающе глянул тигр. Санджи начал это разговор ни с того ни с сего на пустом месте. -Понимаешь ли, глупое, не способное к возвышенным чувствам Маримо, это настолько великолепные существа, что у настоящего ценителя красоты дыхание перехватывает при взгляде на них, - Санджи говорил чувственно и проникновенно, поднимая взгляд к серому своду пещеры и прижимая руки к сердцу. Сейчас он выглядел для тигра непривычно. Совсем не так как обычно. Даже когда лис якобы очень искренне молился небесам, прося послать одному тигру хоть одну извилину, он выглядел не так – не так чисто и невинно. Сейчас в правдивости слов лиса сомневаться не приходилось. Но у тигра это на лице не отобразилось ровно никакими эмоциями, кроме небольшого удивления, но и то прошло быстро. -Они… Они такие… О высшие силы небесные, мне не хватает слов, чтобы их описать! Маримо, если бы ты хоть раз видел женщину, а не только бы прозябал в своей пещере, ты бы меня в самом деле понял, - проскулил непонятым гением Санджи, который выглядел сейчас как самый настоящий бабник, пытающийся всем навязать свой образ жизни. Но у Зоро это снова не вызвало никаких чувств. -А я и видел женщин, и даже спал с ними, - совершенно без каких-либо ярких эмоций сказал Зоро, просто отвечая лису, от такого заявления упавшего на колени и тыкнувшего в него пальцем. -Ты?!!! – был в глубоком шоке Санджи, никак не могущий в это поверить. Да у этого тигра, конечно, очень хорошее тело… Но где этот пещерный остолоп вообще женщин нашёл?!!! -Да, придурошный эро-повар, я. Я сношался с парочкой-другой, - подтвердил Зоро, которому уже было известно, что лиса обучали поварскому делу. Тот сам как-то начал длиннющий рассказ об этом, объясняя, почему он готовит так часто и хорошо. На самом деле тигр был не таким уж оторванным от цивилизации и пару раз в году, а то и много чаще, уходил в одно поселение, там приобретая необходимые ему вещи в обмен на шкуры. Лис никогда не спрашивал его о связях с другими зверолюдьми, и тигр поэтому никогда не говорил об этом, не видя в этом смысла. Да и особо распространяться о своих половых связях или как-то деликатно, очень осторожно о них говорить, если уж речь зашла о том, Зоро тоже смысла не видел. Но смысла не видел в этом только он. -Маримо! Не смей говорить такие слова по отношению к женщинам! «Сношался» он?! Это дикие звери сношаются, а разумные существа занимаются любовью! Ты ими будто пользовался, а с женщинами это недопустимо! – подлетая к тигру и злясь, кричал возмущённый до предела Санджи, из-за чего тигр скривился и заткнул мизинцами уши. -Да какая разница как это назвать? Мне это было надо, они были не против, и я их того…, - не уточняя, что именно «того» осёкся Зоро, опасаясь, как бы лис ещё громче не закричал. На сегодня тигру сверхгромких звуков уже хватило. Завитка надо было как-то убедить быть потише. И резко поднявшись в полный рост, тигр вплотную встал к злящемуся лису, не выдерживая больше этих громких нападок. Смотря Санджи, умолкнувшему от такой неожиданности, глаза в глаза, тигр шепнул ему: -Так может ты этих женщин заменишь, чтобы ими больше не пользовались? – понизив голос до бархатных нот, спросил тигр и соблазнительно улыбнулся пылающему осенними красными листьями лису. - Да и у тебя хоть какой-то опыт будет, Завитушка, потому что такой истеричке вряд ли кто-то даст. И тигр, под конец не удержавшийся от их привычных издевательств друг над другом, желая в полной мере насладиться обалдевшим лицом лиса, поднял его вечно скрывающую второй глаз чёлку. У лиса были две странные закрученные в одну сторону брови и откровенно ошарашенный взгляд. -Тот, кто так говорит о женщинах, никогда с ними не будет. Ты в них даже женщин то не видишь, а только райских существ. Так зачем себе отказывать в удовольствии в жизни? Я не трогаю их, а ты узнаешь, какого это когда трогают тебя, - всё продолжал низким голосом Зоро, в полной мере довольный результатом. В пещере в самом деле стало тихо. То, что произнёс Зоро, не было только издёвкой, сказанной в момент затянувшейся шутки. Тигр в действительности считал, что тот, кто так трещит о женщинах, никогда с ними не будет. Бывают в мире удивительные изделия ремесленников: невероятно тонкой работы бронзовые розы или выпиленные из дерева безделушки. Ими принято восторгаться, но не пользоваться. И в лисьих песнях о женщинах тигр усмотрел то же самое, а потому не сильно на них реагировал. -Ну так что согласен, лисёночек? – с улыбкой искусителя спросил Зоро, и своим полосатым хвостом дотронулся до пышного лисьего, обвивая его. Санджи не реагировал. У лиса от этого хриплого шёпота, от близкого томно прищуренного взгляда и горячего дыхания тигра всё внутри спёрло и перевернулось. От Зоро терпко пахло потом, и Санджи вдыхал этот запах, не чувствуя феромонов, но полагая, что так и должен пахнуть настоящий альфа. Санджи с охотой сказал бы хоть что-то колкое в ответ. Но сегодня он уже был смущён, и во второй раз выдержать тигриный натиск у него не получилось. У лиса будто закончился иммунитет к подобным шуткам. Он мелко задрожал, чувствуя, как к его хвосту так необычно и непривычно прикасаются. А Зоро это заметил и уловил. Он усмехнулся и положил руку на лисий зад, заходя своей шуткой всё дальше и дальше, и совсем не ожидая, что вконец растерянный и поплывший лис ему резко вдарит. -Мудак зелёный, - с неподдельной обидой во взгляде, грубо выругался Санджи и вышел из пещеры, оставляя позади себя ничего не понимающего, пошатнувшегося и склонившегося от его удара тигра, удивлённо глядящего ему вслед. Разве такие шутки между ним и бровастым бедствием не были нормой? Да ещё и эта сила удара… Зоро уже думал о том, что у Санджи со здоровьем не всё хорошо. Не просто же так он иногда в ногах может начать путаться или хвататься за голову как в резком приступе головокружения. Да и маленькая царапина у него никак не заживёт, может из-за этого, может ещё из-за чего… Но сейчас то его лисья переменчивая придурь ударила как вполне себе здоровая и очень даже крепкая! Но опять же эта рана и порой мутный взгляд… -Не моё это дело, - раздражённо фыркнул тигр, отвернувшись от входа в пещеру. Не будет он об этом лисе лишний раз думать и спрашивать у него ничего не станет. А то снова или заведётся или побьёт, и получит сам за это в ответ. А синяки на его светлой коже цветут долго и выделяются очень хорошо. Тигр так и не понял, что же такое произошло, а лис только поздно ночью вернулся обратно, молча пройдя на своё место и уложившись спать. -И что не боишься после этого спать со мной в одной пещере? Вдруг я приставать снова начну, - не поднимаясь со шкур и даже не открывая единственного глаза, спросил Зоро. Он нисколько не волновался о лисе, как он сам себе сказал, и при этом никогда не имел проблем со сном и засыпанием, но почему-то он до сих пор не спал, когда тот вернулся. -Чтобы твой зад наконец оприходовали? Не забывай, тигрёночек, твой зад в безопасности. Не зазнавайся, думая, что он мне интересен, - также не поднимаясь со шкур, совсем привычно протянул Санджи ленивым голосом предсонных колкостей. Он как будто совсем отошёл. -Тебя как-то слишком сильно интересует мой зад, Завитушка. Не можешь и дня прожить, чтобы не подумать о нём? Или это какие-то скрытые страхи… -Что ты обольстишься и надумаешь о своей заднице лишнего, – перебил тигра лис и протяжно зевнул, обозначив, что сон ему интересен больше их словесной перепалки. Тигр на это лишь понимающе хмыкнул. Всё выглядело так, словно лис всю эту ситуацию простил и отпустил. И, не обращая внимания на ноющую от удара боль, Зоро легко заснул, проснувшись в уже опустевшей пещере. Лишь котелок, предназначенный для «напитка избранных», стоял опустошенным возле слабого костра, на котором в другом котелке ещё что-то булькало. Очевидно, часть завтрака хмуро насупившегося тигра. Прохладным и пасмурным днём лис встал спозаранку и, ничего не сказав, куда-то ушёл. -Тц! – вырвалось в это же самое время у Санджи, стоявшего по колено в холодной реке на её мелководье и содрогнувшегося от этого самого холода, лижущего его ноги. Он пришёл сюда собирать моллюсков. По крайней мере, такую цель ставил себе лис, в расстроенных чувствах приходя сюда, чтобы пробыть здесь весь день в одиночестве. Санджи уже знал, что сегодня видеть Зоро ему будет сложно. Лису не нравилась реакция собственного тела на тигра. Всё это прерывающееся дыхание, чаще бьющееся сердце и горящие щёки, когда тигр подходит слишком близко, Санджи совсем не устраивало. Но и поделать с этим он ничего не мог. Практически не мог… Сегодня своего горького-горького болотисто-болотисто-коричневого наваристого отвара он упился до тошноты. И сейчас, в наклонной позе стоя в воде, лис не столько хоть что-то ловил, сколько просто пытался не упасть от головокружения. И, понимая, что он проигрывает этот бой гравитации, лис попытался доплестись до берега, в итоге всё же падая в мелководье, не омывающее его тело даже на половину, и чувствуя, как мир крутится с бешеной скоростью. Санджи терял сознание, ощущая, как неприятно намокает одежда, а пушистый хвост пропитывается водой и становится тяжёлым. Когда позднее лис поднял налившиеся свинцом веки, уже начинало смеркаться. С трудом осознавая, где он и что здесь делает, Санджи с ещё большим трудом попытался встать. Получалось плохо. Пару раз он снова шлёпнулся обратно, вскрикивая от боли в голове, усталости и досады. Но сумев всё же привести своё тело в вертикальное положение, Санджи взглянул на посудину, которую он брал с собой. Как-то неправильно было бы уйти с ней пустой и вернуться с такой же, да и что тогда они будут есть? Там же одно недалёкое Маримо в пещере сидит, кроме вяленого мяса больше ничего делать не умея. А это мясо уже приелось вроде… Пошатываясь, дрожа от холода и чувствуя, как неприятной сырой тяжестью обвисает хвост, лис пошёл обратно в воду, намереваясь всё же поймать моллюсков. Чувство ответственности за пропитание другого человека погнало его на это. -Надо было ещё удочку взять… Рыбу бы наловил, а то её мало ели, - пробубнил Санджи едва шевелящимися губами, которые будто стали не его, и таким же чужим языком. Но дальше фантазировать о рыбалке и не заниматься не пойми какой ловлей Санджи не дали. -Совсем бестолочь?! Какой дурью маешься?! – раздалось у лиса за спиной, и его одним мощным рывком вытащили из воды, когда он едва ли не упал туда снова. Зоро, поначалу считавший, что это не его дело, куда ушёл лис, ближе к вечеру ощутил внутри неприятную щекочущую тревогу. Бровастая неженка точно ещё на него дулась и обижалась, а вчера ночью просто из гордости и упрямства виду старалась не подавать. Зато утром понесло Завитушку куда-то… -Ыргх, - ходил по пещере и недовольно рычал тигр, у которого сегодня не было желания идти делать обход территории или спать от