Тишина за пределами света

Снова эта чёрная дверь с золотой табличкой. Снова рука неуверенно поднимается на уровне головы, когда женщина, прикусив губу, громко бьет костяшками пальцев по дереву. Снова за дверью слышится женский голос, он, как всегда, мягок. Такой спокойный, складывалось впечатление, что этот голос может защитить тебя от пуль. — Войдите, — по голосу можно было услышать, что женщина за дверью улыбалась. Брюнетка представляет эту улыбку. Сдержанную, практически незаметную, когда уголки губ слабо приподнимались. Интересно, почему она никогда не улыбалась искренне? Дверь открывается, с уст брюнетки срывается тяжелый вздох, когда она заходит внутрь. Кабинет не менялся. С момента как Беллатрикс начала ходить к ней. Неизвестно, менялся ли он вообще когда-то? Пастельно синие стены, в центре два мягких кресла непонятного цвета, что-то среднее между темно-синим и фиолетовым, возле них два кофейных столика из дуба, на одном из них, тот, что находился возле кресла дока, стоит белая ваза с цветами. Лишь цветы здесь менялись. — Здравствуйте, мисс Блэк! — радостно произносит женщина, — как поживает Чапман? — с улыбкой на устах спрашивает психиатр, она держит в руках блокнот, пока сама продолжает широко улыбаться. — Здравствуйте, — бурчит брюнетка, пока садится на кресло перед женщиной. Сегодня она была одета в белую рубашку с черной юбкой, а на плечах покоился коричневый кардиган с крупными звёздами темного цвета. Мило. Женщина всегда одевалась так.. Странно по-домашнему, но одновременно умудрялась держать офисный стиль. Как ей это удавалось? — Чап, в порядке, недавно я купила ему новые игрушки, знаете, он грызёт их со страшной скоростью. Психиатр лишь кивает головой, хотя казалось, что должна была засмеяться. Или хотя бы хихикнуть. Ее пальцы стучат по блокноту. Чапман, интересно, ему нравится с Драко? Беллатрикс всегда задумывалась над этим, она не очень-то хотела отдавать своего любимого пёсика в руки такого раздолбая. Ты все равно его любишь, — шипит голос в голове Блэк, — или любила, — после этого слышится хохот. Холодный, противный хохот, он поглощает ее, растекается по ней как неприятная слизь.. — Мисс Блэк? — ах, она снова отвлеклась. Конечно. — Да? — вопрос до жути неуверенный, Беллатрикс снова чувствует это. Она словно маленькая девочка с двумя косичками, которая прослушала вопрос учителя. Ей стыдно за это. Она жалкая. Жалкая до ужаса. — Вы помните какой сегодня день? — Мисс Беннет смотрела на нее своими голубыми глазами, обычно, она носила очки. Прямоугольные, в черной оправе. Интересно, почему она без них? Может женщина надела линзы? Беллатрикс неловко поправляет рукава своей толстовки. Она совсем перестала следить за собой. Носила, по словам Нарциссы, «какие-то балахоны» перестала краситься, иногда могла не мыть голову неделями. У нее просто не было сил. — 5 марта? — робко спрашивает Блэк. Неужели она неуверенна даже в том, какое сегодня число? Какая жалость. — вы ходите ко мне ровно три месяца, Мисс Блэк, — с легкой улыбкой напоминает Беннет, она садится удобнее, пока Беллатрикс устремляет свой взгляд в окно. Оно всегда было идеально чистым, с белыми жалюзи. Беллатрикс никогда не нравился их звук. Он заставлял ее корчиться, было ощущение, что с ушей пойдет кровь. — Как у вас со сном? — слышится очередной вопрос, на который Блэк нужно ответить, она прикусывает губу, после вновь поправляя рукава толстовки. В этом кабинете она чувствовала себя маленькой и беспомощной. — Я.. Практически не могу уснуть, — отвечает брюнетка. Так тихо, словно опасалась, что ее услышит кто-то кроме мисс Беннет. — Вам не помогают те препараты, что я выписывала? — женщина поднимает одну бровь, пока что-то пишет в своем чертовом блокнотике. Что она постоянно пишет? — Нет. Они перестали помогать, наверное. — она затихает, пытаясь вспомнить когда в последний раз нормально спала. Кажется, что это было в прошлой жизни, — несколько недель назад. Женщина прикусывает ручку, пока смотрит на Беллу. Эти голубые глаза… Они будто видели ее насквозь. Может, она правда видит ее насквозь? — Что насчет суицидальных мыслей? — Их не было, — твёрдо