В конце они оба умрут

Брюнета бьет мелкая дрожь по всему телу, каждая клеточка его организма требует продолжения. А Танос медленно отстраняется, осматривая свой разукрашенный «холст». Его брови чуть сводятся к переносице, а в уголках глаз образовывается мелкая сетка морщин. Оба парня накалены до предела, их тела изнемогают от такой нужной и желанной боли. У обоих в висках пульсирует кровь, у обоих предательски тесно в штанах.  Да, Нам Гю хотел этого уже давно, ровно с момента как они впервые на пару обдолбались наркотой в этом богом забытом месте. На самом деле брюнет был заядлым торчком с приличным стажем за спиной, поэтому в тот день вещество под названием «эта отличная новая хрень, ты не выдержишь» дала минимальный эффект, зато Таноса триповало знатно. И вот тогда, в малость затуманеном  разуме Гю, возникла мысль о животном желании поиметь этого засранца.  Поэтому конец каждого дня традиционно проходил за фантазиями, в отношении разноцветного паренька, который каждый раз мирно дрых по соседству. Это было неправильно, да и пусть. Брюнету было плевать тогда, плевать и сейчас, он наконец получил то, что хотел.  Весь его мир сейчас был ограничен человеком, который нависал сверху. Все мысли были заняты им ровно до того момента пока раскатистая боль не прошлась от центра живота до самого позвоночника.  Нам Гю подавился воздухом. Острый осколок стекла был воткнут в податливое тело по самое не хочу.  Его голова склонилась и он очертил взглядом свое тело. Багровое пятно, расходящееся по парам классической для «Игры в кальмара» формы и оттатуированые пальцы, уверено сжимающие стекло.  Это был провал, губы в очередной раз дрогнули, но в этот раз не от волнения, а от страха неизбежности. Это была глухая паника, которая пригвоздила парня к койке не хуже, чем этот блядский клинок в его животе. А после паники протяжная боль, которая ударила в голову и пронеслась пеленой перед глазами.  -Нет - шепчет брюнет, ощущая темноту перед собственным взором, из глаз стекла грушевидная капля солоноватой жидкости - я не хочу умирать -Надо было кромсать меня, когда была возможность - слышится гулкая усмешка сверху Танос слегка напирает, ввинчивая импровизированный кинжал глубже, между ребер. Страх, физическая и моральная боль от предательства циркулирует внутри подрагивающего тела, Танос все еще очень близко, Гю не видит, но кажется может разобрать ехидные смешки, которые отчетливее всего звучат на фоне надоедливого звона в ушах. Рот и глотка заполняется кровью, когда брюнета снова целуют, по щекам течет кровь.  Все это искренне, Танос целовал чужие синеющие губы в последний раз, жадно впивался, чувствовал на языке вкус крови и мяса. Крепкий стояк, который медленно терся о ослабевающее тело честнее всего говорит о серьезности чувств репера. Ему не было похуй, у него просто не было выбора. Либо ты - либо тебя. И этим все сказано. Он чувствовал страх брюнета у себя под кожей, знал как ему страшно умирать, но в этом бою Танос не готов проигрывать. Он медленно отстранился осматривая угловатое лицо мужчины под собой.  Последние силы Гю вложил в озлобленый оскал, который казался таким хищным, когда рот парниши истекал кровью.  -Я тебя ненавижу мразь - шипит сквозь зубы игрок под номером 124 -Да ради бога - спокойно ответил игрок под номером 230 Его хват вырвал стекло из свербящей плоти и снова ударил в тоже место, награждая изворотливого парня все новыми и новыми ударами.