безделья. Сон парадоксально не шёл, а выходить из пещеры не было никакого настроения. Лис всё не возвращался, и тигр накручивал по пещере круги, то тут, то там замечая, как преобразилась его пещера с тех пор, как они стали жить вместе. Всё напоминало ему о Санджи, и Зоро злился вдвойне. Лис как будто выводил его из себя не своими словами или действиями как обычно, а просто фактом своего существования. Зоро злился от этого ещё больше, допускал ненадолго в голове идею, что лис, быть может, хочет побыть один, но в итоге в самом начале вечера, ещё прежде, чем начало смеркаться, отправился на поиски. Лис обнаружился шатающимся, мокрым и грязным на берегу реки. Он занимался неясно чем, и, скорее, пытался всё же утопиться и окончить свою жизнь, чем хоть что-то поймать. -Ты что не видишь, в каком ты состоянии?! Зачем в воду лезешь?! Да что с тобой вообще произошло?! – гневно и нервно спрашивал Зоро с перекошенным лицом, но Санджи безвольной куклой болтающийся в его руках ничего не смог ему ответить. Он лишь что-то промычал про рыбу и что ему надо накормить, чем-то кроме мяса, одно Маримо. -Идиот! Просто самый настоящий тупорылый идиот! – рыкнул на это всё тигр и, взяв на руки лиса, бегом бросился в пещеру. Посудина для моллюсков так и осталась пустой качаться на водах пологого мелководья… У Санджи был мутный, нездоровый взгляд. И Зоро, иногда перехватывая его на себе, злился от него только больше и бежал быстрее. Тигр пытался согреть собой продрогшего лиса, как-то посильнее обнять, покрепче прижать к себе, но всё это не помогало. Санджи трясло, и Зоро бежал к пещере во всю прыть, не желая останавливаться ни на минуту. Ему повезло быстро найти Санджи и не заплутать. Чистой удачей он вышел к реке и наткнулся там на лиса. Но теперь эта удача повернулась к нему спиной. Вернуться в пещеру всё никак не получалось, она словно бегала сама, прячась от них. Санджи дрожал всё больше, а Зоро всё больше заводился и злился. Ему, казалось, что настолько злым он не был ещё никогда в своей жизни. Его выводил из себя всё: и этот бесячий лис, постоянно с ним дерущийся, шумящий, вечно чем-то недовольный и неугомонный, беспрестанно сыпящий колкими словами и уже все углы пещеры прокуривший своей трубкой, и сама эта треклятая пещера, которая всё никак не могла найтись, чтобы в ней можно было отогреть этого лиса. Зоро крутился на месте с лисом на руках, пытаясь понять, куда же ему надо идти. До этого у него никогда не возникало потребности просить хоть у кого-то помощи, однако сейчас он очень хотел позвать кого-нибудь на помощь, заорать во всю глотку, в надежде услышать ответный крик. -Да не умрёт же он, в конце концов. Просто чуть дольше помёрзнет, зато будет ему уроком больше такое не вытворять, - сам себя убеждал не паниковать тигр, у которого хвост ни секунды не мог побыть на месте, отражая его взведённое состояние. Санджи закрыл глаза, и больше не пытался ничего промычать. Его мокрая одежда неприятно облепляла руки тигра, а прохладный ветерок это ощущение усиливал. -Эй, Бровастик, если я взялся тебя спасать, то должен спасать до конца? Тогда не жалуйся потом, что я снова при тебе своим «удавом» тряс, - странно спокойным голосом произнёс Зоро, переставший вдруг крутиться на месте и метаться во все стороны. Тигр хладнокровно и без малейшей паники принялся раздевать лиса, делая это быстро и не особо аккуратно, мокрыми тряпками раскидывая его одежду и затем спешно раздеваясь сам. Дальнейшие поиски Зоро продолжал уже голым, в его скудную одежду был не то одет, не то частично укрыт лис. Вариант оставаться в лесу на ветру и пытаться здесь развести костёр Зоро не рассматривал. Вообще тигр был не таким беспомощным и глупым в плане обихода и быта, как полагал лис. В некоторых вещах он разбирался куда лучше него. Привыкший жить один Зоро должен был уметь выкручиваться из таких ситуаций, в которых Санджи, привыкший к обществу, обычно обращался к кому-нибудь за помощью. Зоро умел лечить болезни и имел в пещере небольшой запас очень редких целебных трав, взглянув на кои, Санджи решил, что тигр собрал их по ошибке, перепутав с другими. И к собственному счастью он их не выкинул, как выкинул другой многочисленный сор из тигриной пещеры. Никогда не болеющий Зоро перестраховался и был готов к тому, что однажды нет-нет, но возможно, ему придётся себе помогать. Правда вот тигр совсем не разбирался в вещах, подавляющих гормоны и феромоны. Такой надобности у него никогда не возникало и возникнуть никак не могло. Он как истинный приверженец старых взглядов считал, что подавлять, что гон, что течку, добром не кончиться. -Дай мне готовить моллюсков. Что ты меня лапаешь и толкаешь куда-то? У меня ещё Зоро голодный. Этот Мох, не умеющий о себе позаботиться, как дитя… Я его сейчас позову, и он тебе вдарит. Знаешь, какой у него кулак сильный? Я знаю, я получал, - открыв лихорадочно поблескивающие глаза, взбунтовался Санджи, именно тогда когда мрачно-хмурый тигр укладывал его на своё место. О том, чтобы укладывать лиса на его место, тигр даже не думал, как и не думал, что лис может ненадолго прийти в себя и, не узнав его, попытаться ударить. Вышло это у Санджи плохо, но его бредящая голова быстро нашла решение. Он захотел позвать Зоро, чтобы тот сразился с Зоро. -Обязательно вдарит, но вначале тебя полечит, завитушчатое бедствие, - как-то беззлобно проворчал тигр, пытающийся затолкать руки лиса под шкуры. Но тот выбивался, сопротивлялся и всё время порывался встать и пойти готовить. Не желая терять время на борьбу с лисом, тигр просто решил его связать. -И можешь быть уверен, что больше ты получать от меня не будешь. Таким как ты вообще драться нельзя. У тебя голова бедовая, и любой удар сотрясение и отупение вызывает, - монотонно произнёс Зоро и задумчиво замолчал, посмотрев на рану на руке лиса, прежде чем обездвижить его. Царапина была затянувшейся. Тонкий бледно-красный след Зоро рассмотрел и запомнил хорошо, как и то, где именно царапина начиналась и докуда шла. И было странно, что у этой полоски были неровные в некоторых местах края. Тигриный коготь так бы не сделал. С бесчувственной ничего не выражающий миной Зоро направился к своим травам, а потом также без эмоций принялся готовить из них отвар. Если и было что-то у него что-то на уме, это осталось внутри него. -Открывай рот, а теперь глотай. Даже если у меня нет лекарств, это не значит, что я не умею их готовить. Это не яд. Ты и более горькую дрянь по утрам литрами хлещешь, - у разбуженного Санджи как с маленьким ребёнком сидел Зоро, уговаривая того выпить лечебный отвар. Лис капризничал и психовал, мотал несогласно головой и сжимал неестественно горячие губы, отказываясь пить. -Надоела горечь, не хочу… Хватит! - бормотал Санджи, которого так и трясло. -Ну раз хватит, значит, хватит, больше не пей свой напиток гурманов. А это выпей, тебе легче станет, - как можно вкрадчивее говорил тигр, но понимая, что лис не в том состоянии, чтобы его понять, зажал его нос рукой и постарался ложкой влить в его открытый рот хоть немного. Попытка закончилась неудачей. Горячий, трясущийся Санджи застонал, завошкался и заревел в самом деле совсем как ребёнок, отказывающийся от лекарства. -Не могу больше! Не буду! Невкусно! – ревел лис, которому даже рот зажать не получалось, он выплёвывал всё раньше. Тигру не хватало рук, и он со вздохом посмотрел на лиса. -И кто из нас тут ещё дитя? – снисходительно спросил Зоро, и поднёс отвар уже к своим губам. Набрав рот откровенно неприятной на вкус жидкости – хотя тигр беспристрастно и непредвзято себя признался, что то, что пьёт лис, куда вонючее – Зоро повторно зажал нос Санджи под его недовольный скулёж и прислонился своими губами к его. Губы у лиса были очень горячие, как и он сам, но всё равно при этом мягкие, и Зоро был даже готов назвать их женскими в сравнении со своими. Возможно, это была сила цивилизации и её благ, о которых так любил говорить лис. Санджи вообще был симпатичнее многих женщин, которых Зоро встречал. Положа руку на сердце, Зоро бы мог даже сказать, что для него симпатичнее всех. Но руку на сердце Зоро никогда не клал и таких признаний не говорил и не делал, он просто всегда кричал лису, что разукрасит его смазливую морду. А сейчас же он Санджи целовал, чувствовал, как тот бьётся и дёргается под ним в сопротивлении, пытается освободиться и хоть как-то вздохнуть, сам лишь жаднее впиваясь в чужие губы, силясь сделать вдох ртом. Но жидкость во рту мешала лису. И её против воли приходилось глотать, лишь после этого имея возможность облегчённо и шумно задышать, чтобы потом меньше, чем через минуту, снова начать задыхаться, ощущать, как его голову насильно держат на месте сильной рукой, и вновь вынуждено глотать, перед этим порядком помучив чьи-то губы. Для Санджи это было пыткой. Ему было плохо, больно, тяжело, всё тело мёрзло, суставы выворачивались, а голова была готова треснуть. И при этом всём его постоянно пытались лишить воздуха. Лис болезненно стонал и обижено плакал, ему хотелось, чтобы это поскорее закончилось. Но Зоро продолжал действовать с неприятной для лиса настойчивостью. Он тоже ничего не чувствовал к происходящим сейчас вынужденным поцелуям и также как и Санджи желал, чтобы они поскорее закончились и он больше не страдал. Зоро пил, зажимал Санджи нос, удерживал его голову на месте и прижимался к нему в поцелуе, выпаивая так Санджи весь необходимый объём отвара. -Скоро станет чуть полегче, потерпи ещё немного, - мягко и даже ласково прошептал Зоро, убирая с лица зарёванного Санджи мокрые от пота и расплёсканного отвара пряди. Снова тигру были видны обе закрученные брови лиса. И Зоро, как и при их первой встрече с Санджи, мог искренне сказать про красоту - теперь уже обеих - бровей. Но случай вновь к этому не располагал – лис бы всё равно ничего не понял. Санджи дрожал, не согреваясь даже под шкурами. И до сих пор голый Зоро без лишних раздумий полез к нему под шкуры сам. Лиса снова требовалось согреть ночью, и пусть он потом как угодно пинается и машет кулаками, его будут крепко обнимать, прижимаясь к нему нагим телом, пока на них сверху в числе прочих лежит одна тигриная шкура… Лис болел долго. Сильно мёрз, также сильно горел, хрипел горлом и периодически звал Зоро, который итак практически всё время, что не готовил что-нибудь ему, находился рядом – лежал прижавшись к нему и обняв. Санджи уже сам был голым – нагое тело был проще протирать от испарины, чем периодически тигр и занимался, отвечая на нескончаемы лисьи вопросы, которые были адресованы, то к нему, то нет. -Нам надо чаще мыться, Маримо. Мы редко моемся и живём как варвары. Надо чаще мыться. Ты меня понял? – спрашивал Санджи, которого в этот самый момент и протирали влажной тряпкой, удерживая от попыток встать и отправиться на реку. Попытки были