отвечает брюнетка, пока вновь теребит край кофты. Она слышит как женщина что-то бормочет себе под нос, кажется… оно сильно похоже на «очень хорошо». Почему она разговаривает так тихо? Беллатрикс ждет. Нервно, мучительно ждет пока закончится сессия. Ходить ее заставляла Нарцисса. Она постоянно говорила, что ей это поможет. А можно ли ей помочь? К концу сессии остается всего лишь 15 минут, Блэк выдыхает, она устала отвечать на тысячу вопросов. Устала от взгляда голубых глаз, которые, казалось, смотрели прямо в ее душу. Устала от чувства беспомощности. — Знаете, — вновь начинает женщина, когда она заткнется? — может, вам стоит отправиться в какие-то места, что раньше приносили вам удовольствие? — Что? Беллатрикс правда не понимает как ей поможет это против депрессии. Она согласна была завести собаку. Она ходит сюда. Она терпит эту женщину и ее чертовые вопросы. Но старые места? Да она чокнулась! Сошла с ума. А еще Беллу называли сумасшедшей… — Что? — неуверенно спрашивает Блэк, она отпускает край толстовки, руки ложатся на колени, — как мне это поможет? — Не стоит недооценивать Ваши воспоминания, мисс Блэк, — отвечает женщина. Их сессия заканчивается. Беллатрикс встает, на её лице все еще читается удивление. Она подходит к двери, уже открывает ее, голова поворачивается, чтобы попрощаться, но ее перебивает женщина. — Беллатрикс. — Да? — она поворачивает голову сильнее, смотря на психиатра. — Постарайтесь вспомнить какие места доставляли вам радость в прошлом и обязательно посетите их. До свидания. — До свидания, – тихо, жутко неуверенно произносит женщина, пока ее взгляд продолжал выражать удивление. Она делает шаг, выходит из комнаты и закрывает дверь. Слышится хлопок. Блэк остается в недоумении. Женщина продолжает стоять за дверью еще какое-то время, может, несколько секунд. Хотя, ей казалось, что простояла она здесь вечность. Но ей нужно идти, она хочет домой, хочет обнять Чапмана и снова провести день за просмотром дурацких ситкомов. Цисса снова назовет ее раздолбайкой и будет злиться. Беллатрикс нервно проводит кончиком языка по верхней губе, пока ее ладони ныряют в рукава толстовки. Она так делала всегда, когда чувствовала себя уязвимой. При ссорах с Нарциссой. Когда мисс Беннет касалась слишком больной темы. Когда друзья пытались развеселить ее. Блэк тяжело вздыхает, она уже подходит к лифту, но останавливается. Ей нужно просто постоять… переварить мысли… успокоиться. Две бледные руки касаются лица, закрывая его, несколько прядей волос падают сверху. Она чувствует их касание. Они грязные. Как неприятно. Беллатрикс убирает пряди обратно в капюшон, ей тошно от самой себя, она даже не может помыть голову. Какой кошмар. Ты ослабла, Белла — снова этот чертов голос, — Ты стала такой жалкой… И снова раздается громкий хохот. Из своих мыслей ее выдёргивает пиканье приехавшего лифта. Это можно было сравнить с человеком, который не дает тебе утонуть, когда вытягивает с воды. С другом, который рывком помогает тебе подняться после падения. Почему-то Беллатрикс вспомнила как выглядит солнце под водой, как оно светит в глаза под ребристой поверхностью. Брюнетка заходит в лифт, нажимает нужную кнопку и отходит в угол. Она бросает взгляд в зеркало и чувствует рвотный позыв. Перед ней стояла женщина 38 лет, в серой толстовке на пару размеров больше, на голову был надет капюшон, из-за объёмных волос он торчал как шапка гнома. Черные джинсы также были свободные. С большими карманами, чтобы Белла могла прятать там руки. Кареглазая снимает капюшон, рассматривая свое лицо. На нее внезапно глянуло два черных глаза, синяки под ними устрашали. —Выглядишь как зомби, — прошипел голос. Снова чертовое хихиканье. Кожа бледная словно у мертвеца. Щеки впалые, а скулы казались настолько острыми, что создавалось впечатление словно о них можно порезаться. Жалкая, жалкая, жалкая, жалкая. Двери лифта открываются, заставляя Беллу поднять голову, она снова натягивает капюшон, после чего выходит. Лишь когда женщина оказывается на улице, она чувствует себя лучше. В здании было слишком… удушающе, словно она каждый раз добровольно падала в объятия удава.

