Так и не попрощавшись…

Он так и не попрощался. Когда Тадаши вбежал в горящее ярким пламенем здание, сказал, что кроме него никто не сможет помочь профессору, младший брат лишь рыдал, понимая, что ничего уже не изменить. Позволил ему умереть, даже не попробовав. Уже тогда в Хиро появился новый огонь, олицетворяющий пылающую ненависть, и начал гаснуть второй, взращиваемый братом огонь добра и человеколюбия. Появился страх остаться одному, в одиночестве. И Хиро пытался исправить себя. Иногда сквозь стиснутые зубы заставлял себя общаться с друзьям Брата, что возомнили себя друзьями и самого Хамады. Даже завел корыстную «дружбу» с роботом, зная, что должен докопаться до истины. Это его долг. После злополучного пожара в Хиро начала развиваться и ненависть к самому себе. Он не помог вовремя, хотя мог хотя-бы попытаться. Он почти не ел, оставляя нетронутые тарелки снаружи. Ночами слушал приглушенный плач тёти, понимая, что ничего не может с этим сделать и ещё больше ненавидя себя за это. На надоедливый глас робота говорил, что с ним не все в порядке. Ладно, он был абсолютно прав. Но это не значит, что Хиро надо спасать. Он отвечал, что будет здоров лишь после победы над человеком в маске. Что ж, эту историю вы прекрасно знаете. Победа над Каллаганом в составе супергеройской команды действительно изменила его, возможно даже в лучшую сторону. Однако его душа медленно гнила и с этим Хиро не мог ничего сделать. Да, чуть медленней, чем раньше, но факт остается фактом.       – Хиро, звонили из университета, тебя ждут сегодня на занятиях, – негромко напоминает тётя Кэсс, все ещё неверующая в то, что её племянник таки соизволит пойти в университет. А он? Ну, после победы над Каллаганом в Крей тех, он пообещал друзьям Тадаши вернуться на учебу. Зачем пообещал? В тот короткий миг ему казалось, что жизнь сможет вернуться на круги своя, – ты же пойдёшь? Да, тётя, я уже одеваюсь. Женщина покинула помещение, видимо, решив собрать племяннику ланч. Медленно натягивая темные брюки он думал, а надо ли это все Хиро? Учеба, большую часть которой он и без того понимает. Он может сделать и узнать даже больше, чем может дать ему университет. Но с другой стороны, это то, чего хотел Тадаши. Но если без него это и не умеет смысла… Ничего больше не имеет смысла. И все же, взяв худой портфель, он спустился вниз, где уже были друзья его брата. Ну, или его «друзья» по супергеройским делам.       – Хиро! А мы тебя заждались, – голос Хани Лемон. После что-то сказал Васаби, даже Фред и Гого. Это не так важно, по крайней мере так думал Хиро. Они общались с юным гением лишь из-за чувства вины и жалости. Ведь бедный мальчик потерял последнего близкого родственника. Так видел учеников университета Хамада. Так смысл же ему туда идти, если количество подобных этим четверым увеличится до сотен.       – Да, все-таки хочу начать учиться, – улыбнулся он. Рядом уже стояла тётя.       – Возьми, – она протянула мальчику бумажный пакет. Наверняка что-то питательное, несомненно, очень вкусное, – обнимемся? Хиро очень любил тетю Кэсс. Да, иногда она перебарщивала, не умела подобрать слова или ещё что-нибудь, она воспитала его, заботилась, наравне с Тадаши. Лечила мальчика, когда у него поднималась температура или радостно аплодировала, когда Хиро стоял в рядах выпускников, будучи на голову ниже всех. И все же, в момент апатии и нежелания существовать после смерти брата Кэсс Хамада ничего не могла сделать.       – Конечно, – брюнет крепко обнимает тетю первый раз, потом второй, пока она не отпустит. Он хотел оставлять видимость нормального человека до последнего. Улыбаться, смеяться вместе со всеми, показывать увлеченность и ответственность. Таким был и Тадаши. Но разница между этими двумя была огромной. Например, Тадаши не притворялся. *** Жизнь шла своим чередом. Учеба, супергерои, злодеи. Абаки, то и дело мелькающий где-то на горизонте. Карми, раздражающая своим поведением и, особенно сильно, фанфиком, который эта умалишенная и озабоченная шестеркой героев девчонка решила написать. Да он его не то, что раздражал, а попросту бесил, так, что слов не хватало, насколько сильно. Все еще и носились с этим: Капитан Красавчик и Карми! Карми и Капитан Красавчик! Бред! Попросту немыслимый бред тупой девчонки. Так он думал сначала. Карми казалась ему неприятной, вечно злой и отталкивающей. Однако Хиро было жаль девушку. Она всегда одна, оттого и начала писать этот дурацкий фанфик, где представляла героев своими друзьями, которых ей не хватало в жизни. Она воображала себя девушкой крутого парня, в то время как популярные люди с университета редко даже начинали с ней диалог. Карми восполняла недостаток общения и «дружбой» с вирусами. Хиро почему-то понимал её в этом плане. Вместо настоящих друзей у него был робот-мамочка и друзья покойного брата носились за ним точно няньки, воспитанник которых вот-вот норовит улизнуть. Первое время они не ладили. Совместные проекты были больше похожи на войну двух самых молодых учеников университета. Лишь со временем раны Хиро, полученные в злополучном пожаре начали заростать, пусть и болели с новой силой каждый раз, когда он смотрел в сторону ныне восстановленного корпуса. Со временем и изменились их отношения с Карми. Признаться честно, парень даже начал привязываться к язвительным высказываниям и колким комментариям. И все же, каждый раз его щеки краснели, стоило ей что-нибудь сказать о «Капитане Красавчике». Это было забавно. Жизнь скоротечна и изменчива, как узнал Хиро. Недавно биолог чуть ли не проклинала его за каждое слово и движение, теперь… Все иначе. Она просила японца помочь с проектом, важным для её стажировки у Лив Омары. Она даже обняла его, когда работа была завершена. Карми помогла мальчику зарастить рану на сердце и отделаться лишь шрамом. Да, Хамада влюбился в юного биолога. Он волновался за неё, краснел, когда кто-то говорил про их привязанность друг к другу, и бросился в ловушку, когда на телефон пришло новое сообщение. «Ты был прав, Омара не та, за кого себя выдает. Я спряталась у неё в офисе,» – слова пугали своей краткостью. Тогда он даже не думал о том, что что-то идёт не так. Не взял геройского костюма, даже беймакса. Он пошел один, не думал ни о чем, кроме Карми. И да, они как-то спаслись. Победили клона Лив Омары, последнюю вылечили. Хиро думал, что все наладится. Что с этого момента все будет как раньше. Карми продолжит работать с вирусами и фанфиком про шестерку героев. Он же продолжит, краснея, его читать между парами. Возможно, когда-нибудь признается. Но жестокая жизнь распорядилась иначе. ***       – Карми, я пришел… – Хиро оборвался на полуслове. Лаборатория пустовала. Вокруг были лишь собранные коробки и пугающая тишина.       – Не успела вас предупредить, Мистер Хамада, родители забрали Карми, так как здесь слишком… Небезопасно, – за спиной появилась декан, профессор Гренвилл. Она пугала Хиро своим холодным и безразличным тоном, однако сейчас было не до него. Мир в момент опустел также, как лаборатория, в которой до сих пор пахло медицинским спиртом и новой бумагой. Так пахли почти все медицинские лаборатории, однако для юного гения во всем мире имела значение лишь одна. Однако теперь ничего не имеет смысла.       – Как уехала… Куда? – профессор с жалостью растрепала волосы на его макушке. В глазах начинали щипать слёзы, хотелось закричать, сорвать голос, прямо как тогда. Мальчик вновь потерял единственного близкого человека, который был для него смыслом жизни в этот короткий период. Карми… Кто следующий уйдет в один момент, так и не предупредив? Быть может, сам Хиро? – мы ведь даже не попрощались…