слабые, лис вообще был сам очень слабый сейчас. -Хорошо, - был беспрекословный ответ Зоро, поднимающего Санджи руку, чтобы её протереть от липкого пота, а затем его бок, живот, спину и всё ниже. Благо лис происходящего не осознавал, и именно мытью особо не сопротивлялся. -И надо меню, есть такое умное слово, тигрёночек, разнообразить… Ты любишь моллюсков есть? -Да. -Ты их когда-нибудь ел? -Нет. -А ещё надо снова полностью прибраться в пещере. Ты мне поможешь, Мох засоня и лентяй? -Хорошо. -Ты согласен на уборку, Маримо? -Да. -Кстати… А кто ты такой? Ты не видел тут Зоро? Он такой похожий на привлекательное Маримо. Ты сможешь позвать его? -Да… На лисьи вопросы тигр всегда отвечал согласием, никогда не спорил и говорил честно, пусть иногда и получалось что-то невпопад. Санджи всё равно этого не понимал, прося позвать Зоро, который и без того был тут, а потом как ни в чём не бывало продолжая спрашивать его про еду, шкуры и всякие глупости, совсем не имеющие смысла. Так лис узнавал, что у тигра нет любимого цвета, он любит алкоголь, но лис совсем не понял, почему он его не пьёт – он так и не услышал, что его последние запасы закончились. Также Санджи выяснил, пусть и тут же забыл, что у Зоро есть какие-то друзья, что он не боится грома и жуков, но не сильно любит ходить купаться. Но почему тигр это не любит, лис, конечно, не запомнил, а может даже и не понял сказанного. Зоро же в ответ узнавал много нового для себя. Что он не такой уж полнейший варвар в представлении Санджи, а так просто пещерный напрочь одичавший и отупевший тигр… которому требуется чей-то заботливый уход. Ему надо готовить, прибирать в пещере - которая не такая уж всё же и противная, а просто толком не обустроенная и неуютная - и напоминать о купании. Зоро слушал подтверждение того, что он хорошо дерётся и, не переставая обнимать, подмывать лиса или готовить для нег о лекарство, выяснял, что от его ударов Санджи бывает порой весьма больно. Тигр слушал это с ничего не выражающим, бесчувственным лицом, делая для себя какие-то выводы в уме и продолжая слушать признания Санджи о том, что Зоро ему не так уж и противен и не такого уж он о нём плохого мнения, как он говорит иногда. -Только когда вернётся эта Водоросль сухопутная, не говори ничего. Пожалуйста… Если Маримо узнает, он меня засмеёт, - просил Санджи, получая от Зоро неизменное согласие, а после неожиданно напрягая его. – И тоже по секрету, Маримо за такое высмеет… Меня домогался извращенец, у него получилось… Ложка, бьющаяся о края котелка, замерла. Резко весь застывший как напряжённая скала Зоро никак не ожидал услышать такое. Медленно-медленно повернув голову к лису, тигр посмотрел на него кричащим от боли взглядом. Он вдруг за секунду переосмыслил всё, что было между ним с лисом. Все их шутки вдруг стали не безобидными и просто колкими, а безобразными, отвратительными и уничтожающими. Зоро уже был уверен в том, что он неправильно тогда считал язык тела Санджи, что тот не просто так разозлился и ударил его. И вот почему он ушёл потом на реку и довёл себя до такого. За секунду картина сложилась воедино! -Совсем недавно он лез ко мне целоваться, и у него получилось. Он целовал меня и что-то вливал мне в рот. Нет! Он даже не целовал, а засасывал. Он ко мне присасывался. А я даже вдохнуть не мог! – в праведном недовольстве на этот инцидент рассказывал Санджи, пока у Зоро шокированное и перекошенное лицо приобретало всё более постный вид. Вот только глаз у тигра после такого напряжения дёргался. -Зараза! Вот какая же ты зараза! – подскакивая к лису и потрясая напряжёнными пальцами, будто обхватывающими его шею, злился тигр. – Точно придушу! Сейчас же! – Но отказавшись от этой идеи и вернувшись к котелку, Зоро напоследок в сердцах воскликнул. – Задница, да ты даже беспамятно умудряешься меня из себя выводить! -А может это Зоро был, а тогда я и не против буду… Позовите кто-нибудь Зоро. Умоляю, скажите, когда вернётся Зоро. Я никого не знаю в этих местах, кроме Зоро. И в этот момент раздался металлический треск. У вновь застывшего Зоро от слишком сильного нажима переломилась напополам единственная металлическая ложка. И то, кажется, она была Санджи… Но иногда у лиса бывали и периоды просветления, когда он более-менее осознавал, с кем он и что с ним случилось, и понимал своё состояние. Они оба с Зоро лежали полностью голыми в обнимку, и периодически Зоро трогал его лоб. -Ты решил придушить меня во сне, как тебя планировал придушить я? – без злости, уставшим и чуть посмеивающимся голосом спросил в один такой раз Санджи. Но вот прозвучал его слабый смешок как-то обречённо, будто он шутил в последние разы в своей жизни, не собираясь поправляться, зная что-то о своём состоянии такого, что непременно приведёт его к плачевному концу. -Да, решил, - как всегда соглашался Зоро, звуча сухо и холодно. Нотки в этом смешке лиса он уловил хорошо, и ему они не понравились. -Тогда делай это нежно, не то я обижусь. -Могу даже эротически и сексуальною. -Чтобы я умер задушенным и со стояком? Надеешься, что хотя бы в последние минуты у меня на тебя встанет? Я же говорил тебе не обольщаться. -А я настойчивый. -Или просто безмозглый, - усмехнулся Санджи и в повисшей давящей тишине тяжело сглотнул, на что-то решаясь и произнося каким-то совсем глухим голосом. - Эй, Маримо, если мне станет хуже, то знай… А, впрочем, неважно. – Так и не смог на что-то отважиться лис, с выдавленным смешком вернув разговор в старое русло. – Я согласен на эротическое удушение, только если мой член будет в твоей заднице, тигрёнок. -У тебя всё-таки какой-то пункт на задницы, - лишь закатил глаз тигр, снова потянувшись ладонью к лисьему лбу. – Тупица, ты будто пытаешься сделать всё, что бы говорили о чужих, а не твоей. В чём же таком Санджи хотел ему открыться, Зоро вызнавать не стал. Он уже итак узнал о лисе достаточно, начиная от того, что у него есть хорошая сестра и три брата со странными именами Фи, Фу и Фе, и заканчивая тем, что он не против снова спать вместе, ибо ему всё же холодно в пещере по ночам. Возможно, тигр был бы не прочь узнать про лиса что-то ещё. Но та интонация, с которой Санджи начал, Зоро разозлила, она его даже напугала. И тигр непременно бы схватил лиса за грудки и хорошенько бы встряхнул, ставя его мозги на место, если бы у лиса была хоть какая-то одежда, чтобы его схватить, и если бы сам лис не был больным. Устраивать ему разбор полётов, когда он в таком состоянии, тигр не стал. Все эти тяжёлые разговоры могут подождать до того момента, когда лису станет лучше. А потом, если Завиток ещё вообще о них вспомнит и это не было плодом воспалённого разума, они к этому вернутся. -Спи. Сон восстанавливает силы. А тебе их много надо, значит спи больше, засыпай сейчас, - на удивление тепло произнёс тигр, утыкая лиса лицом к себе в ключицу и прижимая свой подбородок к его мягким, пусть и всклоченным и грязным волосам. И пока Санджи проваливался в сон, чтобы из него проснуться снова ничего не понимающим, Зоро, теперь уже он, думал над тем, что ему приготовить для лиса, да и закинуть в рот себе самому. Припасов оставалось мало, а отлучиться от Санджи, чтобы их пополнить, он не мог. -Маримо, мне надо побриться, - озвучил своё желание Санджи, которому уже пару дней как было значительно лучше, и он с неодобрением ощупывал свою слишком отросшую щетину. – У меня там в вещах есть одно лезвие, подай его… Пожалуйста. Чем, как и когда бреется сам Зоро, Санджи не знал. Он даже над этим особо не задумывался, сейчас поймав себя на этой мысли вместе с ещё одной – Маримо оказалось очень искусным врачевателем, сумевшим поднять его на ноги… или, точнее, могущим сделать это в ближайшем будущем, потому что пока на подъёмы и расхаживания по пещере действовал запрет. Все те дни, что лис был в ясном сознании, он провёл лёжа. Любые его попытки встать тут же пресекались грозным тигриным рыком и его сильными руками. Санджи никак не давали подняться, ведь неизменно находящийся в пещере тигр неусыпно караулил его. Лису казалось, что тигр не отходил даже отлить. Бездельничающему на шкурах Санджи оставалось только спать или много думать, что ему не особо нравилось, потому что в голову лезли какие-то не самые приятные мысли. Без умолку трещать целый день с тигром лис не мог. Он чувствовал себя слишком неловко, хоть и всячески старался не подавать вида. Он по-прежнему цеплялся к тигру словами, мог неожиданно выдать в его адрес колкость, но потом неизменно, когда что-нибудь просил, становился вежливым, и благодарил без сарказма, стараясь не отводить слишком заметно взгляд в сторону. -Держи, - покопавшись в лисьих вещах, подавал искомое тигр, на которого Санджи было неудобно смотреть. Зоро схуднул, и Санджи чувствовал, что в этом напрямую виноват он. Это же к нему тигр был привязан всё это время, не имея возможности отлучиться на охоту. Зоро планировал как-то накануне сделать большое пополнение припасов, но это не удалось – кое-кто слёг и потребовал ухода. Санджи ощущал, что во всех проблемах Зоро виноват он. -А ты сходи пока на охоту, я уже, считай, полностью здоров, - совсем не смотря на тигра, предложил, а по тону скорее даже скомандовал, лис, приподнявшийся на шкурах и с интересом крутящий в руках лезвие, пока ему Зоро какую-то миску с водой подставлял. -Тебя ещё лихорадит по ночам, - спокойно отметил Зоро просто как какой-то факт, обращая внимание на то, как лис смотрит на лезвие. -Иди-иди, я есть хочу и много. Выздоравливающему организму надо много мяса, - словно пытаясь отвязаться от тигра, навеливал ему лис, потом вдруг произнеся с наигранно серьёзным, скорее даже глупым лицом. - А если на меня кто нападёт, я его зарежу. -Смотри сам не порежься. А лучше меня дождись, я тебя побрею, - посоветовал лису тигр и в самом деле направился к выходу из пещеры. А Санджи между тем, забывая о своей щетине, уставился прожигающим взглядом на свою руку. Царапина затянулась. Хмурый лис изучающе глядел на своё предплечье. До этого Санджи не думал делать это лезвием, опасался, что порез тогда будет не совсем таким, какой ему нужен, да и слишком глубоким может получиться, чего не особо-то хотелось, тем более если можно просто разодрать старое. Камень, конечно, тоже не тигриный коготь, но тигру бы было без приглядываний не разобрать. А он никогда и не приглядывался, с тех пор как хотел рану зализать… -Она уже зажила, он точно видел. А если нет? Стал бы он на неё смотреть? Может, он даже и не помнит, какой она была? – немного паниковал лис, взвешивая все за и против в своей голове и всё-таки решаясь. – Ну ладно, была не была, это моё разрешение на проживание здесь… И лис приставил лезвие к руке, так сосредоточившись на этом действии, что у него всё поплыло перед взглядом. Всё же тигр был прав в том, что он ещё не восстановился. Лис