***

В тишине квартиры раздается щелчок. Один. Два. Три. Три щелчка и дверь открывается. Слышится радостный лай, а за ним громкий топот четырёх лап. Чапман бежит к ней. Он так рад ее видеть. Черный лабрадор виляет хвостом настолько активно, что может показаться будто он оторвется. Беллатрикс не хочет это представлять. — Привет, Чап, – ласково произносит брюнетка. После того как три месяца назад она завела Чапмана – ее больше не ждала пустая квартира. Возможно, в будущем это начнет ее радовать по-настоящему. — Ты скучал? – она воркует с ним. Он был единственным с кем Беллатрикс общалась мило, — ты скучал, – это уже был не вопрос, это было утверждение. она гладит собаку. Он доставал до ее бедер. Интересно, насколько большой он будет когда вырастет? В ответ она слышала лишь радостный лай. Он такой милый. И забавный. Она правда любила Чапа. — Ну-ну, дай мне пройти, я хочу переодеться, – она продолжает ворковать с ним, пес наконец отлипает, позволяя Белле пройти дальше. Квартира у нее была красивой. Когда-то. Она запнулась об гору обуви в коридоре, громко выругавшись, Блэк идет дальше, она осматривает гостиную. По всюду валялись упаковки из-под еды. Вот месячная коробка из-под пиццы, где-то за диваном, наверное, лежит недоеденное мороженое. Нужно будет вызвать клининг.. хотя бы к приходу Нарциссы, а она должна была скоро прийти. Она всегда навещала Беллу, как минимум, несколько раз в неделю. Однако дома они были очень редко, Блэк звала ее в кафе, чтобы просто не тратить денег на клининг. Она бы не смогла убраться сама. Ей просто не хватит сил. Женщина проходит в спальню, где был самый настоящий ужас. Одежда была разбросана по полу, висела кучей на спинке стула. Кровать, кстати, настигла та же участь, одежда была разбросана и на ней, несколько подушек упали на пол, а сама постель не заправлена. Белла не смогла заставить себя утром. Она тяжело вздыхает, после чего снимает толстовку, под ней еще была футболка, которую Блэк снимать не спешит, джинсы падают куда-то на пол, присоединяясь к куче одежды, а женщина тем временем ложится на кровать. Она просто смотрит в потолок, ее взгляд пустой, словно у солдата, вернувшегося с войны. Беллатрикс слышит топот, он направляется в спальню и спустя мгновение матрас провисает. Чапман решил присоединиться к ней, пес, радостно виляя хвостом, ложится рядом с хозяйкой, он лает, пытаясь привлечь к себе внимание. Рука Беллы ныряет в шерсть, поглаживая питомца. Ее вторая рука тянется к пульту, который удивительным образом оказался рядом, пара кликов и на телевизоре появляется очередная глупая комедия, под которую Белла сегодня и уснет. Она не уснет, ей не удавалось по-настоящему уснуть. А Чапман реагирует как всегда, он радостно лает и виляет хвостом еще сильнее. Псу всегда нравились комедии. Он слишком активный. А еще с ним нужно гулять. Это Белле не всегда нравилось. У нее не всегда были силы, чтобы подняться с кровати, а Чап постоянно нуждался в длительных прогулках. Взгляд вновь прикован к потолку, Блэк прикусывает губу, вспоминая сегодняшний сеанс. Места, которые я любила? Она не помнит подобные заведения, все словно в тумане, каждая мысль о прошлом терялась на просторах сознания. Женщина ломает голову, пытаясь что-то да припомнить, но тщетно, в голове есть только одно место и то, оно заброшено. Это их летний домик, который сгорел, он так нравился Белле, в нем было столько воспоминаний.. Бледная рука тянется к тумбе, беря оттуда таблетки, женщина садится, она закидывает несколько пилюль в рот, следом запивая водой. Жалкая надежда на хороший сон.