нечаянно начал чуть выше нужного, но решил, что страшного в этом ничего нет. Не измерял же Мох, в конце концов, размер царапины… -Совсем сдурел?! – строго и гневно раздалось от входа, и Санджи вздрогнул, поняв кто вернулся. Тигр, сейчас -то и отходивший отлить и чуть оглядеться за пределами пещеры, вернулся обратно беззвучным кошачьим шагом с неприятным предчувствием внутри – Завиток как-то странно на лезвие смотрел, будто в первый раз в жизни видел. Предчувствие оправдалось. Выгнавший его из пещеры дурак занялся членовредительством и раскравливанием своей зажившей раны. -Нечаянно соскользнуло, когда я брился! – вмиг смекая, за чем его застали, начал оправдываться Санджи, кляня в уме свою неосмотрительность. -С морды на руку соскользнуло?! – злился тигр, подходя к сжавшемуся лису и беря его поцарапанную руку в свою. Санджи хотел прижать её к себе, спрятать от Зоро и его горящего злостью взгляда. Но тигр был сильнее. -А там может ещё старое просто, - с перепугу ляпнул Санджи, ища любые пути к выкручиванию из ситуации. Он же всегда считал себя умным и смекалистым. А с этим тигром делал только глупость на глупости! -Старое у тебя не тут начиналось, - громко и раздражённо осёк лиса тигр и, не спрашивая его разрешения, лизнул новоприобретённую царапину, медленно прошёлся по неё шершавым языком, остановившись на самом кровоточащем месте. Зачем ему хоть какие-то травы от ран в пещере, если у него есть такой прекрасный язык? Вот только лис вместо того, чтобы посидеть послушно и не сопротивляться, неожиданно задёргался и завертелся весь на одном месте, мешая тигру в «лечении». -Что ещё? Лечить не надо, пусть не заживает? – с острым недовольством спросил Зоро, больше не думающий о том, что царапина у лиса из-за его здоровья не затягивается. Не оно было этому виной, а его дурная голова. Слишком ясно стало, что он этим не первый раз промышлял. -Да н-нет! Н-не в этом дело! – паниковал и не прекращал крутиться Санджи, в чьих глазах застыл такой неподдельный испуг, какой в пещере испытать было просто невозможно. Там что грызли в проходе появился? Так его бы сразу можно было по медвежьей вони учуять. -Т-там!.. Там! – весь трясся лис, уставившийся в одну точку, и тигр, проследив за его взглядом, посмотрел туда же. Вот только ничего страшного на шкурах он не увидел. -Так что там, Бровастик? – утомлённо уточнил Зоро, уже через секунду в удивлении округлив глаз. Лис вцепился в тигра мёртвой хваткой. Санджи дрожал, прижимался к Зоро и вёл себя совсем так, будто он ищет у него защиты и покровительства. Тигр от такого опешил, неловко обнял его рукой и почувствовал, как сердце в груди пропустило удар. Было странно ощущать, как к тебе кто-то так неистово жмётся, а ещё вдвойне страннее оттого, что этот кто-то Завитушка. И это было хоть и странно, но приятно. Как и лежать с ним в обнимку под одними шкурами. -Прости, я не знал, что так реагируешь на то, когда тебя ругают, но ведь ты глупость совершенную делал с этим лезвием, - ласково и успокаивающе произнёс поплывший тигр, позабывший о том, что лис перевернул его жизнь с ног на голову и не раз с ноги тяжело заряжал ему по всему телу. -Лисёночек, – совсем растаяв, нежно прошептал Зоро, которому прямо на ухо вдруг оглушающе и во всю мочь заорали. -Там паук! М-маримо, убери его немедленно! – на пределах голосовых связок завопил Санджи и тыкнул пальцем в небольшого, но жирного паука, до этого мирно ползущего по шкуре, а теперь заметавшегося по ней во все стороны. -П-паук? – теперь заикнулся никак не ожидавший такого расклада Зоро. Тигр глупо смотрел на этого испуганного паука, и ему казалось, что что-то выстроенное и нафантазированное сейчас в его уме с треском рушится. И по этим обломкам ползёт безобидный ленивый паук. -Да что он тебе сделал? – не понял тигр, для образа жизни которого было совсем неестественно такой живности бояться. -Родился! Маримо, я сейчас с тобой что-нибудь сделаю, если ты не сделаешь что-нибудь с ним! С этим страшным существом! – уже более-менее взяв себя в руки и на время совсем позабыв про эту ситуацию с лезвием, угрожающе заголосил Санджи, по-прежнему обнимая обалдевшего Зоро, который от удивления даже не стал пререкаться. Тигр ловко поймал паука рукой, тут же ощутив, как обвивавшие его ранее руки его оттолкнули, а приятная близость лисьего тела пропала. Зоро с тоскливо опущенным хвостом выносил этого паука из пещеры, непонимающе на него глядя. И потом, когда страшное существо было за пределами пещеры, Зоро присел на корточки и всё таким же непонимающим взглядом посмотрел ему вслед, провожая его. -Представь себе, не все пауков любят и прочую ползучую мерзость! - потом высказывал тигру лис, который, кажется, совсем не заметил, как к его испугу отнёсся тигр и как с ним обращался. -Понял, ты ещё пауков не любишь, - как в состоянии транса пробубнил Зоро, прибавляя это знание к прочим знаниям о лисе, полученным во время его болезни и рассказов в бреду. -Что значит «ещё»? – удивился не помнящий этого лис, но тигр на этот вопрос не обратил внимания. Он всё ещё был занят теми осколками-обломками чего-то, что ему так понравилось. Но он ещё сам не понимал чего именно, просто осознавал, что ему этого очень бы хотелось. -А ты больше таким не занимайся с раной на руке. Ещё раз поймаю за этим и зад надеру, - незряча глядя перед собой в одну точку, монотонно и задумчиво произнёс тигр, и лис стыдливо умолк. На следующий день тигр, взяв его подбородок своей рукой, побрил его сам. Санджи это очень смущало, это было что-то слишком интимное. Лис понимал, что тигр выхаживал его во время болезни, но тогда-то он ничего не осознавал, а сейчас… Сосредоточенный Зоро был так близко к нему, держал его лицо своей рукой и дышал совсем так близко. Даже совместный сон ради того, чтобы согреться, так не смущал. Обдумывающий это всё лис почувствовал дискомфорт тревоги внутри. Пока Санджи болел, он долго не пил свой напиток. И его было просто необходимо обязательно выпить в ближайшее время. Хотя он в последний раз так им напился, что действует отвар, похоже, до сих пор. Его же было столько выпито, что эта вся болезнь, из-за него отчасти и начавшаяся, едва ли не закончилась очень плохо… -Ты очень хороший врачеватель, хоть раны только и вылизываешь, как варвар, - перестав смущаться, серьёзно произнёс Санджи, даже не посмотревший на такое близкое к нему лицо тигра. Пусть сейчас лис и обдумывал неприятные ему безрадостные вещи, если он взглянет на тигра, он вмиг покраснеет. -Потому что я их и не получаю особо, - не переставая аккуратно брить лиса, пояснил Зоро. – Вообще давно уже не получал серьёзных. Вот на груди только есть от одной драки, да и он уже старый. А мелкую царапину всегда проще и быстрее зализать, с болезнью, если она случится, так не выйдет. Санджи уверенно шёл на поправку с каждым днём, чувствуя себя значительно лучше. Зоро уже спокойно уходил на охоту и пропадал на ней, перед этим только всегда подходя к лису и беря его за руку с зажившей царапиной. Тигр показывал Санджи его же руку и весьма многозначительно смотрел на него, на что лис только вздыхал устало и закатывал глаза. -Да, понял я, понял, - ворчал Санджи и уходил на спальное место Зоро. Тигр не выгонял его обратно на его, а лис и не думал пока возвращаться. Всё равно он за время болезни так ослаб и отощал, что без грелки в виде тигра ему с комфортом не переночевать. -Мыться на реку, пока не пойдёшь, рано тебе ещё, - заметив как-то, как лис с напряженным лицом обнюхивает себя, тоном, не терпящим пререканий, сказал ему тигр. Санджи даже спорить не стал, что Зоро немного удивило. Если бы он этого чистюлю не знал, он бы решил, что купание его совсем не интересовало, и Завиток себя для чего-то другого обнюхивал. Но тигр ничего не стал говорить по этому поводу, а только пожал плечами, хотя раньше бы непременно что-нибудь на это ответил колкое и язвительное. Вообще отношения между ними сильно изменились, обзывательства стали как-то мягче и реже. Привычные «Завитушка» и «Маримо» скорее заменяли имена, чем имели цель обидеть и задеть. А драк и вовсе больше не было, лис бы драться не смог, да и тигр уже для себя решил, что бить он его больше никогда не будет. Это завитушчатое чудо с прибабахом может сколько угодно заедаться и нарываться, но его всё равно не тронут. Больше драться с ним Зоро не собирался. Однако на смену дракам, когда окрепчавший лис встал на ноги и начал шататься по пещере, пришло кое-что другое… -Я тебе говорил не смеяться над этим, Бровастик? Говорил или нет? – наигранно грозно рыча, спрашивал Зоро, пока в другом углу пещеры от смеху лис едва стоял на ногах, по стене медленно сползая вниз. Санджи спросил у Зоро, куда же он всё же пропал ночью в день их встречи, и получил смущённо-стыдливый ответ, что на его поиски. Потом же тигр слишком поспешно и неуклюже добавил, что сам он при этом не терялся. Лис ему не поверил. Слабо прыснув от смеха, Санджи пытался сдержаться, сжимая губы, но посмотрев прямиком на покрасневшего помидором тигра, он понял, что с треском и ржачем проиграл этот бой. Ему, безусловна, была приятна та мысль, что Маримо бегало и искало его по округе. Но пресвятое провидение, как может искать тот, кого самого надо всегда искать? Санджи откровенно и неприкрыто ржал, а у Зоро напрягалась жилка на лбу. И широкоплечая мускулистая фигура тигра с грацией дикого опасного животного двинулась на лиса. Мягкими шагами тяжёлое тело Зоро быстро преодолело разделявшее их расстояние и было готово схватить Санджи, но тот взвизгнул через смех и увернулся в последний момент, встав прямо напротив тигра, но оказавшись загнанным в угол. -Нравится смеяться, Завитушка? А хочешь смеяться ещё больше? Я тебя сейчас защекочу до смерти, - с игривыми и азартными огоньками во взгляде лукаво произнёс Зоро, угрожающе поднимая руки с согнутыми для щекотки пальцами и поводя быстро хвостом из стороны в сторону. Сильное, ловкое и гибкое животное стояло сейчас перед загнанным Санджи, готовясь совершить свой последний манёвр – нападение. -Маримо, послушай меня, всё совсем не так, как ты понял! – через смех едва мог проговорить лис. – Я же не смеялся… Я же ржал в открытую! Удержаться от этой колкости улыбающийся во всю Санджи никак не мог. Тигр в ответ на это воинственно зарычал, встал в комично пафосную позу и бросился вперёд. Взвизгнувшему снова лису оставалось только принять свой звериный облик и этим спасти себя от щекотки, юркнув у тигра между ног. Отбежав, Санджи остановился, оглянулся на Зоро, который с интересом разглядывал его в этой форме в первый раз, и определённо снова засмеялся прямо в зверином обличье. Ухмыльнувшийся тигр правила игры принял. Через минуту Зоро в виде огромного тигра гонялся по пещере за повизгивающим лисом. И хоть Санджи был маленьким и юрким по сравнению с тигром, у него не было шансов на победу. Тигр своей тушей преграждал ему все пути, всё же сумев поймать кричащего по-лисьи беспредельщика за его за шкирку и поднять. Снова Зоро очень наиграно грозно рычал, пока Санджи в его пасти весело и заливисто верещал, дёргая лапками и хвостом, а от входа звучало: -Здрасте… Но если вы сейчас заняты этим самым, мы можем подождать снаружи пещеры, пока вы закончите, - произнёс кто-то, к кому сейчас же повернулся тигр, так и держа лиса в пасти. Юстасс Кид и Трафальга Ло не были закадычными друзьями, но волею судеб они были знакомы, вели одно дело, и их путь всегда лежал в одну сторону, добраться до которой они решили через владения ещё одного их знакомого, всегда живущего угрюмым одиночкой. И поэтому встретить у него кого-то ещё они не ожидали. И этот кто-то сейчас, смущенно поджимая к себе хвост, наливал им чая, памятуя о недавней неловкости. Ло уже с Санджи был знаком тоже. -Неудобно получилось, мы просто дрались, - со всей скромностью произнёс в их с Зоро оправдание Санджи и, налив гостям в их собственные посудины чаю, сел возле мрачного тигра. -Ага-ага, хорошая была драка, меня тоже так подраться порой тянет, особенно если гон приходит, - с презрением смотря на чай и отставляя его в сторону, тут же без всяких церемоний заметил Кид, рядом с которым устало вздохнул Трафальгар, пригубив предложенный напиток из личных запасов Санджи. -Юстасс-я, если хозяева говорят, что они занимались дракой, ты должен согласиться с этим и не называть это так, как привык называть это ты, - сказал Трафальгар таким голосом, словно он уже изрядно подустал давать нравоучения своему спутнику по путешествиям. -Сказали же вам, что просто дрались, значит просто дрались, мы с этим лисом терпеть друг друга не можем, - уже не притворно грозно произнёс недовольный тигр, чей хвост сейчас как-то уж слишком попечительно обвивался вокруг Санджи, будто говоря незваным гостям «моё». -Хорошо, Зоро-я, мы поняли, вы просто дрались, а мы просто помешали вам драться, – смотря на тигриный хвост, с какой-то странной интонацией согласился Трафальгар, рядом с которым уже вовсю лопал мясо Кид. Он из всяких вежливостей попивать одну крашеную воду не намеривался. Они в пещере сидят. Какой здесь к чертям чай, здесь только мясо лопают! -Да и я здесь не хозяин, - поднимая плоскую деревяшку, использованную вместо подноса, к груди, осторожно подметил Санджи, и Ло тут же ткнул локтём Кида в бок прежде, чем тот успел это прокомментировать. -Я уже знаю, что ты хочешь сказать, Юстасс-я, но оставь это при себе. Научись уже не говорить всё, что думаешь, - остановил словесный поток Кида Трафальгар, уже знающий наверняка, что этот лопающий громила хотел сказать. Что Санджи-я выглядит как скромница-хозяюшка, пытающаяся по всем приличиям принять гостей, которым совсем не рад её мрачный муженёк, мечущий на всех молнии взглядом. Получив один из таких взглядов, Ло чуть приподнял уголки губ. Ну чисто муженёк, расстроенный тем, что им помешали. Зоро эта улыбочка разозлила, и он теснее прижал свой хвост к Санджи, как будто ненароком и руку положив перед ним так, словно он его от этих дармоедов отгораживает. -Мы не претендуем на Санджи-я, Зоро-я, расслабься, – не смог удержаться от этой откровенной провокации Трафальгар, на которого тут же возмущённо посмотрел Юстасс. А ему почему говорить что-то подобное нельзя? Но прежде, чем это высказывание успело хоть к чему-то привести, Зоро заметил круглого жучка, ползущего от двух бродивших по лесам путников. И тигр недовольно запыхтел. -Нанесли тут всякого, а Завитушка такое не любит, - поймав бедолагу и с ним направившись к выходу, ворчал Зоро, и тут уже Юстасс ткнул локтём Трафальгара, но не останавливая его в чём-то, а указывая на кое-что. Кид смотрел в сторону Зоро и елейно улыбался, пока Санджи же улыбался извинительно, будто прося прощения за чужое бухтение, хоть оно и было вызвано заботой о нём самом. -Юстасс-я, нам придётся снова ночевать под открытым небом, если мы им это скажем, - усмехнулся Ло, когда Кид уже до безобразия широко улыбался и пялился прямо на ничего не понимающего Санджи. – Если нам сказали драка, значит драка… Ло с Кидом хотели где-нибудь передохнуть некоторое время: Ло хотел, а удивлённый Кид об этом узнал вместе с Санджи и Зоро. Неженку Трафальгара, оказывается, не особо устраивали ночёвки в лесах, скалах и на болотах. -Хочется хоть на пару дней выдохнуть и расслабиться, не боясь, что нас загрызут ночью, - мягко улыбнувшись, пояснил Ло, и Санджи тут же вопрошающе уставился на Зоро. Хоть именно лис пару минут назад умудрился обругать их гостей – Кид хотел вылить неприятную ему «крашеную воду» обратно в общий котелок, а скрипнувшему зубами Трафальгару досталось за компанию вместе с ним. -Это здесь жить не будет, - намекая на обоих незваных больших котов, раздражённо возразил Зоро, чей тигриный хвост, до сих пор обвитый вокруг Санджи, мелко и нервно задрожал. Зоро был очень решительно настроен настоять на своём мнении, поэтому вскоре со злой и мрачной миной шаркался всюду по пещере, устраивая гостей. Аргумент о том, что пещера его и решать, кто в ней будет жить, только ему, тигр не привёл. Он лишь цеплялся с лисом за каждую мелочь, как будто намеренно хотел вывести его из себя при других. По крайней мере, Санджи был практически в этом уверен. -А я тебе говорю, что они будут спать на этих шкурах, тупое ты Маримо! – грозно уперев руки в боки, кричал на тигра лис, у которого забрали те шкуры, что он любезно хотел предложить гостям, пусть и таким бесцеремонным. Не на голом полу же им спать. Он лично знает, как на нём холодно бывает даже со шкурами, а без них так совсем одубеть можно! -Не будут они на этих шкурах спать, истеричная Завитушка, - стоя с отобранными у лиса шкурами, бухтел и пыхтел Зоро, который рычал, скулил, кипел злостью и просто не понимал, как в свою очередь Завиток не может понять таких простых истин?! Эти шкуры хорошие, они для него, бестолкового лиса, примечены и бережёны, и никаким проходимцам они даваться не будут. В эти шкуры только это бровастое недоразумение кутаться будет! -Ссора супружеской пары, а мы катализатор, - сидя поодаль вместе с Кидом, протянул Ло, посчитав, что вещи всё же можно называть своими именами, хотя бы пока сами пылкие и скорые на расправу хозяева это не слышат. -Ката… Что? – непонимающе скривился Кид, который вполне себе и на голом полу был согласен спать. Но пышущий злостью Санджи и, кажется, чуть загоревшийся её, сказал ему, что спать он будет на шкурах. Юстасс спорить не рискнул, к тому же из-за взведённого Санджи всегда показывался пасущий его Зоро. Тигр выглядывал из-за лисьего плеча, одним своим видом показывая, что он против того, чтобы хоть кто-то спорил с лисом. Но как оказалось он сам также против того, чтобы эти несчастные шкуры кому-то давать. Определился бы уже, что он хочет! -Повод поругаться, что потом «подраться», - выделил интонацией последнее слово Трафальгар, и Кид понимающе замычал. -М-м, - раздалось от Юстасса, а затем и кое-что похожее. - А-а.., - и Кид с осознанием посмотрел на внезапно уставшего от пути Трафальгара. Конечно, когда ещё можно будет понаблюдать за тем, как обычно сухой, жестокий и безразличный ко всему Зоро ведёт себя как ревнивый муж, оберегающий свой семейный пещерный очаг. -Смотри, не переглазей, а то мы ещё огрести успеем, - недовольно изрёк Кид, но рядом с ним только усмехнулись, ведь этот момент Санджи с кулаками и пинками полез на Зоро. Но тигр только обхватил его поперёк груди, прижимая к себе, возводя взор к пещерному своду, и, быть может, через него спрашивая у небес о том, когда утихнет гнев лис. Ночь в пещере была громкой. Санджи не хотел при других спать вместе с Зоро на его шкурах, чтобы гости чего лишнего не надумали, а Зоро, не особо его слушая, силком утаскивал с собой на одни шкуры. Этот бой шёл с полночи, а вторую половину ночи хмурый тигр солдатиком лежал возле лиса. Зоро быстро привык спать, обнимая кого-нибудь, а точнее кое-кого конкретного, и наступившие этой ночью перемены ему не нравились. Приятно, конечно, что Бровастик лежит вместе с ним, а не среди этих двух варваров, но насколько было бы лучше, если бы он не вырывался из рук и позволил прижаться к себе? Так часто слышимое от лиса слово «варвар» тигр теперь охотно применял к их гостям. И с одним из этих варваров Зоро с самого утра следующего дня ушёл на охоту. Имеющейся еды им бы с лисом хватило без проблем, но в пещере появились два здоровых прожорливых лба… варварских. -Какой я тебе варвар, Ророноа?! Ты что меня за дикаря принимаешь?! – уже за пределами пещеры возмущался Кид, пока в самой пещере Санджи неловко улыбался Ло. -Ещё чаю? – выдавливая из себя приветливую улыбку, спросил нервничающий лис, которому не особо нравилось, как внимательно следит за ним Трафальгар. Лису даже хотелось передёрнуть плечами, будто сбрасывая с себя этот взгляд. К тому же под таким надзором было невозможно незаметно приготовить «напиток гурманов». И это обстоятельство заставляло Санджи нервничать куда сильнее, чем неуютный взгляд Ло. Ладно, Кид и Зоро два тупня, но если начать варить что-то такое при Трафальгаре, он сразу догадается, что это, и догадается ещё о кое-чём… -Тебе из-за меня некомфортно? – замечая, как напряжён лис, поинтересовался Ло, в сущности понимающий, насколько может быть неприятно такое безотрывное наблюдение. Но удержаться от этого он не мог. Ему было интересно с чисто профессиональной точки зрения, была ли уже настоящая «драка» между Зоро-я и Санджи-я. Ведь бета, сумевший принять такого альфу в себя, это феномен. Щеголять голышом Зоро никогда не стеснялся. -Да нет-нет, всё в порядке! – замахал руками уже что-то начавший готовить Санджи, которому Ло удовлетворённо кивнул и наконец посмотрел в сторону. И лис слишком рано облегчённо выдохнул. -Насколько далеко вы заходили с Зоро-я в ваших… «драках»? – вдруг раздался вопрос, и поперхнувшийся слюной Санджи сразу понял, что за драки имеет в виду Трафальгар. -Что?! С этим?! С немытым вонючим пещерным тигром, вечно теряющимся, вечно чем-то недовольным и меня спасающим с такой кислой миной?! Да как у меня, да хоть у кого, может хоть что-то с ним быть?! Нет, то есть я уже знаю, что может… Но не у меня! Трафальгар, если ты хочешь выйти из этой пещеры живым, больше не спрашивай подобного! Я просто живу у этого невыносимого Маримо, пока у меня не заживёт царапина! Она, вот она… В общем, пока просто живу! Но у меня ничего с ним не может быть! Это он порывается иногда мне раны зализать, но большего между нами не было и не будет! Санджи закончил кричать запыхавшимся, стыдливо покрасневшим и чуть удивлённым, потому что Трафальгар выглядел удивлённым не чуть. -Он тебе раны зализывал? – совсем неподдельно изумился Ло, и сердце лиса бухнуло вниз, почуяв что-то сейчас что-то будет. -Н-ну да… А что с этим не так? – нервно спросил Санджи, когда Трафальгар удивлённо присвистнул. Как бы так объяснить Санджи-я, не получив от него по голове, что у кошек слюна хоть и лечебная, но к вылизыванию кошачьи относятся совсем не так как другие виды, по крайней мере, зверолюды?… Это в их ситуации, ну как бы сказать, предложение руки и сердца? -Никогда бы не подумал, что ты можешь не заметить, как на твою территорию кто-то вторгается, а тем более допустить чужака до самой пещеры, - в это же время где-то в лесу поражался Юстасс, вместе с рыкнувшим недовольно Зоро пробираясь через густые заросли. Тигра укорили в неосмотрительности, и ему это было не по духу. Прежде с ним никогда такого не случалось, а сейчас произошло, и спрашивал его об этом один из вторгнувшихся к ним с Завитком варваров. -Не знаю. Нечаянно вышло, - не хотел сильно распинаться с ответом Зоро, но со стороны Кида раздалось многозначительное хмыканье. -Лучше чтобы такого нечаянно в такие моменты не случалось, а то твой партнёр даже положиться на тебя не сможет, - уже без злости или насмешки высказался Юстасс, - у тебя же есть инстинкты альфы, они же должны требовать защищать всё своё и никого не подпускать близко. -Да знаю я! – вышел из себя Зоро, которого эта странная забота о лисе от кого-то постороннего злила больше насмешек над ним самим. – И между нами ничего такого тогда не было! Мы просто дурачились! Я просто… просто забыл обо всём, - чистосердечно сдался Зоро, сам уже знающий, что он был непозволительно неосторожен. Ему в самом деле нельзя больше так теряться, не то ведь правда Завиток на него положиться не сможет… -И вообще мы не партнёры, максимум, что между нами было, это то, что я ему раны зализывал! – из природного упрямства решил настоять на своём Зоро, которому сама идея о том, что лис его партнёр пришлась по вкусу. Она ощущалась также приятно, как те объятия Бровастика, испугавшегося паука. Слово «партнёр» по отношению к Завитушке порождало внутри что-то такое, что породили и его объятия. А Кид от таких заявления Зоро остановился в ступоре, оглядел тигра с ног до головы, убеждаясь в том, что его глаза его не обманывают, и Зоро в самом деле тигр, коим его всегда и считали. -Но ты же кошка? Ты же из кошачьих? – подняв собственный кошачий хвост напряжённой трубой, нелепо уточнял растерявшийся Юстасс. -С ним эти вылизывания ничего такого не подразумевали, – сразу понимая к чему клонит этот надоедливый ягуар, раздражённо протянул Зоро, у которого в пещере сейчас жили три большие кошки и один ничего не знающий о них лис, который, по-видимому, в первый раз так близко с ними столкнулся. Иначе бы Бровастик уже сто раз на смех эти вылизывания поднял, присовокупляя к этому пошлую шутку. -То есть ты знаешь, что вылизывания значат, но с ним это ничего такого?! – уже заорал от шока Кид, обещая сделать охоту очень затяжной. – А он знает, что это значит?! -Нет, - отмахнулся Зоро, в самом деле считающий, что в лисьем семействе Санджи кошачьи темы никогда не обсуждались. Да и с чего бы им обсуждаться? О том, что Санджи мог быть из смешанной семьи, тигр не предполагал. -То есть твой настоящий отец из кошек, вырастивший тебя Зефф-сан из кошек, а ты ничего о них не знаешь?! – в удивлении орал уже Ло в пещере. Путешествия вместе с Кидом сказывались на нём, и он постепенно перенимал некоторые его привычки, в отдельные моменты, ведя себя очень схоже с ним. -Да, - глупо улыбнулся и кивнул Санджи, чувствуя некоторую злость на своего старика и на себя самого. Почему в детстве ему такие моменты никто не объяснял?! Старик знатно халтурил в его воспитании! То есть выходило, что у кошек слюна лечебная, тратить её на всех подряд не принято, а принято только на… на ближайших членов семьи, детей и возлюбленных? Ладно, старик мог ему в детстве раненое ушко зализать, и это нормально было, но почему этот старикашка не объяснил, что нельзя давать другим кошкам себя вылизывать?! Кто вообще придумал, что вылизывание раны может быть интимным моментом?! Это же не какие-то там места ниже пояса лизать! Кид и Ло покинули пещеру Зоро через пару дней, порядком подняв на уши жизнь её обитателей. За эти пару дней немало чего произошло, в том числе и один разговор Зоро и Трафальгара, которого тигр тихо выманил вслед за собой из пещеры. Заинтересованный барс пошёл вслед за ним. -А ты схуднул, Зоро-я. Неужели умудрился заболеть? – перед началом их разговора спросил Ло, видящий иногда, как лис с сожалением смотрит на мышцы тигра, а потому о таком при нём не спрашивающий. Очевидно, Санджи-я был как-то к этому причастен. -Ничего страшного. Быстро в форму вернусь, - не сильно желал трепать языками о себе тигр, которого интересовали разговоры совсем не о себе. Зоро знал, что Ло с Кидом зарабатывают продажей всяких целительных редкостей. О некоторых травах от барса тигр и узнал и теперь хотел выяснить ещё кое-что. Скрывающий беспокойство Зоро хотел знать, отчего Санджи иногда такой болезный и в ногах путающийся… -Мы будем и через места, где живёт Зефф-сан, проходить, могу передать ему, что у тебя всё хорошо, - уже на прощание обещал Трафальгар, когда настала пора прощаться. Кид стоял с ухмыляющейся физиономией, хитро-сальным взглядом смотря то на лиса, то на тигра и явно на что-то намекая -Зоро, в следующий раз, когда будете просто драться, не забывай о внимании, - игриво говорил Кид, снова получая от Ло в бок. -Возможно, нам ещё потребуется у них приют, не закрывай нам к ним двери, ещё прежде, чем мы снова в них постучались, - образно выразился Трафальгар и вновь устало вздохнул. Его сравнений скривившийся Юстасс-я не понял, но хотя бы тычок в бок воспринял правильно и умолк. -Можешь, не беспокоиться, больше я вас близко не подпущу, - с рыком и азартом огрызнулся Зоро, пока рядом с ним по всем правилам приличия прощался с гостями Санджи, окончательно закрепляя в умах Кида и Ло, что он тут полноправная хозяюшка. И недаром жесткое лицо тигра всегда смягчается при взгляде на него. -Заглядывайте ещё, будем рады, - говорил им Санджи, слегка лукавя душой. Ведь из-за их присутствия у него так долго не получалось пить его напиток. Вечером этого же дня к нескрываемому удивлению Зоро вонючая накидка скунсов, до этого затолканная в самый дальний угол пещеры, была изъята оттуда и развёрнута… Как бы Зоро не хотел скривить душой, он мог честно признаться себе, что раньше его пещера была неуютным и не самым приятным местом, но с недавних пор в ней стало наконец тепло и хорошо, очень уютно и совсем по-домашнему, и для этого было достаточно всего лишь притащить сюда одного лиса. И даже если убрать все изменения, который этот лис здесь устроил, уют никуда не денется. Он исходит от самого Санджи, такого раздражающего, вредного и…кажется, любимого. Обманывать себя тигр не привык, да и смысла сейчас не видел. Завиток ему нравился, весь и полностью от кончика пушистого хвоста до самых мягких ушей, от пяток и до макушки. Это очень хорошо осознавалось и принималось, не вызывая никаких внутренних конфликтов и противоречий. Завитушку хотелось сделать своим, а то, что он не омега, роли не играет. Спать вместе под шкурами, ходить на реку и носиться по пещере это не помешает. А что касается гона… Так на его время уходить можно будет куда подальше, главное только сейчас одну проблему разрешить. -И что ты по-твоему делаешь? - зыркнув в сторону лиса, любопытствующими интонациями спросил тигр. В другом конце пещеры Санджи зачем-то пытался замотаться в свою сильно пахнущую накидку, которая была с недавних пор повторно изъята из его походной сумки. -Спать укладывась. Не видно что ли? – совсем без причин грубо и резко ответил Санджи, которого очень раздражала эта накидка. Во-первых, она запуталась и никак не хотела распутываться, заставляя его нервничать и толкать её во все стороны ногами и руками. А, во-вторых… он уже так отвык от этого противного запаха! -Видно-то оно видно, - без любой ответной агрессии говорил тигр, уже научившийся не замечать неожиданные приступы злости лиса. – Но может ты пощадишь этих бедных скунсов и милосердно дашь им закончить жизнь, не страдая от собственной вонючести? Мы можем их сжечь или закопать, но только на границе территории, чтобы не отдать концы вместе с ними… -Сам закопайся сходи, Маримо! –чрезмерно грубил лис, уже на грани истерики пытаясь совладать со своей накидкой. А ведь раньше он так просто с ней управлялся! На эту же грубость Зоро тоже промолчал, задумчиво наклонил голову вбок и прикинул урон от лиса, заведённого до такой степени. -Если сразу в шкуру поймать и замотать, то царапаться сильно не сможет, - вслух тихонько рассуждал Зоро, уже заметив, что у лиса есть странные наклонности к самовредительству. То он руки себе режет, то какую-то редкостную по вкусу дрянь пьёт, то под вонючими скунсами порывается спать. Завитушка очень много всего неприятного для самого себя делает, и поощрять это нельзя. И тигр стал медленно подниматься со своего места, подтягивая на себя одну из шкур, желая устроить охоту на лиса. А лис действительно был очень зол. Кид и Ло ушли, но у него так и не вышло заварить свой напиток, потому что травы на него пропали! Они никак нигде не находись, хоть уже была перерыта вверх дном вся пещера. А ведь не ровен час, как появится запах! Он уже как будто начинал появляться, ведь наверняка от гостей куча феромонов волей неволей здесь осталась, а ещё и от Зоро точно очень сильно пахнет. Вот и тянется к ним в ответ своим запахом малодушная омежья сущность, которая так и спешит себя показать, не думая о том, что Зоро, когда это узнает, очень изощрён в своих шутках будет. А ещё когда поймёт чужую реакция на него, прочитает её как книгу по феромонам, так совсем от смеха согнётся, мстя за всё. -Не хочу! Не хочу! Не надо так! – истерично приговаривал себе Санджи, который очень боялся того, что над его чувствами посмеются. И хоть Зоро и заботился уже о нём, и во время болезни выхаживал, и спать с собой всегда тянул, это всё может быть ничем большим, кроме как удобствами жизни в пещере. Спасть вместе ведь теплее, а дать умереть тому, кто готовит тебе обеды и сам в случае чего может им стать, иррационально… Нравилось ему это дикое пещерное Маримо, нравилось! Глупо было это отрицать, ожидая, когда об этом расскажут феромоны. Оставалось только бежать, не делая себе больно и не думая лишний раз о том, что на деле означали зализывания раны от Маримо… -Постой, то есть ты просто взял и стащил у них эти травы? – во всю ржал Кид, когда на устроенном ими с Ло привале в их вещах обнаружилось нечто лишнее. -Я думал, что это ты по дурости часть товара растерял. Зачем бы им самим иметь такие травы? – раздраженно огрызался в ответ Трафальгар, который собственноручно эти травы к ним и прибрал в мешки, в которых они сейчас небольшую ревизию и провели, разыскивая немного подаренного Санджи чая. И тут как раз Юстасс и увидел их новоприобретение… -Поздравляю, Трафальгар, ты теперь не только подлец, но и вор! – уже на весь лес хохотал Кид, смотря сквозь слёзы на кисло-кислое лица Трафальгара Ло, ограбившего пещеру самого Ророноа Зоро. -Ты же сам говорил, что тебя Ророноа для какого-то разговора позвал, а потом ещё упомянул, что Санджи какие-то странные травы пьёт, только он эти травы найти не может и показать. Неужели у тебя в тот момент не возникло мысли, что ты эти травы уже себе спёр?! Всё, что не прибито, к себе в мешок утянул, хозяйственная сволочь! – едва не задыхался от ржача Кид, выводя Ло из себя. -Да как я мог подумать, что кому-то из них травы на блокаторы нужны?! Они же…, – заорал возмущённый этой ситуаций и собственной в ней виной Ло, и только он это прокричал, как умолк и очень осмысленно посмотрел на Кида, который даже прекратил ржать, отвечая ему примерно таким же взглядом. Картина в их головах стала складываться. -Юстасс-я, нам не так-то долго вернуться, чтобы возвратить травы, к примеру…, - так и смотря в глаза Юстасу, задумчиво протянул Трафальгар, в котором проснулось желание понаблюдать за чужими неожиданными жизненными поворотами. На что Кид криво и задиристо усмехнулся. -Какая же ты иногда тварь, Трафальгар, и из нас двоих ты ещё говоришь, что это я часто веду себя как скотина, – покачал головой Кид, в чьём голосе вопреки сказанным словам неодобрения или укора не было. Как развлекаться в жизни это дело каждого, главное, что с Ло так удобно и прибыльно вести дело, а на остальное можно закрыть глаза. Хотя кто бы вообще отказался понаблюдать за такой драмой? Альфа, живущий с бетой и по уши в него влюблённый, вдруг узнаёт, что бета-то вовсе и не бета… И, продолжая криво усмехаться и смотреть в глаза Ло, Кид снова начал хохотать. Вот это лицо у Ророноа, конечно, будет-то! -На обратном пути надо будет занести им в качестве извинений детских вещичек, думаю, им понадобятся, - смеялся Юстасс, пока самим обитателям пещеры было не до смеха. Раньше Санджи во всяких сомнительных ситуациях, связанных с феромонами, просто выпивал кружку своего отвара, кутался посильнее в вонючую накидку и вполне спокойно ночевал в любых местах. Но это было раньше. Сейчас же лис раздражался, бесился из-за накидки, а в его голове была навязчивая паранойя о том, что он вот-вот начнёт пахнуть, причём так сильно, что никакой накидкой не скрыть. А выпить «напиток гурманов» не получалось – травы на него здесь не собрать. -Всё, Маримо, у меня зажила царапина, и я ухожу жить самостоятельно. Потом вернусь, когда новая появится, и будет что зализывать, – психованно сбросив с себя накидку и отказавшись от идеи в неё укрыться, объявил Санджи, ещё не знающий, когда будет это «потом», но решивший, что сейчас ему надо уйти. Он в первый раз в жизни влюбился в мужчину, творил из-за него абсурдные вещи и очень боялся того, во что это может вылиться. Этот варвар посмеётся над ним, из-за этого будут совершены новые абсолютнейшие глупости – Санджи это сейчас слишком хорошо представлял – и эти глупости достанется решать этому варвару. Этот порочный круг надо разорвать, а уже «потом» с запасом трав снова вернуться сюда… и ещё желательно с набором посуды и вещей. -Прощай, Мох, было приятно познакомиться. До новых встреч! – громко сказал откровенно переживающий Санджи, наспех кидая в свои сумки часть своих вещей, нечаянно кладя к ним и некоторое имущество тигра. Лис был готов бежать, но вот только молча с непроницаемым лицом наблюдающий за этим всем Зоро, не говоря ни слова, вместе со шкурой прошёл к выходу из пещеры и перегородил его собой. -Я тебя ещё не откормил, чтобы съесть. Ты стал тоще, чем был, - вспомнил об этом тигр, этим вызывая глубочайшее изумление у лиса. Лицо его вытянулось от шока, а глаза в удивлении округлились. Это что такое творит это сухопутное Маримо? Как оно его куда-то не пустить может?! Слишком осмелело после того, как ему вылизывать что ни попадя не запрещали?! -Маримо, мне не до твоих шуточек. Я хочу уйти, и я сегодня же уйду! – Санджи был настроен очень решительно, и Зоро это видел, совсем не понимая, что на этот раз взбрело в голову лиса. Тигр не хотел, чтобы лис уходил, и также не хотел, чтобы он чудил в таком нервном состоянии. Одного его похода на реку уже хватило… Что такого надо сказать лису, чтобы он одумался от идеи ухода, тигр не знал. Честно признаться в своих чувствах? А что если это наоборот лишь отпугнёт Завитка, ещё не готового к такому? -Тебе не так давно было очень плохо. Тебе сил ни на какой путь не хватит, живи тут и восстанавливайся, - случайно с рыком произнёс Зоро и двинулся на лиса, намереваясь схватить его и утащить силком на шкуры, чтобы уже наконец лечь спать. А завтра будет новый день, они проснутся, посмеются над этим и забудут об этом ночном недоразумении. То, что дело пойдёт не гладко, тигр понял сразу. Лис ощетинился, обнажил зубы и распушил хвост, когда его постарались схватить, недовольно говоря: -Ничего страшного, не маленький, сумею о себе в пути позаботиться и дойти куда-нибудь. -Я бы так на твоём месте не говорил… -На что намекаешь, тупица? -На то, что ты заботиться о себе не умеешь, идиот. У тебя только хуже себе делать получается… Ты каждый день только хуже и хуже себе старательно делаешь. -Так это ты спрятал мои травы, узнав про них?! М-маримо, ты… Да ты скотина! Я сам своим телом распоряжаюсь, и травлю я его или нет - только моё дело! Спас меня от смерти, ну и спасибо, но тебя об этом не просили! А то взял моду без разрешения то вылизывать чужие раны с интимным подтекстом, то выкидывать чужие вещи! Про «каждый день» Зоро сказал для пущего эффекта. Он вообще ничего конкретного в эти слова не вкладывал, просто хотел как-то посильнее убедить лиса остаться. Лис же эти слова воспринял иначе. В его голове мигом всё сложилось воедино: у них был тут Трафальгар, Трафальгар разбирается в травах, Зоро спросил у него про них, всё узнал и выкинул их. Не просто же так он сказал про «старательно» и «каждый день»! Но вот только в действительности всё обстояло иначе. Зоро травы не нашёл и Трафальгару не показал, как и не смог ничего особенного в их виде вспомнить. Ведь он к ним никогда не приглядывался, быстро потеряв к ним интерес, стоило ему узнать, как они всегда плохи на вкус. Зоро предполагал, что они, эти травы, могут как-то воздействовать на тело: дурманить разум, ноги путать. Но то, что лис может намеренно пить то, что ухудшает его здоровье, тигр всё же не хотел думать. Всё-таки Санджи хорошо разбирался в том, что готовил, пил и ел. Что-то незнакомое и потенциально ядовитое он в рот тянуть отказывался, хоть в этом поступая правильно. -Ладно, значит ничего. Это, скорее всего, никак не связано, да и похоже всё равно уже закончилось, - махнул тогда рукой тигр, сейчас с очень ошарашенным видом уставившийся на лиса, когда где-то вдалеке икнул Ло. Обычно Зоро не считал, что он умеет понимать всё с полуслово или хорошо улавливать завуалированный смысл. Он считал, что чем прямее и конкретнее что-то говориться, тем лучше. Но на этот раз неясные слова лиса он понял очень хорошо. То, что пил Завитушка, было чем-то очень плохим. Причём пил он это только сам, а другим не особо давал. -А-а… То есть ты ими травился… И от них тебе хуже могло стать, получается… Но ты их всё равно упорно часто пил, - уже свою логическую цепочку медленно, но уверенно строил Зоро, пока напротив него в ужасе скорчил лицо лис. По реакции тигра Санджи догадался, что раньше тот ничего не знал. -Так, всё! Теперь я точно ухожу и ни минуты здесь задерживать не собираюсь! – озвучил свои планы лис, удумавший сбежать от проблем, страхов и неприятностей, что он сам себе создал своим болтливым языком. Ладно, хоть часть про интимные вылизывания Маримо мимо ушей пропустило. Только вот открывшаяся про травы правда вдвойне убедила Зоро в том, что лиса пускать никуда нельзя. Мысли о том, что это глупое создание будет где-то шляться-шататься по холодным лесам, себя травить и калечить, сделали очень больно его сердцу. -А почему ты вообще про смерть упомянул? Ты же болел тяжело, но не так же чтобы… Или эти травы… Подожди! Ты из-за них мог концы отдать! И ты знал это, придурок?! – сообразил внезапно тигр, немало удивившийся своему выводу и даже, возможно, в него не поверивший бы, если бы не побледневший лис. Санджи побелел как снег, неуютно поёжившись под тем взглядом, которым его одарил разозлённый открывшейся правдой тигр. -Почему тогда ни черта не сказал?! Хотя подожди… Ты собирался, просто ты сейчас этого не помнишь, но тогда между бредом ты был очень вразумительным и понимающим. Ты наверняка хотел сказать это, но передумал! – в ярости прорычал тигр, едва ли не обернувшись зверем, чтобы во всю мощь огромной тигриной глотки сотрясти лес своей злостью на лиса. Завиток всегда умел вывести его из себя, но сейчас он просто превзошёл самого себя! -А какой был в этом смысл, кретин?! – также на повышенных тонах спросил и Санджи, которого эта вся ситуация тоже вывела из себя. И ненадолго забывая о своём скором побеге из пещеры, он в злости кинул все собранные вещи на пол, не понимая, как этот тигр может быть таким тупым?! -Откуда мне вообще было знать, что ты так хорошо лечить умеешь, и у тебя что-то получится?! – едва ли не срывая связки, проорал покрасневший от натуги Санджи, ведь вопросы тигра бессовестно задевали очень трепетный для него момент, который он из всей своей болезни всё же запомнил. - Я думал, что всё и моя песенка спета, потому что помощи просить не у кого и негде, а моя сиделка пещерный тупой тигр! Я не хотел, чтобы ты волновался обо мне в последние дни моей жизни, и знал, что я умираю! Я был уверен, что умру! Тупица, сам подумай, зачем мне было бы говорить тебе об этом, если я не думал, что у тебя что-то получится?! Чтобы бессмысленно расстроить, рассказав обо всей безнадёжности ситуации, которая мне самому ни черта не нравилась?!!! У Санджи очень болело горло. Вздувшиеся на шее вены будто могли лопнуть в любой момент. Лис, из бледности резко перешедший в красноту, рвано дышал и с неистовым возмущением смотрел прямо на обескураженного тигра, выронившего несчастную шкуру из своих рук. С минуту Зоро всё обдумывал, а затем разошёлся в злости. -И ты что был согласен умереть?! Просто молча с этим смирился и всё?! - в гневе затряс своими руками тигр, полностью уверенный в том, что за этот вечер лис его вывел из себя сильнее и больше, чем за все дни вместе взятые. Бровастик не просто самого себя сегодня превосходил! Этот дурень будто удумал поставить какой-то личный рекорд в этом деле! -С тобой рядом…да, - уже без пыла тихо буркнул Санджи и поднял вещи с пола. Ему было пора на выход. И Зоро надо этому радоваться. Ведь тот, кто его так сильно злит, больше жить вместе с ним не будет. -Идиот! Непроходимый идиот! Просто дурак полнейший! – всё возмущался тигр, который, между прочим, слова лиса расслышал хорошо и ругался сейчас на их счёт, замечая, как лис поднял свои вещи. Завиток всё же решил намылиться из пещеры. Почему глупый лис пил эти травы, почему был согласен умереть, если это рядом с ним, Зоро не знал и узнавать прямо сейчас не собирался. Решив, что сейчас ни от каких осторожностей смысла нет, он смерил Санджи пронзительным взглядом и на удивление спокойно сказал: -Я, страшный и ужасный Ророноа Зоро, беру тебя в заложники и никуда отсюда не отпускаю. И шкура тоже была поднята с пола, в неё был пойман и закутан отчаянно и громко сопротивляющийся лис, что грязно бранился и кричал. И затем Зоро вместе с обездвиженным Санджи завалился на своё спальное место. Тигр понимал, что он сейчас слишком зол и эмоционален, чтобы что-то выяснять. Все вопросы будут ждать до завтра. -Спи, лисёночек, ты теперь заложник, а заложникам полагается делать то, что говорит их похититель, - чуть игриво заметил Зоро, у которого сквозь эту игривость звучали гневные нотки. И вскоре тигр крепко-накрепко заснул, отмечая для себя, что ему очень нравится засыпать вот так – чувствуя лиса в своих руках. Всю наступившую ночь Санджи не мог ни заснуть, ни сбежать. Но под утро, пригревшись в шкурах и почувствовав себя разморённым, лис всё же прикрыл глаза и провалился в сон. -А что ты так злишься? Жизнь моя, и распоряжаться ей мне, - во сне бубнил Санджи. Ну умер бы у Маримо кто в пещере и умер. Разве страшного Ророноа этим напугать? Лис имел много претензий к тигру, которые очень хотел ему высказать. Но утро распорядилось иначе. Санджи проснулся, беззастенчиво сильно благоухая феромонами и сразу ловя на себе удивлённый тигриный взгляд. -Ну же давай скажи, что я идеальная замена женщине, а потом получи по яйцам, потому что я ни на это, ни на твои вылизывания никогда не соглашался и не соглашусь, - будто змея, опасно прошипел лис. -Приятное утро, не правда ли, лисёночек? -Эй, ты вообще слышал, что я тебе сказал?! -Слышал-слышал, я даже, когда ты молчишь, теперь слышу, что говорит твоё тело, - сладко, но отчего-то как-то опасно промурлыкал тигр, лежа вплотную к ошарашенному лису, а потом вдруг резко поднимаясь над ним на вытянутых руках. – А ты оказывается плохой лисёночек… Лис таковыми словами тигра и всей этой ситуацией был очень возмущён. От злости на всё это он даже не знал, что сказать, и начал шумно заглатывать воздух. И лисьи зрачки расширились, едва ли не совсем скрыв собой всю радужку. Ведь в воздухе было столько феромонов альфы! Пещера просто полностью провоняла ими, густыми и тяжёлыми. Санджи даже казалось, что он сам чистое сосредоточение чужих феромонов. Действие отвара пропало, и лису чудилось, что он оказался в океане феромонов, на самом его дне, придавленный его толщей. -М-маримо, да ты в край обнаглел! Почему я воняю тобой! – запнувшись на словах, заругался лис, до которого дошло. Тигр, решив, что раз он бета и ничего не почувствует, в наглую его своими феромонами покрывал. -Возможно. Не исключаю, - отрывисто и даже серьёзно ответил Зоро, безотрывно следящий за лицом Санджи, его зрачками, раздувающимся носом и кривящимися губами. – Но ведь такая наглость подходит по натуре каннибалу Ророноа, вылизывающему чужие раны с интимным подтекстом, – вернув голосу игривость, добавил тигр и оскалился. Зоро понимал, что ему сейчас откровенно сносит голову. Завитушка нравился ему до безумия, заставляя все мысли крутиться только вокруг него. Бровастик пропитал собой всё его существо, хозяйничал в его сердце, как в его пещере, а теперь ещё и так вот одуряюще и маняще пах. Как тут устоять? -Ты знаешь, что нельзя скрывать свои феромоны, плохой лисёночек? Прерывать цикл течек и пихать в рот всякие вонючие жидкости, которые туда совсем не надо пихать и лить? А, лисёночек? Почему ты такой плохой, не знающий этого? – начиная шумно дышать и так и продолжая нависать над лисом, утроил ему допрос тигр, сдерживающий себя из последних сил. Санджи под ним сам уже начинал словно задыхаться, лежал весь раскрасневшийся и даже не сопротивляющийся. Ему, похоже, тоже феромоны в голову ударили и опьянили как алкоголем. Зоро это понимал, чувствовал на себе ответственность за них обоих. Но всё равно не мог прекратить донимать и допрашивать лиса. Тигр был сильно зол на него. Санджи совершал то, ярым противником чего он был. -Нельзя идти против своей природы, иначе она потом за это накажет, глупенький. Почему же ты у меня такой глупый и плохой, лисёночек? – уже едва ли не рычал тигр, умом понимающий, что ему надо оставить лиса в покое и отойти от него, чтобы не сделать непоправимое. Но сделать это было так сложно! Бровастое счастье замотанное и обездвиженное лежало прямо под ним. Прямо как подарок судьбы. Возьми только и съешь его! Укуси за шею, доведи дело до конца, сняв обёртку и добравшись до самого лакомого… -А ты почему такой непроходименький? Или это чтобы у всех сочувствие вызывать своей тупостью? - съязвил задыхающийся лис и с вызовом посмотрел на тигра. – А ты бы хотел, чтобы я ходил тут и вонял феромонами и твой ржач в свою сторону слушал? Тупица! Какая же ты тупица, Зоро! Иди ты к чёрту… -Произнеси это ещё раз! -Что?! -Скажи моё имя своими губами! -Да с радостью!.. Иди ты к чёрту, Маримо! Маримо Ророноа! -Вот же ж маленький чертёнок! Зоро злился. В Зоро кипела кровь, лихая азартная улыбка играла на его губах, а пот начинал сбегать со лба. В пещере стало очень душно и жарко. Лис его провоцировал. Лис над ним смеялся и не признавал своего проигрышного положения. Он острил, язвил, плевался ядом и нагло улыбался в ответ. -Ты мне нравишься, лисёночек, - улыбаясь, признался тигр, и лис под ним перестал играть наглостью на лице и обомлел. – И злым, и раздражённым, и спокойным, и дерущимся, и таскающим наружу шкуры, и мирно готовящим у костра с бесконечными рассказами о еде и женщинах. Ты мне весь нравишься, вот полностью, какой ты есть. Я тебя люблю… Санджи, ты бы хотел всегда жить у меня? -В твоём блоховнике-клоповнике? – еле как возвращая себе прежнее наглое и вызывающее выражение лица, спросил лис, на деле уже избавившийся от всей этой живности. -А где бы ты хотел? -В доме. -Дом? Значит, будет тебе дом, всё, что захочешь, будет. -Маленький и аккуратный такой хочу. -Хорошо, бесенёнок, хорошо, скажи только…, - начал было тигр, очень желающий услышать одни заветные слова, но в этот момент лис, извернувшись, сумел достать одну руку из шкур, ту самую прежде раненную, и притянул тигра к себе. Поцелуй вышел смазанным и неуклюжим, их зубы столкнулись друг с другом, а губы впивались слишком жадно. Но даже от такого неумелого поцелуя тигру снесло голову окончательно, а лис, будто издеваясь, хитро-хитро посмотрел на него, отпустив, и спросил: -Что тебе сказать? Сколько там комнат будет? Точно не меньше трёх, - проворковал лукавыми нотами лис, видя, как уже тигр захватал воздух от возмущения и неожиданности. Он явно другие слова ожидал услышать, но Санджи понравился произведённый эффект. Вид растерянного и красного Маримо. В любом случае эти слова уже были долго невысказанными, и оттого, что они не произнесутся ещё какое-то время, ничего страшного не случится. Дразнить тигра слишком весело, особенно если не вспоминать, какие слухи о нём ходят. Всё-таки если подумать, это Маримо Ророноа навряд ли могло быть каннибалом и жестоким убийцей… Лис довольно улыбнулся. А нечего его было отчитывать как маленького. -И садик хочу перед домом маленький… А ты меня раздевать-то будешь или только про дом слушать хочешь? Почему-то мне кажется, что твой стояк тебе точно запоминать будет мешать? – картинно закатил глаза лис, которому уже самому мешал собственный возбуждённый орган. А всё остальное словесное они выяснят с Маримо потом, когда загнанно дышащие будут валяться на мокрых шкурах… Но перед этим, перед тем, как на них упасть, надо вначале успеть сказать пару шуток друг другу про сток, захлебнуться и сорваться в стоне, так и не договорив, начать закусывать до крови губы и получить строгий запрет на это. -Больше никто неожиданно не придёт, можешь не стеснять и не бояться. Только не рань себя больше, лисёнок, мне от этого больно, - как взрослый ребёнку сказал тигр и засунул свои пальцы в лисий рот, не давая заскулившему Санджи кусать свои губы. – Лисёночек, ты меня с ума сводишь… А говоря это, тигр ещё не знал, насколько пророчески это будет. Потому что лис, преодолевая страхи первого раза и растворяясь в тигре и доверии к нему, говорил всё, что сбредало ему в голову. -Ну же давай, Маримо, кончи для меня, - издевался Санджи, сбивая Зоро с ритма и заставляя зарычать от чувств. -Санджи, мать твою, ты понимаешь, что ты творишь? Ты понимаешь, что я тебя после этого всего ни за что не отпущу, даже если ты сам захочешь? – рычал и возмущался, терялся от лисьей наглости тигр, получая самоуверенный ответ. -А я может этого и добиваюсь… тигрёночек. А тигрёночек хочет услышать, что его любят? Пусть тогда наклонится своим мохнатым ушком поближе… И, конечно же, лис тигр за ухо укусил, ничего ему не сказав. Санджи наглел, смеялся, стонал и иногда просил остановиться, что тут же и выполняли, слизывая слёзы с его глаз. Всё же лису это было не просто, это был его первый раз, и он острил и отшучивался как мог, скрывая этим своё смущение. Страхов больше не было, но вот это противное всепоглощающее смущение и чувство неловкости было в каждой клеточке Санджи. И Зоро это понимал, позволяя лису кусать его, бить и обманывать, ведясь на все его предсказуемые уловки и довольно улыбаясь, когда Санджи смеялся и улыбался. Только вот страшно подумать, что будет, когда они метку ставить станут. Наверное, надо будет быть готовым к тому, что удар по яйцам всё же получить придётся… -И обязательно, чтобы оконные рамы были в голубой выкрашены, и можно на них такие маленькие белые линии поставить, будто морские волны и пена, - лежа на груди обнимающего его счастливого тигра и слушая его размеренное сердцебиение, мечтательно потом протягивал лис. Он всё же нашёл своё место в жизни и больше его искать не потребуется. -Ну вот, собственно говоря, как-то так мы и переселились в дом, - закончил Зоро, обводя взглядом всех друзей. – И ждём ребёнка, а вас всех в гости. За этим я сюда и пришёл. -Постой! А как?! А как метка вышла?! А что это за три брата, которые Фе, Фу и Фи?! И что у Санджи за две такие семьи?! А что в итоге с тем отваром и согласием умереть?! Да ты ничего толком не сказал даже! – были возмущены его друзья, и тигр, вздохнув, понял, что ему ещё рассказывать и рассказывать, но лучше они всё это услышат потом, когда будут в домике в лесу, где уже и находятся эти три брата.